Чистый ЧС или честный ЧС? Вот в чём вопрос.
Курение сокращает жизнь. Смех и секс — продлевают.
Смейся, развратник!
У доброй половины российских неработающих домохозяек, смотревших прямую трансляцию инаугурации президента, после заключительных слов клятвы «Клянусь … верно служить народу» случились неожиданные …
Не пойду сегодня в баню, и на танцы не пойду… Пусть Наташка отдыхает, с Танькой я купаюся в пруду.
Попробуйте в Любовь сыграть:
Кому-нибудь поставить мат.
Вначале Ане, потом — Мане,
И доберетесь вы до Тани.
Сказать по разу всем: «Люблю»
И прокричать им вслед: «Ку-ку».
Ну, а Любовь? Любовь-то зла:
Таких здесь в Вирте — дохренА.
Понедельник. Утро. Пытка.
Сон. Подъем. Ещё попытка.
Звон. Будильник. Кот некстати.
Поиск. Тапок под кроватью.
Окна. Форточка. Прохлада.
Вялость. Ванна. Лень, но надо!
Обливанье. Душ контрастный.
Мыло. Гель. Зубная паста.
Тюбик с кремом. Сухость кожи.
Глядя в зеркало: «О, Боже!»
Бигуди. Вихры. Укладка.
Кофе. Крепко и несладко!
Яйца всмятку. Бутерброды.
Радио. Прогноз погоды.
Муж. Вопросы без ответа.
Шкаф. Носок. Второго нету.
Пудра. Тени. Тушь. Помада.
Сумка. Деньги клянчит чадо.
Плащ. Сапожки. Шарфик. Мило!
Дождик. Слякоть. Зонт забыла!
Холодно. Плюс семь. Не шутка!
Бабки. Полная маршрутка.
Смесь духов. Тяжёлых. Сладких.
Пробки. Душно. Тесно. Гадко.
Хохот. Гул. Наплыв народа.
Остановка. Вздох. Свобода.
Стол. Компьютер. Кактус. Спамы.
Телефон. Звонки. Реклама.
Сделки. Шум. Разбор полетов.
Офис. Вздох. Когда суббота?
Интернет. «Ютуб» украдкой.
Чай. Остывший. Шоколадка.
Консультации. Клиенты.
Стресс. Рабочие моменты.
Вечер. Плащ. Опять маршрутка.
Магазин. Устала жутко!
Дом. Котлеты. Кухня. Ужин.
На диван — с котом. И мужем.
Телевизор. Много. Вредно.
Пульт опять исчез. Бесследно!
Чай «Ахмад». Сто раз. За вечер!
Интернет-знакомства. Встречи.
Философия. Беседы.
Поиск жизненного кредо.
Блок. Ахматова. И.Бродский.
Муза в позе идиотской.
Карандаш. Бумагу в руки.
Буквы. Строчки. Рифмы. Муки.
Кот некстати. Наважденье.
Злость. Клочки. Стиха рожденье.
Валерьянка. Полстакана.
Ночь. Окно. Луна. Нирвана.
Звон. Будильник. Сон. Напрасно.
Утро. Вторник. Жизнь прекрасна!
Дайте мне живых и вольготных,
Что от скуки сжимают виски!
Тех, что губы до крови кусают
От едва выносимой тоски
Тех, что делят вино с незнакомцем,
Золотистый встречая закат.
Тех, чьи пряди в песке и под солнцем
Ну, а пульс — с барабанами в такт
Дайте тех, кто по свету кометой!
Кто горами и городом пьян.
Тех, что дышат биением ветра
И со странами крутят роман
Этих самых, с бескрайней вселенной,
Непокорным торнадо в груди.
Кому море чуть выше колена,
А гроза — та всегда позади.
Дайте толику тех, кто бессмертен,
Тех, чьи шрамы — к былому ключи.
У кого не зрачки, а опалы,
Не улыбка — а месяц в ночи
Тех, кто с робким рассветом смакует
Луч свободы и тяжесть очей.
Тех, кто каждой минутой рискует
Ради сердца огня горячей
Тех, чей путь полон важных ответов,
И прогулок в дремучий туман.
Тех, чья молодость — фильмов сюжеты,
А вся жизнь — бесконечный роман!
Чтоб сейчас выделяться, знаешь,
Будь собою. Все маски врут.
Я, конечно, иду по краю,
Но сама строю свой маршрут.
Поколение эгоистов
Помешалось на крутизне.
Слава Богу, мы атеисты
В их священной, за «лук», войне.
Быть хоть чуточку вне их нормы,
Даже странными в их лице.
Пусть им кажется это вздорным,
Но панты далеко не цель.
Пусть им кажется это диким,
Бренды, марки всего лишь пыль.
Что, не хочется быть безликим?
Так свою создавайте быль.
Одинаковость: в каждом взгляде
Гаджет с яблоком и меха.
В этом пафосном маскараде
Уж не весело нифига.
Поколение эгоистов
Помешалось на крутизне.
Слава Богу, мы атеисты
В их священной, за «лук», войне.
Не верь в показное дешевое счастье
Если ты всё ещё веришь в него.
Сегодня улыбки — убогие пасти
Раскрытые в крике из-за ничего.
Сломалось большое и нужное сито,
Дерьмом заменилась души красота.
Всем этим лоском что-то прикрыто
И это что-то, увы, пустота.
Словно дождавшись заветного взмаха
Команды, что в шутку дал лажи барон,
Войско пустышек рвануло в атаку
Себя демонстрировать с разных сторон.
Их яркие фото как сладкая сдоба
Жгут спецэффектами шибко крутыми.
А ты не завидовать им попробуй,
Ведь вдруг они все претворились такими.
Жизнь преподносят как рай неземной
Крича «это счастье!» так глупо и мелко.
Счастье ведь любит покой с тишиной
Так может их «счастье» всего лишь подделка?
Они выполняют команды, как слуги
Царя-невидимки, что плюнул на них.
Всё это копии друг на друга
И каждая хочет быть лучше других.
Взгляни повнимательней. Верь мне, так надо
Всё рядом, не нужно идти много миль.
Одни выражения лиц, одни взгляды,
Одно повторение и один стиль.
Всё крепче тупая глухая стена
И мы сквозь нее до сих пор не пробились.
Жаль, что закончились те времена
Когда показуха совсем не ценилась.
Из лирики в литургию
Из литургии в либерализм
Из либерализма в реабилитацию…
Закрытие банка… одна из фаз Экономического цикла…
Считаеться в два раза дороже в налогообложении, Чем
В замедлении экономического спада роста в обслуживании…
Весенний дождь смывает слёзы грусти,
Пусть думают, что небо слёзы льёт.
И на щеках росой, сверкает пусть он,
Его теперь никто, ни где не ждёт.
Сверкнула молния на небе сером,
В глазах дождливых отразился луч.
Передвигая ноги еле — еле,
Держал поэт свой одинокий путь.
Звенели струны той любви печальной,
Предельной нотою в его душе.
Хоть терпелив и мудр был изначально,
Не принял общепринятых клише.
Слова любви, что песней изливались,
Теперь как будто смыл весенний дождь.
А в партитуре ноты не слагались,
Пассаж чернил окрасил мокрый мост.
Судьба на глиссе нотой запредельной,
Связующую их порвала нить.
И вслед за стрункой будто угорело,
Все струны лопнули в единый миг.
Он шляпу снял и посмотрел на небо.
Держал в руке любимый инструмент.
И взглядом дерзким, яростным и смелым,
Не лестный сделал небу комплимент.
В ответ той дерзости из небосвода,
Посыпал град с куриное яйцо!
Поэта путь был долгим и далёким,
К концу пути изранилось лицо.
Он улыбался злым порывам ветра,
Которые пытались сбить с пути.
И насмехался над судьбою этой,
Что мучилась во глубине души.
Ведь тело наше тленно от рожденья,
А вот душа бессмертна, на века.
И связь с душою прежних поколений,
Нельзя прервать ни граду не ветрам.
Коль даришь нам любовь, дари без боли,
Коль повстречались, нас не разлучай.
И если та любовь с печальной долей,
Разлуки ядом нас не убивай.
А может быть сама судьба такая?
Быть может мстишь ты людям всем не зря?
Наверное, ты брошена случайно,
И потому к влюблённым так ты зла…
О, сколько же проклятий в свой ты адрес,
Услышала за тысячи годов.
Послушай, ведь ты мудрости всей кладезь,
Я полюбить тебя, душою всей готов!
Ты только дай мне шанс, ведь не шучу я,
Ведь я такой же, брошен, одинок!
Ты мне позволь, ту разрешу задачу,
Тебя, судьба, я полюбить бы смог…
И только лишь поэт промолвил это,
И голову свою к земле склонил,
Как будто самым тёплым, ярким летом,
Вдруг из лозы рубин вина полил…
И песнь за песнею опять слагались,
И рифм чудесных вновь ложился ряд.
Мелодии любви переплетались,
А голос ярким стал и без преград…
Иногда добившись цели понимаешь, что дорога к ней доставляла большее удовольствие, чем сама цель.
Хорошего человека должно быть много.
А если его много, то он в одно ЧС не поместится.
«Все дороги ведут не в рим,
Каждый камень на них игла.
Как блаженная за святым
Я по каждому камню шла.
Но споткнулась у двух дорог,
И не выбрала не одну.
Словно кто-то меня берёг,
Словно знала что пропаду.
Две дороги — одной судьбы,
Обвивали со всех сторон.
Смерть бежала вперёд тропы,
Жизнь, на взводе, пасла патрон.
Я металась. Как на расстрел —
__Обезумевшая душа.
Значит это и есть предел,
Обманулась я… Не дошла…
Каждым камнем тебе клянусь,
Каждый камень во мне любим.
Обязательно, но вернусь,
Лишь бы только стоял твой рим…»
поэт Biteta #современнаяпоэзия #лирика #стихиолюбви #poertyalani #прокуреннаякомнатадуши
В стародавние времена жил да был Павлин. Тогда он ещё не был таким красивым и имел самое обыкновенное, серое оперенье. Многие птицы посмеивались над ним, дразнили, называли его «серой курицей». Но Павлин никогда не отвечал своим обидчикам. Ведь он был очень доброй птицей и считал, что главное — это не внешняя, а внутренняя красота.
Однажды над джунглями пронёсся страшный ураган. Стайка прекрасных бабочек была застигнута в пути. Бабочки просили зверей и птиц укрыть их от урагана. Но никто не хотел им помочь. Все отвечали: «Спасайтесь сами. Сейчас не до вас!». И только лишь один Павлин согласился укрыть бедных бабочек.
Он сказал:
- Летите ко мне, милые бабочки. У меня большой, длинный хвост. Под ним легко уместится вся ваша стая.
Заворчала жена Павлина:
- Ты что с ума сошёл? Подумай о себе! Ты же сам можешь погибнуть от урагана!
Но Павлин отвечал:
- Не бойся, милая. Ничего со мной не случится. Как же я могу отказать им в помощи? Они такие беззащитные! Без меня они непременно погибнут.
- Ну как знаешь! — сказала жена и спряталась в укрытии.
Долго над джунглями бушевал ураган. Гремел гром. Сверкали молнии. Холодный дождь, не переставая, хлестал Павлина. Он сильно промок и продрог. Но, невзирая на эти все невзгоды, продолжал укрывать стаю бабочек и согревать их своим теплом.
Все неприятности когда-то кончаются. Закончился и этот страшный ураган. Рассеялись тучи, засияло ярко солнце. Бабочки поблагодарили Павлина и продолжили свой путь.
Первой к Павлину прибежала его жена. Она, как и Павлин, была доброй птицей, но, конечно же, не такой смелой, как её муж.
- Дорогой, — сказала она, — я так переживала за тебя! Прости меня, я была не права! Ты у меня — настоящий герой!
Тут к Павлину пришли и другие птицы и звери. И все с изумлением заметили, как преобразился Павлин. Он стал настоящим красавцем. На его хвосте засияли прекрасные разноцветные узоры, оставшиеся Павлину в подарок от бабочек.
С тех пор Павлин стал самой красивой птицей в джунглях. А у его жены так и осталось серое оперенье. Но, несмотря на это, Павлин всё равно очень сильно любил свою жену. Потому главное — это не внешняя, а внутренняя красота!