У мудреца спросили:
- Чем отличается страх от ужаса?
Он ответил:
- Страх бывает перед искушением, ужас - после того как поддашься
ему.
Настоящая любовь не умирает никогда, даже если человек далеко и не с тобой… она живет внутри тебя миллионами чувств и ты счастлив только оттого что познал ее, а значит прожил жизнь не зря.
14 марта 2011 года умер мой Единственный Человечек- мой Любимый Мужчина! Весь день тянулся как вечность, и внутри казалось, что это страшный сон. А в сознанье - будто какое то наважденье и пустота со всех сторон. Накрыла жизнь мою в одно мгновенье…
Пришла ночь. Я думала, что теперь никогда не засну и этого совсем не хотела. Наступила Час ночи - это именно, то время когда мы с любимым ложились спать. У меня появилось какое-то волнение, тревога. меня жутко клонило в сон. Совладать с собой я уже не смогла и уснула.
Во сне ко мне пришел мой Любимый. Я осознавала, что он умер. Он мне сказал такие слова:
«Зайка. Тут очень хорошо. Всё какое то яркое и солнечное. Здесь все друг друга.любят. Нет зла и жестокости. Нет горя и печали. Мой дед и наш друг Сашка передают тебе огромный привет! Малышка моя! Я Любил Люблю и Буду Любить тебя Вечно.
Мне Без Тебя очень плохо и тоскливо. У нас с тобой есть шанс видеться в твоих снах. Ты не переживай и не убивайся так сильно. ты должна жить. У нас с тобой еще столько много планов: и поездка на море, и свадьба, которая не состоялась из-за моего ухода в Небеса. Я вижу каждое твоё движение, читаю твои мысли. Поэтому бери себя в руки мой хороший. Приведи себя в порядок, сходи обязательно в церковь и поставь за меня свечку.
Зайка! В следующей нашей встречи не забудь одеть шлем, я тебя отвезу в наше укромное местечко и у меня для тебя будет небольшой сюрприз.
Целую Нежно, обнимаю Крепко. Твой Котярка! "
Теперь я каждый день с нетерпеньем жду ночи. и нашей с ним встречи. Ведь у нас с ним так много планов.
«Тигрица в постели. А с какими мягкими игрушками спишь ты?»
Алиса никогда не видела такой странной гусеницы.
Гусеница лежала на шляпке огромного гриба, и была просто огромная.
- Добрый день! - промолвила Алиса.
- Кто… Ты… - протяжно произнесла гусеница.
Гусеница курила большую трубку. Выпуская с каждым, словом клубы дыма. Сладкие и мохнатые они поднимались вверх, завиваясь и путаясь сами в себе, уносимые легким теплым ветерком.
«А может мне тоже покурить» - подумала Алиса…
… И больше она не думала не о злобной и гламурной королеве, не о слабохарактерном мазохисте короле, не о мажоре шапочнике с его маргинальным кроликом, не даже об эротичной улыбке старого чеширского педофила… ОНА ВООБЩЕ БОЛЬШЕ НИ О ЧЕМ НЕ ДУМАЛА…
…До самого утра…
…пока не проснулась…
…от нестерпимой головной боли…
…в однокомнатной квартирке…
…на окраине Салтовского жилмассива…
…Рядом лежал забычкованный в меховом тапке косяк… и книжка «Алиса в зазеркалье», заложенная в самой середине уже ставшим подсыхать куском салями…
- А. ку…еть! - промолвила Алиса, нащупав у себя полное отсутствие груди, член в джинсах и трехдневную щетину.
- бл@… завязываю. - в очередной раз клялся он себе…
Cкажешь, что ты - лучший, после того, как пройдешь по песку, не оставляя следов… Или по чьему-то сердцу, не причинив ему боли.
Он наверняка подсыпал мне в рюмку снотворного, ведь выпили-то мы всего две бутылки водки.
Записки еще нерожденного)))))
…И не надо прислонять к животу ухо и задавать идиотский вопрос! Не надо! Мальчик я или девочка? Мальчик я, мальчик! Или девочка? Попробуй здесь в темноте разобрать!
Моя мамаша непременно хочет, чтобы я был парнем. Мальчику проще - мальчику замуж выходить не надо.
А мне чего-то не хочется. Мужики все ненормальные какие-то. Мой дед, например. Через каждые полчаса орать начинает: «Началось, началось! Скорую, скорую!» И так уже пятый месяц.
Папаша мой тоже ненормальный. Бросил нас, когда мне и трех месяцев от зачатия не исполнилось. Говорит, еще неизвестно, чей я ребенок. Как это чей?! Как это чей? Я что, не помню, что ли, чей! Да я каждого по голосу узнаю - не отвертитесь!
Девочкой тоже быть не очень и охота.
Ну, допустим, бабушка у меня еще ничего. Она у нас в ресторане работает. Без нее мама и я давно бы умерли с голоду. Моя добрая бабушка нам про это каждый день напоминает.
А подруги мамины? Тсс… Только тихо. Не любят они меня. Говорят, что от меня избавляться надо. Чего я им сделал? Говорят, что если будет девочка, то будет несчастной, как они, а если будет мужик, то лучше этого гада заранее прибить.
Во! Снова пришли советы давать, как нам с мамой выкидыш сделать. Ванную с горчицей, по их совету, мы уже принимали. Иглами кололись. Вчера нас даже скелетом из-за угла пугали. Мамка едва заикой не стала, а я от смеха чуть не выкинулся.
А сегодня решено со шкафа прыгнуть. И раз, и два, и три! Полетели! Клевое ощущение! Как на самолете. Правда, немного из иллюминатора дует, но все равно здорово. Маманю вот только жалко - мне-то ничего, а она при заходе на посадку весь зад отбила.
Дуры бабы, зря стараются. Я вообще отсюда выходить не намерен. Чего я там у вас не видел? Ваших проблем что ли?! Короче, решил держаться за ребра до последнего.
Вот и сейчас моя маманя в очереди стоит. Очередь странная какая-то. Одни слепые. Все толкаются, на ноги наступают, а как на цены посмотрят, так прищурятся и переспрашивают: сколько, сколько?!
Гражданин сзади, не толкайтесь своим пузом! Тоже что ли беременный? А чего ребенок так странно булькает? Утонул что ли?
И вы, мужчина впереди, не давите на живот. Не мне - маме. Извинился! Он еще издевается. И сумку до дому донести взялся! Ну точно недоношенный. Не видит, что мы беременные?! Телефон спрашивает. Говорит, что это любовь с первого взгляда. Он к тому же еще и дебил. Разве в наше время с первого взгляда в кого-нибудь влюбляются? Я понимаю, взгляда со второго или с третьего.
Дура! Телефон не дала, да еще соврала, что у нее строгий и ревнивый муж. А меня ты спросила? Может, я о таком отце всю беременность мечтал, а у нее телефона лишнего не нашлось.
Эй, приятель, стой! Стоять, я тебе говорю! Ты моей дуре-то не верь. Ты мне верь! Нет у нас мужа никакого, одни сволочи. Муж нам во как нужен!
Отец! Батяня! Папка! Папулечка!.. Зараза! Ушел! И этот ушел! И нашу сумку с собой унес. Наверное, от волнения. Тут и мамка моя чего-то разволновалась.
Ой, мамочки! Кажется, начались эти, как их там, схватки! Во, как маманя кричит! Как мучается, бедняжка! Но я все равно не выйду. Рожайте кого угодно: ежиков, слонов, орангутангов - но только не меня.
А это кто еще нас со всех сторон щупает? Не лапай! Не лапай, мать мою, я сказал! А мне плевать, что гинеколог. Ну, чего уставился, бесстыжие твои глаза? Выходить?! Хитрый какой. Кому я там нужен. Лучше сам залезай - близнецом будешь.
А это еще что? Что-то теплое, ласковое. Рука! Мягкая мамина рука! Она меня гладит! Значит, мама меня любит! Значит, я кому-то нужен!
Ну ты, гинеколог, слышишь! Так и быть, я выйду. Только без рук давай. Без рук, я сказал! Он еще мне будет рассказывать, как правильно рожаться! Вообще, ты лучше подальше встань. А то спиртом разит, аж в глазах темно.
Ну вот, с этой суматохой забыл, как там: вперед ногами или головой? Ногами вперед или головой? Ах да, сейчас головой, а вперед ногами - это потом.
Итак! Мой Выход!.. А-а-а! Ну чего смотрите? А-а-а! Я уже орать устал. А-а-а! Ну аплодируйте же, наконец!
О драконе…
Дженни смотрела в сторону, чувствуя, как что-то сжимается в груди при воспоминании о Золотом Драконе Вира. Ясно, как будто это было вчера, а не десять лет назад, она снова увидела вспышку золота в тусклом северном небе, игру огня и теней, девчонок и мальчишек, визжащих на околице Большого Тоби. Вспоминать об этом следовало с ужасом, и Дженни сознавала, что кроме радости при мысли о смерти дракона она ничего чувствовать не должна. Но сильнее радости и ужаса был привкус странной печали и пустоты, вернувшийся к ней из тех времен вместе с металлической вонью драконьей крови и пением, замирающим в опаленном воздухе…
Сердце ее ныло. Она сказала холодно:
- Ну, во-первых, из двух детей, унесенных драконом, Джон застал в живых только мальчика. Девчонка к тому времени задохнулась. В драконьем логове, знаешь ли, трудно о чем-либо молвить, особенно если ты уже мертвый. Так что вряд ли они могли бы обсуждать внешность Джона, даже если бы он и вправду прибыл туда верхом. Но он был пеший.
- Пеший?.. - Дженни почти слышала, как рушится взлелеянный Гаретом образ.
- Разумеется. Будь он на коне, он был бы убит немедленно.
- Тогда как же?..
- Единственный путь, когда имеешь дело с тварью столь большой и столь неуязвимой - это яд. Джон попросил меня сварить самое убийственное зелье, какое я только знала, и намочил в нем концы гарпунов.
- Яд? - ужаснулся юноша. - Гарпуны?.. А как же меч?
Она уже, право, не знала, смеяться ли над его растерянностью или злиться на него за легкомысленные речи о том, что для нее и для сотен других людей означало бессонные, наполненные ужасом ночи, или же просто пожалеть наивного мальчика, всерьез полагающего, что можно выйти с тремя футами стального клинка против двадцати пяти футов шипастой огненной смерти.
- Никакого меча не было, - сказала она. - Джон прыгнул на него сверху (кстати, в овраг, а ни в какую не в пещеру - пещер у нас здесь нет вообще). Сначала ударил по крыльям, чтобы тварь не могла взлететь. Собственно, отравленные гарпуны были нужны, чтобы сделать дракона вялым, а добивать его пришлось уже топором.
- Топором?! - закричал Гарет. - Это… это самая отвратительная вещь, какую я когда-либо слышал! Где же здесь великолепие? Где честь? Это же все равно что подсечь противнику сухожилия на дуэли!
- Это была не дуэль, - заметила Дженни. - Если дракон поднялся в воздух - противнику конец.
- Но это бесчестно! - страстно настаивал юноша, видно, полагая этот довод решающим.
- Сражайся он с человеком, вызвавшим его на поединок, - тогда конечно. Но с таким благородством Джон еще ни разу в жизни не сталкивался. Бандиты всегда норовят ударить в спину, даже если ты в меньшинстве. Кстати, Джон, как единственный здесь представитель королевской власти, всегда в меньшинстве. А дракон, Гарет, превышает двадцать футов в длину и может убить человека одним взмахом хвоста. И потом ты сам сказал, - добавила она с улыбкой, - что есть ситуации, в которых понятие чести неприменимо…
- Это совсем другое! - ответил несчастный, лишенный доброй половины иллюзий юноша, и некоторое время они ехали молча.
В конце концов она сказала мягко:
- Джон никогда бы не пошел на дракона, Гарет, будь у него другой выход. Но тан Алин Холда и лорд Вира - единственный мужчина в Уинтерлэнде, обученный военному ремеслу. Собственно, это и значит быть лордом. Он дрался с драконом точно так же, как дрался бы с волком или с какой-нибудь другой тварью, убивающей его подданных. У него не было выбора.
- Дракон не тварь! - запротестовал Гарет. - Это самый почетный и величайший вызов лучшим рыцарям из рода человеческого. Ты, должно быть, ошибаешься. Он не мог биться просто по обязанности! Он не мог!
Отчаяние звучало в его голосе, и это заставило Дженни взглянуть на него с любопытством.
- Да, конечно, - согласилась она. - Дракон не тварь. А тот дракон был поистине прекрасен.
Воспоминание смягчило ее голос. Воспоминание, в котором сквозь отуманивающий страх сияла угловатая неземная красота.
- Он был вовсе не золотой - это в твоих песнях его так окрестили. Он был скорее янтарный, с такой, знаешь, коричневатой дымкой на хребте, а брюхо у него как из слоновой кости. Узор чешуи по бокам - вроде бисерной вышивки на туфлях: похоже на ирисы - все оттенки пурпурного и голубого. И голова у него тоже как цветок. Глаза и челюсти обведены чешуей, как цветными лентами, с пурпурными шипами и пучками белых и черных волос. У него усы, как у рака, но усаженные жемчужными шишечками. Надо быть мясником, чтобы убить такую красоту.
- Дракон был прекрасным созданием, Гарет, - сказала Дженни. - Но он унес девчонку, а ей было всего пятнадцать. Джон даже не разрешил ее родителям взглянуть на тело…
Барбара Хэмбли «Драконья погибель»
Совет женщинам: если хотите, чтобы он обратил на вас внимание и все время думал о вас, займите у него как можно больше денег и подольше не отдавайте…
Виртуальная любовь: они понимали друг друга с полусмайлика…))
Друзья - это те люди, которые все о тебе знают, но все равно тебя любят!
Есть простая аксиома: не сидите девки дома! Для того нужны зады, чтоб вертеть туды-сюды!..
Объявление в газете:"Таксисту, нашедшему у себя на заднем сиденье папку с надписью «Совершенно секретно», предлагается застрелиться самому!"
Подсунь свою мечту своим врагам, пусть они убьются при ее реализации!