Стефан Цвейг, роман «Нетерпение сердца»
Дочитала до конца… Классика — во всех смыслах… И, всё-таки, он её предал… Она погибла… А, он, правда, терзаемый муками совести, продлжает жить…
Наши сняли по мотивам фильм «Любовью за любовь» Там финал более щадящий, но менее реалистичный… В жизни, так, к сожалению, не бывает…
Расхожее высказывание «дуракам закон не писан» на самом деле имеет продолжение: если писан, то не читан, если читан, то не сказан. Тогда выражение приобретает несколько иной смысл. В давние времена грамотность была, как правило, уделом избранных, а прочим, то есть народу, писаные законы оглашали.
И, кстати, еще в XI веке митрополит Илларион в «Слове о законе и благодати» обращался к читателям так: «…не къ невъдущимъ бо пишемъ, но преизлиха насыщьшемся сладости книжныя». Примечательно, что в начале XX века Мориц Ильич Михельсон в знаменитом труде «Русская мысль и речь. Свое и чужое. Опыт русской фразеологии» приводит как «дуракам закон не писан», так и «праведному закон не писан». Чей-то острый язык и вовсе переиначил текст: «дуракам закон не писан, дураками он написан».
В народном фольклоре отношение к дуракам далеко не однозначное. И неудивительно — смысл слова изменился со временем, и об этом уже был разговор. Но поскольку сейчас оно обозначает исключительно глупого, неразумного человека, то начнем с тех пословиц и поговорок, которые отражают эту позицию. Итак:
Отрицательный портрет
Народная мудрость выделяет несколько опознавательных признаков дураков. В частности, «дурак — кто говорит не так». Нельзя не заметить, что высказывание это двусмысленное, в прямом значении оно обличает не умеющего говорить, а в иносказательном — намекает, что любой и каждый, если начнет говорить неугодное, может попасть в категорию дураков.
Вторая характеристика: дурак правду по капле принимает, а лесть по ложке. Да уж, падкость на лесть невозможно отнести к разумным чертам. Нравственный аспект подчеркивает поговорка «дурак стыда не знает». Или вот еще: «дурак тому и рад, что ума нет». Кто поспорит с тем, что нежелающий наращивать свой умственный потенциал просто-напросто неумен.
Глупость.
Здесь можно выделить два аспекта. Первый связан со знанием: дурака учить, что мертвого/горбатого лечить (или: дурака учить — решетом воду носить; дурака учить — что на воде писать); что для умного печать, то для глупого замок. И, наконец, просто: дурака не научишь. А кроме того еще: дурака слушать — пирога не кушать; давали дураку холст, а он говорит: «толст».
Второй — направлен на оценку действий человека:
— с дураком пива не сваришь;
— дурак дурацкое и делает;
— дурака пошли, да сам следом иди;
— дурака пошли по ложку, а он тащит кошку;
— дураку по пояс, а умный сух пройдет;
— дураку семь верст не крюк;
— дурень и дом сожжет, так огню рад.
Неразумность.
Часто речь идет о чрезмерной, необдуманной старательности: заставь дурака богу молиться — он и лоб разобьет (или расшибет); дурак в воду кинет камень, а десять умных не вынут; дурак завяжет — и умный не развяжет. Иногда имеется в виду наивность: дурак деньги напоказ носит; дурак за дурой далеко ходил. О последнем хотелось бы сказать поподробнее. Во-первых, не за умной же ему ходить, что он с ней делать-то будет! Во-вторых, и «умные» порой далеко и долго ищут свою «половинку».
За неразумность порой приходится расплачиваться: дураки о добыче спорят, а умные ее уж разделили. Что ж, получается, что пока народ ожидает обещанных государством «пряников», между сильными мира сего они поделены?
Порой обращается внимание на дезориентацию во времени и пространстве, не говоря уже о положении в социуме. Словом, не знает, что творит:
— дурак времени не знает;
— дурак давку любит;
— дай дураку лошадь, он на ней и к черту уедет.
И не знает меры: дай дураку волю, а он две возьмет.
Безнадежность диагноза.
На сей счет народная мудрость замечает:
— дурака хоть в ступе толки;
— пьяница проспится, дурак никогда;
— дурак дома, дурак в людях.
Опасность контакта.
Предупреждения о том, что следует избегать тесных связей с неумными — неразумными, звучат так:
— услужливый дурак опаснее врага;
— дурак один родится — всему свету беда;
— дурак опаснее врага.
А потому «дураков и в алтаре бьют».
Сообщество дураков.
На тему взаимоотношений между дураками сказано немало. Вот, например:
— дурак дурака учит, а оба не смыслят;
— дурак с дураком сходилися, друг на друга дивилися;
— дурак дурака видит издалека;
— дурак дураку и потакает;
— дурак дурака и высидел.
А уж когда ситуация становится совсем нелепой благодаря неумным решениям, то говорят: дурак на дураке едет и дураком подгоняет. Могут и добавить: «дураков стадо — пастуха надо».
Преимущества дураков
Широко известна поговорка «дуракам везет». Но у нее есть более образный вариант: «дурак спит, а счастье у него в головах стоит». В народе считалось, что дураку помогает Бог:
— Бог дурака, поваля, кормит;
— дурак стреляет, Бог пули носит.
А в сказках ему и вообще полцарства достается к царевне впридачу.
* * *
Откуда берутся дураки? Да ниоткуда, их «не сеют, не жнут, они сами растут» (или родятся). И пусть на «наш век дураков хватит», с другой стороны, «дура врет, врет, да и правду соврет». К тому же «дурак мелет, а умный верит». Тогда так ли он умен?
Я вхожу к тебе прямо в комнату.
Не задерживаясь в оранжерее.
Потому мне цветы не помнятся.
Что с любовью, растишь, лелея.
Мной в стихах и мечтах воспетая.
И любимая с прошлых жизней.
Ты стоишь предо мной одетая.
В неглиже моих тайных мыслей.
Говоришь, что цветов не вижу я.
Для меня одного взращенных.
А я прячу свой взор пристыжено.
От огня твоих глаз влюблённых.
В этом мире немного женщин.
Не отравленных феминизмом.
Улыбнись и грусти поменьше.
Не настал ещё час для тризны.
Без тебя мне вселенной мало.
Сутки вечность, секунда много.
Частью жизни моей ты стала.
И наградой мне данной Богом.
Чёртик с ангелочком на моих плечах,
Сели и устроились уютно.
Чёрт мне шепчет: «Выпей! Вижу, ты зачах!»
Ангел с ним согласен абсолютно.
Сова может повернуть голову на 270 градусов.
Любому жаворонку.
Который пытается её разбудить.
Вы не там, девушки, ищете рецепты похудения. Не тех выбираете в гуру диетологии.
Что вам может рассказать о борьбе с жирами и бегемотьим аппетитом женщина-курочка с ножками, как у соловья? С ручками-стебельками и желудком, размером с пипетку? То, как они закусывают бумажными салфетками огуречный сок? Да помилуйте. Это смешно и это всё неправда.
Настоящим спецом и героем похудательных саг всегда были и будут настоящие толстухи.
Что с того, что когда-то в 1950 — м году женщина избавилась от пятисот грамм веса, а теперь в инстаграмме постит свои изможденные бегом и ходьбой иссохшие лодыжки? Не жила ведь, женщина, в ритме «шашлычок под коньячок — вкусно очень». Она лихо, на скаку, не набирала по тридцать-сорок кило живого веса и не избавлялась от него пусть не так лихо, но героически — это точно.
Я знаю много таких историй. Одну из них сегодня с удовольствием расскажу. Все участницы — женщины серьёзные, в борьбе с собственным телом провели не один год. По разному было, конечно. Похудеют, бывало, до 46 размера, а потом — раз и юбилеи — крестины-заключение очень важных контрактов косяками пойдут. Не успеют оглянуться, как уже 56, а то и 58 размерчик холодцом прилип к души скромной обители. Слёзы, конечно, запой шампанский, покупка платьев-мешков, с присказками «колотись оно все перевернись, буду жирной жить».
Ну так вот. Жили-были три подружки. Дружили с песочницы. Жизнь потом, конечно, разметала, но совместно вылепленные куличики и общие грехи юности не давали порушиться большой женской дружбе. Раз в году наши пожилые девушки встречаются, чтобы совместно худеть. В одного худеть и скучно и грустно, нужна компания, всем понятно.
Со средствами у дев, слава всевышнему, всегда всё было в порядке, все до одной владелицы каких-то очень серьёзных бизнесов, поэтому ни на зажорах, ни на диетах не экономили никогда.
В этот раз по совету сестер по несчастью, королевишны наши отправились куда-то в карельские леса, чтобы за триста тысяч российских рублей поголодать вволюшку и всласть.
Все из разных городов слетелись в Москву, чтобы спокойно сесть в поезд, поболтать в купе о том о сём, о своём о женском, выспаться, отключив телефоны, забыв о том, что они акулы каких-то бизнесов. Да и лет уж не по тридцать даже. Отдых нужен перед голодом.
До скорого поезда времени оказалось — вагон. Девы и так и так прикинули: музей? Да что мы там не видели? У нас это все дома в шесть ярусов висит и стоит, а может и поболее. В кино? Там расстройство одно постоянно — все тощие и красивые, а плеваться в экран девам, как бы, не по возрасту уже. Опять же статус. Ну куда, куда бросить тела в платьях-мешках до прихода поезда?
Правильно. В ресторан. Привокзальный. Перед голодовкой нужно немного поесть. И выпить, соответственно. Тоже немного.
Шесть часов и шесть бутылок водки ушли, как в сухую землю. Да три цыпленочка табака, да нарезочка и такая и сякая, да салатики, да икорочки на зубок.
Не успели оглянуться — поезд уже последним вагоном машет. Подхватились, баулы свои на спинушки мощные взгромоздили и вперед. Челночная молодость закалку серьезную даёт. Одна такая женщина до пяти мешков на спине унести может и за шасси любой боинг на взлете схватить. И посадить. Не нынешнее всё.
Ворвались в купе. Хорошенькие уже — сил нет! Щечки розовые, глазки блестят, душа огневушкой-поскакушкой по телу мечется, праздника ищет. А женщины все серьёзные, молчать не приучены. Есть желание? Озвучь его. Добейся желаемого тут-же, не мямли, тряпка.
В этот томный вечер, слегка припорошенный водочкой, девушкам хотелось провести время с офицерами. Одна из дам, наиболее крепко стоящая на ногах была командирована в вагон-ресторан за коньяком и мужчинами в погонах.
— Офицеры-россияне в вагоне есть?, — зычно, по богатырски, рявкнула одна из наших худеющих в сторону мирно выпивающих в ресторане на колесах граждан, — Я покупаю всю водку, шампанское, икру и шоколад в вашей харчевне! И отбивных штук восемь-десять мальчишкам… А, да, сервелату две палки и хлеба, — это уже в сторону пищеблока.
Офицеры, само-собой, нашлись. Еду и шнапс, конечно же доставили прямо в купе к голодающим. Таким женщинам не отказывает никто. Ибо чревато.
К утру был в стельку пьян весь вагон, включая младенцев и подлавочных мышей. В зажигательных танцах были оборваны все шторы в купейном вагоне. Кругом валялись подушки и не очень свежие полотенца. Офицеры были готовы бросить семьи, гарнизоны и ехать худеть за счет казённый кассы. Проводники рыдали от безысходности, кляня судьбу. Им тоже хотелось в тот момент быть хоть плохонькими, но офицерами. Но, увы…
На пустынный перрон в небольшом городке, ранним летним утром выложили тела трех упитанных женщин, рядом поставили три огромных чемодана и что-то еще такое дамское и очень вместительное, типа сумочек и рюкзачков с бабочками из золота.
Кто-то рвался из вагона с криком: «Любаша, я никогда тебя не забуду!», но его крепко держали чьи-то сильные руки.
Женщины смотрели в огромное карельское небо и молчали. Когда к одной из них вернулись силы и она смогла встать, на перрон вышел приятный мужчина с чемоданчиком. Как выяснилось через три дня — он возвращался из командировки и очень торопился. Но отказать обессилевшим дамам, предложившим ему выпить водки и посмотреть красивые озера, он не смог. Праздник вышел на новый виток.
На четвертые сутки, из полыхающих станиц вышли люди, мало напоминающие тех, кто садился в поезд Москва — Петрозаводск. Их было четверо. Три потрепанные женщины и один мужчина. Все с чемоданами. На крыльце санатория, где уже несколько дней худели приличные и обеспеченные граждане появление этой пожухлой компании вызвало замешательство. Запах перегара сшибал с ног даже видавших виды дворников и охранников. А что уж говорить про людей, которые целых четыре дня голодали и принимали животворящие клизмы из родниковой воды. Понятно, что они были в ужасе от этого зрелища.
Хорошо, что врачи в той богадельне для богатых знали про свою публику даже больше, чем сама публика. Дев, с прибившимся к ним дивом командировали в нумера, вставили капельницы и клизмы куда положено, отпоили минеральными водами с редуксином и пантогамом, втихушку от голодающих откормили куриным бульоном и через три дня компания была готова начать голодать, но время пребывания, увы, истекло.
Домой все возвращались решительно настроенными на ЗОЖ. И, кстати, похудели все трое. Но уже сами. Задаром. На кефирах-гречках и куриных грудях.
А вы мне все про фитнесс и мотивирующие тренинги от стройных и звонких гуру. Я лучше знаю, как все это работает;)
…Надо быть братьями по РАЗУМу, а не братьями по недоРАЗУМению…
(ЮрийВУ)
…КРАСИВОЙ КОКЕТКЕ…
…Вас полюбить — ума не надо,
Вы красотой затмите свет,
Но, только внешне вы — отрада,
А, вот внутри отрады… нет!..
(ЮрийВУ)
Самолет с беглыми российскими олигархами из Лондона прибыл во Внуково.
— Сема, глянь в иллюминатор, автозаки к трапу подогнали или как?
— Шутите, Равшан Измаилович. Путин обещал, что не тронут у трапа.
— Вот. У трапа. Родина начинается у трапа, а заканчивается где-то там, в Сибири. Десять лет здесь не был. Что-то дымком потянуло. Дым отечества что ли?
— Нет, это я от волнения закурил. Как перед расстрелом. По последней.
— Брось. Ты им сколько должен по их версии?
— Двадцать ярдов.
— Пока не отдашь — не стрельнут. Так утюгом или паяльником пройдутся. Я так в далекой молодости первичный капитал зарабатывал. Ну что, пошли что ли. Да руки за спину еще рано прятать. Не боись, Сема. Прорвемся. Век воли не видать!
— Да я и не боюсь. Только чувствую себя как Гагарин после приземления. Стоишь такой в скафандре и говоришь: «Здравствуй, Родина», а на тебя в это время колхозники с вилами бегут.
— А Родина и не должна нас цветами встречать. Кстати, будут предлагать чай — не пей. И вообще ничего не бери, что предложат.
В это время стюардесса сделала объявление по громкой связи:
«Поздравляем вас с прибытием в столицу нашей Родины город-герой Москва. Просьба не забывать свои личные вещи и выходить на трап с поднятыми руками. Спасибо, что выбрали именно нашу авиакомпанию».
У каждого свое море.
У кого-то оно за тысячи километров, у других в шаговой доступности.
У одних море страсти, любви, обояния.
У других море горя, страданий и отчаяния.
Моё море всегда со мной — синее небо над головой.
Спешим, когда есть время остановиться, подумать, принять верное решение.
Медлим, когда от нас требуется участие даже жизненно необходимое.
Мы не умеем жить, но живём. Животных же убиваем. А ни одна матка животного не искала для своих детенышей няньку и не сваливала их на бабушек с дедушками…
Мы не знаем где правда или ложь, но вечно ищем справедливости.
Нам дано порой больше, чем животным, но мы не редко бросаемся в драку из-за мелочи.
Нам дан разум, но мы умудряем блеснуть глупостью.
МЫ — этим было бы много сказано если бы не Я.
В этот город уже не вернуться,
Вспоминая о днях беспечальных.
О желаниях, склонных к безумствам,
О рассветах — прекрасных началах.
О рождениях — розово-дивных.
О туманах, дорогах, наградах.
О единственных — самых любимых.
О единой, живой, благодатной.
Он остался за краем трескучим —
Опаленным, изломанным, вечным…
Там по прежнему легче и лучше.
Там, как раньше, почти безупречно.
Он живет.
В это хочется верить.
Этим вновь зажигаются звезды,
Открываются души и двери,
Молодеют родные березы…
Это дорого, важно, исконно.
С чем сживаешься просто, надежно.
И у сердца хранишь ровно столько,
Сколько сердце стучит и тревожит.
Не забудем.
Забыть невозможно.
Чтобы было зачем оглянуться.
Рассказать…
Пожалеть…
Подытожить…
Научиться по новой влюбляться…
Научиться по-новой чему-то,
Что умел, не учась постепенно,
В этом городе детского чуда…
В этой жизни, на радости спетой!..
Почему хорошие девчонки влюбляются в плохих парней?
Это Бог посылает любовь в надежде вылечить больную душу дурного человека.
Это тяжёлый труд, поскольку слова и поступки будут ранить и отравлять жизнь.
«Ты скучна до однообразия. Ты дура… больная… сгори уже… Ты глупая и нелюбимая… Не кем… Ты старушка… Ты пустая, конченная… Да усохни саранча…» Сколько желчи может принять любящее сердце?
Она уйдёт или останется, стерпит или перебьёт посуду в твоём доме, пошлёт тебя на куй или станет молится о смягчении твоего жестокого сердца… Неважно, что сделает она… Главное, что твои поступки останутся с тобой навсегда. Это те камни, которыми ты вымостишь себе дорогу в Ад…
Когда от Бога жду ответ
За все земные злодеянья,
Во мне живёт, как оправданье,
Надежда — то, что Бога нет.
Есть рыбаки и есть любители съездить на рыбалку…)))…Это совершенно разные люди…)))