Психолог женских душ обычно не женат.
Кот Скрипалей снова в бою!
Сизифа знают все. А те, кто втащил камень на гору, остались неизвестными
Не взять Россию на испуг,
Устали люди удивляться,
И, даже Кириенко, вдруг,
Героем может оказаться
«Что курил автор?» — Читали в интернете такую фразу, и не раз, правда? Говорит она о том, что в нынешнем мире, избалованном химией и напичканном этноботаникой, стало слишком уж легко заподозрить креативного человека в употреблении каких-либо веществ для вдохновения. В советские годы шаблонное сомнение в трезвости таланта звучало чуть иначе: «Это ж сколько надо было выпить, чтобы такое написать (изваять, снять, накалякать)?»…
А все потому, что ежедневная жизнь читателя, протекающая бурным потоком формальностей среди стекла, бетона и кабелей, замусорена стрессами. Они не дают задуматься о музах и поискать в себе те брошенные природой зерна, из коих могли бы вырасти цветы жизни — нет, не дети, а шедевры творчества.
Внезапно, покурив марихуаны или булькнув какого-нибудь абсента, «захлопотанный» гражданин обнаруживает в себе дар писать стихи или рисовать картинки. Просыпаются таланты детства, затертые шершавым туманом будничной суеты. Вместо того чтоб порадоваться «ай да, имярек, ай да, сукин сын», заурядный человечек лелеет убежденность в том, что все парадоксально красивое в искусстве, музыке и литературе создано под кайфом. И, надо сказать, иногда оказывается прав. Кот товарища Хемингуэя не даст соврать:
С древнейших времен писатели были и остаются лекарями собственных душ, добавляя в рацион свой под видом пищи духовной различные вещества. Так таланты борются с дурными мыслями и скукой, дефицитом идей и падениями самооценки.
Еще в Библии, которую писали живые люди, упоминается пылающий куст, с которым под воздействием какой-то кислоты разговаривал Моисей. Между одурманиванием ради вдохновения и реальной проблемной наркозависимостью лежит очень тонкая грань. Несколько удачных книг, написанных под кайфом — и начинаются семейные проблемы с разговорами о том, что кое-кому пора ложиться в клинику.
Если до огласки и несчастья не доходит, то романы и поэмы, музой для которых послужили наркотики,
Вот мы и подобрались к необходимости раскрыть досье наших героев — великих литераторов, которые творили под кайфом. И пусть их случаи не станут примером для бездарных людей, которые подумают, будто гашиш и кислота вознесут на вершину славы и финансовой свободы.
1. Шарль Бодлер
Если не типичный либертарианец, то уж точно либертин, Бодлер был членом Гашишного Клуба, который существовал с 1844 по 1849 год. В то сладкое время полиция за марихуану не наказывала — государству не было дела до подобных клубов.
Бодлер писал оды гашишу, одну за другой, затем к конопле подключился опиум. Шарль называл каннабис веществом удобным и в употреблении, и в транспортировке. Чего нельзя сказать о гашише сегодня, если вы живете не в Нидерландах, Уругвае или Бангладеш.
2. Жан Кокто
У поэта, новелиста и драматурга Кокто был любимый друг, 20-летний Родригес, который взял и помер. Горе от утраты Жан Кокто попытался искоренить с помощью опиомании, которую возвел в ранг добродетели. Но скорбь никуда не делась и опиушный мрак помог Кокто лишь в поисках тем для творчества — таких как смерть, скажем.
Самое худшее из своих произведений «Ужасные дети» великий француз, предвестник сюрреализма, написал за одну неделю в состоянии ломки, сквозящем из каждой строки.
Когда Кокто решил завязать, он, не жалея красок и метафор, описал свои старания в книге «Опиум, дневник наркомана», показав собратьям по беде, как это важно — ежедневно делать записи, если искренне пытаешься избавиться от вредной привычки.
3. Стивен Кинг
Еще один любитель веществ, Кинг имеет репутацию чересчур продуктивного писателя, который о любой страшной ерунде пишет на 1000 страниц больше, чем надо. Но «пипл хавает». С 1979 по 1987 годы, время своего подъема в глазах и умах мирового «читательства», Стивен Кинг сидел на кокаине, который действительно подстегивает к графомании.
В каждой из страшных «кинговских» историй присутствуют сумасшедший, плюс очень общительный человек, плюс тот, кому требуется сострадание и поддержка. И все эти люди — это, в сущности, один и тот же Стивен Кинг, то под кокаином, то на «отходняке», разбавленном пивом.
4. Филлип Дик
Этот великий мастер научной фантастики был неестественно продуктивен в 1963−64 годах. Галлюциногенные и стимулирующие препараты, такие как Семоксидрин (гомолог амфетамина, в те годы — рецептурное противотревожное лекарственное средство) перевели мозг Дика в турбо-режим, что привело к рождению 11 романов, нескольких эссе и рассказов.
Наркотики на время отбили у Филлипа любовь к выпивке, то есть можно сказать, что книги, написанные под стимулятором, были созданы фантастом «на трезвую голову».
5. Олдос Хаксли
Вот бы этот необычный писатель и любитель мескалина удивился, узнав о том, как его творчество вдохновит самого яркого гедониста в истории рок-музыки — Джима Морриссона. Ведь само название группы «Дорз» взято из имени книги Хаксли «Двери восприятия».
В этом эссе Хаксли рассказывает от своих переживаниях и умозаключениях под воздействием мескалина. Того же, который позднее завуалировано отрекламировал Кастанеда, пробудив в маргиналах интерес к кактусоводству.
Книга изобилует вновь придуманными Олдосом Хаксли психофизиологическими терминами и заканчивается мыслью о том, что мескалин полезен людям, занимающимся интеллектуальной деятельностью.
А в антиутопии о «Дивном новом мире» Хаксли мечтает о наркотике «сома», который не вредит здоровью и не вызывает привыкания". С некоторых пор эта мечта стала главной внутренней идеей писателя, который уже и навредил, и привык…
Эту женщину Наполеон Бонапарт любил до самой смерти. Несмотря на то, что она была значительно старше его, несмотря на ее измены, на ее двоих детей от первого брака и то, что самому Наполеону она так и не подарила наследника… Историки до сих пор не могут разрешить этой загадки. Впрочем, любовь редко можно объяснить с рациональной точки зрения…
Будущая французская императрица появилась на свет 23 июня 1763 года на острове Мартиника, в семье плантатора Жозефа Гаспара де Таше де ля Пажри и его супруги Мари Розы де Сануа. Девочке дали имя Мари Жозефа Роза. Но все звали ее Жозефиной. В шестнадцать лет ее выдали замуж за блестящего виконта Александра де Богарне.
Супружеская чета перебралась в Париж. Вскоре после того, как Жозефина родила мужу двоих детей — Эжена и Гортензию, тот фактически оставил ее. Он крайне редко появлялся дома и совершенно не скрывал, что ведет свободный образ жизни.
Так продолжалось около пятнадцати лет. Во время Французской революции супруги оказались в тюрьме. Жозефине повезло — ее выпустили на свободу. А вот ее беспутный муж сложил голову на плахе.
Оставшись вдовой, Жозефина де Богарне стала вести светскую жизнь. Не имея собственных средств, она фактически находилась на содержании у своих любовников. Одним из них был Поль Баррас.
Как-то на одном из званых вечеров Баррас представил ей невзрачного вида молодого офицера. Это был генерал Наполеон Бонапарт. Баррас намеренно свел их друг с другом: он был скуповат и хотел избавиться от возлюбленной — ему приходилось содержать и ее, и ее детей…
Несмотря на то, что новый поклонник оказался беден и к тому же был шестью годами моложе Жозефины, между ними промелькнула искра. На следующий день Жозефина пригласила Бонапарта к себе на обед. Вечер, проведенный с прекрасной креолкой, распалил его страсть к ней. Вскоре они стали любовниками.
Когда Наполеон сделал своей возлюбленной брачное предложение, они оба на бумаге изменили свой возраст: Жозефина убавила себе четыре года, а ее жених прибавил себе полтора… Теперь они были почти ровесниками — по крайней мере, формально.
Их венчание состоялось 9 марта 1796 года. Свадебным подарком молодой жене стало колечко с сапфирами, внутри которого было выгравировано: «Это судьба». А вскоре сбылось предсказание, сделанное ей когда-то знаменитой гадалкой Ленорман — Жозефина стала императрицей.
Из военных походов, одерживая победу за победой, великий завоеватель ежедневно отправлял оставшейся в Париже супруге нежные письма. «Если ты меня уже не любишь, то мне нечего делать на земле», — писал Наполеон.
Между тем Жозефина, подолгу оставаясь в одиночестве, не могла сдержать своего пылкого креольского темперамента. До Наполеона стали доходить вести об ее изменах. Вернувшись во Францию после семнадцати месяцев отсутствия, император получил от ближайшего окружения бесспорные доказательства неверности жены и объявил ей о разводе.
Он и сам был не без греха, но другое дело, когда речь шла о женщине, которую он искренне любил… Однако Жозефина сумела вымолить прощение, и брак не распался.
Случилось это гораздо позже. В последние годы брака влюбленные много ссорились, в основном из-за неспособности Жозефины подарить Наполеону наследника. Однажды он в сердцах бросил жене: «Вокруг вас беременеют все, даже животные, но не Вы, мадам!»
Жозефина была очень оскорблена, она часто плакала и даже падала в обмороки. Но позже сама лично помогала Наполеону писать страстные письма его будущей невесте, решив, что главным проявлением ее любви к мужу — будет отступить и дать ему возможность иметь наследника от другой женщины.
Жозефина так и не смогла родить Бонапарту наследника, и, чтобы сохранить династию, он решился вступить в новый брак — в интересах государства — с австрийской принцессой Марией-Луизой. Развод с Жозефиной состоялся в 1809 году.
Наполеон настоял на том, чтобы она сохранила титул императрицы. Также в качестве отступного бывшая жена императора получила Елисейский дворец, Мальмезон, Наваррский замок и три миллиона в год. Ей оставили гербы, охрану, эскорт и все атрибуты царствующей императрицы.
Оставшиеся годы Жозефина провела, занимаясь выращиванием экзотических растений и коллекционированием произведений искусства. Даже после развода Наполеон не желал забывать о своей возлюбленной. Они переписывались, и их письма были полны теплых чувств.
Когда у Наполеона родился сын, Жозефина уговорила показать ей мальчика. Втайне от второй жены Бонапарта Жозефина приехала в лес, где в то время гуляли с ребенком. Она прижала мальчика к груди со словами: «Когда-нибудь ты узнаешь о той жертве, которую я принесла ради твоего будущего».
Между тем брак с Марией-Луизой и рождение долгожданного сына (его называли Римским королем) не принес Наполеону счастья. После поражения при Ватерлоо бывшего императора сослали на остров Святой Елены.
Жозефина хотела сопровождать его. Но ей было отказано в этом. Она скончалась в Мальмезоне 29 мая 1814 года, два месяца спустя после отречения Бонапарта от власти.
Причиной смерти Жозефины стало простудное заболевание, но, возможно, сыграло свою роль и нервное истощение из-за переживаний за Наполеона. На похороны Жозефины пришло больше двадцати тысяч человек. Могила Жозефины находится в церкви Сен-Пьер-Сен-Поль в Мальмезоне.
Наполеон ненадолго пережил ее — он умер на острове Святой Елены в мае 1821 года, шепча в предсмертном бреду имя любимой Жозефины. Для него она навеки оставалась живой.
«Жозефина была чудная женщина и очень умная. Я горячо оплакиваю ее потерю».
Наполеон Бонапарт, император Франции, бывший муж Жозефины…
Это не мы выгуливаем собак, это собаки выгуливают нас!
Очень многие безумно и эгоистично хотят быть любимыми, но далеко не все готовы их за это любить.
Собирала любовь по нежности,
Собирала счастье по смеху,
Собирала жизнь по минутам,
Собирала вечность по ветру.
Царь на Руси всегда один.
Он всем и Бог и господин.
А при царе — царьков тьма — тьмущая,
и все хотят чтоб щи погуще…
Затянули пояса,
кто на рожон — рубить леса.
У народа те халдеи
испокон сидят на шее.
Законы пишут для себя,
а людишки всё твердят:
— Забирайте хоть штаны,
лишь бы не было войны …
06 июля 2018 год.
На пути поезда Жизнь для каждого персональная остановка, иногда по требованию пассажира.
Неужели, дойдя до порога,
Мы за ним не найдём ничего?
Одного лишь прошу я у Бога:
Одарить меня верой в Него.
Нравственность человека познаётся властью и собственностью.
Небо снова затуманено.
Льются грустные дожди.
Непогода землю ранила.
Грязь и слякоть впереди.
Вот иду тропой ухабистой
Вдоль по полю прямо в лес.
Не печально мне. Мне радостно.
Будто я утратил вес.
Мне легко. Я в предвкушении.
Самой сладкой черноты.
И стремительны движения.
Остаётся пол версты.
Пол версты до сочной ягоды,
До родных черничных мест.
Наберу вкусняшки на годы
Обойдя весь лес окрест.
Только смелость умножает добрую силу человека.