Скоро нам отменят льготу — ходить бесплатно на работу.
Проявил инициативу — сам за неё и отвечай.
Бережливый в обуви не ходит — он её носит.
Встретив кого-нибудь, Вы можете молча послать ему благословение, пожелать ему счастья, радости и побольше смеха. Этот вид молчаливого дарения обладает очень большой силой.
Одна из полезных вещей, которым научили меня в детстве и которым я научил своих детей, — это никогда не приходить ни в чей дом с пустыми руками, никогда ни к кому не приходить без подарка.
Вы можете сказать: «Как я могу давать другим, если в данный момент мне самому недостает?»
Вы можете принести цветок. Один цветок.
Вы можете принести записку или открытку, которые что-то скажут о ваших чувствах к тому человеку, к которому вы пришли.
Вы можете принести комплимент.
Вы можете принести молитву…
Примите решение давать, куда бы Вы ни пошли, кого бы Вы ни увидели. Чем больше Вы даете, тем больше уверенности, благодаря чудесному действию этого закона, Вы приобретаете. А когда Вы больше получаете, Ваша способность больше давать также возрастает.
Наша истинная природа — это богатство и изобилие, мы богаты от природы, потому что природа поддерживает всякую нашу потребность и желание. Мы ничего не теряем, потому что наша сущность — чистая потенциальность и бесконечные возможности.
Стандарт индивидуальности — бесподобие.
Великое искусство жить низвергли ремеслом выживания.
Люди вампиры — это те, которые подпитывают себя тем, что делают гадости другим
Всё болезни, за исключением механических повреждений, происходят от упадка духа.
Существую, а не живу — значит и не задумывался.
Возможные исключения из закона — путь к исключительным возможностям беззакония.
Переход на личности — это основной признак проигрыша оппонента. Перешёл — пал, добровольно.
Лишь себе на уме Я живу.
По реке в своей лодке плыву.
Ваше мнение слил в унитаз.
Не выставляю себя напоказ.
Убеждённый и злой мизантроп.
Я вампир, что днём лезет в гроб.
Там темно, но зато тишина.
Там спокойно, тут снова война.
Поток бесконечных страстей
Рассыпается брызгами дней.
Ничего не меняется здесь —
Непонятная, рыхлая смесь.
Меня в ваше не тянет болото!
Надоела людская блевота —
Смрад, бесноватый разврат,
Вы в Эдем запускаете Ад.
Вы возносите гнусный порок.
Вы забыли, быть может, урок.
Содом и Гоморра — дотла!
Огонь чистил от скверны тела.
(12.07.18)
Чем человек счастливый от обиженного отличается?
Первый за своё счастье хочет всех вознаградить,
Второй же — очень сильно напрягается,
Чтоб каждому за личные обиды отомстить.
Забудешь все…
И вдруг нежданно
Полслова, зайчик на стене,
Мотив,
кусочек Левитана —
Заставит сразу побледнеть.
И сразу память остро ранит,
И сразу — вот оно — Вчера!
Так море пахнет вечерами,
Так морем пахнут вечера.
Я не жалею.
Только разве,
Года, пути перелистав,
В ночном порту, завидя праздник,
Я захочу туда попасть.
Но бог нарек в моем коране:
Дорога ждет. Иди. Пора.
Так море пахнет вечерами,
Так морем пахнут вечера…
Потом скажут, что надо похудеть. Потом — что надо энергичнее двигаться и смотреть веселее! Оптимистичнее. И не жаловаться. Сменить прическу надо. Прочитать модную книгу и фильмы для саморазвития посмотреть. А когда похудеешь, сменишь прическу, наденешь другие вещи и начнёшь оптимистично улыбаться, скажут, что ты слишком старый. И что тогда делать?
Так один муж сказал жене, с которой двадцать пять лет прожил. Когда она в спортивном модном костюмчике шагала с ним в трудном походе с тяжелым рюкзаком за спиной. Всю жизнь она худела, надрывалась в спортзале, качала пресс и делала стрижки; как мужу нравилось. И смотрела фильмы, которые ему нравились. И читала книги, которые он рекомендовал. А в отпуске сплавлялась по рекам и ползала по горам. И вечерами у костра, отмахиваясь от комаров, пела бардовские песни под гитару. Муж любил именно так проводить отпуск. Вот жена все делала так, как ему нравилось. Внимала критике. Старалась. А потом он рассердился, что она медленно идёт с рюкзаком. И сказал: ты слишком старая!
И что делать с такой критикой? Это не вес и не прическа. Не новый фильм о космическом сознании, который можно посмотреть. Пятьдесят пять лет никуда не денешь. И становится тяжело тащить рюкзак и переть по чащобе, распевая песни… Четверть века человек все делал, как хотел другой человек — ради сохранения брака. Чтобы любили. Чтобы понимание было! А потом муж широкими быстрыми шагами ушагал далеко вперёд. А она сидела на рюкзаке и плакала — она очень устала. Как маленький седой гномик, сидела в лесу и плакала. Без всякого оптимизма. Потому что прожила не так, как хотела: морила себя голодом, потела в спортзалах, бродила по тайге и ползала по горам в отпуске. А хотела совсем другого: тихих вечеров на море, пирожки печь, ходить иногда в кино на мелодрамы, носить длинные волосы, на диване лежать изредка с книжкой, в театр ходить в красивом платье…
Она прожила не свою жизнь. Она делала, как мужу нравилось. Она не хотела его потерять! А он назвал ее старой и бросил в лесу — зачем она так медленно тащится?
Она дошла до электрички; бросила в лесу тяжеленный рюкзак. На билет хватило, и то хорошо. Ехала, смотрела в мутное стекло на мрачный лес, из которого выбралась чудом…
Она выбралась. А кто-то нет. И до сих пор худеет, стрижётся, отдыхает и ест не так, как хочется; а так, как надо другим. Это зря. Потому что потом все равно могут бросить в лесу; потому что мы слишком старые и медленно тащим рюкзак…