Цитаты на тему «Волшебство»

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
. Когда я спустилась в зал, там уже все усиленно налегали на еду. Был поздний вечер, и таверна оказалась заполнена местными завсегдатаями, так что мое появление явно не осталось незамеченным.
Еще бы - на верхней ступеньке лестницы стояла черная как ночь бесовка с длинным, извивающимся у стройных ножек, плотно затянутых в кожу и сапожки на высоком каблучке, хвостом с изящным маленьким сердечком на конце.
В довольно откровенной майке и с облаком парящих над макушкой черных как смоль волос.
Прибавьте к этому острые и длинные эльфийские ушки и изящную стройную фигурку с обалденными пропорциями, и вы поймете, почему я сразу же стала всеобщим центром внимания.
Хорошо хоть наш стол, где расположилась остальная часть команды, располагался около лестницы.
Я немедленно плюхнулась на скамью, поправив хвостом челку и весело сверкнув в сторону злого как черт Клина зеленющими глазами.

- Что все это значит?
Прорычал он.
- Мы же договорились, что на людях ты будешь сидеть в плаще, чтобы не привлекать лишнего внимания.
Казалось, еще немного - и он придушит меня голыми руками.
Я ответила ему милой улыбкой и нагло пододвинула к себе тарелку все еще находящегося в ступоре кота. Филин, уже немного оклемавшийся, но все еще бледный, явно наслаждался ситуацией.
- Прости милый, но я такой договоренности не помню.
Сообщила я с набитым ртом, стараясь наесться впрок, пока Уська не опомнился.
- Эль…
Проблеял котик, все еще пребывая в ступоре и почему-то глядя огромными глазами на мою грудь
- Ты, кажется, забыла надеть рубашку.
Я перевела взгляд вниз и внимательно изучила не слишком широкую полоску кожи, скрывающую только самое необходимое: саму, так сказать, грудь.
- Ничего я не забыла, это и есть рубашка.
Филин поднял вверх большой палец.
А Клин смотрел на меня глазами профессионального убийцы на задании.
Что-то сейчас будет…

Но тут нас бестактно прервали четверо мужчин, подошедших от соседнего стола.
- Эй, красотка, не хочешь прогуляться с крепкими парнями вроде нас?
Клин встал и спокойно к ним обернулся. Я поняла, что наш вождь наконец-то нашел козлов отпущения.
- У вас есть пять секунд, чтобы убраться. Раз…
- Эй, парни, по-моему, этот хлюпик нарывается.
Сообщил крайний левый, радостно оглядываясь на товарищей.
Я сравнила габариты местных парней и Клина и громким шепотом сообщила Филину, что Клин и вправду проигрывает им по объему мускулатуры.
Парни радостно заржали.
Клин невозмутимо продолжал считать, и, когда один из них, которому надоело ждать, попросту схватил меня за руку, под гогот товарищей пытаясь вытащить из-за стола, Клин сказал всего одно короткое слово:
- Пять.

В следующее мгновение очертания его фигуры смазались, я автоматически перешла в его плоскость времени, с интересом следя за моим защитником.
Первый же местный задира получил перелом руки, той самой, которой схватил меня, и был отброшен мощным ударом в живот в дальний угол зала, остальные получили кто в челюсть, кто в солнечное сплетение.
Время восстановилось - Клин все еще стоял там же, казалось, что он даже не стронулся с места, а вот люди разлетелись кто куда, потеряв сознание от боли.
Он повернулся ко мне и протянул руку.
В глазах плескалось плохо скрываемое бешенство.
- Пойдем!
Рев вырвался из его груди, и я безропотно поднялась, все еще не понимая, что именно его так разозлило.
Клин потащил меня по ступеням наверх, с силой сжимая руку и уже начиная меня злить.
Когда он попросту втолкнул меня в мою комнату, я уже и сама была в бешенстве.
Да что он себе позволяет?!
Я ему кто, девка дворовая, чтобы так себя со мной вести?!

Филин и Уська еще сидели за столом. Наконец чишер спросил у кота:
- На кого ставишь?
- Чего?
Не понял Уська.
И тут сверху раздался рык, потом грохнуло, дзынькнули разбитые стекла окон, резко запахло горелым.
- Наверх!
Мигом оценив ситуацию, вскочил Уська.
Но Филин успел его перехватить:
- Да стой ты, сами разберутся…
И тут же получил когтями по руке.
Кот в три прыжка взлетел по лестнице и прыгнул в дымящийся проем двери. То, что он увидел, заставило пушистика резко затормозить, удивленно взирая на открывшуюся картину.

Наемный убийца крепко сжимал в объятиях зеленоглазую ведьму и, склонившись над нею, нежно целовал черные губы, причем бывшая эльфа даже не пыталась сопротивляться, очень уютно чувствуя себя в его сильных руках посреди всего этого еще тлеющего бедлама.
Уська зажмурился и тряхнул ушастой головой, а потом развернулся и пошел обратно.
Филин встретил его понимающей улыбкой, и все, что Уська смог сказать, виновато глядя на его наспех перевязанную оторванным куском рубахи руку, это:
- Целуются.
- А я что говорил? Садись, ешь, они и сами во всем разберутся.

Я чувствовала его руки, сжимающие мое тело, его губы, целующие мои, и никак не могла понять, что же все-таки произошло. Еще недавно я швырялась в него молниями, искренне пытаясь убить, а сейчас даже и представить себе не могу жизни без него.
Неужели это и есть любовь?
На данной мысли я резко очнулась и, сообразив, что творю, с силой рванулась из его объятий.
Клин удивленно посмотрел мне в глаза и… все понял.
Отпустил, на всякий случай сделав шаг назад, и, резко отвернувшись, вышел из комнаты, хлопнув за собой дверью.
А я осталась стоять одна посреди выжженной комнаты и догорающих останков кровати.
Надо будет попросить у хозяина другой номер.

- Эль, так куда же мы все-таки идем?
- На дело.
- На какое?
- Тайное.
- А поконкретнее?
- Уська, тебе же сказано - тайное, так что тихо!
- Мне все-таки кажется, что ползти по темному коридору и шептаться, в то время как ты можешь просто создать сферу тишины, довольно глупо.

Я застыла, размышляя над сказанным. До двери комнаты, в которой спали ребята, оставалось всего ничего.
- Так, кто тут из нас ведьма - я или ты?
- Ты.
- Вот и ползи, и не возмущайся, раз так надо.
Уська возмущенно засопел, но у самой двери снова зашипел в ухо:
- Эль, я в туалет хочу!
Я выругалась про себя, возмущенно разглядывая пушистого мучителя.
- Можно я быстро?
- Нельзя!
- Жлоб.
Пока я соображала, каким образом то, что я не дала коту сходить в туалет, делает меня жлобом, рыжик уже скрылся в темной комнате, как и раньше конспиративно ползя на брюхе. Я тут же поползла следом.

Ребята спали.
Чуть ранее запущенное заклинание сна, которое я подмешала в суп, действовало безотказно, правда, к сожалению, чтобы Клин ничего не заподозрил, пришлось обойтись малыми порциями, так что приходилось соблюдать полную тишину.
Я осторожно встала и, разведя руки в стороны, прошептала свое фирменное заклинание.
Филин вздрогнул и широко зевнул. Я рванула было под кровать, но там уже обосновался Уська и теперь активно выпихивал меня с занятой территории.
К счастью, Филин так и не проснулся, а потому я отлежалась на полу рядом.
- Пошли.
Шепнул кот и пополз к свободе.
Я последовала за ним, соображая, во что же такое его превратить в ближайшем будущем.

Но когда я уже наполовину выползла из комнаты, меня настиг до боли знакомый голос:
- Филин, тебе никого конкретно этот зад не напоминает.
Я застыла, внутренне негодуя и переживая одновременно.
- Ну как же, как же, этот хвост я всегда узнаю.
Пришлось понуро встать и вернуться в комнату. Кот, зараза, успел слинять.
- Итак.
Клин сидел по пояс голый на кровати и, прищурившись, рассматривал мою ну очень виноватую физиономию.
- И что же такого понадобилось тебе здесь, что ты не решилась нас побеспокоить?
В это время смеющийся Филин повернулся к зеркалу и подавился хохотом. Лицо его медленно вытянулось, а глаза сделали отчаянную попытку выскочить из орбит.
- Клин… а ты в зеркало еще не смотрелся?
Тихо поинтересовался Филин в полумраке ночи.

Я поняла, что вот тот долгожданный момент, когда надо сматываться, и резко стартовала вон, не дожидаясь, когда Клин обнаружит, что я теперь далеко не единственная обладательница черной кожи, рогов и персонального хвоста.
Рык, который раздался за моей спиной, придал мне ускорения, я даже временно перестала переживать, что не оживила им волосы - не успела…
Но тут я врезалась, сбегая на всех парах по лестнице, в кого-то медленно по ней поднимающегося.
Кубарем покатившись вниз, я почувствовала, как меня подхватывают чьи-то крепкие руки, сразу шесть, а на запястьях тихо щелкают золотые браслеты.
Я медленно подняла глаза и встретилась лицом к лицу со священником в длинном черном балахоне.
- Попалась, чертовка!
Радостно улыбнулся он и размашисто осенил меня крестным знаменем. По его разочарованному лицу я поняла, что у меня как минимум должны были отвалиться рога.
Но тут…

- Ваше преосвященство, еще черти!
Взвизгнул сзади кто-то особо впечатлительный, и я, оглянувшись, увидела сбегающих вниз ребят.
Священникам не особо помогли кресты и два ведра святой воды, которой их же и облили ребята.
В итоге все четверо валялись кто где, в самых неожиданных позах, а я стояла в центре комнаты в наручниках, но гордая и непокоренная.
- Эль!!!
Волосы возмущенно поднялись дыбом и заколыхались над головой. Интересно, Клин и вправду думает, что если на меня наорать, то это чем-то поможет?
Я на всякий случай виновато улыбнулась и вытянула вперед руки с браслетами, и только тут поняла, что они не из золота, а из солнечного металла.

Пот прошиб все тело, я резко посерьезнела.
Судя по лицам друзей (кот прибежал на шум), только Филину было неизвестно, что это такое.
- Ищем кольцо.
Тихо сказал Клин и пошел к первому священнику.
- Оно у меня.
- В дверях таверны стоял какой-то тип в плаще и капюшоне и спокойно разглядывал надетое на палец маленькое колечко, со стороны так похожее на золото.
Он медленно поднял голову и прожег меня взглядом ненавидящих глаз.
- А если вы хотите, чтобы ваша девочка несильно мучилась, то не будете мне мешать.

Кот, сидя на столе, тихонько объяснял Филину, что такое солнечные браслеты. Я о них знала и так.
Стоит этому человеку несильно сжать кольцо, и боль ударит по моим нервам с небывалой силой.
Но самое страшное, что никакой магией их снять нельзя, любое ее применение несло за собой ту же кару.
- Мы можем договориться.
Клин подошел совсем близко к человеку и теперь стоял напротив, заслоняя меня спиной.
- Договориться можно всегда.
Улыбнулся пришелец.
- И я готов обменять ее на кое-что еще.
- На что?
- Вспомни свой невыполненный заказ, Клинок. Я обменяю ее только на голову эльфийской принцессы.

Мне резко поплохело.
Клин вздрогнул, и крепко сжал кулаки.
- Откажешься, и она умрет от боли прямо на твоих глазах. Хочешь посмотреть?
Неожиданно браслеты резко раскалились и сжали мне руки до ломоты в костях.

Не страшно. Я продолжала стоять.
Боль ползла выше, извиваясь и жаля тысячью зубов, она вгрызалась в плечи, грудь, спускалась по телу, резала вены, заставляя испуганное сердце колотиться с запредельной частотой.
Пусть.
Тело обняли шипастые обручи, сдавили грудную клетку, я почти слышала хруст ломающихся костей.
- Больно?
- Нет!
Я стояла и смотрела в серые глаза Клина, чувствуя, как разрываются от натуги связки, лопаются сосуды, перехватывает горло так сильно, что невозможно сделать вдох.
Больно!
Но я улыбаюсь ему.
- Я не понимаю, она давно должна биться в агонии. Почему она стоит?!
Он не понимает? Какой глупый!

- Я…
Слова, нет, тихий хрип вырывается из горла. Треск в коленях, почему я еще стою?..
- Люблю…
Ноги подкашиваются, но я не падаю, упираясь коленями в лавку.
- …тебя.

Его глаза меняют свет.
Как красиво, они не серые, они цвета закаленной стали и древнего расплавленного серебра.
Фигура человека смазывается.
Разворот. Удар.
Человека в плаще отбрасывает далеко назад, он врезается в дерево, пытается кричать и смотрит, смотрит в лицо давно забытого убийцы.
Еще удар.
Треск дробящихся костей и пузырящаяся на губах кровь.
Еще!
пусть почувствует ее боль!

Краем глаза убийца замечает, что человек все еще сжимает в руках маленькую солнечную искру, и отрубает ему руку.
Потом вторую, вспарывает живот и улыбается в перекошенное от ужаса и боли лицо.
Мертвое лицо.
Кольцо у Клина в руке.
Он уже здесь, падает перед принцессой на колени и быстрым отточенным движением снимает браслеты. Она еще жива и даже пытается улыбнуться ему сквозь боль.
Боже, как же он будет жить без нее.
Как?

- Клин, Клин! Да очнись же ты.
Есть способ ее спасти.
Кот отшатнулся от него, испугавшись этих глаз, но все равно продолжил:
- Ты ведь любишь ее, так вскрой вены и влей ей в рот свою кровь.
- Это легенда эльфов. Она ей не поможет.
Слова вылетают из сжатого спазмом горла с трудом, очень хочется убивать любого, кто приблизится, но он еще сдерживает себя.
- Она и есть эльфа, просто делай то, что я говорю, пока она еще жива.

Нож.
Вена.
Кровь.
Клинком разжали стиснутые зубы, и в рот снова хлынула кровь, только теперь уже чужая.
Я закашлялась, пытаясь отвернуться, но Клин крепко держал меня, не пуская и продолжая пытаться напоить чем-то теплым и вкусным, а я никак не могла объяснить, что не могу глотать.
Но тут наконец-то истерзанное болью сознание погрузилось во тьму.

- Клин, остановись.
Кот положил лапку на его руку и грустно взглянул на принцессу.
- Теперь все зависит только от нее. Нам остается ждать.
- Именем святой церкви мы приказываем вам отдать нам…
Клин просто обернулся и взглянул на трех новых священников, осторожно придерживая Эллин на своих руках.
Те сразу побледнели и решили, что конкретно данная чертовка не так уж и нужна церкви, тем более что она и сама уже почти мертвая.
С тем и удалились.
Клин медленно встал и бережно понес свою хрупкую ношу наверх.
Филин пошел договариваться с хозяином.
Причем сам трактирщик после разговора был готов лично охранять комнаты со странными постояльцами, ведь самой щедрой платой за это являлась его жизнь.

Клин осторожно положил девушку на кровать и сел рядом на стул. Кот взобрался на одеяло и устроился у нее под боком, громко мурлыча и изо всех сил пытаясь помочь по-своему, согревая ее такое холодное тело.
Она просто обязана поправиться.

Сознание возвращалось с трудом. Я то выплывала из какого-то странного тумана, то снова в него погружалась.
Иногда я вроде бы слышала голоса друзей, но ненадолго, да и они ли это были или нет, опять же сказать не могла.
Иногда я за кем-то бежала…
Иногда, наоборот, кто-то от меня убегал…
В итоге все заканчивалось одинаково: я снова куда-то падала и до хрипоты звала его, так и не вспомнив имени.

А потом все закончилось, и я наконец-то очнулась.
Солнце било сквозь щели в закрытых ставнях и легонько щекотало нос и щеки. Рядом кто-то спал. С трудом открыв глаза и поражаясь, как же много сил надо затратить на такое простое действие, я обнаружила спящего у меня в ногах Уську, ставшего вроде бы еще толще.
Шевельнув правой ногой, я тут же по этой самой ноге и получила.
Кот спросонья царапнул меня когтями, вызвав бурю эмоций и ругани лично с моей стороны.
Удивленно подскочив, он уставился на меня, как на оживший труп, а потом с воплем:
- Она очнулась!
Рванул из комнаты.

Я осталась лежать на месте, ожидая продолжения представления. И дождалась.
В комнату ворвались все четверо и начали радостно меня изучать, тормошить, интересоваться самочувствием и по десять раз поправлять подушки.
Нет, ну ладно Филин с котом, но трактирщик-то с чего такой счастливый?
Клин стоял в стороне и просто смотрел на меня, а потом развернулся и вышел из комнаты.
Я недоуменно посмотрела ему вслед.
Остальные тоже как-то притихли, а потом кот и вовсе всех вытолкал, заявив, что больной нужен покой.
- Усь, а что случилось-то?
- Не понял.
Я терпеливо пояснила:
- Почему я тут валяюсь, как мешок с мукой, и даже толком пошевелиться не могу?
- Так ты что, ничего не помнишь?!

Кот так и сел, ошарашенно глядя на меня круглыми глазами.
Я сморщилась:
- Так, может, просветишь меня? А то я помру от любопытства.
И кот просветил.
Он повествовал около получаса, расписывая мне историческую сагу о моих приключениях в трактире.
Особенно меня поразила та часть, где я, умирая от множественных переломов, утыканная с головы до пяток мечами и пришпиленная к потолку, орала Клину о своей любви.
А тот бегал внизу и одной рукой колошматил плохих парней, а другой ловил меня, точнее, пытался поймать.
- Поймал?
Перебила я, сгорая от нетерпения.

Кот трагически промолчал.
- Почти.
И всхлипнул.
- Потом он откусил себе палец и засунул обрубок тебе в рот, чтобы ты напилась его крови и ожила.
Челюсть самовольно отвисла вниз, я представила себе Клина, сующего мне в рот обрубок пальца.
Нет, не могу, воображение просто отказывалось работать.
- Так, подожди, но по легенде только эльфа можно так спасти, вытащив из когтей смерти, да и то, если это будет кровь любящего его или ее эльфа, ну или на крайний случай человека.
- А… э-э-э… ты понимаешь.

Я потрясенно уставилась на кота:
- Ты хочешь сказать, что открыл, кто я такая, убийце эльфов?!
- Ситуация была критическая! Да и потом то, что ты принцесса, я так ему и не сказал.
Я тяжело откинулась на подушки, осмысливая услышанное.
Скрипнула дверь, кот решил слинять пока куда подальше, ну и пусть, сейчас меня занимали только две вещи:
- первая, Клин знает, что я эльфа;
- вторая, он меня любит.
Класс, а самое интересное в том, что если верить все той же легенде, то и я влюблена в своего потенциального убийцу по уши.
Да-а-а, вот это я понимаю, сюжет, как в дешевом романе.
Он ее должен убить, но она любит его, а он влюбляется в нее.
Поцелуйчики, поцелуйчики и непременный хеппи энд!
Ура и всем спасибо!
Мне срочно надо выздороветь.

Следующие три дня я нещадно гоняла Филина с котом добывать мне из ближайшего леса самые разнообразные травы, злясь и по двадцать раз объясняя, как именно они должны выглядеть.
Филин в итоге оказался «тупым дальтоником», когда в двадцать первый раз принес мне пучок самых разнообразных трав, две из которых до сегодняшнего дня вообще считались исчезнувшими на материке, и вот, пожалуйста, их он найти смог, а обычный лопух не обнаружил.
К счастью, лопух нашел кот, так что я прекратила руководить поисками и начала руководить непосредственно приготовлением зелья.
Трактирщик лично притащил и повесил в срочно оборудованном подобии камина свой личный котел, и я, гордо восседая среди кучи подушек, раздавала ценные указания, что и когда надо было в него бросать.
- И последнее…
Возвестила я. Все дружно и облегченно вздохнули.
- Надо сейчас бросить туда клок шерсти кота, лучше всего рыжего.
Кот удивленно заозирался, обнаружив себя в центре всеобщего внимания.
- Я не кот.
- Неважно.
- Не дам!
- Усь, не будь эгоистом.
- Я не… а-а-а, мама, больно же!
Но Филин уже бросал в воду внаглую выдранный клок, не слушая
возмущений кота.
Варево резко вспыхнуло синим светом, и из него тут же повалил густой дым. Все закашлялись, Филин срочно открыл окно, куда немедленно высунулись еще и кот с трактирщиком.
- А как же я, мне разве не нужен воздух? Вы все окно закупорили!
Меня нагло игнорировали.
Я надулась.

Вскоре, правда, комната и так проветрилась, и Филин торжественно преподнес мне полную кружку серо-зеленого, жутко пахнущего варева, улыбаясь при этом так, что я засомневалась в сохранности собственной жизни.
Осторожно понюхав варево, я громко чихнула, и пара капель упала на пол.
Две дымящиеся дырочки прочно укрепили меня в подозрениях.
- А ус летучей мыши вы туда бросили?
Закапризничала я.
- Щас.
И кот скрылся в темном коридоре. На стене тихо тикали часы.
Мы молча сидели и смотрели друг на друга.
Но вскоре за дверью снова раздался знакомый топот, и Уська вернулся, сжимая в зубах истерически вопящую летучую мышь.
Филин немедленно выдрал у страдалицы сразу все усы и выбросил ее в окно, за которым тут же послышалось суетливое хлопанье крыльев и вой голодных котов, открывших таки сезон охоты на мышей, неважно, что летучих.
Грязные усы были торжественно брошены мне в кружку, и цвет варева тут же поменялся на светло-голубой, а запах вообще исчез.
На всякий случай я брызнула пару капель на пол.
Дымящиеся дыры не появились, а посему я мужественно выпила этот напиток.

Народ затаил дыхание, а я старательно прислушалась к себе.
Желудок молчал, но зато начала проходить давняя слабость, и уже через минуту я смогла встать на пока еще дрожащие ноги, а после и вовсе пройтись по комнате без посторонней помощи.
Филин радостно заключил меня в объятия, а трактирщик за неимением никого другого не менее радостно обнимал вырывающегося кота.
Я выбралась из объятий чишера и бросилась во двор.
Но, уже сбегая по лестнице, я столкнулась нос к носу с Клином.
Он молча уступил мне дорогу, и я вдруг вспомнила, что с момента моего пробуждения он так ни разу и не зашел меня навестить.
Правда, ребята рассказывали, что он не менее рьяно искал нужные травы для зелья и вроде бы даже спрашивал обо мне.
Странно.

- Клин.
Он остановился, но так и не обернулся.
- Все дело в том, что я эльф?
- О чем ты?
- Ты знаешь о чем.
Он обернулся и подошел ко мне вплотную.
- Я убил слишком многих из твоего народа, тебя это не смущает?
Он говорил спокойно, целясь в самое больное место.
- Это было до. А сейчас наступило после.
- После чего?
Я подняла голову и встретилась с серой сталью его глаз.
- После того, как мы с тобой встретились.
- А разве это что-то меняет?
Цинизм сквозил в каждом слове.
Он хотел меня обидеть, унизить, но я не человеческая девчонка, которая с воем убежит от своего счастья, рыдая над своей несчастной гордостью.
- Это меняет все. У тебя появился еще один шанс, убийца, выбирай, но не слишком долго, я не буду ждать тебя вечно.
И ушла, гордо подняв голову.
В туалет.

Уже через два дня мы выехали с постоялого двора.
Хозяин радостно махал нам вслед ручкой, а кот, уютно устроившись на своей тележке среди подушек, тихо возмущался по поводу чересчур большой, на его взгляд, суммы, оставленной мною за постой.
Ну и пусть.

Если хочешь волшебства-оно сбудется! Ведь другого волшебника, кроме тебя нет!

девиз маленького гномика, с большой душой!

В её глазах и улыбке есть что-то непередаваемое, заметное только мне, зовущее, манящее и всегда невероятно тёплое… Волшебство…

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

- Так как ты считаешь.
Как ни в чем не бывало продолжил Уська.
- Может, Клин с Филином сами сюда подойдут?
Сзади раздался возмущенный вой до глубины души обиженного призрака. Я пожала плечами:
- В принципе я могу утром немного поколдовать и определить их местонахождение.
Вой тут же оборвался, и наступила полная тишина.
- А там и решим, что делать дальше.

- Гм, хм, извините, пожалуйста, а вы что, ведьма?!
Такая вежливость после недавнего хамства, я аж чуть не споткнулась. Обернувшись, я увидела парящего над полом уже вполне благообразного старца с глубокими добрыми глазами.
- Ну, допустим, а что?
Призрак расплылся в призрачной улыбке:
- О, тогда прошу всячески извинить за причиненные вам неудобства, вы должны меня понять, я всего лишь мертвый страж этого замка, и мне… э-э-э, а что он делает?
- Кто?
Не сразу сообразила я.

Призрак ткнул пальцем в кота, на всякий случай прячась мне за спину. Посмотрев вниз, я едва не расхохоталась.
Уська спокойно сидел у стены и то создавал из воздуха привидения мелких грызунов, то снова их развоплощал.
При этом на его морде было столь скучающее выражение, как будто это он, а не я был великим магом и волшебником. Я закусила нижнюю губу и обернулась к еще более побледневшему призраку - у того были огромные перепуганные глаза и застывшая вежливая улыбка на все лицо.
- О, не обращайте внимания, просто моему коту наскучил наш разговор.
Уська протяжно зевнул и с особым садизмом развоплотил еще две призрачные тушки.

Призрак был уже в предынфарктном состоянии, судорожно соображая, на что же способна сама хозяйка, если даже ее кот может с ним справиться одной левой.
Предложений пасть на колени и просить пощады больше не поступало. Зато нас наконец-то поселили во вполне уютной комнатке, которую под суровым руководством сторожа вымыли и вычистили две призрачные уборщицы, а также поменяли белье.
Призрачный паж даже принес мне сорванные в поле еще мокрые после дождя бутоны спящих цветов и натаскал ведер с наспех разогретой в подвале водой.
В общем и целом даже коту здесь понравилось, особенно после того, как парящие над полом симпатичные горничные с писком и криками:
- «Ой, какая прелесть!»
Буквально затискали пушистика в своих объятиях, почесывая уже не сопротивляющемуся коту брюхо и в нежных местах за ушками и под подбородком.
Все, что он в конце мог делать, это лишь блаженно мурчать от свалившегося на него удовольствия.
- Так, все вон. Кыш, я кому сказал.
Вся прислуга тут же была выдворена за дверь под строгим оком начальства.
- Приятного вам отдыха, госпожа ведьма.

- Подожди.
Уже закрывшаяся было дверь покорно распахнулась вновь, а страж тотчас принял свою видимую и вполне четкую форму, ожидая моих дальнейших указаний.
- Скажи, почему в этом замке сохранились все привидения прислуги, обычно остаются только один-два призрака, не больше, да и то только те, у кого остались здесь незаконченные дела, или попросту проклятые некромантами еще при жизни.
Страж грустно усмехнулся:
- Вы совершенно правы, миледи, нашим хозяином когда-то был некромант, и деяния его были столь ужасны, что король приказал убить его.
Меня и всю челядь замка поставили перед выбором: предать хозяина или же умереть за него.

Дверь тихо закрылась, да мне и не надо было дальнейших объяснений. Умирающий некромант успел перед смертью проклясть всех слуг и привязать их посмертие к месту совершенного предательства.
С кровати раздался раскатистый храп.
Я удивленно обернулась и уставилась на кота, даже во сне сжимающего в лапах толстый рыбий хвост.
Я тут же обиженно засопела - а как же я?!

Но тут дверь вновь приоткрылась и в комнату вплыл уставленный всяческими яствами поднос. Я благодарно кивнула так и не показавшемуся духу и тут же пошла мыться.
Все-таки приятно после стольких дней блуждания по болоту в постоянно мокрой и грязной одежде наконец-то погрузить продрогшее тело в горячую воду, вдохнуть давно забытый запах лаванды и вымыть-таки этот стоящий дыбом и шевелящийся от возмущения колтун на голове.
Волосы заняли больше всего времени.
Они с такой радостью облепили мне обе руки, что я в который раз добрым словом вспомнила всех тех, кто меня так законспирировал.
Но в итоге я все же умудрилась их хорошенько вымыть, а уж распутывались они сами, совершенно не доверяя такому грозному оружию, как расческа в моих руках.
Еда была восхитительной, и, наконец-то наевшись до отвала, я плюхнулась на постель, отняв перед этим у кота рыбий хвост, пока он им всю постель не перемазюкал.
Кот пытался сопротивляться, даже храпеть перестал, но так и не проснулся.
В итоге сильно помятый и кое-где пожеванный хвост оказался в моих руках и тут же был выброшен в окно.

Тяжелые капли дождя барабанили по стеклу, заставляя сильнее кутаться в теплое пуховое одеяло, а в углу сыто щелкал и хрустел дровами теплый камин, бросая яркие отблески, танцующие между изгибами теней на гобеленах стен.
Кот уютно устроился на подушке, по уши накрытый одеялом, и сопел мне в щеку. Уже закрывая слипающиеся глаза, я подумала о том, что остальная часть нашей команды, вполне возможно, спит совсем не в таких приятных условиях, и тут сон наконец-то унес меня с собой.

Чьи-то тяжелые лапы уже в третий раз прошлись по моей несчастной спине, заставляя меня все-таки открыть сонный левый глаз.
Я узрела заднюю часть кота с нервно дергающимся хвостом и приподняла голову, чтобы высказать все, что накипело, когда этот гад обернулся, обнаружил, что я не сплю, и радостно вновь запрыгнул мне на спину.
Лицо тут же погрузилось обратно в подушки, а из груди вырвался протяжный стон.
- О-о-о-о!
- Ну наконец-то ты проснулась, я тут жду, жду, уже весь оголодал, пока ждал, что ты проснешься, даже лишний раз чихнуть боялся, чтобы тебя не разбудить. Чего молчишь, давай вставай, есть пора.
Кот радостно прыгал по моей спине, совершенно не замечая, что я не то что встать, вздохнуть толком не могу через подушки.
- Эль, вставай давай!
И он так подпрыгнул, что я с ужасом услышала легкий хруст.

Мама, он же меня убьет!
Вот когда пригодились навыки безмолвной магии.
Кое-как выпростав руку, я извернула ее и ткнула пальцем в Уську, чувствуя, что уже синею.
Еще секунда, и легкий, как пушинка, кот удивленно взмыл к потолку, а я, вся злая и красная как рак, выбралась из кровати, кашляя и хватая ртом свежий воздух. Кот удивленно парил в районе люстры и вроде как начинал что-то понимать.
- Эль, а чего случилось-то?
Я угрюмо посмотрела наверх, и все вопросы тут же были сняты. К счастью, тут в комнату вошел, а точнее влетел охранник и громким голосом возвестил:
- Кушать подано!

Кот, радостно мяукнув, тут же заболтал лапками, пытаясь по воздуху подгрести к вплывшему подносу.
Зря, я ведьма незлопамятная, зато долго помнящая.
Ванна с уже чистой водой все еще стояла в комнате, и, когда оголодавший Уська пролетал над нею, я просто вернула ему вес.
Вой, крик и туча брызг оповестили всех о начале купания.
Я садистски бросила в воду чистящее заклинание, которое тут же вцепилось в уже знакомую шерстку. Пена мгновенно окрасилась в серый цвет, подтверждая мою мысль о том, что коту давно следовало вымыться.
Еще немного, и из ванны выпрыгнуло что-то мокрое, рыжее и очень злое.
- Эль!!!
Я радостно улыбнулась, и вокруг кота тут же вскипел воздух, мгновенно высушив шерсть воющему пушистику.
Гм.
Теперь шерсть его искрилась и стояла дыбом, а из нее выглядывали только кончики ушей и два несчастных глаза.
- Ну вот, теперь можешь садиться завтракать.

Меня одарили убийственным взглядом и угрюмо сели к столу, а потом и на сам поднос.
Кот деловито подгреб к себе лучшие куски и демонстративно от меня отвернулся, не реагируя ни на «кис-кис», ни на робкие
- «да ладно тебе, ты меня вон тоже с утра чуть не придушил, а мыться все же полезнее».
К счастью, к концу завтрака, прошедшего в гробовом молчании и под строгим надзором стража, парящего в углу (на случай, если нам еще что-нибудь понадобится), в комнату влетели две давешние горничные и, увидев чистого и ужасно пушистого кота, тут же запищали от радости и стали его тискать.
Уська сначала буянил, но потом сдался, подобрел и дал почесать себе 6 брюшко, вновь витая где-то под потолком в призрачных объятиях сюсюкающих красоток.
После того как его, всего взъерошенного и с чубом на лбу, все-таки отпустили, я решила подмазаться и подсунула Уське целую крынку наколдованных сливок (вновь был обкраден несчастный король).
Кот их немедленно схомячил, громко рыгнул и благосклонно принял мои извинения, так как и сам уже устал дуться.

- Вы уже уходите, госпожа?
- Да, мне и моему другу
Кот радостно прыгал вниз по ступенькам, в то время как я уже стояла у двери наружу.
- Надо найти потерянных товарищей, возможно, сейчас они как никогда нуждаются в нашей помощи.
Я удивленно наблюдала, как во время моей речи за спиной стража в полутемном холле собираются все привидения этого замка. Кого тут только не было: и горничные, и повара, и поварята, и даже один призрак, до боли напоминающий дворецкого.
- А вам что, от нас еще что-то надо?
Догадался уже усевшийся у моих ног Уська, так же как и я, удивленно разглядывающий всех собравшихся.

Страж смутился и неуверенно затеребил призрачную бороду, призрачные клочья которой тут же поплыли по воздуху, тая как предрассветный туман.
Мы вежливо ждали, наблюдая, как от бороды остается все меньше и меньше туманных волос.
- А я раньше думал, что призраки не бреются.
Шепнул мне кот, вконец смутив несчастного старика.
Оставив бороду в покое, страж грозно откашлялся и все-таки заговорил. Ура, а то я уж чуть было не решила, что мы тут капитально застряли.
- Все дело в том, госпожа ведьма, что ни мне, ни всем остальным призракам этого замка не нравится вынужденное посмертие, которое нам навязали против воли и согласия.
Народ одобрительно зашумел, глядя на меня, как на последний оплот 7надежды.

Я напряглась, уже догадываясь, о чем пойдет речь.
- Так вы что, все хотите развоплотиться?
Влез Уська.
- Нет, нет, что вы.
Перепугался страж.
- Никто из нас не хочет быть развеянным навсегда и потерять свою бессмертную душу.
- Так чего же вам тогда надо?
- Снять проклятие, конечно.

Я грязно выругалась, а кот удивленно поднял правое ухо.
- Эль, о чем это они?
- О чем, о чем. О жертвоприношении, вот о чем. Хочешь стать жертвой?
Кот попытался побледнеть.
- Ладно, не переживай, тебя резать не будем.
- Почему?
Удивился кто-то в задних рядах.
- Эль, не отвечай, я ему щас сам все объясню!
И Уська грозно пошел в толпу, спрашивая у каждого, кто это сказал.
- Охранник.
- Да?
Призрак оторвал-таки глаза от Уськи и преданно посмотрел на меня.
Я в который раз обругала себя за мягкосердечие.
- Показывай, где тут у вас церковь.

Церковь стояла довольно далеко от замка, и, как нам и рассказывали, ни одно привидение не могло самостоятельно в нее проникнуть, так же как и отойти на сколько-нибудь приличное расстояние от замка, к которому было привязано.
Внутри царило полное запустение. Крыша в некоторых местах прогнила и теперь зияла большими дырами.
В центре стоял заваленный остатками черепицы и мусором алтарь из белоснежного когда-то, а теперь просто серого с белесыми разводами мрамора с выбитым по центру изображением креста.
Поломанные и прогнившие деревянные скамьи довершали унылую картину.

Я медленно подошла к алтарю под хруст мусора под каблуками моих сапог.

- Эль, а может, не надо?
Кот сидел у входа в церковь около повисшей на одной петле двери и брезгливо разглядывал весь этот бардак.
- Я при поступлении давала присягу, Усь, избавлять мир от всех видов нежити, которая встретится на моем жизненном пути. А привидения - это та же нежить.
Кот фыркнул, но спорить не стал.
- А кого ты используешь в качестве жертвы?

Я не ответила, просто положила руки на алтарь. У ведьмы есть только одна цена, одна жертва - жизнь, которая давным-давно растворилась в ее крови, течет в ее венах, заставляет биться ее сердце и помогает гасить боль от заклинаний.
Камень вздрогнул и едва заметно потеплел под ладонями.
Скоро он раскалится докрасна.
Я поморщилась - церковь никогда не любила ведьм и их чудеса, основанные далеко не только на истинной вере.
Но и прогнать пока не могла.
Пока.

Кинжал как по волшебству оказался в правой ладони.
Один из тех призрачных клинков, которыми когда-то владела святая, закрывшая раз и навсегда ворота между нашим миром и миром нежити, обнаглевшей в те смутные времена сверх всякой меры.
Этот клинок достался мне по наследству как будущей королеве своего народа. И именно по нему меня легко мог опознать любой перворожденный.
Сталь свободно разрезала кожу и с шипением погрузилась в плоть.
Алая кровь тут же толчками стала бить из раны, орошая давно забытый алтарь. Первые же капли мгновенно впитались в камень, белеющий на глазах, и это подсказало мне, что жертва принимается.

Я облегченно вздохнула, силой воли заживляя рану и одновременно вдавливая ладони в горячий и ставший сейчас таким мягким камень.
Я закрыла глаза и сосредоточилась на своей просьбе.
Вот и все, больше я ничего не могла сделать, кроме как стоять и ждать, ведь магия ведьмы, равно как и эльфы, в этом месте не значила ровным
счетом ничего.
И ответ пришел.
Древний колокол, каким-то чудом все еще висящий на прогнившей колокольне, качнулся, заставляя осыпаться на пол сор и пыль, и мерно ударил первый раз.
Звук рос, креп, становился все громче и громче, и вот уже он вне стен церкви и вне рамок этого мира.
Мертвые откликнулись и наконец-то первый раз за много лет вошли в стены этой церкви, завороженно слушая бой колокола и все ближе и ближе подходя к светящемуся алтарю.

А вот сейчас начнется самая неприятная часть.
И я отвернулась, крепко зажмурив глаза. Один за другим призраки втягивались в мое тело, чтобы потом, превратившись в искры белого света, пройти по моим рукам и втянуться в мрамор алтаря.
У меня было такое ощущение, будто что-то мерзкое и холодное проходит толчками по моей груди, где стягивается в маленький горячий комок, который по венам рук стекает к алтарю и исчезает из них, уступая место следующему.
Я стонала, крепко сжав зубы и пытаясь просто хотя бы держать, держать руки на уже раскаленном камне и ни в коем случае не открывать глаза.
- Благодарю тебя, ведьма.
Шепнул кто-то, или мне просто показалось, и последняя искра исчезла в белой глубине.

Камень тут же погас, а руки с тихим чпоком отделились от него, и я медленно осела на пол, так и не открыв глаза и чувствуя, как мой нос вылизывает чей-то шершавый язычок, щекоча усами щеки.
- Уська.
Прошептала я, улыбаясь, и на ощупь обняла кота, который чуть ли не впервые не спешил вырываться.
- Да здесь я, здесь.
Пробурчал он и ткнулся мокрым носом мне в шею.
- Все хорошо, все призраки исчезли, и теперь мы идем искать Клина с Филином.
- Да.

Филин вот уже второй день плутал по этому несчастному болоту, проклиная и лешего, и все его сюрпризы разом.
Он ведь попросил всего лишь небольшой клочок тумана, чтобы спихнуть вредную Эллин в лужу, а потом самоотверженно спасать ее оттуда, читая нотации о любви к ближнему своему и чувствуя себя при этом полностью отмщенным за ее вчерашний фокус.
Так нет же, злопамятный карлик выдал ему не просто клочок тумана, а полновесный туман, да еще и волшебный.
Последнее, что он помнил, это как Элька кричала им держаться рядом, а не то всех разбросает по разному времени суток, но сколько он ни шарил и ни аукал, никого уже рядом не было.
Да еще в придачу ко всему, когда белая пелена рассеялась, Филин оказался не просто на зеленой дороже, а на ее развилке, и куда в данной ситуации надо поворачивать, он лично не имел никакого понятия.
- Н-да-а… что ж, если верить лешему, чего делать крайне не хочется, то любая из дорог выведет меня на сушу, а посему выберу-ка я… правую.
Люблю все правильное.

Через четыре часа постоянного шагания по топи местность и впрямь стала меняться в лучшую сторону.
Все чаще попадались на глаза островки сухой земли, даже воздух стал свежее и чище, да и кикиморки, постоянно занятые своими делами и зазывающие искупаться с ними, уже не встречались.
Но тут дорожка кончилась, буквально оборвалась на краю огромной ямы, дна которой Филин, как ни силился, разглядеть так и не смог. 3
Зато вполне отчетливо он услышал, как там что-то постоянно хлюпает и булькает.
- Так, ну и куда теперь?
Справа и слева была топь, непонятно как, но вода не стекала в яму, будто та была окружена невидимой стеной. Филин даже провел перед собой рукой, но так ничего и не нащупал.
- Гм, ну что ж, придется возвращаться.

Внезапно воздух перед ним сгустился и будто зазвенел. Чишер тут же отпрыгнул от края ямы и на всякий случай достал меч.
Он не любил магию и сейчас очень жалел, что рядом нет Эльки, которая сразу бы разобралась, что здесь происходит.
Воздух засиял, и от одного края ямы до другого ее конца протянулся легкий и изящный хрустальный мостик без перил.
Филин ошарашенно почесал затылок, а потом осторожно приблизился и дотронулся до моста.
Все было честно - мост на ощупь совершенно настоящий, но доверия эта услуга неведомых сил упорно не прибавляла. А обратно идти ужасно не хотелось.
- Так, ну и сколько же хозяин берет за проход?
Поинтересовался Филин, не очень-то рассчитывая на ответ.

Но ему ответили из самой глубины ямы:
- А сколько ты готов заплатить?
Чишер тряхнул головой, не понимая, почему в груди так тепло и голос такой родной и знакомый, что так и тянет поверить всему, что он скажет.
- Дам немного - три рыбины да две золотые монеты, вот и все, что у меня есть.
- Проходи, но прежде кинь плату в яму.
Парень был далеко не дурак, но берег был очень близко, да и мост казался совсем коротким. Он решил рискнуть.
Рыба и золото еще не успели коснуться дна, как чишер уже огромными прыжками пересекал мост.
Прыжок, еще, и он уже на середине.
Снова оттолкнуться ногами и вперед что есть сил.
Но что это?

Длинные мощные щупальца, сплошь усеянные присосками, поднялись из глубины ямы по обе стороны моста.
Еще секунда, и они обрушились на хрупкий мост, но Филин уже успел достичь края ямы.
Сверкнула сталь, и перегораживающие дорогу отростки окрасились зеленой кровью. Из глубины донесся жуткий вой, хлестнувший по нервам, заставивший и без того быстро колотящееся сердце забиться еще быстрее.
Правая нога уже стояла на спасительной земле, но взбешенный монстр не собирался отступать.
Сразу дюжина щупалец рванула за ускользающей добычей, стремясь стиснуть в смертельных объятиях это изворотливое существо.
Филин отбивался, как мог - три щупальца существенно укоротились, еще от пяти он смог увернуться, но оставшиеся четыре обхватили его тело, намертво прижимая руку с мечом к туловищу, стянули ноги и рванули вниз.
Чишер закричал, уже ни на что не надеясь. В темной вонючей яме отчетливо различались желтые гнилые зубы огромного рта, окруженного сотнями щупалец разной длины и толщины.
Самые мелкие извивались у огромного отверстия, вонь из которого попросту оглушала.
Это конец!

Филин с кривой улыбкой подумал, что даже в самом страшном кошмаре ему не мог присниться такой конец, а потом зубы сомкнулись у его ног.
Бедняга закричал, почти теряя сознание от боли. 5
И вдруг грянул взрыв, и яркая вспышка осветила яму.
Филина обдало жгучим жаром и выбросило на ее край.
Уже теряя сознание, он увидел высокую стройную фигурку, стоящую у кромки смертельной бездны, и летящую прямо на него быструю тень другого человека.

- Эль, как он?
Все, чего мне сейчас хотелось, так это рухнуть на землю и проспать как минимум неделю. Но две пары обеспокоенных глаз упорно не отпускали меня.
Я тяжело закашлялась, прогоняя из головы туман и противное чувство того, что в крови не осталось ни капли магии.
- С ним все будет хорошо.
Я снова надсадно закашлялась, все-таки эта яма с хорошо поджаренным мною монстром нещадно дымила.
- Я срастила ему обе ноги и извлекла весь яд из крови. На мелкие царапины и синяки, уж извините, сил не было.

Клин понимающе кивнул, а кот наконец-то задал самый важный вопрос:
- А ты-то сама как?
- Жить буду, но только после того, как прибью хозяина здешних болот!
- Не надо, Эля.
И почему от его ласкового голоса мне становится так хорошо и уютно? Наверное, я просто слишком устала.
Еще бы, двое суток бороться за жизнь этого неслуха, которому надо было срочно лезть туда, куда не просят.
Я ж последние километры к этой яме неслась как угорелая, чувство опасности попросту зашкаливало.

- Тебе надо отдохнуть, садись на лошадь впереди меня.
Филина мы положим на собранную нами лежанку и привяжем к моему коню. Уська будет на всякий случай с ним. 6
Сил возражать у меня не было, и, когда Клин водрузил мою светлость перед собой на коня, обняв за талию так нежно и в то же время крепко, все, что я смогла сделать, это уткнуться носом ему в грудь и тут же провалиться в глубокий сон без сновидений.

Очнулась я не скоро, и только когда мы подъехали к постоялому двору в одной из местных деревень.
Дорога, по которой мы ехали, проходила прямо через нее, огибая то самое болото, а впереди устремляясь к какому-то городу.
Это все, что я вспомнила по карте.
Хозяин постоялого двора - невысокий и лысый мужичок с изрядно отвисшим брюшком - тут же выскочил из дверей своего заведения, криком и отборной руганью помогая проснуться заспанному мальчонке, который и принял наших лошадей.
Филин все еще не очнулся, а потому в комнату, одну из тех, что мы сняли на ночь, его внесли дюжие ребята, выполняющие здесь роль вышибал.

Клин сошел с коня первым и галантно попытался помочь спуститься мне.
Я решила, что надо мной изощренно издеваются, не такой уж я и умирающий лебедь, и съехала на землю сама, конечно, тут же угодив в лужу, которых после дождя было здесь немало.
Клин пожал плечами и пошел договариваться насчет ужина.
Кот, естественно, увязался за ним.
А я осталась одна стоять во дворе, ежась от холодного ветра под пристальными взглядами обалдевших от такого чуда-юда крестьян.
Пришлось топать в харчевню и, угрожая хозяину еще двумя золотыми, выбить для своей персоны персональную ванну с горячей водой.
- Дык, а зачем бесовке ванна?

Я скрипнула зубами и врезала рукой по крепкому дубовому столу. Впечатлительная пробоина, которую оставил мой кулак, тут же сняла все вопросы, и уже через полчаса я нежилась в ароматной горячей воде, сидя в огромной деревянной бочке, которая раньше стояла во дворе и служила для сбора дождевой воды.
Ну и пусть.
Я блаженно прикрыла глаза, и, хмыкнув, вспомнила, как осторожно удирал из кухни, где мы договаривались с хозяином по поводу ванны, кот.
Ему явно не хотелось снова искупаться.
Ну и пусть ходит грязнулей, мне-то что.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ.
- Тебе надо впредь быть осторожнее, принцесса.
Уська сказал это так тихо, что я не сразу поняла смысл, а поняв, все-таки плюхнулась в жидкую грязь, с ужасом взирая на рыжего кота, спокойно сидящего напротив.
- Откуда ты…
- Ты ведь так и не запомнила название моего клана. А зря, если бы ты прочитала о нем в своих волшебных книгах, то узнала бы, что один из нас выбирает себе хозяина очень редко и только будучи обязанным ему жизнью, но раз выбрав, он знает о нем все, вплоть до самых сокровенных мыслей, если потребуется.
- Если потребуется…
Тупо повторила я.
Уська важно кивнул ушастой головой:
- Мне многое надо будет знать, ведь неведомо какая мелочь однажды позволит мне отдать долг и спасти уже твою жизнь.
- Но… я не хочу, то есть я ведь не ждала ничего такого и вообще спасла тебя без всякой платы, ты свободен.

Кот приподнялся и поставил мне на колени передние лапки, заглядывая
прямо в глаза.
- Я знаю, потому служу тебе не только из-за долга жизни, но и из-за того, что ты мой друг.
Теплый комок возник у горла и рухнул в желудок, согревая теплом.
- Спасибо. Ты тоже мой друг. Лучший друг.
Уська хитро улыбнулся:
- Ну, в таком случае ты ведь не откажешься пронести своего лучшего друга на руках, а то тут та-ак грязно!..
Пришлось нести. Блин.
А так как магия была почти на нуле (хорошо лешик об этом не знал), то груз ответственности за дружбу я успела прочувствовать в полной мере.

- Ну, скоро вы там?
Я, пыхтя, добрела до какого-то странного сооружения, которое расположилось на столь редком здесь островке и даже претендовало на гордое название «дом», а не скромное «шалаш».
Лешик стоял у входа и явно гордился данной… данным… гм.
Ну, короче, представьте себе причудливо изогнутые в форме полуарки кусты, настолько густые, что стены и крыша «дома» были непроницаемы ни для ветра, ни для дождя.
Сами кусты были исполинскими и сплетались мощными ветвями далеко над моей головой.
Филин также стоял у входа и радостно оглядывал внутренность «помещения», которое было уже набито гостями, как говорится, «от одной стены до другой».
В основном это были кикиморы - довольно-таки симпатичные полуобнаженные девушки, только вот грязноватые слегка.

После пятидесяти лет они вроде бы превращаются в жутких уродин, по крайней мере, нам так на занятиях рассказывали, а до этого времени болотник их надежно хоронил от чужих людских взглядов, не желая расставаться с таким сокровищем.
Некоторые кикиморы уже вольготно расположились на покрытом толстым слоем пушистого зеленого мха полу, окружив наших слабовольных мужчин, с ненормальным блеском взирающих на все выступающие части полуобнаженных девичьих тел.
Остальные накрывали на длинный, сплетенный из сучьев и ветвей стол: они разносили напитки и знатную закуску к старинным винам, давным-давно посеянным здесь ранее утопшими людьми или выплаченным лешему в дань за благополучный проход по топи.
Поглядев на этих двух мартовских котов, я на всякий случай придержала за пузо третьего, который почему-то тоже был неравнодушен к прелестницам.
Четко печатая шаг, я прямиком пошла к развеселой компании и довольно милым голосом, сверкая зелеными холодными глазами, просто поинтересовалась, не хочет ли какая-нибудь из красоток третью грудь на заднице.
Я даже не сразу поняла, почему они с таким визгом от меня разбежались.
- Эль!!!
Филин смотрел на меня, как на кошмар любого мужчины - не вовремя вернувшегося мужа. Я молча плюхнулась рядом, с облегчением сунув кота угрюмому Клину. Ничего, вам ребята и стриптиза хватит.
- Ну как ты могла, та рыженькая уже практически провела со мной эту ночь, - переживал Филин.
Я хмыкнула. Кот восторженно закатывал глаза, пока Клин покорно чесал ему пузо.
- Ну да, а ты хоть в курсе, что наутро ты бы проснулся стопроцентным утопленником да еще двадцать лет обязан был бы служить лешему как застигнутый на месте преступления. Кстати, двадцать лет - это за каждую.
Филин побледнел и уже с куда меньшим энтузиазмом оглядывался по сторонам.

- Интересно, а почему болотом заправляет леший, он же вроде больше по лесам?
Окончательно разомлевший кот лежал на коленях Клина, чесавшего теперь паразиту за ухом. А я все не могла понять, почему испытываю столь неконтролируемые приступы зависти.
Ну почему?!

- А потому,
Я вздрогнула, оглянувшись на неожиданно подошедшего лешего.
- Что от эльфов нормальным лешим уже житья не стало!
Выгнали меня из моего леса, вот и пришлось временно переселиться на болото. А тут ведь сыро, и ревматизм, зараза, совсем замучил, и есть почти нечего.
Лешик сел рядом и расстроенно хлюпнул носом.
- Раньше-то ведь как было.
Выйдешь на полянку, стукнешь посохом, свистнешь раза два, и вот уже зайцы тебе капусту с морковкой несут, медведь малинку презентует, а белочки шишечки да грибочки к ногам складывают, да и сами в очередь выстраиваются, ожидая правого суда о своем житье-бытье.
Кто прав, кто виноват, я всех рассуживал.

Леший немного помолчал, вытирая скупую слезу. Мы почтительно слушали. Правда, Филин попытался отползти к подмигнувшей ему кикиморочке, но я бдительно поймала его за пятку.
- А теперь что?
- Что?
Поддакнул кот.
- А теперь там всем заправляют остроухие, и меня выгнали, сказали, что, мол, я зверюшек обираю. А разве я обираю? Я ж так, только чуть-чуть, для прокорма да как плату за правый суд, а они…
И лешик обреченно махнул рукой.

Нога активно дергалась в захвате, Филин явно не желал внимать
голосу разума.
Пришлось шепнуть кой-чего, и мгновенно посеревший Филин тут же утратил интерес к красотке, бросившись на активные розыски ближайших кустов и бережно держась за урчащий живот.
Я сразу поняла, что переборщила.

- Чего это с ним?
Удивился лешик.
- А-а-а… Да так, съел в дороге что-то не то. Ну, неважно, давайте
к столу садиться.
Все тут же засуетились, активно поддерживая мое предложение и позабыв о несчастном Филине.
Правда, я уже шепнула заклинание противоядия, быстро раскаявшись в своем злодеянии. Но по лицу и особенно по о-очень проникновенному взгляду заползшего обратно Филина поняла, что так просто это не закончится и месть будет страшна.
Теперь уже у меня пропал аппетит.

Этого, впрочем, так никто и не заметил, а кот, так тот и вовсе наворачивал за четверых, с радостью обнаружив на столе икру и море самой разнообразной рыбы.
Как оказалось, лешик имел связи с водяным на каком-то озере. Он поставлял кикимор (которых водяной тут же перевоспитывал в русалочек и учил топить наиболее привлекательных парней себе в армию да на ежегодный воинский призыв речному царю) и ненужные вещи от безвременно засосанных неслухов, умудрившихся, не спросив разрешения, залезть в топь да так там и сгинувших.

От кота не отставали и мы с Клином. Филин же с некоторой опаской обнюхивал каждую предложенную ему прекрасными кикиморками снедь, кое-что ел, а остальное просто откладывал, уже никак не реагируя на выглядывающие из прорех одежды прелести, видимо, опасался повторения приступа и, судя по чересчур задумчивой роже, явно придумывал страшный план отмщения.
Ладно, об этом я подумаю потом, а сейчас…
Сытая и довольная, я отошла в ближайший угол, где и устроилась спать, окопавшись в теплом и уютном мху.
Вскоре ко мне пришел изрядно наевшийся кот, плюхнулся рядом, уютно свернулся под боком и тут же захрапел, хотя и утверждал до этого не раз, что это он так мурлыкает.
Ага, от этого мурлыканья чуть стены не дрожат.
- "Хорошо хоть я привычная".
Подумала я и провалилась в темноту, уставшая и обессиленная физически и магически.

Просыпалась я медленно, вдыхая носом какой-то очень приятный запах. Во сне я устроилась на чем-то странно продолговатом и обнимала это что-то обеими руками, закинув на него правую ногу.
Сонно приоткрыв правый глаз, я долго и тупо разглядывала синюю круглую пуговицу, недоумевая, где же я могла ее видеть.
Клин.
Мысль сверкнула и ударила по голове не хуже утреннего похмелья. Я резко села и с ужасом взглянула в его насмешливые серые глаза и на очень довольную улыбку прирожденного убийцы.
Мне стало плохо.
- М-м-м, дорогая, ну подожди еще чуть-чуть.

Осторожно обернувшись, я тупо уставилась на обнимающего мой зад Филина, который внаглую использовал его в качестве подушки.
Ну все, его счастье, что колдовать я пока не могу, а то бы он у меня остаток жизни провел как минимум женщиной, а как максимум - дурой!
Последнюю мысль я умудрилась громко выкрикнуть вслух, и Филин с ужасом откатился от меня, пытаясь одновременно продрать глаза и понять, что происходит.
Клин громко ржал, так, кстати, и не выпустив меня из своих железных объятий. Пришлось пинаться и сыпать угрозами, но он только ухмылялся и спокойно рассматривал мое разъяренное лицо.

- Да отпусти же ты меня наконец
Взвыла я, беспомощно глядя на только что вошедшего в палатку Уську, который удивленно глядел на эту почти семейную сцену.
Правда, Клин все-таки отпустил меня, так что обошлось без членовредительства (я только что вспомнила, что умею хорошо драться).

- Я не вовремя?
Кот явно забавлялся.
- И тебя заколдую.
Пообещала я и рванула наружу в поисках родника, чтобы умыться и хотя бы немного успокоиться. Кот ошарашенно смотрел мне вслед.
- Чего это с ней?
- Разве не видно?
Клин медленно сел и задумчиво посмотрел вслед выскочившей, как ошпаренная, ведьме.
- Наш эльфенок, кажется, влюбился.
Филин и кот обалдело на него уставились.
- И теперь ни за что себе в этом не признается.

Клин и сам не понимал, почему эта мысль так ему понравилась.
Неужели он неравнодушен к сей вздорной, хвостатой ведьмочке с эльфийскими ушами?!
Бред!
Он слишком давно понял, что не способен любить, но легко предаст и убьет любого, кто станет у него поперек пути.
Он просто наемный убийца, очень хороший убийца, который так и не смог выполнить свой последний заказ.

Клинок поморщился, вспоминая свою неудачу.
Девчонка уже исчезла, когда он почти добрался до нее, и, как он ни пытался, как ни искал ее последние два года, все зря.
А эта ведьмочка…
Просто она задела что-то внутри, заинтересовала его на время. Но это только на время. Он не способен любить, так же как и прощать.

Клин молча встал и пошел седлать лошадей, уже накормленных и напоенных лешим, а также хорошо выкупанных и отчищенных от налипшей грязи.
А Филин сидел и смотрел вслед вышедшей Эльке.
План мести был уже почти готов.
Он резко встал и пошел следом за Клином.
Если все получится, то Элька даже не заподозрит, кто это сделал, но для этого розыгрыша ему потребуется помощь лешего, кстати, а вот и он.
И Филин тут же направился прямиком к маленькому хозяину, заранее предвкушая результат своей будущей шутки.
Я плескалась в ручейке, который ради меня достал из-под земли лешик. Он даже создал небольшое чистое озерцо на острове, закрытое со всех сторон раскидистыми ветвями кустов и невысоких деревьев.
Вода была очень холодная, но прирожденную эльфу это смутить не могло - я могла бы спать и на снегу почти голой, согретая силой крови и жизни, которая есть даже в безводной пустыне.

Змейка на руке пошевелила золотой головкой и мигнула рубиновыми глазками.
- Вы ведете себя неподобающе, принцесса, что бы сказала на все это ваша матушка?
Я с тяжелым вздохом закатила глаза, понимая, что пришло время очередных нотаций.
Змейку мне еще перед походом к людям подарила мама, сказав, что браслет будет оберегать меня и хранить, помогая советом, а иногда и делом.
Так вот, эти советы за два прошедших года уже в печенках у меня сидят!

- Как можно юной леди остаться спать рядом с двумя мужчинами даже не своего рода?!
- Так что мне, в следующий раз переночевать с двумя эльфами, чтобы все было более прилично?
Невинно уточнила я.
Змейка аж задохнулась от возмущения, временно не зная, что сказать. Я тут же воспользовалась заминкой и, набрав в грудь как можно больше воздуха, нырнула под воду, с интересом изучая столь близкое дно.
Змейка возмущенно сверкала глазками, вынужденная временно молчать.
И вовсе не оттого, что здесь не было воздуха, а скорее потому, что под водой мне нельзя было отвлекаться.
Общаться со мной она любила лишь тогда, когда мне было комфортно и безопасно.

Внезапно на дне что-то мелькнуло, и я, проведя ладонью по грязи, чем подняла со дна ее мутное облачко, обнаружила в руке холодную тонкую цепочку с подвеской в виде черного каплевидной формы кристалла.
Я тут же вынырнула, отфыркиваясь и с интересом изучая занятную находку.
- Немедленно выбрось, мало ли какая гадость!
Тут же влезла змейка со своими бесценными советами.
Я спокойно надела цепочку на шею, не обращая внимания на вопли протеста и шипение какого-то там браслета.
- Эллин!
- Да тише ты, вдруг это полезная вещь и еще пригодится, а если что, я всегда смогу ее выбросить.
- Но я думаю…
- А ты не думай!
И я выбралась из воды на берег, собирая развешанные по веткам части одежды и судорожно одеваясь.
М-да, хоть эльфы и могут спать на снегу, но делать этого все-таки не следует.

Вся компания уже ждала меня у входа в «шалаш». Мне подвели мою лошадь, на которую я тут же вскарабкалась, и сразу же сунули немного вялого кота, который явно мечтал проспать весь оставшийся путь, мирно переваривая все только что съеденное.
Лешик стоял неподалеку и что-то бормотал, проводя руками над трясиной. Видимо, искал кратчайший путь отсюда.
Мы все заинтересованно за ним наблюдали. Наконец он замер, топнул пару раз ногой и снова что-то пробурчал.
Тут же у наших ног начало разворачиваться зеленое полотно, которое уходило куда-то вдаль. Мы с опаской на него посмотрели.
- А это надежно?
Кот все-таки свесился и посмотрел вниз, явно не доверяя хозяину.
Я грозно уставилась на лешика, сурово сдвинув брови.
- Запомни, коли что не так, я перед смертью успею все твое болото так перевернуть, что…

- Нет, нет. Что вы, я помню, помню.
Заверещал лешик, кидаясь под ноги моей лошадке. Лошадь тут же встала на дыбы, морально не готовая к его верноподданническому броску.
Мы с котом не удержались и рухнули на землю.

Я со стоном потирала ушибленные места и хмуро размышляла, является ли этот акт покушением на мою персону, но, судя по тому, как вконец перепуганный лешик закатил глаза и рухнул ничком под неумолчные стенания попрятавшихся по кустам кикимор, это была случайность.
Вскоре я опять забралась в седло, а точнее, меня туда торжественно водрузили, так как я все-таки умудрилась подвернуть ногу, и Клин первым направил коня на зеленую тропу.
Конь спокойно пошел по ней, в то время как справа и слева от тропки пузырилась голодная топь.
Уже больше не сомневаясь, я пустила лошадку следом. Завершал шествие Филин.
А лешик так и остался приходить в себя на островке, окруженный своими преданными кикиморками и наверняка очень счастливый от того, что страшная ведьма все-таки покинула его и даже оставила в живых.

Мы с котом стояли мокрые и замерзшие у входа в огромный каменный замок, возвышающийся на одном из холмов неподалеку от пробегающей мимо дороги.
Мои ноги по щиколотку увязали в грязи, а мокрые руки сжимали жутко недовольного и пытающегося хоть как-то спрятаться от дождя за полами моей куртки Уську.
- Эль, еще долго?
Учти, я вот-вот подхвачу воспаление легких и умру в самом расцвете сил.
Кот шумно чихнул и высморкался в мой носовой платок.
До замка оставалось не так уж далеко, просто я была совсем не уверена, что нам стоит заходить в столь мрачное строение.

Вот уже три дня как мы остались вдвоем с пушистиком.
Пока мы шли по тропе через болото, внезапно поднялся туман, который был сначала не очень густым и, кроме холода и сырости, не доставлял никаких особых неудобств, но уже на самой границе болота он внезапно уплотнился настолько, что я не то что друзей, а даже и собственных ног не видела.

Некоторое время мы еще шли вместе, но постоянно аукать и перекликаться нам довольно быстро надоело, да и звуки едущих рядом лошадей изрядно ослабляли бдительность, так что когда мы наконец-то выехали из тумана, то оказалось, что все звуки были обманкой, а рядом с нами - мною и котом - уже давно никого нет.
- Это моя вина, я должна была сразу распознать бродячий туман.
Хорошо хоть он не сбивает путников с пути, а просто переносит их в разное время к концу общей дороги.

- Эль
Кот прервал излияния и еще глубже забрался под полу куртки.
- Или ты немедленно стучишь в дверь, или роешь мне могилу в этой грязи. Руками!
Я тряхнула мокрой головой и подошла к высокой дубовой двери, ведя лошадь в поводу. На двери висело довольно тяжелое с виду бронзовое кольцо, опирающееся на металлическую пластину, о которую я и постучала, с натугой подняв такую тяжесть ровно два раза.
В третий раз не успела, так как дверь со скрежетом приоткрылась и прочно застыла, предоставив нашему взору вид на огромный темный зал, в который мы тут же и зашли - все трое, лошадка явно не желала мокнуть на улице.
- Эй, есть здесь кто
Кот уже бродил по пыльному полу и постоянно чихал, с удивлением оглядываясь по сторонам.

- А здесь сухо, да и явно теплее, чем снаружи. Эль, смотри - камин, давай разожжем! О, тут и дрова уже есть, здорово!
Я нахмурилась.
Замок был явно необитаем, но ведь дверь нам кто-то открыл, не сама же она распахнулась, да еще и с таким скрежетом.
Кот уже прыгал у камина, стараясь его разжечь.
Два камня звонко стукнули друг о друга, высекая хвостатые искры, но тяжелые бревна и сучья не спешили вспыхивать.
Я метнула в них слабенький пульсар.
Грохнул взрыв, взметнулось пламя, и кота отбросило к моим ногам.
Он с трудом встал, тщательно ощупал себя с ног до головы и очень проникновенно попросил в следующий раз предупреждать.
Я обещала.

Камин давал мало тепла и почти не грел, но меня в данный момент это волновало мало.
Кот радостно сушил свою шерстку у огня, поворачиваясь к нему то одним, то другим боком. Вскоре от него начал подниматься пар, а на мордочке застыло выражение блаженства.
- Я пойду посмотрю, что там наверху, а ты пока оставайся в холле. Если что, кричи громче.
Кот удивленно обернулся:
- А чего это я должен кричать?
Я сделала страшные глаза:
- Ну, если вдруг тени полезут из углов, размахивая страшными когтями, или пол вдруг проломится и начнет с хрустом тебя пережевывать.
- Мама
Тихо сказал потрясенный до глубины души кот, осторожно покосился на ровный деревянный пол и пулей вскочил ко мне на руки, вцепившись всеми двадцатью когтями и уверяя меня, что здесь ему делать в общем-то больше нечего.
- Ага, испугался.
Рассмеялась я, привычно убирая вес Уськи и таща с собой уже что-то вроде воздушного шарика.
- И ничего не испугался, просто больно надо мне тут одному сидеть. А вдруг тебе там помощь понадобится?

Ступеньки старой винтовой лестницы тихонько поскрипывали под ногами, впереди путь освещал одинокий синий пульсар, которому явно было неуютно одному освещать столь большое темное пространство.
Тишина оглушала, заставив затаиться шорохи и звуки, и только тихий стук капель, бьющих в закрытые окна и по далекой крыше, нарушал ее.
Кот явно нервничал, да и я уже ощущала себя несколько не в своей тарелке, на всякий случай буквально увешав себя заранее заготовленными различными по убойности заклинаниями.
- Эль, а как же Клин с Филином, как считаешь? Они нас найдут или мы их. Ой, мама!

Я не глядя швырнула пульсар в ближайший угол. Раздался взрыв, и к нашим ногам упала хорошо прожаренная тушка невинно убиенной крысы.
- Не знала, что ты у нас крыс боишься.
Я сосредоточенно попинала останки и уже более уверенно пошла дальше.
Кот нервно икал, не возражая.
- Эль, а ты знаешь, вроде дождь начал стихать…
Где-то впереди скрипнула дверь и тут же резко захлопнулась, кот сразу зачастил:
- Да и вообще зашли не спросясь, ходим тут без разрешения, нет, Эль, ты как хочешь, а мне кажется, что нам уже пора на выход.
- Это точно.

Ветер пронесся по коридору и каким-то мистическим образом задул пульсар. Но этого не может быть! Мы остались стоять в темноте, испуганно хлопая глазами.
- Э-эль…
Проблеял Уська,
- А почему у тебя такой странный голос?
- А это не я сказала.
- А кто?!
- Я!!!

Привидение в виде огромного мрачного старика, закованного в призрачные цепи, появилось прямо перед нашими носами и грозно нахмурилось, видимо, пытаясь запугать раз и навсегда.
Воздух тут же значительно посвежел, холод коснулся ступней и начал медленно, но уверенно взбираться выше.
Призрак хмуро оскалился и громко зловеще захохотал.
Кот тут же значительно расслабился, да и я уже ругала себя последними словами за трусость.
Нет, ну это же надо, боевая ведьма, бывшая ученица Академии магии и волшебства, и испугалась какого-то вшивого призрака.

- Эль, ты его развеешь или я?
Угрюмо поинтересовался Уська.
Призрак оборвал свой хохот и удивленно на нас уставился.
- Ну, че вылупился, чего мирных котов пугаешь, мы, между прочим, продвинутые маги!
Ты понял?
Я тебя сейчас на клочки тумана порву, заразу!
Котик явно рвался в бой. Он, насколько я знала, выучил только одно заклинание, но зато самое нужное (второе по созданию привидений не считается).

Привидение было явно в шоке - за всю его привиденческую жизнь ему еще никогда так не грубили.
- Я повелеваю вам пасть передо мною на колени и просить прощения, смертные.
Он восторженно завыл, вновь входя во вкус запугивания.
Кот фыркнул и спокойно обошел его, явно решив уже самостоятельно исследовать все закоулки старого замка.
Я недолго думая отправилась следом, внаглую пройдя прямо сквозь призрака. Белое марево заколыхалось и ненадолго потеряло четкие очертания.
Кстати, нам на уроках рассказывали, что призраки ненавидят, когда живое существо проходит их насквозь, ощущения от этого далеко не самые приятные.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ.

- Степь.
Кот, весь чумазый и недовольный, вскарабкался по моей штанине на стол, я пыталась не заорать.
- Там степь, после которой мы достигнем горы.
- Да, но я слышал о чудесах, творящихся в степи по ночам. Говорят, что ночевать там небезопасно.
Филин явно не хотел туда соваться.
- М-да? А я знаю, что там живет целое племя кочевников, и, возможно, не одно. Так что нечего нагнетать обстановку заранее, надо собираться, на месте разберемся
Клин свернул карту и ушел наверх.
Мы задумчиво смотрели ему вслед. Я почувствовала, что меня кто-то дергает за рукав, опустив голову, увидела разнесчастного кота.
- У меня две трагедии.
Сообщил он шепотом.
- Какие?
- Во-первых, я не люблю драконов.
Он очень грустно вздохнул.
- А во-вторых?
Заинтересовалась я, опираясь локтями о стол.
- А во-вторых, у меня сгорели пирожные.

В поход мы стройным отрядом вышли следующим утром примерно
в пять часов, крайне единодушно ругая на все лады поднявшего нас
в такую рань Клина.
Кот возмущался громче всех, пока ему не привели ослика, впряженного в небольшую, обитую мягкой тканью, напоминающей матрац, тележку…
Кот тут же успокоился, забрался в тележку и мгновенно уснул. Мы с Филином завистливо вздохнули.
- Вот ваши кони.
Я с ужасом посмотрела на огромную черную зверюгу, которая злобно косилась на меня, своенравно выдергивая уздечку из рук Клина.
Когда я представила, как поеду на этом, мне чуть не стало дурно. Хорошо хоть кобыла была уже оседлана.
- Гм, я совсем забыла сказать. Я не умею ездить верхом.
- Я знаю.
Улыбнулся Клин.
Моему возмущению не было предела.
- Знаешь и при этом привел мне вот это?!
- Да.
Коротко, жестко, понятно.

С тяжелым стоном я подошла к… э-э… лошади и единым прыжком оказалась у нее на спине.
Она хитро покосилась на меня и тут же так взбрыкнула, что я ласточкой пролетела у нее над головой и рухнула в грязь. Кот радостно ржал в тележке, видимо, проснувшись ради такого представления.
Я тяжело встала и снова подошла к животине.

В ее глазах не было и грамма сочувствия. Угу, ну держись.
Я, в конце концов, эльф или кто?
Резко оттолкнувшись от земли, я вскочила в седло и, сжав ногами ее бока, подхватила поводья. Лошадь снова взбрыкнула, но я сидела крепко.
Тогда она начала прыгать и метаться, пытаясь меня сбросить, а я с радостным вскрикиванием подпрыгивала в седле, абсолютно уверенная, что именно так и надо ездить.
Филин что-то одобрительно свистнул, и я еще крепче сжала бока лошадки, но явно пережала, поскольку кобыла выпучила глаза, фыркнула и застыла как вкопанная, жалобным ржанием огласив всю округу.

- Отпусти животное, изверг.
Возмутился Клин, и я чуть ослабила ноги.
Лошадь шумно задышала, все так же спокойно стоя на месте.
- Ну все, считай, ты ее объездила.
У меня просто отвисла челюсть.
Так этот гад подсунул мне необъезженную лошадь? Ну да, я ведь и сама могла догадаться, что те редкие всадники, которых я видела по пути в Академию, ехали на объезженных, а не прыгающих и беснующихся лошадях.

Мысль о мести прочно и надолго засела в моей голове.
И вот уже рога переместились с головы Филина (кстати, он их почти спилил, так что маг особо не напрягался, увидев его с обломками рогов на голове, куда больше его поразил кот-главарь, сейчас спокойно развалившийся в тележке) на голову Клина, отрастая по пути до нормального бараньего размера.
- ЭЛЯ!!!

Выехали мы из города с трудом - стражники не хотели выпускать из ворот странного типа с рогами на голове. Но я шепнула, что на барана наложили страшное проклятие и он временно стал почти человеком, только рога остались, которыми он очень гордится.
Клин сидел с ярко-алыми щеками и сверлил меня таким взглядом, что я мысленно представила себе чуть ли не все муки ада.
«Барана» все же выпустили и даже взяли с него пошлину за выезд как с животного, а не всадника, что, по-моему, Клина доконало.
Так что часа четыре мы проделали бурным галопом: я удирала от Клина, непременно желавшего немедленно оторвать мне хоть что-то жизненно важное. Вот когда я и мой зад оценили все плюсы и минусы передвижения верхом.
К полудню мы буквально свалились на привал. Кот подъехал значительно позже, весь в пыли и жутко обиженный. Он громко сообщил, что от такой скачки весь в синяках, а потому готовить отказывается.
К счастью, когда я предложила свои услуги, Уська сразу же передумал, и я мгновенно смылась на охоту, подальше от все еще злого, как лысый медведь. Клина.

По лесу я ходила долго, отдыхая душой и телом от мертвых каменных стен городов. Здесь все было родным, знакомым.
И поющая в листве птаха,
и журчащий серебристый ручеек,
и листва, тонкая и будто прозрачная в полуденных лучах яркого солнца.
Блуждая по лесу, я встретила целое заячье семейство, которое так и не заметило моего присутствия, с аппетитом поедая душистый клевер.
Отец-заяц зорко оглядывался по сторонам, прядая длинными ушами и напряженно ловя влажным носом доносящиеся запахи.
Я не стала их убивать и ушла с миром.

Из широких зеленых листьев сделала кулек, куда вскоре насобирала вдоволь орехов и ягод, которые и представила моим спутникам по возвращении.
Кот урожай одобрил, а Филин под мудрым руководством пушистика уже заканчивал готовить суп из оленины, которую принес Клин.
Посмотрев в его сторону, я все же сжалилась и убрала несчастные рога. Думаете, меня за это горячо поблагодарили?
Не-эт.
Меня прожгли незабываемым взглядом, а потом и вовсе стали презрительно игнорировать.
Я подумывала о возвращении утром рогов на место.
Надо только будет сначала отъехать подальше, а то ведь догонит.

До болота мы добрались дня за три.
Кот все время тормозил движение, заявляя, что при быстрой езде он подскакивает и это мешает сну. Пришлось сотворить ему еще две подушки, а точнее, телепортировать их из всего того же царского дворца. Я рассудила, что король от этого не сильно обеднеет.
По пути у Клина еще раз пять отрастали рога, но он так и не смог меня поймать.
Сам виноват, что моя кобыла быстрее его.

Филин от всей души наслаждался представлением, пытаясь при этом давать дельные советы, вроде:
- «а ты сделай ему один рог, но прямой и на лбу» или
- «да отомсти ты ей ночью, все равно спать будет, вот и бодни пару раз».
Мы, конечно, оба были ему сильно за них «благодарны», и в итоге у Филина на лбу оказалось сразу три прямых рога, а Клин его по ночам «забодал», назначая дежурным в самые неудобные часы - утренние.
Правда, ополчившись на Филина, мы сами как-то незаметно помирились, и рога у Клина скоро отвалились уже окончательно, а я торжественно пообещала их больше не выращивать (можно ведь еще много чего другого придумать - копыта, например, или хвост, да мало ли…).
Филин после слезного:
- «я так больше не буду».
Тоже получил прощение, и я его расколдовала.
Кот же исправно кормил нас мясом, приготовленным «по старинным бабушкиным рецептам».

Рядом с болотом стояла небольшая деревенька, и мы решили заехать в нее, чтобы переночевать и запастись провизией. Вряд ли топь изобилует дичью, да и о лешем надо будет поспрашивать.
Возражений не было, и вскоре перед нами вырос деревянный частокол с покосившимися открытыми воротами. Народ сновал по своим делам, а наш отряд встречали три очень пыльные и злобные шавки, тут же обложившие нас лаем по самые уши.
Кот на всякий случай забрался ко мне на руки, сообщив, что он не трус, а собачек жалко.
Я была с ним полностью согласна.
Клин же, спускаясь с коня, просто пнул сапогом ближайшую, да так, что она, скуля, отлетела в сторону. Оставшиеся упорно продолжили нас облаивать, но уже на отдаленном расстоянии.

Вскоре из ближайшего дома спешно вышел, вытирая чем-то испачканные руки о передник, представительный человек с объемным брюшком и небольшой, но окладистой бородкой.
- Староста.
Шепнул мне Филин.
- С чем пожаловали, куда едете да кем будете?
Клин вышел вперед, ему никто не препятствовал.
- Мы путники, едем по своим делам, заехали переночевать да запастись провиантом.
Народ, уже успевший собраться неподалеку, тут же зашушукался, хотя обо всем том, что сказал Клин, можно было и так догадаться.
- Ну, тогда прошу в мой дом на постой.
- Видать, в этой деревеньке народ-то редко бывает, все-таки у болота стоит, вот староста и хочет первым все новости узнать.
Шепотом просвещал меня Филин.
- а вот если бы эта деревенька стояла на перекрестке торговых путей, тогда не то что к старосте, а и к любому другому жителю задарма бы не пустили, заставили бы платить.

Гм, какой интересный народ эти люди.
Вот у эльфов неважно, где ты живешь - в сердце вечного леса или в одном из прекрасных воздушных городов, - тебе всегда будут рады, займут приятной беседой, пригласят к изящному столику с пряными напитками и лакомыми угощениями и постелют мягчайшую кровать в комнате для гостей.
Это только с виду эльфы снобы, но друг к другу у перворожденных совсем другое отношение.
Взять хотя бы то, что ни один эльф никогда не обидит эльфу, мы слишком ценим дочерей своего народа, ведь у нас, вечных жителей, так редко рождаются дети, что будущие матери чуть ли не священны.
Ну да ладно.

Тем временем нас уже пригласили в аккуратную горницу. Жена старосты ловко и быстро расставляла на столе припасы, доставая из печи горячую картошку, пироги, из погреба детишки таскали соленья, грибочки.
Хозяин, кряхтя, вытащил откуда-то старую бутыль с вином и гордо и бережно разлил напиток по кружкам.
Даже я прониклась торжественностью момента.
Выпили за встречу, за дружбу, за… нет, потом меня
Клин турнул из-за стола, заявив, что нечего ведьме напиваться. Меня с непривычки и впрямь немного повело, и бурно протестовать я не стала.
Уже уходя, я слышала, как Филин важно и степенно рассказывает о событиях внешнего мира, не забывая налегать на картошку и соленья.
Кот по уши увяз в сливках, которыми его щедро оделили детишки под столом, улучив момент, когда хозяйка отвлеклась, и, радостно попискивая, гладили и чесали за ушком ранее неприступного Уську.

Я решила погулять по деревне самостоятельно.
Стояла тихая летняя погода. На меня с восторгом смотрели все окрестные ребятишки и не стесняясь тыкали пальцами.
Мелькнула мысль показать им какой-нибудь фокус, но я здраво рассудила, что после этого они от меня и вовсе не отстанут.
Какая-то птаха рухнула мне на голову и, громко чирикая, напрочь
запуталась в волосах.
Я, тут же растеряв все свое благодушие, с руганью начала ее оттуда выковыривать. Но волосам явно понравилась новая игрушка, и они не спешили с нею расставаться.
Наконец пичуга была вытащена, поврежденное кем-то крыло, из-за которого она и рухнула мне на голову, вылечено.
Радостно пискнув, она вылетела у меня из рук и скрылась в небе. Мне стало скучно.
- Могла бы подумать и обо мне.
Раздался знакомый недовольный голос откуда-то с земли.
Опустив глаза, я увидела Уську, который грустно смотрел в направлении скрывшейся добычи…
- И как ты себе это представляешь? Я волосами, как сетью, ловлю птиц, а ты их ешь?
- А можно?!
- И не мечтай.
И я, развернувшись, пошла в дом.

Вечером мне постелили в сенях, а мужчин отправили ночевать на сеновал. Утром мы, затарившись припасами по самое не хочу, благополучно отбыли, провожаемые старостой, его семьей, ну и всей деревней в придачу.
Нам махали, желали удачи, очень просили приезжать еще.
Еще бы, за те деньги, которые Филин отвалил за собранную в дорогу еду, можно было пол этой деревеньки купить.
Кот, кстати, очень возмущался по данному поводу.

- Ну так как, ты узнал, как нам найти этого проводника?
Мы вот уже полчаса ехали по уши в грязи, причем у Клина был вид, будто так и надо.
- А нам и не надо его находить, леший уже давно понял, что кто-то покусился на его владения, а потому сам нас найдет.
- Ага, найдет, как же…

Кот ворчал по любому поводу, жутко расстроенный тем, что его замечательную тележку пришлось временно уменьшить до размеров моей ладони и аккуратно спрятать в походной сумке.
Ну не мог ослик тащить ее вместе с котом по такой грязи, она постоянно застревала, и нам всем приходилось спешиваться, чтобы ее вытащить. Так что после долгих уговоров, упреков и взаимных обид пушистик сдался и покорно умостился у меня на руках - пришлось прочесть заклинание потери веса, чтобы не рухнуть с этим подарком судьбы под копыта лошади.

Кстати, лошадку я назвала Эллрой, что в переводе означает «кипение».
Она и впрямь чуть ли не кипела от переполняющей ее жизненной энергии, не желая, как все порядочные лошади, идти степенно и осторожно, вместо этого старалась прыгать, как горная коза, по кочкам, ежеминутно с них соскальзывая.
Мы с котом от такой скачки очень скоро позеленели и отбили себе все, что могли, а Уська еще и выучил пару новых ругательств в моем исполнении.

Перепрыгнув очередную корягу, Эллра все-таки умудрилась нырнуть в топь и, испуганно рванувшись, сбросила-таки седоков со своей спины.
В итоге мы уже все трое сидели в грязи и орали благим матом.

- А ну! Что тут за шум в моей вотчине!
Этот скрипучий странный голос мигом заставил всех замолкнуть, а Филин наконец-то умудрился накинуть на меня петлю из веревки и тут же рванул
ее на себя.
Кот вцепился в меня мертвой хваткой, пытаясь незаметно вскарабкаться
мне на голову.
- Меня зовут Клин, а это мои друзья. У нас есть к тебе дело, хозяин болот. Выходи, поговорим.
Я с интересом оглядывалась по сторонам, пока меня тянули по грязи к суше. Лошадь, кстати, уже давно стояла там.
Правда, я так и не поняла, как и когда умудрилась ее туда телепортировать.

Ближайшие кусты зашевелились, и из них медленно и степенно вышел молодой, еще совсем зеленый леший с густой клокастой бородой и насупленными веточками-бровями.
Мне он был примерно по колено, но из-за того, что, как и все лешие, носил огромную, сделанную из бересты шляпу, казался выше.
Зеленая кожа, борода, брови и голубые глаза на довольно-таки симпатичном лице - все, что отличало его от самого обыкновенного человеческого ребенка.
Я знала, что со временем его кожа потемнеет и он еще подрастет, как мой знакомый леший, которого до сих пор пытается поймать король эльфов, но пока до этого ему довольно далеко.

- Чего надо?
Риторический вопрос. Всем и всегда чего-нибудь да надо.
- Перейти на ту сторону, твой брат передавал тебе привет и тайное слово, по которому ты можешь признать в нас друзей.
- Какое еще слово?
Леший явно был настроен не очень дружелюбно, оно и понятно: климат, географическое положение. А тут мы еще со своими просьбами.
- Крайверт.
Мы все с надеждой уставились на лешака, ожидая, когда на его лице проступит радостная располагающая улыбка.
Ага, щас!
- Ну и чего дальше?

Клин явно растерялся.
Наш предводитель определенно считал, что после крайверта лешик бросится к нам в объятия и, орошая слезами грязную тужурку, высморкается в воротник.
Я, кряхтя, встала, искренне надеясь, что все кости целы, и с интересом разглядывала свой наряд, с которого ручьями стекала болотная жижа.
Из-за ворота выглянула удивленная донельзя лягушка и, громко квакнув, нырнула обратно.
Пришлось вылавливать.
- Так чего же ты еще хочешь за проход через топь?
Лешик всерьез задумался, оглядывая жадными глазенками наш нехитрый скарб.
Я наконец-таки поймала скользкую лягушку и выудила ее наружу. Квакушка, повиснув вниз головой, удивленно взирала на мое возмущенное лицо и подергивала свободной левой ножкой.
- Эй ты, а ну не безобразничай, отпусти ее, ей еще принца поцеловать предстоит, неча товарный вид портить.

Я не сразу сообразила, что это ко мне.
- Брось принцессу, кому говорю, ишь ты - как на болота, так сразу принцесс хватать, хоть бы кто на мою кикиморку позарился!
Теперь на меня смотрели уже все, и я смущенно бросила квакушку на землю, а точнее в ближайшую лужу, где она тут же и скрылась под водой, два раза булькнув напоследок.
Сообразив, что только что утопила наследную принцессу, я кинулась спасать утопленницу. Загребая обеими руками жидкую грязь, я с ужасом поняла, что лягушку, видимо, засосало, а это конец. Филин пристроился рядом, пытаясь помочь, кот с Клином и лешим просто стояли в сторонке и с интересом наблюдали за нашими ковыряниями в грязи.
- Все, утопла.
Плюнул Филин и встал на ноги. Я с сожалением вытащила руки из мути.
Мы все посмотрели на лешака.

- Та-ак! И вы еще хотите от меня помощи?! А вот я сейчас на вас своих песиков спущу, вот тогда и посмотрим, кто здесь хозяин, а кто гость незваный-непрошеный.
С этими словами он развернулся и… исчез. Мы только рот открыли.
- Эль, а ты не в курсе, про каких таких песиков он сейчас говорил?
Уська активно карабкался ко мне на руки, как в наиболее безопасное место.
Клин и Филин встали по обе стороны от нас, держа мечи наготове.

На болото опустилась тишина - не слышно было ни дыхания ветра, ни о чем-то шелестящих листвою кустов, ни скрипа качающихся небольших, разбросанных тут и там деревьев, даже трясина перестала булькать тяжелыми, медленно поднимающимися к поверхности пузырями, будто замерла в ожидании своей новой вкусной жертвы.

- Мне все это не нравится. Клин, ты же говорил, что этот леший нам поможет.
Филин нервно поводил концом меча из стороны в сторону, пытаясь засечь пока еще невидимую опасность.
- Он бы помог, если бы кое-кто не утопил царевну-лягушку, отец которой лешему вот уже пять лет шлет неплохую дань на ее содержание.
Клин цедил слова сквозь зубы, и хоть он и не смотрел сейчас в мою сторону, но мне вдруг стало жутко обидно, что из-за какой-то там лягушки, которая сама не знала, куда лезет, я теперь главная причина всех свалившихся неприятностей.
Обида росла.
Да чтобы я, наследная принцесса эльфов, оправдывалась за то,
что погубила лягушку!
Я скрипнула зубами и посадила на землю кота. Тот удивленно мявкнул, но я уже исчезла и появилась шагах в десяти от друзей.

- Эй ты, леший, а ну прекрати меня запугивать, не фиг было своими принцессами раскидываться, поделом ей, коль такая дура была.
Последние шесть слов почему-то подхватило неизвестно откуда появившееся эхо и, постоянно нарастая, обрушило их на нас.
Я почувствовала, как ярость сжимается в тугой комок в груди - да он же просто издевается!
Внезапно сзади и спереди раздался тихий тоскливый вой, и по ногам начал подниматься неизвестно откуда появившийся туман.
Я огляделась и увидела море светящихся желтых злобных глаз.

БОЛОТНЫЕ ПСЫ. Смерть для любого путника - будь то пеший или конный, один или войско. ЭТО СМЕРТЬ ДЛЯ ВСЕХ!
Я оскалилась в веселой усмешке. Но это только тогда, когда рядом нет ведьмы.
Большая редкость среди болот.

Наверное, мне не надо было колдовать, да еще и брать у себя столько магии на затраченное колдовство, но этот леший чересчур сильно меня разозлил.
Говорила уже не я, кричала оскорбленная кровь предков, их гордость и ярость, несущая смерть.
Боковым зрением я заметила, как друзья вновь собрались вокруг меня.
Клин держал на руках перепуганного Уську, пытаясь вместе с Филином создать вокруг меня круговую защиту из стали.
А с губ уже срывались тяжелые слова мертвого многие сотни лет заклинания - эльфийского заклинания, которому не научит ни одна книга, о котором не знает ни один человек, потому что, как правило, среди услышавших древние слова не выживал никто.

Воздух сгустился вокруг нас в прозрачную сферу.
Первый из огромных серых псов уже прыгнул на нее, пытаясь достать белоснежными клыками такую близкую для глаз добычу, но тщетно.
Слова ложились одно за другим, кровь бурлила по венам, ветер рвал с корнем траву и деревья, поднимал вверх столбы взбунтовавшейся грязной воды и бессильно разбивался о стены купола.
Я говорила, нет, уже пела, нанизывая бусины слов на нить и плотно сжимая тяжелые веки, оглядывая взбесившийся окружающий мир без помощи глаз.
Псов не было, их смело ураганом и раскидало по четырем частям света, в воздух уже поднималась не вода, а пласты земли, выворачивая держащие их тяжелые корни и с натужным гулом раздирая свои вековые пласты.

- Эль, Эль!!!
Кто-то кричит, но я не могу понять кто, стихия захватила меня, я уже
сливалась с ветром и водою, касалась душою неба, плакала слезами воды.
Как хорошо!
- Эль, да очнись ты! Он здесь, он сдается!!!
Я все же открыла глаза, пытаясь понять, кто так сильно тормошит мое странное тело, и сквозь призму сжигающей силы увидела распластанное по защитной сфере перепуганное лицо лешака.
Он изо всех сил цеплялся пятками за землю и невидимый щит и что-то
кричал нам.
Порывы урагана вот-вот должны были сорвать беззащитное тельце и бросить вверх, с наслаждением перемалывая новую теплую пищу.
- Эль, прекрати!
Я медленно обернулась и с трудом узнала Клина, который тряс меня за плечи, пытаясь достучаться до плавающего в нирване сознания.
И сознание открыло на стук.

Тряхнув головой и с трудом придя в себя, я огляделась и… почувствовала, как отваливается собственная челюсть.
Деревня!
Я вздрогнула, но быстро успокоилась. Даже колдуя, я мысленно оградила участок действия заклинания, и деревня совершенно точно не пострадала. Но все равно это пора кончать.

Я щелкнула пальцами и шепнула формулу. Тут же несчастного, мокрого и сильно дрожащего с перепугу лешика втащило внутрь сферы.
- Ну так как?
Я была сама грозность.
- Да, да, я все сделаю, все, госпожа ведьма, я вас выведу, переведу и припасов дам, и… только не гу-би-и-ите-э-э!!!
Не выдержав, малыш расплакался, размазывая по зеленому чумазому лицу крупные слезы.
Я сурово кивнула и взмахом руки тут же прекратила торнадо.

Вскоре ураган начал стихать, а потом и вовсе превратился в легкий, совсем не опасный ветерок, который гулял над землей, любуясь тем, что натворил.
Сфера с тихим чпоком лопнула, окатив нас россыпью брызг.
Лешик настороженно огляделся, все еще не вполне доверяя своему спасению, но, в конце концов, понял, что конкретно сейчас никто его убивать не собирается, и тут же вскочил на ноги, пытаясь одновременно отряхнуть свой небогатый наряд и склониться передо мной в поясном поклоне.
- Вы уж простите меня, госпожа ведьма, не признал я вас сразу-то, а вот теперь милости просим к нашему столу.
Я сейчас своим кикиморкам крикну, они живо его накроют для дорогих гостей.

С тихим звоном мечи вошли обратно в ножны, и ребята немного расслабились, с удивлением взирая на столь радикально поменявшего поведение лешика.
А тот уже семенил вперед, призывно махая нам рукой.
- Ну что, пойдем, что ли, опробуем гостеприимство болотного хозяина?
Филин был полон здорового скепсиса, но за лешим мы все же пошли.
И только Клин тихо задал мне тот вопрос, который я больше всего боялась услышать:
- Может, скажешь, откуда тебе известна древняя эльфийская магия?

Я испуганно подняла на него свои зеленые глаза и встретилась с острыми клинками его серебряных очей. Дрожь прошла по всему телу. Мне было просто нечего сказать.
- Я ей рассказал парочку.
Кот вклинился как всегда вовремя и теперь сердито смотрел на Клина, защищая меня своей отважной тушкой.
Клин перевел взгляд на Уську, чему-то усмехнулся уголком рта и медленно пошел следом за Филином, а я изо всех сил пыталась не сползти на землю, унимая дрожь в коленках.

Мама привела своего ребенка в поликлинику. Парню года четыре от силы, но сразу видно серьезный и самостоятельный мальчик. Из их разговора я понял, что парень одевался самостоятельно и надевал штанишки задом-наперед. Ну всякое бывает) Мама, конечно, предложила ему помочь с переодеванием, но он ведь взрослый - отказался. Парнишка зашел за угол, не было его минут пять. Вернулся - ничего не изменилось, штаны как были задом-наперед, так и остались. Мама снова предложила ему помочь, но парень вновь отказался. Ситуация повторилась еще раз, как Вы уже догадались - штаны все также задом-наперед. На этот раз мама все-таки пошла вместе с мальчишкой. Вернулись через пару минут, штаны как надо, мама хохочет. Увидев мой интерес - объяснила: Спрашиваю его, как переодевал. Он молча снимает одну штанину, прокручивает ее вокруг надетой на 360 градусов и надевает обратно на ту же ногу.

ГЛАВА ШЕСТАЯ.
Народ сник. Идея явно была гениальна.
- А на твоих лекциях тебе ничего не говорили?
С надеждой влез Филин.
- Говорили…
Кивнула я.
- Говорили, что ни при каких обстоятельствах маг не должен встречаться с клементом. Лучше воскресить и упокоить все городское кладбище.

Клин резко встал и вышел из-за стола.
- Ты куда?
- В библиотеку. Возможно, там я найду ответ.
И он скрылся наверху. Мы остались втроем, и кот наконец-таки задал самый животрепещущий вопрос:
- Так, ну и кто моет посуду?
Мы с Филином тут же указали друг на друга пальцем.

Как только солнце позолотило верхушки крыш, я тихонько встала, оделась и, навесив на себя сферу абсолютного молчания, выбралась из дома. Снаружи я свернула сферу и как можно быстрее скрылась в арке.
Они были мне не помощниками в предстоящем деле, только маг имел хоть какой-то шанс выжить после встречи с клементом.
Правда, маги, прекрасно зная, сколь мал, этот шанс, еще ни разу с ним не встречались. Однако, если честно, клемент был явлением ну о-очень редким.
Опустив голову, я направилась к одному из канализационных люков и, подойдя поближе, увидела уже сидящих у его края и свесивших ноги вниз Клина и Филина.
На плече Клина, вцепившись в куртку всеми когтями, сидел одетый в странный рыжий комбинезон кот и отдавал последние указания:
- Так, главное тихо. Филин, ты гномий порошок взял?
- Порядок.
- Клин, мы с тобой будем приманкой, я приведу вас к нему и скажу, когда он будет близко.
- Кхм, кхм.

Все разом обернулись и удивленно уставились на меня. Уши подрагивали от напряжения, а черный гибкий хвост раздраженно извивался из стороны в сторону.
- Ну и как это понимать?
Смутился только Уська, у остальных были та-акие честные глаза.
- А-а-а… э-э-ээ…
Начал Филин, но я, просто отодвинув его в сторону, опустила ноги в канализационный люк и приготовилась к прыжку.
Но Клин крепко сжал мне плечо и не позволил.
Я раздраженно взглянула ему в глаза.
- Нет.
- Это еще почему?!
- Ты там все разнесешь.
- Логично.
- Этого делать нельзя.
- То есть вы своим гномьим порошком просто стены посыплете?
Клин смутился.

- Пусти. Без мага вы там и минуты не продержитесь.
- Она права.
Филин явно почувствовал себя увереннее.
- Маг нам не помешает.
Клин только тяжело вздохнул и больше не стал меня удерживать…

Я прыгнула в черный провал.
Первая же мысль: надо было сначала бросить камушек. Но дно все-таки встретило меня, и я, подняв массу брызг, окунулась с головой, больно врезавшись в пол ногами.
Вынырнув и с омерзением отплевавшись, я попыталась не обращать внимания на жуткую вонь и оттереть глаза от налипшей пакости.
И тут я почувствовала, как мне на макушку шлепнулось что-то тяжелое. Это был конец веревки, по которой спокойно спустилась вся остальная команда.
- Ты как там, не утонула?
Я тихо зарычала, борясь с огромным желанием поджечь веревку.

Все наконец прибыли на место и с интересом осмотрели мою с ног до головы вымазанную персону, а кот демонстративно зажал нос.
Им воды здесь было чуть ниже пояса.
- Знаешь, Эль, иногда надо сначала думать, а потом делать.
Скорбно сообщил Клин и гордо пошел вперед.
Филин тихо кашлял в кулак, все еще пытаясь сочувствовать, но явно трясясь от смеха. Настроение было пакостным, и несчастного монстра я уже была готова уничтожить голыми руками.

Мы шли по подземельям вот уже почти час. Кот исправно указывал, что надо идти вперед.
Я перестала чувствовать неприятный запах, не совсем, конечно, но хоть блевать больше не тянуло.
Волосы немного подсохли и теперь всеми силами пытались очиститься от слоя грязи, вытирая одни волоски о другие, в итоге голова у меня сейчас имела очень забавный вид.
- Ну, скоро?
- Эль, потерпи. Я работаю.
Закипел Уська и твердо и уверенно ткнул лапкой в правый проход в очередном разветвлении.
Я принялась ныть и жаловаться стенам на свою несчастную судьбу. Стены молча внимали, видимо сочувствуя.
Вдруг мы остановились.
- Что случилось?
Это Клин, но кот только удивленно вертел головой по сторонам и пожимал плечами.
- Ничего не понимаю, но, кажется, мы пришли.

Клин и Филин тут же вынули клинки, в темноте сверкнули острые лезвия.
- Я его не вижу.
- Я тоже.
Посетовал котик.
Я вздрогнула и медленно опустила взгляд на воду.
- Может, он чуть дальше?
Предположил Филин.

- СТОЯТЬ!!!
Все вздрогнули и застыли, удивленно на меня оглянувшись.
- Он под водой, еще шаг, и у него будет первая добыча.
- Тогда назад?
Предложил Клин.
- Нет, он поймет, что добыча уходит, и всем будет крышка.
- Тогда что делать?!
Заорал кот, с ужасом глядя на темную вонючую массу.
- Сейчас, просто стойте и не шевелитесь.

Рука вытянута вперед, на ладони горит белая искра - моя звезда, окруженная легким облачком серебристого тумана.
Я пошептала, и всю нашу команду накрыло прозрачной сферой, именно сферой, так как-то, что я собиралась сделать, убило бы нас всех.
Искра медленно отделилась от моей ладони и, все еще окруженная полупрозрачной защитой, поплыла вперед. Вот она преодолела барьер и медленно стала опускаться вниз, уже понимая, где находится ее добыча.
Еще секунда - и белое свечение теперь лишь чуть проглядывалось из-под воды.
Я почти ощутила удивленную радость клемента, обожавшего жрать волшебство: куда более питательную материю, чем жесткая и структурированная магия.
- А теперь все замрите.

Возразить просто никто не успел.
Клемент сжал зубы, ловя такую красивую приманку.
И тут же вода вспыхнула, резанув ярким белым светом по глазам. Она вспучилась, пошла пузырями, свет вырвался из ее крови, мгновенно осветил весь туннель, проникая даже сквозь плотно сомкнутые веки, заставляя слезиться глаза, он рванул во все стороны, освещая даже отдаленные изгибы поворотов и собирая, свою давно ожидаемую плату.
Раздался жуткий рев, мне на секунду показалось, что я оглохла, когда из-под воды вырвались, поднимая фонтаны брызг, тысячи и тысячи острых как иглы, длинных белых зубов, они бешено набрасывались на купол, что-то рычали и плакали, и вдруг свет погас…
Зубы замерли, а потом медленно посыпались обратно в воду. Плавая на ее поверхности, они уже были неопасными, но все еще истекали ядом.

- Эль! Эль!
Я не сразу поняла, кто это орет, так как уши по-прежнему плохо слышали.
- А!
- Надо выбираться!
Я непонимающе уставилась на Клина.
Тогда он просто взял меня за плечи и развернул, указывая пальцем на туннель. Из него на нас тихой шелестящей массой шли все выжившие обитатели канализации.
Их можно описать как бред воспаленного воображения. Я была полностью согласна с Клином.

Мы повернулись и рванули со всех ног.
Но уже за следующим поворотом, куда мы выбежали, поднимая тучи брызг и стараясь не поцарапаться плавающие отравленные зубы клемента, на нас шла другая волна обитателей этих мест.
- Чего это они?
Удивился кот, с ужасом наблюдая за приближающимися монстриками.
- Я активировала заклинание, отбирающее жизнь, и они почувствовали это. Убив клемента, заклинание убило еще очень многих существ, пока не насытилось и не исчезло.
Они боятся, что придет и их очередь, и спешат уничтожить угрозу.

- Придется прорываться.
Клин был сама серьезность, а я с ужасом подумала, что магия на исходе и я почти бессильна перед наседающей нечистью.
- Эль, ты сможешь поставить щит за нашими спинами?
Подумав, я кивнула:
- Но ненадолго.
- На сколько?
- Полчаса от силы.
- Ставь. Мы с Филином пойдем впереди, возьми кота.
Мне на руки перекочевал перепуганный Уська.
- Ты идешь сзади и поддерживаешь щит, мы должны успеть. Вперед!
Щит с тихим хлопком развернулся за нашими спинами, отрезав нас от волны монстриков, идущих сзади.
Клин и Филин встали плечом к плечу, затолкав сильно возражавшую меня к себе за спины.
Но я все равно подняла из воды один зуб, истекающий розовым ядом, чтобы не чувствовать себя такой уж беззащитной.
И мы пошли.

Монстры как обезумевшие накинулись на нас, пытаясь достать когтями, клыками, жалами, забить крыльями, клювами.
Они выпрыгивали из воды, падали с потолка, появлялись из мха на стенах и кричали, орали, визжали так, что я порадовалась недавней акустической атаке клемента - хоть уши сейчас не болели.
Два клинка мерно поднимались и опускались, режа и рассекая тела, щупальца, лапы, хвосты…
Руки людей окрасились слизью и чем-то синевато-гнойным, видимо, это была кровь чудищ.
Несколько раз гады проникали через «заслон», но я встречала их ударом отравленного зуба, вручив точно такой же коту. Тот держал его обеими лапами, сильно дрожал, но отражал атаку сверху.
Наконец над нашими головами мелькнул свет открытого люка. Веревка была на месте.

- Эль…
Клин чуть повернул ко мне рассеченное до крови какой-то гадиной лицо.
- Ты должна создать защиту вокруг нас в виде вертикального столба. На пять минут.
Меня шатало и мутило.
Магия буквально утекала последними каплями, и защита за спиной становилась все тоньше и тоньше.
Я уже чувствовала, как острые коготки пытаются пробить ее, будто тонкую пленку, царапая мне шею, ноги.
- Не могу!
Чуть не плача, сообщила я.
- Можешь. Давай!
- Ты не понимаешь… У меня нет сил.
Филин улыбнулся и тихо сказал:
- Не плачь, эльфенок, просто попытайся…

Я вздрогнула и опустила глаза вниз.
Кот с криком:
- «Уй-й-й-я-а-а!»
Насадил очередного крылатого зубастика на уже посиневший зуб клемента.
Ладно.

Я вытащила нож Клина из ножен и решительно полоснула себя по руке.
Кровь зашипела и полилась на воду багровой струей. Монстры, почуяв свежую кровь, будто взбесились и с удвоенной силой рванули на нас, но Клин и Филин пока держались, только прижались ко мне уже вплотную.
Я медленно шептала нужные слова, вызывая свою силу, силу собственной крови.
И она откликнулась, рванула по руке, достигла сердца и пьянящей волною ударила в голову.

- Нет. Не делай этого, не надо.
Это змейка, она подняла золотую головку с рубиновыми глазками.
Я хмыкнула: все вы советчики, когда не надо, но дело уже сделано, поздно что-то менять.
Тонкая прозрачная стена тверже стали, но тоньше шелка окружила и оградила нас от беснующейся нечисти.
Клин бросил меч в ножны, ухватился за веревку и сильными быстрыми рывками рванул вверх.
- Привяжи ее.
Что?
Но Филин уже наматывал веревку вокруг моей груди, и вскоре меня рывками потащило вверх, к такому далекому свету.
Кот ни на мгновение не отцеплялся от моей куртки.
Филин выбрался последним и быстро закрыл тяжелой крышкой канализационный люк.
Щелчки замков - и вот мы уже отрезаны от подземелья.

- Что с ней?
- Не знаю. Эль, посмотри на меня. Меня наконец-то окутала спасительная темнота обморока.
О чем они говорят и почему все расплывается перед глазами?
Ранку на руке защекотало, и, скосив глаза, я увидела, как змейка усиленно ее зализывает мокрым горячим язычком.
- Магическое истощение.
Кажется, это сказал кот.
Не знаю.

Очнулась я в своей собственной постели с мокрым полотенцем на носу и каким-то стареньким дяденькой, который сосредоточенно щупал мой пульс.
- Значит, говорите, слишком много упражнялась в магии?
- Ага, все пыталась превратить камень в воду, вот и доупражнялась, нашли ее в луже в подвале, видимо, все получилось.

Голос кота я бы узнала из тысячи, но даже пошевелить рукой, чтобы отвесить ему подзатыльник, к сожалению, не смогла.
Тряпка зашевелилась, ее вдруг убрали, что-то зажурчало, и уже мокрое полотенце вновь плюхнули мне на лоб.
Вода тут же потекла в глаза и на щеки. Я возмущенно замычала, и на меня наконец-то обратили внимание: две заинтересованные головы - одна седая, другая ушасто-рыжая - повернулись ко мне.
- Ну…
Радостно поинтересовался старичок.
- И как вы себя чувствуете?
Я снова замычала, не очень понимая, почему язык меня не слушается.
- Нет, нет, вам пока рано говорить, но еще пара моих далеко не бесплатных сеансов, и вы поправитесь.

Кот при этих словах недовольно сморщился, но тут дверь приоткрылась, и в нее просунулась любопытная голова Филина, следом влетел он сам, получив хороший тычок от входящего за ним Клина.
Ребята явно рады были меня видеть.
- Ну, как ты, эльфенок, жива? Как нос?
Мне его тут же пощупал Уська:
- Холодный, это хорошо.
- Да?
Удивился старичок, но потом что-то засуетился и, быстро со всеми распрощавшись, решил уйти.
Клин пошел его проводить. Оставив меня беспомощной наедине с этими двумя эскулапами.

- Так, теперь поставим градусник.
Обрадовался Филин и сунул мне что-то холодное круглое под мышку, я протестующее замычала, но мое мнение никто почему-то не учел.
- Ей срочно нужны банки.
- Это как?
Кот явно хотел познать все новое.
Филин объяснил, и они тут же унеслись на кухню.

Я было вздохнула спокойно, но когда они вернулись обратно с четырьмя пятилитровыми стеклянными бандурами, то всерьез забеспокоилась, выразив это активным протестующим:
- "Му-у-у!.."
- Видишь, ей совсем плохо, надо спасать!
Дайте мне только поправиться, и коту не жить!
Притащив откуда-то факел, пахнущий маслом, кот торжественно его зажег, чуть не спалив себе усы и умудрившись бросить его на постель, спеша сбить с шерстки пламя.
Одеяло тут же занялось, ногам стало жарко.
Я уже мычала не переставая, а Филин бегал по комнате с банками и пытался ими прибить огонь.
Наконец он догадался сбросить с кровати покрывало и, открыв рот, уставился на меня, лежащую неподвижно в одной ночнушке.
У-у-у-у!!!

Но тут, к счастью, нас посетил Клин, посмотрел на меня, на догорающее в углу одеяло и замершего с двумя банками в руках Филина и… отомстил за меня!
Филин, получая хорошие затрещины и пинки под зад, бегал взад и вперед по комнате, туша огонь, убирая бардак, моя полы…
В итоге комната все-таки приняла первоначальный вид и меня даже накрыли новым одеялом, после чего кот с Филином отправились отбывать наказание на кухню - готовить обед, а я наконец-то уснула одна в своей комнате.

Проснулась я от мурчания уснувшего под боком кота. Он так сладко спал, согревая бок своим теплом, что временно я простила ему все.
Кое-как подняв правую руку, я нащупала стоящую рядом тумбочку и с трудом открыла верхний ящик.
В нем лежали некоторые мои амулеты, среди которых я раскопала невзрачный, висящий на простой веревке камушек черного цвета.
Сжав его в кулаке, тут же активировала. Сила толчками потекла по моим рукам, возвращая бодрость и способность нормально передвигаться.

Конечно, колдовать я все еще не могла, но и разлеживаться в постели не собиралась, а потому срочно сползла на пол и радостно поковыляла в туалет.
Кот тут же перевернулся на спину, щеголяя рыжим пузом и оповещая окрестности уже не мурчанием, а натуральным храпом.
А, фиг с ним.

В ванной я искупалась, привела себя в порядок, надев единственное купленное платье - черное, с золотыми узорами по подолу и на концах расширяющихся книзу рукавов, которые на локтях были перетянуты тонкой золотой лентой; точно такая же обхватывала талию.
Единственное неудобство - мой хвост.
Портной наотрез отказался делать для него дырку, а потому он сейчас был спрятан под юбкой, что мне не очень-то нравилось.

Спустившись вниз, я никого не встретила и отправилась прямиком на кухню, надеясь разыскать что-нибудь вкусненькое.
В конце концов, каждый волшебник знает - если тебе срочно нужно немного магии, а поблизости нет ни одного ее источника, то просто ешь сахар, ну или что-нибудь сладкое.
Сахар я не нашла, зато с радостным визгом обнаружила в холодильном шкафу с магическим льдом (никогда не тает) целых четыре пирожных, настолько вкусных, что я сразу же все съела, чуть не лопнув при этом.

Когда я доедала последнее, на кухню вошел заспанный кот и удивленно на меня уставился, потом, переведя взгляд на пустой холодильный шкаф, он все же уточнил:
- А что ты ешь?
- Пирожные. Кстати, очень вкусные.
Кот подошел к шкафу и сунул туда свою мордочку.
- А ты что, все их съела?
- Ну… да.
- И мое?!
Гм, нехорошо получилось.
- Ну, в общем да.
- Что произошло.
На кухню спокойно вошел Клин, кот тут же кинулся жаловаться:

- Вот она!
Обвинительный тычок в сторону меня, по уши вымазанную в креме.
- Съела все пирожные. И мое тоже!
По-моему, пушистик сейчас расплачется.
Я покраснела и начала водить носком туфли по полу. Заклинание чистоты честно работало положенный год, убирая из дома весь сор и мусор на ближайшую свалку и расставляя предметы по своим местам, что часто вызывало недоразумения, так как не все помнили, где у той или иной вещи находится свое место.

- Эль?
Я угрюмо насупилась. В конце концов, я больной человек, а они какого-то пирожного пожалели.
А тут еще, и как всегда не вовремя, к нам ввалился Филин и весело попросил посвятить его в то, что тут происходит.
Я не выдержала и вырастила у него на голове изящные бараньи рога, заставив резко побледнеть и схватиться за голову.
- Эль!
Кот с Клином одинаково укоризненно смотрели в мою сторону, но у меня магии вообще не осталось, и я виновато улыбнулась, слыша, как верещит перед зеркалом в зале Филин.

Кот испек еще пирожных, Филин пытался спилить рога, а Клин старательно нас ругал, называя наш дом дурдомом.
Лично я ничего не делала, так как последнее заклинание, пусть и слабое, окончательно обессилило меня, и я уселась в центре мраморного стола в зале.
В результате получилось так, что именно я и встретила следующего клиента.

Это был маг.
Не потому, что у него была длинная седая голова…
Не потому, что в руке он сжимал длинный резной посох с драгоценным камнем в навершии - признак магистра…
А потому, что наша кусачая дверь вежливо перед ним распахнулась и упорно притворялась самой обыкновенной деревяшкой.
Я только хмыкнула.
- Мир этому дому.
- …а я пойду к другому.
Тихо про себя пробурчала я, но все же вежливо поздоровалась.

На чужой голос сбежались все наши и теперь с интересом разглядывали странного посетителя.
Странного потому, что маги такого уровня очень редко заходят в конторы вроде этой.
- Я хочу нанять вас. Кто здесь главный?
Кот важно выступил вперед.
Никто не возражал, у него все-таки только что отобрали пирожное, он совсем расстроится, если еще и сейчас прогонят.
- Я здесь главный.
Колдун удивленно опустил взгляд и увидел нахальную рыжую морду нашего главаря.
- Гм, хм, ну и как вас зовут?
- Уська.
Серьезно сообщил пушистик.

Колдун еще раз подозрительно на нас посмотрел, все еще предполагая, что его банально дурят, но мы стояли (а я сидела) с каменными лицами.
Колдун вздохнул и смирился.
Подойдя к столу, он вынул из-за пазухи свернутый рулон ткани и расстелил его на столе.
Кот тут же туда запрыгнул.
- Вот это место.
И корявый палец ткнул в какую-то точку на карте.
Мы все сосредоточенно на нее уставились.

- И что там?
Поинтересовался Уська, нюхая палец.
Колдун отдернул руку, но ответил:
- Это гора Дрэдров. На ее вершине живет старый дракон, которому дрэдры поклоняются.
В его сокровищнице совершенно случайно оказалась одна очень нужная мне вещица. Добудьте ее, и награда будет щедрой.

Я хмыкнула:
- Вчера орки привезли нам целый мешок золота. Чем ты будешь расплачиваться с нами?
- Вот этим!
Он извлек из-за пазухи большой сверкающий рубин на тонкой белой цепочке.
Мы еще не успели ничего сказать, а кот уже надевал себе это на шею. Я попыталась отобрать, вежливо напоминая об отсутствии у руководителя мозгов, но получила когтями по руке и тихо шипела, придерживая расцарапанную конечность.
- Это еще не все. Если вы выполните задание, то вам будет вручена грамота, подписанная самим королем, согласно которой вы сможете на законных основаниях продолжать зарабатывать себе на жизнь столь оригинальным способом. Если же вы откажетесь…
- То что?
Вылезла я.

Маг ласково мне улыбнулся:
- Вас задушат налогами! При согласии же отменят их сроком на пятьдесят лет.
Филин присвистнул:
- Видать, королю и впрямь очень нужна эта безделушка.
- Мы согласны.
Важно заявил кот, придерживая рубин лапкой.
- Что это за вещь?

Маг достал из-за пазухи маленький плоский камешек и положил его на стол. Потом он провел над камешком рукой, и тут же над поверхностью стола появился странный продолговатый предмет, довольно невзрачный на вид и похожий на обычную флейту.
- Это что?
- То, что позволит вам продолжать заниматься своим делом. Иного вам знать не надо.
Тон мага говорил о том, что больше он и впрямь не скажет.
- Ну что ж, на выполнение задания вам дается ровно один месяц, по истечении которого я приду в этот дом за свирелью.
Так все-таки свирель.
- А вы уверены, что эта свирель лежит в пещере дракона? Вряд ли он давал вам лично рыться в его сокровищах.
- Я уверен.
И маг ушел. Дверь излишне вежливо открылась и выпустила его из дома. А я угрюмо подумала, что нашу охранную систему пора менять.
- Итак, на повестке дня стоит во прос…1
Кот важно ходил по столу, вживаясь в роль крупного начальника.
- …что именно горит сейчас на кухне?
Закончил Филин.
Кот удивленно потянул носом и с криком:
- "Мои пирожные!"
Унесся спасать уцелевшее.

Мы остались втроем и еще раз изучили карту.
Я вообще видела карту чуть ли не впервые в жизни (в лесу эльфам карты не нужны, а в Академии география начиналась лишь на четвертом году обучения), а потому потребовала срочно мне все объяснить.
- Гора Дрэдров находится за вот этим лесом, который почему-то назван Мертвым.
Принялся объяснять Филин (я вздрогнула, прекрасно понимая почему).
- Но в обход него между двумя городами проходит вполне нормальная дорога.
- Между Вессалией и Миртом идет война. Нас попросту повесят, посчитав шпионами.
Перебил Филина Клин.
Я сникла.
- Но и в этот лес я соваться не хочу, а потому мы пройдем западнее.
- Тут болото, - завозмущалась я, тыкая пальцем в зеленое пятно с крупной надписью «БОЛОТО».
- Там живут кикиморы и один мой знакомый леший. Если сумеем договориться, то нас проведут. Так, что у нас дальше?
Клин сосредоточенно склонился над картой.

ГЛАВА ПЯТАЯ.
Где-то неделю мы сидели без какого бы то ни было намека на заказ. Видимо оценив причиненный первому заказчику ущерб, остальные не спешили с предложениями найма.
Я не жаловалась. Денег с лихвой хватало на год безбедного существования, правда, Уська выделял их чуть ли не под расписку и возмущался каждый раз, когда их тратили без его ведома.
Сидя перед зеркалом и расчесывая послушно ложащиеся под руки волосы, которым любое проявление заботы ну очень нравилось, я размышляла над тем, как бы взять незаметно крупную сумму на обновление гардероба. Дело в том, что уже неделю мне напрочь отказывались выдавать деньги, аргументируя это простым и доводящим до зубовного скрежета словом «потом».
Я устало потянулась, и правый рукав с треском вновь оторвался. Внимательно изучив данное явление и критически осмотрев замарашку в зеркале еще раз, я вскипела и решительно направилась вниз.

Уську я нашла на кухне - он опять кашеварил, что, кстати, у него великолепно получалось. Я даже немного поправилась, о чем совершенно не жалела.
Обойдя кота, стоящего на плите и усиленно размешивающего поварешкой суп, я целенаправленно пошла к двери в погреб, где стоял сундук, куда Клин и высыпал все деньги.
- Суп сейчас будет готов.
Я остановилась и глубоко вздохнула.
- Уська.
- Чего?
- Посмотри на меня!
Я добавила нотку трагизма и потрясла перед мордочкой удивленного кота оторванным рукавом.
Тот невозмутимо отодвинул рукав и сложил лапки на пузе.
- Примагичь.
Я запыхтела. 1
- Примагичь?! Да у меня уже вся одежда состоит из смагиченных вместе лоскутков!
Нахал не повел и бровью.
Ну ладно.

Развернувшись и резко открыв заветную дверь, я целенаправленно пошла по спускавшимся в погреб ступеням. Уська тут же засуетился.
- Элечка!
Заверещал он, бросаясь мне под ноги, отчего я чуть в этот самый погреб и не рухнула.
- Ну зачем тебе тратить деньги, их и так мало. Ну походи еще так. Ну клиентов же нет, зачем нам лишние траты. Я вот, например, и вовсе без костюма обхожусь.
Я прожгла его возмущенным взглядом, и кот сообразил, что сморозил что-то не то, но упорно продолжал, буквально повиснув на крышке сундука, которую я как раз хотела поднять. Тяжелый, блин.
- Ну, Элечка, ну давай потом…
Это меня доконало
.
Я взмахом правой руки телепортировала пушистика в угол, подняла крышку, нагло хапнула под стон кота целую горсть монет и, гордо задрав нос, потопала к выходу. Кот уныло шел сзади.
Внезапно мне в голову пришла светлая мысль.
Я резко затормозила и, обернувшись, увидела настолько убитого горем кота, который, опустив мордочку и волоча хвост, медленно поднимался наверх, что, наверное, даже самый закоренелый вор немедленно бы раскаялся и бегом вернул все награбленное у несчастного Уськи.
Но я была не вор и этого проходимца знала вдоль и поперек.
- Усь, слушай, давай и тебе чего-нибудь купим, а то ты ведь тоже заработал отдых и какой-нибудь подарок. Или даже подарки.
Есть!
Правое ухо поднялось, а мордочка из горестной стала просто задумчивой!
- Ты так считаешь?
Рыбка поймана, надо подсекать!
- Конечно!
Я села рядом с ним на ступеньку и почесала кота за ухом (нечестно, но очень действенно). Уська сразу размяк и плюхнулся ко мне на колени, подставляя толстое пузо. Кстати, я была единственной, кому позволялось его чесать.
- Ну подумай, чего бы тебе хотелось?

По загоревшимся глазам я поняла, что он со мной.
- Ладно, я щас.
И пушистик снова скрылся внизу, а я удивленно осталась его ждать.
Недолго.
Вскоре он с пыхтением забрался обратно, неся на спине объемистый мешочек с чем-то звякающим.
На мой вопросительный взгляд он ответил кратко:
- А вдруг не хватит.
Я утвердительно закивала и потопала наверх. К счастью, на пути к свободе нам никто не попался.
Клин опять куда-то пропал, а Филин умотал на очередное свидание.
Так что мы незамеченными скрылись из дома.

Сначала мы решили приодеть меня, так как котик еще и сам толком не знал, чего ему надо.
На огромном, бурлящем водоворотами людей и животных рынке среди мелькания пестрых палаток, разнообразных товаров и красивых безделушек мы с Уськой чуть не потерялись, и мне пришлось взять его на руки, перед этим магически убрав его вес до минимума.
Палатку с подходящей одеждой мы нашли не сразу, но когда я вошла под навес и взглянула на все те наряды, которые добродушный продавец выложил передо мною на прилавок, то поняла, что отсюда не уйду еще долго.
К счастью, рынок находился в той же части города, что и порт, а на кораблях порой приплывали настолько удивительные создания, что на мой облик здесь почти не обращали внимания, хвост же я предусмотрительно спрятала под плащом.

Кот сидел на том же прилавке и критиковал каждый примеряемый мною костюм, но даже у этого зануды не нашлось ровным счетом никаких возражений против черных обтягивающих штанов из шароса, который, по уверению хозяина, был крепче кольчуги и тоньше шелка, плюс шарос холодил тело летом и согревал не хуже меха зимой.
К ним прилагалась столь же обтягивающая рубашка без рукавов, но с высоким воротом, как уверил продавец, для сохранности шеи.
И теперь я была вся затянута в черную бархатистую ткань и беспрестанно вертелась перед зеркалом.

- Странно, что молодая девушка выбрала наряд воина.
Задумчиво сказал продавец и погладил свою длинную гномью бороду.
Кстати, именно то, что купец оказался гномом, убедило меня в подлинности товара.
Сверху я накинула еще мягкую кожаную куртку, сшитую как на меня, и с удовольствием отметила взгляд одобрения со стороны гнома.
- Сколько?
- Двадцать золотых.
Кот схватился за голову и громко заверещал, что его ограбили.

Я только улыбнулась, переспорить гнома было почти невозможно, но кот явно об этом не знал.
Тут же завязался яростный спор, в ходе которого кот доказывал, что за эти тряпки одного золотого много, а медленно багровеющий гном убеждал кота, что тот и сам стоит не больше двух грошей, а потому нечего тут орать.
Я пока отошла в сторону, рассматривая пестрые переливающиеся ткани и думая о том, что надо будет потом прикупить себе что-нибудь попроще, в конце концов, кто сказал, что платье мне теперь не подойдет.

Внезапно полог палатки поднялся, и в нее медленно и степенно вошли трое эльфов. Я замерла, боясь пошевелиться и глядя на них во все глаза.
Сердце защемило от боли, отчаянно захотелось принять свой прежний облик, искупаться в радостном и любящем свете самых прекрасных глаз в этом мире, рассказать обо всех своих приключениях и обидах и наконец-то почувствовать ту защиту, которая окружает тебя стеной и никогда не пропустит зла.
Эльф с длинными, спускающимися до плеч золотыми волосами и яркими фиалковыми глазами задумчиво посмотрел на меня, прошелся взглядом по моей фигурке и, брезгливо сморщившись, отвернулся.

Я стояла, чувствуя себя так, словно только что на меня вылили ведро помоев, а потом спокойно прошли мимо.
Кулаки сжались, впиваясь ногтями в ладони.
- Ну что, пойдем, я выторговал целых две монеты.
Похвастался пушистик, уже сидяший у моих ног.

Я медленно кивнула, но, уже выходя, услышала за спиной певучий знакомый язык. Эльфийское наречие, его знали немногие.
- Эй, хозяин, подбери нам одежду, но не ту рвань, что на этой оборванке, а приличное платье, достойное своего хозяина.
Остальные эльфы рассмеялись.
Смех звенящими хрусталиками отразился от полотна палатки и незаметно смолк. Я медленно обернулась.
Кот, не понявший ни слова, удивленно на меня посмотрел:
- Эль, ты чего?
- У нее и имя - тень эльфийского. Видимо, впервые увидев в зеркале свои уродливые уши, она вообразила себя одной из нас.
Задумчиво добавил эльф и посмотрел мне прямо в глаза. О да, у него затягивающие, манящие глаза, в которых не раз и не два тонули неосторожные девушки, теряя разум, волю, честь…

Я выдержала этот взгляд и медленно оскалила клыки в подобии улыбки.
Эльф удивленно поднял правую бровь, еще не понимая, что произошло и почему эта странная девчонка, черная как ночь, все еще не в его власти.

- Ты не имеешь права даже дышать одним воздухом со мной, червь, на колени и, возможно, вымолишь прощение!
Тягуче-ласковый язык, жесты и интонации чистокровной.
Эльфы застыли, удивленные услышанным.
Но лишь на мгновение…
Смысл страшного оскорбления все же дошел до них, и воздух немедленно вспороли три изящных клинка.
Я улыбнулась еще шире, в глазах безумствовало зеленое пламя.

- Умри.
Тихо сказал он, и его тело шагнуло вперед с той самой быстротой, которая никогда не будет доступна простым смертным, но не мне.
Я ушла вбок, перехватила тонкое запястье и легонько сжала, уже шепча нужные заклинания и слыша треск ломающихся костей.
Эльф вскрикнул, но тут же сжал зубы.
Чистокровным не позволено визжать от боли.
Никогда.

Но были еще и два других эльфа - его охрана.
Понимая, что дело плохо, они среагировали очень четко. 6
Трое - это много даже для меня.
Мощный удар в живот и челюсть выкинули меня из палатки. Я врезалась спиной в кого-то и пропахала по земле на животе, кувыркнувшись в воздухе.
Кое-как встала и успела вовремя обернуться, чтобы уйти от двух клинков, третий вонзился в правую руку, обжигая волной пульсирующей боли.
Магия не терпит, когда порвана оболочка, часть запасов тут же идет на восстановление раны.

Удар, еще удар.
Я уклонялась, как могла, мое тело избегало смертельных выпадов, принимая на себя скользящие, но я и сама успела пару раз врезать по текуче-быстрым силуэтам, сломав одному из охранников руку, а второму ребро.
Отец всегда учил меня: никогда не наноси удар, если он не на поражение, четко представь кости и нервы противника и бей по ним.

И все же силы были слишком неравны, да и золотоволосый отнюдь не собирался сдаваться.
Следующим ударом меня отшвырнуло на какие-то ступеньки, где я и скорчилась, совершенно не представляя себе, как же надо дышать. Я подняла голову и прищурилась, пытаясь что-то разглядеть, мешала капающая со лба кровь.
Эльфы стояли рядом полукругом и просто на меня смотрели. Я попыталась встать, но не смогла, зато наконец-то получился вдох, хотя по отозвавшимся резкой болью легким я была совсем не уверена, что ему рада.

- Ты посягнула на честь перворожденного!
Слова падали на ступени храма тяжелыми осколками, внизу гудела возбужденная толпа.
Я запоздало удивилась, как же далеко забралась в пылу драки.
- Тебя ждет немедленное наказание. Выбирай, смертная: вечное рабство или немедленная смерть.
Я медленно поджала под себя ноги и попыталась встать, но правая тут же 6подломилась. Я плюхнулась обратно, стало жутко обидно, и я просто откинулась спиной на соседнюю ступеньку, подняла голову и взглянула главному эльфу прямо в глаза.

- Ты первый оскорбил меня!
Слова вылетали с бульканьем, из уголка рта стекала кровь. Я поморщилась:
- Это ты выбирай: вечное рабство или немедленная смерть.

Эльфы застыли, пораженные такой наглостью, и молча наблюдали за тем, как я опять попыталась встать, попутно вырубая чуть ли не половину всех нервных окончаний, чтобы не чувствовать боль.
И почти встала, осталось чуть-чуть, но тут золотоволосый поднял левой рукой меч и…
И меч был отбит.
Народ ахнул.

Где-то внизу кто-то заорал про пирожки и орешки, а я, с трудом выпрямившись, обнаружила стоящего между мной и эльфом Клина.
Их клинки были скрещены, и теперь они молча смотрели друг другу в глаза.
По ноге мазнуло что-то мягкое, и я, опустив взгляд, обнаружила кота. Он сидел, вздыбив шерсть и обняв меня за ногу лапкой.
Видимо, чтобы не упала.
Справа меня обхватил за талию появившийся неизвестно откуда Филин и шепотом сказал:

- Ты посягнула на честь перворожденного!
Слова падали на ступени храма тяжелыми осколками, внизу гудела возбужденная толпа.
Я запоздало удивилась, как же далеко забралась в пылу драки.
- Тебя ждет немедленное наказание. Выбирай, смертная: вечное рабство или немедленная смерть.
Я медленно поджала под себя ноги и попыталась встать, но правая тут же 6подломилась. Я плюхнулась обратно, стало жутко обидно, и я просто откинулась спиной на соседнюю ступеньку, подняла голову и взглянула главному эльфу прямо в глаза.

- Ты первый оскорбил меня!
Слова вылетали с бульканьем, из уголка рта стекала кровь. Я поморщилась:
- Это ты выбирай: вечное рабство или немедленная смерть.

Эльфы застыли, пораженные такой наглостью, и молча наблюдали за тем, как я опять попыталась встать, попутно вырубая чуть ли не половину всех нервных окончаний, чтобы не чувствовать боль.
И почти встала, осталось чуть-чуть, но тут золотоволосый поднял левой рукой меч и…
И меч был отбит.
Народ ахнул.

Где-то внизу кто-то заорал про пирожки и орешки, а я, с трудом выпрямившись, обнаружила стоящего между мной и эльфом Клина.
Их клинки были скрещены, и теперь они молча смотрели друг другу в глаза.
По ноге мазнуло что-то мягкое, и я, опустив взгляд, обнаружила кота. Он сидел, вздыбив шерсть и обняв меня за ногу лапкой.
Видимо, чтобы не упала.
Справа меня обхватил за талию появившийся неизвестно откуда Филин и шепотом сказал:

- Не бойся, эльфенок.
Я вздрогнула, но потом поняла. Что ж, это просто еще одно прозвище, просто очень точное на этот раз.
- Мы тебя в обиду не дадим.

Я улыбнулась и, наконец вспомнив, что являюсь магом, подняла правую руку с горящей ярким светом на ладони звездой, окруженной теперь почти прозрачным облаком тумана. 7
Эльфы задумчиво посмотрели на нее, и правый из них тихо шепнул золотоволосому, что здесь они бессильны.
Эльф медленно опустил клинок. В его фиалковых глазах плескалось самое настоящее бешенство.
- Мы еще встретимся, обещаю.
Я мило улыбнулась, а точнее состроила на лице нужную гримасу.
- Я верю, Отариэль. И тогда ты принесешь мне свои извинения, стоя предо мной на коленях.
Его глаза расширились, он явно еще не понимал, с кем имеет дело.
Искру понимания вновь затмила ярость, и он, резко отвернувшись, стал спускаться по ступеням, считая ниже своего достоинства отвечать такой, как я.

Мы молча наблюдали за ним, а народ у ступеней храма немедленно раздвинулся в стороны и вскоре поспешил по своим делам.
- Ну как мы его?
Радостно поинтересовался Уська и взглянул на меня, но тут же сник и совершенно убитым тоном поинтересовался:
- Покупать мне подарок не пойдем?

Я хмыкнула и, присев на корточки, нарисовала на ступеньке линию, перечеркнула ее посередине и обвела в круг. И тут же священная энергия храма вошла в меня, снимая боль и усталость, заживляя раны и возвращая здоровье.
За моей спиной скрипнула дверь, и высунувшийся в проем священник весомо погрозил нам кулаком.
Дверь тут же захлопнулась.
- Чего это он?
Удивился Филин.
Я смутилась:
- Дело в том, что использовать храмовую энергию магам строго запрещено, и лишь в исключительных случаях умирающему чародею дозволено доползти до первой ступеньки и, перекачав в себя строго определенное количество силы, радостно поползти дальше, а не исцеляться полностью, нагло черпая силу верующих.
- А-а-а-а… 8

На меня все насмешливо посмотрели, и я, дико довольная, что цвет кожи не позволяет краснеть, снова отправилась на рынок со счастливым Уськой под мышкой.
Кстати, именно он спас мне шкуру, когда побежал за помощью, поняв, что одной мне тут явно не справиться. За что я ему обещала целых три подарка на его вкус.
Клин по дороге что-то бухтел про то, что надо быть осторожней и хотя бы не бить в нос каждого не вышедшего рожей эльфа, а Филин громко рассказывал о своих фантастических любовных похождениях.

Особенно мне понравился момент, когда на постель к любовникам взобрался толстый рыжий кот и громко посоветовал бросать маяться дурью под одеялом и идти спасать Эльку, а то ей там морду бьют.
Кот орал, что он не толстый, а упитанный.
Я же хохотала, представляя глаза девицы после такой душевной
речи из уст кота.
- Ну не мог же я остаться… Вот и сообщил ей, что, мол, извини, дорогая, долг зовет, оделся и рванул спасать товарища.
Я его горячо поблагодарила, чувствуя себя замечательно.

До самого вечера мы бродили по рынку. Ребята напрочь отказывались отпускать меня одну с котом.
Филин только раз убежал по делам, но скоро вернулся с полной корзиной продуктов, по пути сверяясь с длинным списком, который ему каждое утро выдавал кот.

Уське мы купили огромную кровать под бархатным балдахином, такую мягкую, что меня тут же обуяла зависть.
Пришлось пообещать отдать пушистику незанятую комнату, чтобы было куда ее поставить. 9
Приобрели еще неприлично роскошное зеркало в бронзовой оправе, про которое котик сказал, что «оно его стройнит», ну и целое ведро сливок, к которому он прикладывался весь путь домой.
Кровать и зеркало я магией уменьшила до размеров табуретки, и их нес Клин.

Домой мы ввалились счастливые и довольные, а на полу у камина нас ждал очередной заказчик с дыркой на штанах.
Дверь радостно всем улыбалась, сжимая в деревянных зубах тот самый клок ткани…
Это был орк, и это заранее означало, что заказчик желает остаться неизвестным. При виде его меня аж всю перекосило.
* * *
Эльфы вообще органически не переносят орков.
И если с чишерами у нас лишь некоторые разногласия и их вид нам не неприятен так же, как и внешность многих людей, то орки…
- ЭТО НЕНАВИСТЬ С КОЛЫБЕЛИ.

Кстати, у них то же самое по отношению к нам, «остроухим».
Но люди охотно нанимают орков на самую грязную работу. А так как после предпринятой орками попытки завоевания мира, во время которой против них объединились чуть ли не все народы и расы континента, от орков мало что осталось, они теперь рады любой работе, грязному вонючему углу и нищенской подачке в виде платы за выполненную службу.

Только не думайте, что они смирились…
Нет, ЗЛОБА, ЯРОСТЬ И НЕНАВИСТЬ - это все, что вообще известно о них. Они единственные, кто способен ненавидеть даже друг друга и могут перегрызть глотку другу всего за пару медяков.
Почему?
Ходят слухи о древнем эльфийском проклятии (еще один повод для ненависти), но точно не знаю. 10

Орк тем временем встал и оскалился в «очаровательной улыбке», гася на корню все запахи смрадом из своей пасти.
Два с половиной метра ростом, зеленый, лысый и весь в бородавках, мощного телосложения и с непроходимой тупостью на всю морду, он производил незабываемое впечатление.
Я всерьез начала задумываться о том, чтобы подняться наверх, но любопытство все же пересилило.
- Что тебе здесь надо?
В голосе Клина ни тени дружелюбия, только угроза - единственный понятный сейчас оркам язык.
Кот молча ретировался на кухню, шепотом попросив меня потом все рассказать.
- Я послать хозяин. Вас нанять. Выполнять работу. Платить очень много. Золото.

Я не выдержала и прошептала заклинание сферы, окружив нас свежими ароматами, а не гнилью и разложением, исходящими из его рта. Интересно, это существо вообще знает о существовании зубной щетки?
Филин благодарно облокотился на меня, делая вид, что ему дурно, но, получив мощный тычок под ребра, тут же пришел в себя и отстал.
- Что за работа?
Орк улыбнулся - убойное зрелище.
- Убить клемента.
- Кто это такой?
- Смерть.
Какое подробное описание. Фыркнув, я мысленно пробила сознание упрямца и тут же получила все имеющиеся у него в голове сведения о клементе.
МНЕ ПОПЛОХЕЛО.

- Сколько платит твой хозяин?
- Сто золотых.
- Тысячу. 11
Спокойно влезла я, заранее надеясь, что нам откажут.
- Согласен.
Я тут же расстроилась, что не запросила больше, а орк уже проворно шел к двери, которая радостно оскалилась при его приближении, но, получив кулаком по зубам и потеряв две деревяшки, тут же безропотно открылась.

Я скептически посмотрела на Клина.
- Значит, говоришь, надежный сторож.
Клин задумчиво смотрел на дверь.
- Ну раньше по крайней мере от грабителей она помогала.
- Х-ха!
Клин поморщился.
- Ну если ты такая умная, то наложи на нее собственные чары.
- Не чары, а заклятия!
Весомо ответила я.

- Слушай, а мне можно тоже парочку кое-каких амулетов с заклятиями?
Влез Филин, состроив жалобную рожицу, которая на его хитрющей физиономии смотрелась просто неподражаемо.
- Каких?
- Ну, например, заклятие защитного купола, или ответного удара, или…
- Это ты от кого так рьяно защищаться вздумал и кто тебе поставил настолько красочный синяк под глазом?
Филин тут же засмущался, но его сдал Клин:
- Нечего ему амулеты делать, это небось папаша последней его знакомой уговаривал его немедленно жениться на несчастной.
Я ошалело на него уставилась, а красный словно рак Филин тут же ретировался на кухню помогать Уське.
Тот встретил его как родного и немедленно послал чистить картошку.

За столом мы собрали военный совет. Филин же успел все в лицах пересказать Уське, и кот был в курсе дела. 12
- Уська, слезь со стола!
- Мне так удобно.
- А мне неудобно разглядывать твой зад, плюс твой хвост только что чуть не попал мне в тарелку.
- Ну и что, ты же ее отодвинула…
- Уська!
- Ладно, ладно, я на него сяду.
- Но…
- Эль, отстань от него, мы обсуждаем новое…
- Что значит отстань, а вдруг у него паразиты, и вообще что будет, если я сяду с грязными ногами на стол и, оттопырив зад, буду лакать из плошки.

По установившейся тишине я не сразу врубилась, что все чего-то ждут. Оглядевшись и с ужасом сообразив по излишне заинтересованным взглядам, что могу начинать, я закашлялась, покраснела и смолкла. А хотя…
- Итак, новое задание…
Клин был сама сурьезность.
- Надо убить клемента, и нам платят… Эль, слезь со стола!
- Да, ему можно, а мне нельзя?

Кот обалдело уставился на меня, как можно более удобно устраивавшуюся на огромном столе и невозмутимо продолжавшую есть.
- Эль, слезь, ну что за ребячество!
- Не слезу.
Клин скрипнул сжатыми зубами и большим усилием воли расслабился. Мы с котом одобрительно на него посмотрели.
Филин же явно хотел последовать нашему заразительному примеру, но его за ногу сдернули обратно и много чего высказали.
Мы с котом Клина почти зауважали, а Филин обиженно сел на место.

- Итак…
Напряженно продолжил Клин (мы с котом внимательно его слушали).
- Я так понял, что Эль знает, кто такой этот клемент. Да или нет?
- Знаю.
- Рассказывай.
Я пожала плечами:
- Ну, начать с того, что:
- живет он в городской канализации,
- умеет мгновенно перемещаться,
- состоит из двадцати тысяч зубов, прыгающих по стенам и потолку и мгновенно напрыгивающих на жертву, сжимая и перемалывая ее в фарш.

После каждой новой жертвы у клемента вырастает еще один или несколько зубов, и он отправляется охотиться дальше.
К этому можно прибавить то, что убить его можно, только прицельно уничтожив все зубы сразу, но взрывать канализацию нам вряд ли позволят.

- Это все?
Клин был сама невозмутимость.
Кот бурчал под нос, что в какашки он не полезет, а Филин занимался тем, что вытаскивал из-за спины зазевавшегося кота лишнюю тарелку с ветчиной.
- Нет, не все.

Левая бровь иронически изогнулась, и я залюбовалась им ненадолго. Все-таки есть в людях что-то от эльфов, а иначе откуда у некоторых из них столь бесценный дар красоты и мужественности.
- Итак?!
Я тряхнула головой и попыталась сосредоточиться.
- Еще клемент чует магию и идет на нее, как на маяк, и если ему посчастливится сожрать чародея, то он тут же увеличит число зубов вдвое.
Кстати, я не упоминала, что зубы у него ядовитые и он любит выбираться по ночам наверх, лакомясь зазевавшимися прохожими, а к утру вновь уходит в канализацию?

Все затихли, переваривая услышанное, а я болтала ногой и задумчиво перебирала в уме все известные нам заклинания.
Наконец Клин сдался и обратился ко мне:
- Я надеюсь, ты знаешь, каким образом можно убить это чудовище?
- Конечно.
Радостно улыбнулась я.
- Я весь внимание.

Я гордо выпрямилась, обвела сияющим взглядом всех присутствующих и… выдала:
- Последний раз его убили так: пока клемент жрал одного из людей, остальные взорвали гномий порошок и завалили клемента на фиг, а потом семь лет сидели у завала и по одному уничтожали выбирающиеся на поверхность зубы. Ну, те, что уцелели.

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ.
Я сделала ну очень скептическую мину, однако Клин демонстративно ее не заметил.
По ее словам, барону было чересчур больно смотреть, как радуются жизни другие псы, когда его любимца больше нет в живых.
Я всерьез задумалась о кардинальном решении проблемы - пристрелить самого барона, чтобы он в призрачном виде наконец-то встретился со своим питомцем.
Шепотом поделившись этой идеей с Филином, я встретила бурное одобрение, но, взглянув на Клина, мы отчетливо поняли, что это вряд ли удастся.

- После смерти собаки года два ничего не происходило, но потом слуги в замке начали пугаться бродящего по ночам призрака пса, который грустно на всех смотрел и иногда тихо выл.
Барон тут же признал в призраке своего песика и даже пытался с ним общаться на первых порах, но пес бывшего хозяина не замечал и на контакт не шел.
И барон немного успокоился.
Ну бродит себе привидение и пускай бродит, в королевском замке вон их целых четверо (и все казненные предыдущие правители), ими даже гордятся.

Клин сделал небольшую паузу, так как в столовую вбежал кот, таща за собой на подаренном мною заклинании левитации поднос с едой.
Я вдохнула аромат обалденной каши и тут же схватила ложку, нагло наплевав на осуждающий взгляд Клина, но, увидев, что кашей заняты уже все, он тоже решил прерваться, и на некоторое время за столом было слышно только довольное чавканье и причмокивание.
Рыжий повар от нас не отставал, попросту взобравшись на стол и сунув мордочку в тарелку. Наконец все были сыты, и Клин продолжил эту душещипательную историю. Кот вылизывал тарелку.

- Но несколько месяцев назад…
- По сведениям все той же кухарки.
Все-таки не удержалась я, однако меня опять нагло проигнорировали.
- …призрак вдруг начал расти и достиг огромных размеров.
- Сколько точно?
Влез Филин.
- Пока неизвестно.
- Кухарка не успела сказать.
Это опять я, но на меня все так осуждающе посмотрели, что я прикусила язык.
- Также собака стала лаять, носиться и ломать мебель, кусать всех гостей, остающихся ночевать, напускала туман и сильный холод, прыгала по чердаку так, что по потолку поползли трещины, а самого барона чуть не убило упавшим куском штукатурки. До сих пор шишка на лбу.
- Шишка на лбу…
Старательно записывал кот блестящей ручкой в красивом блокнотике.

Я тут же полезла посмотреть, кот начал жадничать, но отругали и усадили на место почему-то меня.
Я насупилась, а Клин, еще некоторое время пугая мня грозным взглядом и наконец осознав, что этим ничего не добьется, со вздохом великомученика продолжил:
- Таким образом, сегодня вечером мы всей группой заявляемся в замок барона и ловим и успокаиваем данное… Эль!!!
Я засмущалась и заставила прекратить бороться мою ложку и ложку Филина, они покорно упали на скатерть, хотя моя ложка явно побеждала. Филин тоже сидел с несчастным видом.
- Ты когда-нибудь бываешь серьезной?
Я усиленно изучала свои ногти.

- Так, ладно, что ты нашла в книге заклинаний по поводу упокоения духов?
Все внимание вновь переключилось на меня. Я попыталась сделать как можно более счастливое лицо и совершенно честно заявила:
- Ничего.
И тишина.
Кот сообщил, что пойдет помоет посуду. Предатель оставил меня одну с этими, этими…
- То есть ты хочешь сказать…
Голос Клина был обманчиво мягкий и почти ласковый, что меня сразу насторожило.
- Что мы пойдем сражаться с призраком бешеной собаки во главе с ничего не умеющей делать ведьмой?!
К концу фразы он уже почти орал. Я нахмурилась и честно встретилась с ним взглядом.
- Нет, я хочу сказать, что пока я не нашла заклинания, но у меня впереди еще целый день, чтобы проштудировать конспекты.
Напряжение достигло предела, между нашими взглядами пробежала искра, и наконец он первым отвел глаза.
Правильно, мои глаза даже в этом обличье слишком сильно отличались от человеческих, чтобы вот так просто в них заглядывать, слишком многие теряли разум навсегда, заплутав в озерах чистых и прекрасных эльфийских глаз.

- Хорошо, у тебя есть время до вечера. Филин.
- Да?
- Ты пойдешь со мной, пройдемся по городским магическим лавкам, может, что найдем.
Они ушли и закрыли за собой дверь, а я поняла, что здесь в мои способности верят мало.

- Чайку будешь?
Я посмотрела на сидящего на полу кота и улыбнулась. Уська тут же побежал на кухню за чаем, а я сгоняла наверх за конспектами - в конце концов, кто сказал, что все потеряно?
Провозились мы с Уськой долго. Он, как умел, пытался мне помочь, лазая по столу и выискивая хотя бы пронумерованные листки.
Таких оказалось довольно много, и к вечеру конспект уже принял более или менее приличный вид.
Когда вернулись Клин с Филином, мы спокойно ужинали, хором заучивая заклинание вызова и развоплощения духов. Кот вызывал духов живших здесь когда-то мышей, а я четко их развоплощала именно в тот момент, когда очередного призрачного мышонка настигала лапа Уськи.
Тот был страшно доволен и даже довольно рычал, полностью сосредоточившись на охоте.

Пронаблюдав от двери за этим процессом, Клин удовлетворенно кивнул, чем вызвал у меня зубовный скрежет, и спокойно сел за стол ужинать. Филин плюхнулся рядом, требуя еды.
Кот его услышал только с третьего раза, после чего неохотно поплелся на кухню, на ходу бубня под нос заклинание левитации.
На кухне тут же раздался страшный грохот, и мы, прибежав на помощь, увидели кота, грустно взирающего на прочно прилипшие к потолку кастрюли с первым, вторым и чаем (чай Уська почему-то всегда заваривал только в кастрюльке, утверждая, что так вкуснее получается - чайник же предназначен исключительно для молока).
- Я слишком сильно их залевитировал,
Сообщил Уська.

Тут правая кастрюля с супом отклеилась от потолка и громко жахнула о плиту, выливая весь суп на стены, кота и нас троих. Мы стояли все в супе, с ужасом следя за поведением оставшихся двух.
- Эль, может, я, конечно, ошибаюсь.
Задумчиво сообщил Клин.
- Но ты же ведьма, так почему не поймала кастрюлю в воздухе?
Я угрюмо на него посмотрела, и…
Вторая кастрюля наделась ему на голову.

На пол посыпалась свежезажаренная рыба, перегруженная туда
из сковородки.
Кот, жутко расстроенный, попросил меня так больше не делать, а Клин, сняв кастрюлю и немного отряхнувшись, решил все-таки меня убить.
Я рванула из кухни, скользя по полу на вымазанных в супе и рыбе сапогах, громко хохоча на бегу и доводя Клина ну просто до белого каления.
Нет, он все-таки меня поймал и даже врезал пару раз, после чего я засветила в него мощным заклинанием левитации, и он ласточкой вылетел во второе, бывшее до этого целым, окно.
Пол снова усеяли осколки, а Клин пытался выбраться из наваленной в тупике мусорной кучи, морщась от запаха и вида.

К вечеру мы отмылись и заключили временный нейтралитет, хотя бы на время выполнения заказа. А если честно, мне кажется, что он в меня влюбился, я ему так и сообщила, когда мы все вчетвером выходили из здания.
Кстати, молчание - знак согласия.
Это я ему тоже сообщила.
Видели бы вы его глаза!
Навыкате.
Гм…

Нам пришлось довольно долгое время поплутать по всяким переулкам, и, если бы не мое врожденное чувство направления, я бы точно здесь заблудилась.
Узкие улочки стискивали между собой огромные каменные дома, вонючая грязь, стекающая по желобам у самых стен, буквально сводила с ума.
Кот вообще отказался идти пешком, и Клин покорно взял его на руки.
Пару раз нам попались местные бандиты, но, разглядев пару пульсаров и клинок Клина, быстренько и с извинениями ретировались, ныряя в те же дыры, из которых появились.
Да, ведьм здесь уважали, и не просто так. Любая мало-мальски умеющая колдовать, а не только варить бесконечные зелья и уродовать амулеты знахарка тут же определялась на сытную и довольную жизнь в дом местного богатея.
И все равно магии на всех не хватало, потому на этих грязных улочках я была почти что авторитетом для прочей преступной шушеры.
Все это мне подробно объяснил Филин, просвещая относительно местных нравов и обычаев.
- Да, кстати. Клин, а зачем мы взяли кота?

Тот явно из вредности даже не обернулся. Но я умела быть настойчивой, и пинок под зад все-таки вызвал реакцию.
Дальнейший путь мы преодолели быстрым бегом, сшибая все то, через что нельзя было перепрыгнуть.
Крысы почтительно уступали нам дорогу, квадратными глазами наблюдая за тем, как по стенам мечутся пульсары, превращая в мелкую пыль старый камень домов.
Меня все-таки догнали, но так как мы уже прибыли и нам от распахнутых настежь ворот радостно улыбался какой-то старичок, Клин решил оставить месть на потом.
Я была с ним полностью согласна и первой юркнула в ворота. А там!..

У самых ступеней, ведущих к дверям шикарного особняка, сидел то ли на троне, то ли на столь оригинальном кресле очень тучный мужчина с перевязанной кухонным полотенцем головой. По обе стороны от него выстроились слуги, сжимая в руках зажженные факелы и молча выжидательно смотрели в нашу сторону.
Я тут же приосанилась и аккуратно поправила челку кончиком хвоста. Кто-то шумно грохнулся в обморок.
- Гм. Ну, здравствуйте, где тут ваш песик.
Поинтересовался Филин и уже нацелился на ближайшие кусты.
- Где он был, что делал, сколько пописал?
Филин был сама деловитость, мы с котом тихо кашляли, глядя на непередаваемую гамму чувств в глазах барона.
Но тут вмешался Клин и оборвал все веселье.
Затырив меня себе за спину и сурово пригвоздив Филина взглядом к земле, он сам обратился к барону:

- Я прошу извинить моих спутников и хочу представиться. Меня зовут Клинок. Возможно, это имя вам что-нибудь говорит.
По мгновенно посерьезневшему лицу барона я поняла, что говорит, и очень о многом. Интересненько.
- Это выпускница Академии магии и волшебства и очень сильная чародейка Эллинорилла.
Меня вытолкнули вперед, и я криво улыбнулась под перекрестьем заинтересованных глаз. Ну надо же, и как меня только не называли, но Эллинори… короче, останусь Элькой, и все тут.
Но тут очередь дошла до кота.
- А это последний из представителей рода…
И опять абракадабра, но по удивленным выражениям недоумевающих лиц я с облегчением поняла, что не одна такая дура.
Но тут вперед вышел оскорбленный невниманием Филин и представился сам. Гордо задрав подбородок, он значительно произнес:
- Наследный принц Марциполии-Клементины, дважды победитель грюков и отважный пожиратель гряков, суровый и неотвратимый рок для дрюков Филлимон Акамдерпский девятый!

Все открыв рты взирали на наследного, а я тихо произнесла заклинание личины.
И тут же победитель гряков, или кого там, стал выше, плечи расширились, в глазах появился суровый блеск, а весь его вид пугал и внушал почтение окружающим.
Я была рада, что личина, заготовленная мною еще на первом курсе для спектакля о Короле Сумраке, вновь пригодилась. Но тут тишину нарушили аплодисменты и приветственные выкрики.
Барон лично спрыгнул со своего трона и рванул к нам, спеша пожать величественную ручку и предложить поужинать с ним за одним столом.

Принц отказывать не стал, а просто надменно кивнул и величественно пошел в дом на ужин.
Мы втроем остались всеми забытые на улице.
Я запоздало подумала, что личину набросила зря.
- Хорошо придумала.
Неожиданно сказал Клин и повернулся ко мне.
- Пока Филин будет их отвлекать, мы спокойно обследуем замок и выполним свою работу.
Я так и застыла, ошарашенно глядя, как он идет к дому. Это что, меня только что похвалили?
- Эль, не стой столбом, пошли давай.
Кот резво вспрыгнул ко мне на руки, заставив пошатнуться под немалым весом. Скрипнув зубами, я бросила Уську обратно на землю. Не фиг приучать.
Кот заворчал, но все-таки пошел следом.

- Так ты можешь наконец мне объяснить, зачем ты взял с собой кота?
Клин даже не взглянул в мою сторону, но все-таки ответил:
- А затем, что именно Уська…
Он поморщился.
- И что за дурацкое имя ты придумала?
Я только фыркнула. Мой кот, какое хочу имя, такое и придумываю.
- Ну так вот, именно твой кот лучше, чем кто-либо другой, чует магию. И с ним нам не придется бегать по всему дворцу, как идиотам, зовя собачку на все лады. Кот сам нас к ней приведет.
- Как собака, что ли, след возьмет?
Обрадовалась я.
- Ага, щас.
Возмутился пушистик, который конечно же все слышал
- Да ни одна собака не почует, где искать источник магических волн, а вот я могу!
Я скептически посмотрела на раздувшегося от гордости кота:
- Ты сначала докажи, что сможешь, а потом выпендривайся.
Кот фыркнул и демонстративно отвернулся от меня.

Но Клин тут же уселся перед ним на корточки и начал что-то тихо говорить на непонятном наречии, ласково почесывая его за ушком.
Меня при виде этой картины посетило почему-то совсем странное чувство, похожее на… зависть?
Вскоре кот сдался и, все еще не глядя в мою сторону, начал усиленно крутить головой, закрыв глаза и к чему-то прислушиваясь.

Вдруг наверху что-то грохнуло.
- Есть.
Сказал кот.
- Он там.
И ткнул лапкой в сторону ведущей наверх лестницы.
Я только хмыкнула, но поспешила следом. Взбежав по каменным ступеням, мы завернули за угол и… увидели его.
Это было привидение двухметровой псины, которое стояло и сосредоточенно ело герань с подоконника.
- Давай, Эль, я его отвлеку.

Клин бросился прямо на привидение и рубанул по светящейся полупрозрачной видимости плоти своим мечом. Меч, как и ожидалось, прошел насквозь, даже не поранив призрака, но зато сильно его при этом разозлив.
Пес перестал жевать несчастное растение и медленно обернулся к Клину, обнажая длинные и острые клыки, выглядевшие до жути реально.
- Эль…
Крикнул Клин, делая шаг назад.
- Давай!
Поборов желание посмотреть, что будет дальше, я выставила вперед правую руку и тихо прошептала заклинание.
Мы все замерли и посмотрели на пса. Тот тоже замер и начал бледнеть.
- Получилось.
Обрадовался кот…

Но пес вдруг передумал и резко снова принял свой прежний вид.
Только теперь у него горели красным светом глаза и в пасти, кажется, клыков стало раза в два больше.
Не ограничиваясь этим, он стал еще и расти, и вскоре на нас шел уже трехметровый гигант с огромной, наполненной клыками пастью, взбешенный и очень голодный на вид.
- Бежим?
Предложил кот.
Возражений не было.

Как мы бежали! Я по пути огибала все вазы и статуэтки, перескакивала через резные столики и слышала, как все это добро звенит и гремит позади нас, после не утруждающего себя такой осторожностью привидения.
На ходу мы ворвались в зал на первом этаже, перепрыгнули через стол и побежали дальше.
Сзади вопили гости и был слышен лай огромного пса, от которого лично у меня закладывало уши.
- Эль, придумай что-нибудь.
Заорал Клин, держащий в охапке не перестающего голосить от ужаса кота.
- Что?
- Да что угодно, только останови его!
Последовавший грохот за спиной и тупик впереди убедили меня в вескости доводов.
- Ладно.

Я резко затормозила, обернулась к призраку и подняла перед собой правую руку. Волшебство рвануло по ней от самого сердца в кончики пальцев, а оттуда тонкими нитями протянулось к отчего-то тут же затормозившей и жалобно скулящей собаке.
Нити достигли своей цели.
Пес взвыл и попытался вырваться, однако тонкие с виду путы не отпускали добычу, все сильнее и сильнее сжимая в своих объятиях призрачную плоть.
Внезапно они отделились от моих пальцев, плотно спеленав пса, и начали медленно, но уверенно краснеть.

Вой и скулеж собаки было уже невозможно слышать, она билась в паутине, жалобно кричала и с ужасом наблюдала за уже светящейся ярко-красным сетью.
- Что ты сделала?
Клин стоял рядом и наблюдал за агонией того, кто уже давно был мертв.
- Кажется, я отняла у него посмертие. 3
Я взглянула в глубины серых глаз Клина и прошептала:
- Бежим!

Он сразу не понял, но побежал. Мы неслись все быстрее и быстрее, только уже в обратном направлении, стремясь поскорее покинуть особняк.
По пути мы вновь пробежали через пиршественный зал, и я громко крикнула всем, чтобы уносили ноги.
Непонятливых не оказалось.
И когда мы все наконец-то выбрались на свежий воздух и столпились у ворот, а барон удивленно спрашивал, зачем надо было убегать из дома, грянул взрыв. Полдома снесло сразу, я еле успела оградить нас защитной стеной, на которую тут же посыпались камни и мебель.
Остальная половина осталась стоять.

Когда все стихло и барон, почти невменяемый, с ужасом в глазах, сделал первые два шага к дому, я подошла и тихо сказала:
- Мы сделали свое дело, я прошу выдать нашу оплату.
Он не сразу понял, но по медленно багровеющему лицу и наливающимся кровью глазам я поняла, что платить нам не собираются.
На моей ладони тихо возник клочок серебристого тумана с яркой искоркой, горящей в центре.
- Не советую.

Клин подошел так близко, что стало ясно: я могу на него рассчитывать, Филин и кот были неподалеку.
Барон мрачно осмотрел всю нашу компанию и рявкнул какому-то мужичку, чтобы отдал нам двести монет серебром.
- Триста…
Ласково сказала я.
- И золотом.

Искорка засветилась почти нестерпимо, но вокруг стало значительно холодней.
Барон о-очень медленно кивнул.
- Триста. Золотом.
К нам подошел тот самый человек и отдал увесистый мешок. Клин молча взвалил его на спину.
Я погасила искру, свернула туман и вновь спрятала его в ладони.

- Вы правильно поступили.
Ведь один из ранее нанятых вами магов наверняка сообщил вам, во что именно превращается призрак вашего пса и что будет с вами, когда превращение завершится.
Барон хмуро кивнул. Я мягко улыбнулась.
- До превращения оставалась только эта ночь.
Барон побледнел, и по тому ужасу, который был в его глазах, я поняла, что до поры нас оставят в покое.
Но, думаю, в будущем барон вряд ли станет нашим надежным другом.

Домой ввалились усталые, но счастливые.
Филин всю дорогу рассказывал, как круто он играл роль принца на пиру, и описывал все те блюда, что были выставлены на стол.
Всем сразу же захотелось есть, и героя, ввиду того что солнце уже золотило мокрые крыши домов, отправили на рынок за провизией, причем в довесок сунули кота, который утверждал, что без него деньги будут потрачены зря.
Денег также выдали, причем Уська их тут же пересчитал, деловито помахивая хвостом и загибая когти на лапах.

Особняку я обрадовалась как родному и тут же понеслась в душ, желая только одного - стать чистой и свежей, как в день своего рождения.
Клин вроде как отправился на чердак, сообщив, что там находится внушительная библиотека.
Я тут же решила потом ее навестить.
А вдруг там найдутся книги магического содержания?! 5

Выйдя из душа, я вытерла волосы и быстро оделась в свою старую, тысячу раз залатанную магией одежду, в которой я когда-то пришла в Академию.
Естественно, несмотря на волшебство, вид она имела довольно жалкий и просто кричала о том, что ее пора сменить.
Внизу стукнула дверь, и я услышала перебранку кота и Филина, которые опять чего-то не поделили.
Подсушив магией ветра свои волосы и позволив им развеваться так, как им вздумается, я рванула в гостиную, слетев в нее по перилам.

- Эль.
Радостно завопил Уська.
- Нет, ну вот ты мне скажи, как можно брать рыбу за пять медных монет, когда рядом продавалась вполне свежая за четыре! Только я отошел, и вот результат - он нас форменно ограбил.
Лапка обвинительно ткнула в грабителя, который перетаскивал сумки из зала в кухню.
Я пожала плечами, схватила пушистика на руки и принялась его активно тискать и целовать.

Ошарашенный кот, все еще размышляющий о цене рыбы, сначала не сопротивлялся, но потом начал так орать, что пришлось опустить его на пол.
Оглядев свою стоящую местами дыбом шерстку и потрогав чуб на умной голове, кот горестно взвыл и принялся вылизываться.
А я, излив весь запас любви и нежности, рванула помогать на кухню.
Правда, вскоре меня оттуда выставили, уверяя, что руки и хвост у меня растут из одного места.

Я попыталась обидеться, но тут заметила осколки окон, все еще рассыпанные по полу, и унылый пейзаж на улице, а потому срочно решила все исправить.
Когда ребята закончили готовку и вышли наконец из кухни, их глазам предстал удивительный вид.
За правым окном, которое раньше выходило на свалку, мерно плескалось, ударяясь волнами о песок, зеленое море, а за левым окном лежала широкая мертвая равнина, рассеченная посередине зигзагом реки и укутанная теплым покрывалом белоснежного снега.
Где-то вдали проглядывала тонкой ажурной каймой кромка леса, лишь намекая на горизонт.
Я оценила потрясенные взгляды ребят и гордо задрала нос, ожидая похвал и бурных оваций.

- Гм… Эль, а тебе не кажется, что вид за окнами чересчур разный.
Нарушил наконец общую тишину кот.
Я удивленно на него взглянула:
- Да, ну и что, так же прикольней.
Уська задумчиво почесал за ухом и махнул хвостом.
- Да, Эль, но хотелось бы что-то одно.
Это уже Филин.
- И чуть более близкое к реальности.
Добавил спускающийся по лестнице Клин.

- Вот так, что ли.
Возмутилась я, и за обоими окнами расцвела всеми красками центральная площадь города: всеми красками уныния, серости и скуки, так как было еще слишком рано.
- Да. Да, вот так лучше
Хором заверили меня, радостно хлопая по плечам.
- А это по-настоящему?
Уточнил Клин.
- То есть ты и вправду можешь показать любое место в мире и то, что там происходит в данный момент?!

- С детства это умею.
Раздраженно пожала я плечами и ушла на кухню, посмотреть, чем там столь вкусно пахнет, так и не заметив восхищенно устремленных вслед взглядов.
- Если честно, то я уже сомневался, будет ли от нее толк.
Задумчиво сообщил Клин и чему-то улыбнулся.
- Ты еще мою хозяйку не знаешь, - фыркнул кот, - она и не такое может.
Клин грустно на него посмотрел:
- Так значит, ты уже выбрал себе хозяйку. Жаль.
Кот кивнул, подтверждая сказанное, и тоже поспешил на кухню - оградить свои шедевры от любопытных рук Эльки.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ.
После сытного завтрака в харчевне (впервые после долгого времени) мы пошли туда, где, по словам Клина, я и кот будем теперь жить.
Как я его ни пытала, но он так и не обмолвился, кем я скоро буду работать (надеюсь, не убийцей своих же собратьев, вряд ли мне папочка это простит), зато он очень интересовался тем, из какого я роду и племени, на что я уже в свою очередь хранила гордое молчание.
Кот просто спал и громко храпел, объевшись рыбой со сметаной.
Кстати, заклинание веса с него пришлось снять, видели бы вы лицо трактирщика, когда это храпящее чудо водрузили в центр крепкого дубового стола, который тут же прогнулся, а потом и вовсе с грохотом развалился под рыжей тушкой.
Уська нашел себя на полу среди обломков, чихнул и тут же потребовал стол покрепче и сметаны крынку.
Окончательно деморализованный хозяин тут же предоставил говорящему коту самый крепкий и почетный стол и уставил его рыбой и сметаной со сливками вокруг окончательно оборзевшего Уськи, который сидел в центре и довольно макал морду во все крынки сразу.
Нас притулили рядом и принесли пива и баранью ножку. Пришлось брать еду у кота, который тут же начал ругаться и вопить, что его грабят, но, после того как его уменьшили до размеров мышки, тут же смолк, все осознал и попросил прошения.
Пришлось расколдовывать.
- Ну вот, здесь вы и будете жить.
Я отвлеклась от воспоминаний и заинтересованно огляделась.

Местность, мягко выражаясь, впечатляла. Мы стояли посреди мерзкой, грязной и загаженной по самое некуда улице. Неподалеку по булыжной мостовой прошлась худющая как жердь, совсем квелая крыса. Совершенно нас не стесняясь, она проследовала мимо и скрылась в темноте арки между домами.
Почти сразу же к этой арке рванули взявшиеся неизвестно откуда несколько злых, худющих котов с явным безумием в глазах. Через пару секунд из арки раздался оглушительный писк и вопли рвущих добычу котов
- Меня сейчас стошнит
Сообщил Уська и попытался перегнуться через руку Клина, но, увидев под его ногами вонючую лужу с плавающими ошметками чего-то, все же передумал.
А я уже разглядывала вывеску на унылом двухэтажном каменном доме, перед которым мы и остановились.
Там четкими, но уже изрядно заляпанными буквами было выведено: «Агентство магических катастроф».
Кот читать не умел или не хотел, а потому попросил озвучить.
- Это че, мы будем сысиками, что ли?
Удивился мохнатик и требовательно уставился на Клина.
Тот только усмехнулся и толкнул от себя тяжелую дубовую дверь, почему-то незапертую.
- Она замагичена, откроется только хозяину и званым гостям.
- А незваным?
Полюбопытствовал котик.
- Отвадит надолго.
Совершенно серьезно ответил Клин, и мне как-то сразу расхотелось прикалываться, зато сильно захотелось чихать от поднявшейся за порогом пыли

- Здесь немного не прибрано.
Покаялся Клин.
- вернулся недавно, но мой помощник обещал прибрать все к нашему приходу.
Мы с котом заозирались в поисках невидимого помощника.
Я лично нашла двух огромных пауков, доплетающих целое покрывало паутины под потолком, и одну муху, уныло и однообразно бьющуюся в закрытое и очень грязное окно, оставляя на нем все новые и новые отпечатки своей персоны.
Так как слой грязи даже и не думал пропускать сквозь стекло какой бы то ни было свет, я решила, что мухе нравится сам процесс.

- Филин!
Рявкнул Клин, заставив нас с котом подпрыгнуть.
Почти сразу же с деревянной лестницы, ведущей на второй этаж, с грохотом скатился какой-то тип и замер на полу, судорожно пересчитывая уцелевшие ребра.
Однако потом он поднял свою вихрастую голову, посмотрел на нас, заметил Клина и радостно улыбнулся ему белозубой улыбкой.
Я только сморщилась - чишер, вот кто был нашим новым знакомым.
Для тех, кто не знает чишеров, - это высокие смуглые существа, во всем похожие на эльфов, кроме ушей (у них они тоже заостренные, но не такие длинные), цвета кожи (не цвета слоновой кости, будто светящаяся изнутри, а темно-коричневая, как у людей после сильного загара), ну и, конечно, глазами.
Где вы еще увидите абсолютно желтые глаза, сверкающие, как расплавленное солнце, и переливающиеся тысячью оттенков золотых искр в глубине?
Вы думаете - это красиво?

А вот эльфы так совсем не считают!
Любой из моего народа готов буквально на все, лишь бы прибить чишера, ну хотя бы за их вечные издевки, уловки и прочие хитрости, которыми чишеры неподражаемо доводят до белого каления чистокровных эльфов.
К счастью, я воспитывалась во дворце и о многих врагах своего народа (хотя какой он враг, так, мелкий пакостник) только слышала, а потому не накинулась с пеной у рта на нового знакомого.
- Привет!

Филин, досчитав наконец количество ребер и полностью успокоившись, резко вскочил и кинулся к Клину.
Я аж отпрыгнула от неожиданности и внезапно поняла, какие оба моих знакомых разные:
Клин был лишь немного смуглым, волосы у него были серыми - под стать глазам, а движения ладными и обманчиво спокойными;
Филин же обладал ярко-синей шевелюрой, которую ну просто невозможно не заметить издалека, и сам, казалось, ни минуты не мог усидеть на месте.
За следующие пять секунд он буквально повис на Клине, всего его осмотрел, задал целую кучу вопросов и теперь напряженно ждал ответов, нарезая круги по комнате.
- Познакомьтесь…
Наблюдая за его движением, сообщил Клин.
- Это мой партнер.
Филин ту же рванул ко мне, заставив опять шарахнуться в сторону, и долго тряс мою правую руку, доказывая мне с горящими глазами профессионального маньяка, как все-таки приятно иметь со мной дело.
Я с трудом выдавила из себя подобие улыбки и начала активно выдирать руку из плена, но тут Филин заметил кота и радостно бросился к нему.
К несчастью для Уськи, он так заинтересовался припадочной мухой, что не заметил атаки сзади, а потому был пойман и безжалостно затискан в объятиях нового партнера по работе.

- Клин, я знаю заклинание, которое поможет вычистить дом.
Попыталась я перекричать вопли кота.
Клин кивнул и тут же направился к выходу, я пошла следом, по пути пытаясь привлечь внимание сладкой парочки.
Но те были чересчур заняты друг другом. Ну и пожалуйста.
Мы вышли на несвежий воздух. Клин явно понимал, что сейчас случится, а потому расположился у самого входа в арку.
Я поспешила присоединиться к нему, затем повернулась к ветхому строению и быстро на память прочитала заклинание чистоты и обновления, пару раз взмахнув руками в нужных местах, а затем вслед за Клином нырнула в арку.

За моей спиной раздался протяжный вой и скрип, казалось, всех частей несчастного строения, дом сильно покачнулся, но кое-как выпрямился, больше не пытаясь косить на правый бок.
Затем вдруг как по команде открылись разом все окна, и двери и из них вылетела целая туча, состоящая из пыли, мусора и несчастных пауков с их наконец-то доделанной паутиной.
Еще минутку дом стоял спокойно, а потом началось обновление.
Будто невидимый маляр волшебной трехметровой кистью проводил по стенам и крыше дома. И вот уже все эти стены и окна сверкают, нигде ни трещинки, ни царапины, а дом довольно быстро заканчивал принимать тот вид, который имел в момент окончания его постройки.
Я имела полное право гордиться собой, так как выучила хотя бы бытовые заклинания, прекрасно понимая, насколько они могут пригодиться мне вне стен Академии.
Кстати, например, за эти два заклинания любой маг имел полное право содрать с работодателя довольно кругленькую сумму, а потому их очень редко использовали.

- Молодец!
Я обернулась и увидела, что Клин и впрямь доволен результатом.
- А теперь пойдем внутрь.
Я не возражала и первой открыла зачарованную уже и на меня с котом дверь (Клин сделал это сразу).
Посреди холла застыли, все еще сцепившись, два экспоната древнего музея. Филин был почти черный от пыли и грязи, волосы (как и шерсть кота) стояли дыбом, в них запуталась та самая муха: теперь она грустно жужжала над макушкой чишера, пытаясь выбраться из колтуна, но пока безуспешно.
И все это красиво довершали ну о-очень выразительные глаза, обиженно горящие на черной закопченной мордочке кота и не менее черном лице Филина.
Я попыталась как можно более мило улыбнуться, сзади, надрывно кашляя, сполз по стене Клин.
Если честно, то и меня уже душил смех.
Буркнув что-то нечленораздельное, я быстро рванула на второй этаж и наконец-то смогла рассмеяться, стряхивая с ресниц веселые слезы и с интересом осматриваясь по сторонам.

Дом, как я уже сказала, имел два этажа.
На первом располагалась большая гостиная, в которую без всякого коридора вела наружная дверь.
Гостиную теперь освещали два больших овальных окна, проницаемых лишь с внутренней стороны, но вид из них был не совсем красивый - проще говоря, жильцам предлагалось обозревать тупик с мусоркой и стену соседнего дома.
Думаю, надо будет замагичить какую-нибудь другую панораму, а то тоска смертная смотреть, как три несчастные кошки издеваются над бандой местных крыс.
Под лестницей, которая, изгибаясь вдоль круглой стены зала, вела на второй этаж, была дверь, предположительно ведущая в кладовку, и, насколько я понимаю хоть что-то в современных человеческих домах, должна была иметься еще одна дверь, ведущая на кухню.
Я сморщилась - готовить я не умела да и не любила, зато очень даже любила вкусно поесть.
Ладно, что-нибудь сообразим.

Второй этаж начинался коротким коридором, который заканчивался небольшой лесенкой, ведущей на чердак, а по бокам его располагались четыре двери в спальни.
Заглянув из чистого любопытства в одну из них, я нашла там довольно миленькую кровать, тумбочку, шкаф, стол у окна со стулом и… о чудо!
Ванная комната с… простите, унитазом!
Я аж прослезилась.
- В первый раз вижу, чтобы ты рыдала, тем более над стульчаком. Сочувствую счастливому детству в кустах.
Кот пролез между мной и стеной и гораздо более хмуро, чем я, осмотрел все это великолепие.
Я угрюмо хлюпнула носом и взглянула на перемазанного дальше некуда Уську. За ним еще из коридора шла цепочка черных следов, и теперь он с ужасом разглядывал огромную ванну, стоящую на мощных бронзовых лапах.
Затем перевел взгляд на собственную шерсть, уже далеко не такую красивую, как днем, и совсем сник.
- Эль, а может, я так вылижусь?

Надежда в желтых кошачьих глазах могла растопить любой лед.
Но не мой.
Я хитро улыбнулась и резко схватила ничего не подозревающего пузана.
- Не вылижешься!
Я сунула кота в ванну, бормоча заклинание купола над ней, и врубила оба крана, пытаясь добиться теплой воды.
В итоге я сначала кота ошпарила, потом окатила воющего мохнатика холодной водой, и только после этого наконец-то ванна начала наполняться теплой водой.
- Я утону!
Истериковал кот, из последних сил пытаясь выбраться из быстро наполняющейся водой ванны, но каждый раз отскакивал от невидимого щита.
- А-а-а-а!!!
- Не бойся, я тебя не брошу…
В руке я уже сжимала мыло и задумчиво разглядывала черную воду. Потом вновь критически взглянула на мыло и снова на воду.
Кот, булькая что-то ругательное, скрылся под водой, явно пытаясь утонуть.
Ну уж нет.
Наконец приняв мудрое решение, я сварганила на быструю руку очистительное заклинание, выудила из-под воды кота и метко прилепила волшебство ему на спину.
Уська уже не сопротивлялся и, когда я его отпустила, целеустремленно пошел ко дну.
Я на всякий случай выбежала из ванны и плотно прикрыла за собой дверь.

- Что здесь происходит?
Я подняла глаза и увидела входящего в комнату Клина.
- А, э-э-э…
Так, это уже входит в привычку.
- А ну отойди.
С этими словами меня отодвинули в сторону, и Клин открыл дверь.
- Три, два, один, пуск.
Тихо прошептала я.

В ванной раздался взрыв.
Застывшего на пороге Клина окатило с ног до головы грязной водой, а в конце в него врезался наконец-то вырвавшийся, чистый и совершенно невменяемый кот.
- Уська!
Радостно крикнула я.
- Клин, молодец, что поймал. Эй, а чего вы на меня так смотрите? Так, не подходите. Я ведьма, я вам…
Ух! А-а-а!
Гады!
Меня под мои же вопли швырнули в ванную и принудительно окунули в оставшуюся воду.

Кот сидел рядом с топящим мое высочество Клином и упоенно следил за процессом, а мне, как назло, в голову не приходило ни одно заклинание, так что меня продолжали макать.
Вскоре в ванную вбежал еще и свежевымытый Филин, оценил происходящее и щедро предложил присутствующим свою помощь, а затем нагло полез, как он выразился, держать меня за ноги.
Это меня доконало, и уже через минуту мокрая дружная троица спасалась бегством, преследуемая выпускаемыми мокрой и очень злой ведьмой пульсарами.
Бегали они долго, так как я, сама не зная каким образом, прицепила к пульсарам заклятие самонаведения, действующее аж полчаса, за которые я спокойно и без эксцессов успела вымыться и высушиться - чуть ли не впервые за последние два года в настоящей ванне, а не под магическим душем или в столь ненавистной эльфам бане.

К вечеру все собрались в холле мириться.
Кот красовался с подпалиной на правом боку…
Филин теперь был лысым…
Один Клин выдержал весь кросс на полчаса и внешне не пострадал.
Кот притащил из кухни собственнолапно испеченные булочки с джемом, я телепортировала неизвестно откуда шикарный круглый мраморный стол с такими же изящными стульями (подозреваю, что из дворца, и надеюсь, что король пропажи не заметит), и все сели пить чай.
В итоге мы, сытые и довольные, весело общались, со смехом вспоминая сегодняшнее утро (коту, в обмен на обещание кашеварить постоянно, я обещала отдавать весь совместно нажитый бюджет и вырастила шерсть на месте ожога, подлечив и сам ожог).
Чай был в меру ароматным, а плюшки горячими и сытными. Настроение стремительно поднималось.

Но не успела луна взойти, так сказать, на небосклоне, как в дверь ворвался какой-то оборванец и радостно крикнул:
- Я нашел вас! Я ваш клиент!
Дверь почему-то зарычала, в центре ее выросла огромная пасть с зубами и с наслаждением тяпнула первого клиента за мягкое место. Клиент заверещал и рванул вперед, ткань треснула, и в зубах плотоядной двери остался клок его штанов.
Все сохраняли до невозможности серьезные лица, вежливо прихлебывая чай, пока посетитель крутился на месте, с ужасом разглядывая свой голый… гм, зад.
- Итак…
Прервала я излияния мужчины.
- С чем пожаловали?
Тут нервы кота не выдержали, и он тихо сполз на пол, размазывая по мордочке слезы счастья и трясясь от смеха.
Мы невозмутимо продолжали пить чай. Филин даже пытался пить его из блюдечка.
- А-а-а… Э-э-э-э…
Посетитель попытался собраться с мыслями, но потом все же выпрямился, прикрыл ладошками зад, на который продолжала облизываться живая дверь, и начал конструктивно докладывать:
- Дело есть для вашей конторы. Меня хозяин прислал, платит золотом.

- Что за дело?
Клин явно заинтересовался.
Мужик судорожно собрался с мыслями. Сесть ему так никто и не предложил, а кот уже вновь залез на единственный свободный стул, придвигая к себе еще один пирог с рыбой. «Не объелся бы», - заволновалась я.
- Вы ведь решаете проблемы с магией?
Мы кивнули.
- Ну так вот
Радостно оживился посетитель.
- У моего хозяина как раз такие проблемы. Дело в том, что по ночам его мучают привидения, а точнее, только один призрак умершей собаки.
Кот поперхнулся пирогом и судорожно закашлялся, Филин тут же пододвинул ему кружку с молоком, которое тот благодарно начал лакать.

- Призраки неопасны.
Нахмурилась я.
- Все, что они могут, это стонать и показываться людям в полнолуние.
Я хвостом пододвинула тарелку с пирожками к себе, с удовольствием наблюдая, как у человека отвисла челюсть. Волосы вежливо опустились на плечи, временно прекратив парить вокруг головы.
Я мысленно пожалела, что не могу их остричь, так как они уж слишком активно сопротивляются, а иногда отнимают ножницы и сами начинают мне угрожать.
Ладно, фиг с ними.
- Так это не такое привидение.
Возмущался посетитель.
- Оно ненормальное, хозяин уже у всех великих магов был, а толку ноль, поутру они все сбегали бледные, покусанные и напуганные по самое некуда.

Клин только поморщился, и я его понимала: выходит, что наша контора стоит на последнем месте по популярности, но, в конце концов, мы только сегодня открылись.
- А в чем проявляется его ненормальность?
- Как это в чем?
Даже удивился нашему невежеству мужик, лично я смутилась.
- А в том, что оно огромное, как бык, хотя при жизни было крошечным, как щенок, а то, что оно кусается, да и магичит где ни попадя: то туман напустит такой, что из носу сосульки от холода растут, то лужу в коридоре напрудит, а та ж не вытирается, так и стоит себе, пока сама не высохнет, - да мало ли еще чего придумать может. Вы уж помогите нам, а мы в долгу не останемся.

Мы с умным видом кивали, но кот все же уточнил:
- А сколько же за изгнание собаки нам дадут?
- Триста золотых!
Сумма потрясала.
- Мы беремся за это дело.
Блин, какое трогательное единодушие, мужик аж ошалел от нашего хора.
- А кто твой хозяин-то?
- Так ведь как?! Мой хозяин барон Плямс, один из богатейших вельмож его величества.
Мы с умным видом покивали, а потом Филин выставил мужика за дверь, пообещав завтра к вечеру быть непременно.
Дверь огорченно облизнулась вслед голому заду, все еще прикрытому ладошками, но кусать не стала - Клин не велел.

- Ну так что?
Я решила взять ведение собрания в свои руки.
- С чего начнем нашу охоту на привидения?
- С выяснения того, умеет ли наша ведьма их развоплощать,
Спокойно ответил Клин, глядя мне прямо в глаза.
Я смутилась и честно наморщила лоб.
- Нет, не умеет.
Сообщил кот, глотнул молока и пояснил:
- Это проходится на четвертом году обучения, а ее со второго турнули. Ой!

На макушке у Уськи шерсть вдруг стала в три раза длиннее и тут же заплелась в косу, которая упала на нос. Кот удивленно свел глаза к переносице и осторожно ее потрогал.
Я сделала вид, что вообще тут ни при чем.
Филин весело посмотрел на меня и поднял в воздух большой палец.
Мне это польстило.
- Но я могу порыться в книгах и найти что-нибудь подходящее.
- Хорошо.
Кивнул Клин.
- Тогда прямо сейчас этим и займись.

Я надула губы - ну вот, не успела вылететь из Академии, как опять задают домашнее задание.
Но пришлось подчиниться.
Я поднялась в отныне мою комнату, Клин отправился выяснять обстановку, а кот с Филином рванули на кухню - кот обещал приготовить мороженое в обмен на добровольное мытье Филином посуды.

Удобно устроившись на широкой кровати, я завесила ее со всех сторон газовой тканью, спускавшейся с потолка, и зажгла три маленьких любопытных светлячка, тут же затеявших веселую возню между собой (пришлось их приструнить, и один неохотно завис прямо над книгой, освещая ветхие потрепанные страницы, остальные двое недолго продержались и вскоре снова начали гоняться друг за другом в моей маленькой уютной пещерке).
Надо сказать, что я тоже не просто так ушла из Академии, только в отличие от кота я не стала воровать древние фолианты, а попросту скопировала все конспекты у одной знакомой выпускницы, которую веселило то, что по ее конспектам будет заниматься рогатая нечисть с длинным хвостом.
Я себя нечистью не считала, но ей это было по барабану.

Так что теперь, зевая и обложившись конспектами со всех сторон, я листала книгу превращений и старательно держала глаза открытыми.
Заклинание памяти помогало мне усваивать все то, что я прочту, мгновенно, но, во-первых, все это надо было найти, во-вторых, прочесть, а в-третьих, понять, что сейчас было мне практически не под силу.
Вскоре сон начал ласково прибирать меня в свои объятия.
Последнее, что я помню, это прыгающий по кровати кот и удирающие от него светлячки.

Проснулась я рывком от ощущения того, что кто-то меня щекочет.
Открыв правый глаз, я узрела кота, который храпел кверху пузом у меня под правым боком, и именно его усы и щекотали мою ногу.
Вокруг в художественном беспорядке валялись листы полностью перезапутанных конспектов, видимо, Уська, гоняясь вчера за фонариками, прыгал по ним, в результате чего мне явно придется потратить достаточно много времени на восстановление очередности листов.
Осознав масштаб катастрофы, я резко села и растолкала мохнатого прохвоста.
- У-у-у…
Замычал он, отмахиваясь от меня лапой и тыкаясь мордой в колени.
- Беспредел!
- А ну вставай!
- Ну, Эль, ну чего ты…
Он наконец-таки сел и начал тереть глаза, зевая во всю пасть.

Я трагически указывала на мятые листы. Кот сосредоточенно на них посмотрел и задумчиво почесал за ухом.
- Ну и что?
- А то, что ты сейчас сядешь и не встанешь до тех пор, пока не разложишь листки так, как они и были.
- Я читать не умею.
В моей руке зажегся фаербол.
Кот посмотрел, оценил размер и исходящий жар, что-то посчитал, закатив газа к потолку, и… дал деру.
- Куда?!
Я азартно включилась в погоню.
- Помогите…
Верещал пушистик, скатываясь по перилам лестницы.
- Она меня угробит!

Филин поймал кота и попытался заслонить друга грудью, в которую я, не успев затормозить на тех же перилах, благополучно врезалась.
Мы кубарем покатились по полу, фаербол стукнулся в окно, и нас накрыло дождем осколков.
Клин, только что вернувшийся из своего ночного похода, с интересом за всем этим наблюдал.
Уська тут же забрался к нему на руки, наконец-то найдя надежную защиту. Я только зубами скрипела, выдирая правую ногу из рук Филина, который любовно прижимал ее к себе, явно в суматохе пытаясь поцеловать.
Ага, щас.
Я пяткой врезала ему в челюсть и бодро отползла в сторону.
Филин долго и грязно ругался, вытаскивая изо рта только что выбитый зуб.

- Вы закончили?
Голос Клина был холоден, и мне тут же расхотелось дурачиться.
Правда, вид кота, радостно показывающего мне язык, тут же вернул это желание на место, но, встретившись с ледяным взглядом серых глаз, я решила, что отомстить можно и попозже.
Филин, похоже, тоже пришел к такому выводу.
- Прекрасно, тогда садитесь все за стол, и я расскажу то, что узнал, пока вы спали.
Мы с Филином тут же надулись - тоже мне герой-воитель.
- Итак…
Клин обозрел наши внимательные физиономии, убеждаясь, что его внимательно слушают: кот убежал на кухню кашеварить, но дверь оставил открытой, чтобы тоже все слышать.
- У барона Плимса в центре города стоит огромный особняк в четыре этажа, вокруг разбит сад, окруженный высокой каменной стеной с защитной магией наверху.
Три года назад у барона сдох любимый песик.
Черненький, маленький, ну прям с локоток.
Песик был без ума от хозяина, но в один прекрасный день подавился куриной косточкой и умер.
Барон очень горевал и на всякий случай повесил всех поваров и перестрелял всех других собак, охранявших территорию сада, по крайней мере именно так утверждает его кухарка.

ГЛАВА ВТОРАЯ

- Госпожа Эллин, вы собираетесь брать билет или так и будете сидеть на полу? И приведите наконец свою прическу в порядок!
Волосы возмущенно поднялись дыбом, что вызвало еще один взрыв хохота, еще бы, стоящий дыбом хвост - это что-то.
Мысленно насылая кучу проклятий на всех и сразу, а на мэтра Тригонометруса в первую очередь, я встала, кое-как собрала учебники в порванную сумку и с гордым и независимым видом плюхнулась на последнюю парту.
- Нет, нет, Эллин, прошу вас сесть на первый ряд. Как опоздавшую.

Мой стон бы полон отчаяния, но я все же встала, мысленно прикидывая, как именно можно списать прямо под носом у мэтра. И покорно пересела на первую парту.
- Берите, пожалуйста, билет.
Я с интересом осмотрела белеющие прямоугольники билетов, естественно, просканировать их мне не удалось, защиту ставил сам ректор.
Мотнув головой и крепко зажмурившись, я ткнула в первый попавшийся. Подняв карточку и вглядевшись в медленно проступающие на листе алые огоньки текста, я прочитала, что должна буду превратить фикус в белку и наоборот.
С ужасом посмотрев на стоящий на подоконнике несчастный фикус, я поняла, что попала. Про превращение неживого в живое я знала прискорбно мало.
- Садитесь, готовьтесь.
Ласково сказала мне мисс Лили, единственная, кто ко мне относился с сочувствием.

Я криво улыбнулась и вернулась за парту, упорно разглядывая ненавистный билет и с ужасом представляя, что я буду делать.
Так как вскоре заучивание наизусть моего задания мне надоело, я отвлекла себя тем, что стала смотреть, как колдуют уже готовые к ответу ученики.
Например, Салли превратила хомячка в мышь, у которой было две головы и два хвоста; мышь, обозрев себя, попыталась рухнуть в обморок.
Юджин виртуозно провел серию превращений, в ходе которых рыба стала ящеркой, та - черепахой, потом птицей, ну и, наконец, маленькой цветочной феей, которую тут же поймали и заперли до лучших времен, непомерно ее разозлив.
Заслуженно получив пять с плюсом, он гордо прошел мимо меня и сел прямо за моей спиной, шепотом сообщив, что я следующая.

- Мисс Эллин.
Я встала. Мэтр задумчиво смотрел, как я неловко приближаюсь к столу и осторожно сажусь на стул перед его очами.
- Ваш билет, пожалуйста.
Пожав плечами, я протянула ему карточку.
Лицо мэтра, читающего задание, медленно светлело.
- Ну вот и замечательно, хоть какое-то разнообразие. Приступайте, пожалуйста.
Я кивнула и побрела за фикусом, даже не пытаясь по пути вспомнить то, чего и так не знала. Бухнув фикус на стол перед преподавателем, я задумчиво на него уставилась.
- Кхм, кхм, итак?!
- Щас.
Обернувшись, я заметила, что за мной с интересом наблюдает вся аудитория, и внезапно почувствовала прилив энтузиазма.
А почему бы и нет?

Первое слово всколыхнуло воздух, он пошел серебристыми волнами, ловя пылинки солнечных искр и заставляя их сверкать ярче.
Второе слово проникло в суть вещей, наполняя их светом и смыслом. Жизнь вокруг будто замерла, движение остановилось, и опустилась тишина.
На мгновение, одно мгновение глаза вспыхнули прежним жгучим зеленым огнем волшебства, и я жадно, почти ласково дунула на несчастный фикус, завершая то, о чем ничего не понимала.

В следующую секунду замершая реальность дрогнула и пошла рябью, кто-то вскрикнул.
Мэтр приподнял левую руку, его губы на застывшем лице пытались произнести охранное заклинание, но медленно, слишком медленно.
Волшебство уже свершилось.

А вскоре серебристая рябь улеглась, и все вновь вернулось на свои места.
Все зашевелились, оглядываясь и делясь впечатлениями, мэтр закончил все-таки читать заклинание, и его фигуру тут же окутало сияние радужного щита, между прочим, одного из самых энергоемких заклинаний нашего времени.
Я стояла и недоверчиво смотрела на ни на грамм не изменившийся фикус.
Мэтр наконец тоже обратил на него внимание, почему-то облегченно вздохнул и занес перо над моей зачеткой.
- Неуд, моя дорогая.
Я отвернулась и зажмурилась, не понимая, что произошло, но тут…

Пол дрогнул под ногами и пошел волнами, да-да, именно волнами, дверной проем натужно расширился, а потом вдруг резко схлопнулся совсем.
Кто-то тоненько взвыл.
Мэтр вскочил, удивленно глядя на бывшую дверь, а за его спиной стена внезапно вспучилась, побелела, и с тихим чпоком от нее отделился на узкой ножке белесый глаз с каменным зрачком и потянулся… ко мне?!
- А-а-а-а!!!

Надо же, все студенты организованно рванули к окну, но стекло вдруг помутнело и стало крепче алмаза.
Мэтр недолго думая рванул к ним, сверкая и переливаясь своей радужной пленкой, как новогодняя елка.
А я сделала первый шаг по направлению к глазу, не понимая, почему вдруг на душе стало так тепло.
Глаз мигнул и вновь на меня уставился, а в правую штанину внезапно вцепилось что-то острое и довольно быстро поползло вверх по ноге.
Опустив голову, я увидела кота, который сосредоточенно удирал по мне от тянущихся за ним из пола странных каменных щупалец. Я быстренько оторвала его от бывших штанов и подняла на руки.
- Эллин!!! Ты что?!
- Ну, э-э-э.
- Ты что, опять магичила?
Кот с ужасом наблюл за полом, по которому бродили каменные щупальца.
- Ну, ты понимаешь, я не знала билет и…

Но тут об кота потерся все тот же любопытный глаз, я замерла от ужаса, но Уська, не глядя, оттолкнул глаз лапой.
- Эль, не лезь, держи меня, и все.
- А это не я.
- А, а кто?
Кот удивленно огляделся, обнаружил рядом с собой радостно мигающий глаз и… заорал.
Вопль был такой силы, что глаз нырнул обратно в стену, как в воду.
А кот просто рухнул в обморок.

Я очень тяжело вздохнула и оглянулась на группку перепуганных учеников. Мелькнула мысль, чтобы их здесь и оставить, но я ее тут же отбросила.
- Эй.
Тихо сказала я, осторожно подходя к стене с обмякшим на руках котом.
Из стены тут же вынырнули аж четыре глаза и одновременно мигнули.
Сзади с грохотом кто-то упал.
- Я не причиню вам зла, ты кто?
Подумав, два глаза нырнули назад, зато под потолком вынырнули огромные каменные губы и сосредоточенно пошевелились.
- Я Эллин.
На всякий случай представилась я.
- ЭЛЛИНН…
Меня отбросило звуковой волной, а пол под ногами пошел трещинами.
- Не так громко!
Заорала я. Землетрясение стало стихать, и вскоре вновь установилась относительная тишина, зато нас с котом подняли с полу вылезшие из него каменные щупальца и понесли прямо к стене с глазами и пятью губами.
- Не так громко.
Уже тише попросила я.
- Я Гр-р-р-р.
Тихо сообщили губы.
Рычание прошло по спине и угнездилось где-то в области лопаток.
- Ну вот и познакомились, Гр-р-р-р, а теперь, пожалуйста, дай нам всем выйти из комнаты.
- Они. Обижать. Тебя…
С натугой протянул камень. Сзади раздался визг, и я боковым зрением заметила, что к людям потянулось еще около сотни щупалец.
Что-то бабахнуло, и, обернувшись, я заметила, что Юджин уже извивается, оплетенный ими у самого потолка, а под ним валяются каменные осколки еще двух.
Видимо, он пытался защищаться, но неудачно. Лицо его медленно синело, щупальца все сильнее сжимались, стремясь отомстить за собратьев.
Нет, не такой судьбы я ему желала. Нахмурившись, я вновь обернулась к колышущимся глазам.
На руках заворочался приходящий в себя кот.
- Отпусти его!

Я смотрела в эти глаза и приказывала, прекрасно понимая, что щупальца, которые сейчас поддерживали меня, меня же могут и убить.
- Нет, Гр-р-р-р, нет.
Камень заволновался, Юджин застонал.
Я подняла руку со светящимся туманом и сверкающей в центре звездой.
- Отпусти.
Глаза замигали по очереди. Их было уже около сотни, а потом все вдруг разом втянулись вместе со ртом в стену.
Чуть погодя то же случилось и с щупальцами.

Мы с котом и Юджином неожиданно рухнули на пол. Кот взвыл и захрипел, полупридавленный моим телом.
Я, шатаясь, привстала и тут же поползла к Юджину. Ученики все еще не осмеливались подойти.
Наклонившись, я дотронулась до его лба и поняла, что дело плохо - почти все кости сломаны, до травмпункта с доброй тетушкой Дози он явно не дотянет.
- Не смей!
Крикнула змейка, но я ободряюще ей улыбнулась.

Сила потекла по рукам и мягкой зеленой волной устремилась в чужое тело. Кости с щелчком начали срастаться, сосуды соединялись, срастались нервы и сухожилия, из синих глаз медленно уходила боль.
Наконец я отняла руку от его лба и, шатаясь, поднялась на ноги.
Жить будет.

Когда мы с котом подошли к бывшей двери, стены с тихим чмоком раздвинулась. За ними уже стоял весь совет преподавателей во главе с угрюмым ректором.6
Я криво улыбнулась, уже все понимая.
Оглядев выходящих за мной учеников и вынесенного на руках Юджина, ректор повернул ко мне потемневшее лицо и тихо и отчетливо сказал:
- Можете собирать свои вещи, с этого дня вы отчислены из моего учебного 6заведения и до завтрашнего полудня обязаны покинуть эти стены.

Кот зашипел снизу, но, встретившись со взглядом ректора, тут же нырнул ко мне за спину, прекрасно понимая, что я его в обиду не дам.
Я молча прошла мимо ректора и преподавателей, старательно задрав нос и пряча ненужные слезы. Уже отходя, я услышала, как Пипс тихо говорит ректору о каком-то человеке, который вот уже час дожидается его в кабинете.
Странно, обычно ректор не принимал посетителей, а сам навещал тех, кто был ему нужен, с прочими же он общался только письменно.
Говорят, М.А. стал таким подозрительным еще со времен последней войны магов.
Хотя, а мне-то что до этого человека?
Только что рухнула моя судьба.

- Эл, ну ты чего?.. Переживаешь, да?
Кот прыгал за мной по комнате, пока я угрюмо ходила и собирала вещи. Правда, заглянув в холодильник, я там так ничего и не нашла, суровый взгляд в сторону кота был явно проигнорирован.
- Да не переживай ты, придумаем что-нибудь, все равно нас тут никто не любил.
Я хмыкнула, уж кого-кого, а кота повариха очень даже любила и частенько подкармливала «несчастную зверушку», но мне было все равно приятно.
- Спасибо, Усь, но все равно грустно уходить недоучившись.
Он серьезно кивнул ушастой головой и сосредоточенно полез под кровать. Подняв кучу пыли и чем-то там гремя, он наконец выполз из-под нее, чихая и таща за собой какие-то книги.
- Это что?
Я плюхнулась на пол и начала с интересом разглядывать добытые сокровища, которыми оказались древние магические книги из запрещенного сектора хранилища.
Я только рот открыла.

Кот, довольный стоял неподалеку, ожидая похвалы. Прикинув, во что именно меня превратят за кражу столь ценного имущества Академии, я сразу же решила их вернуть… но позже, когда сама перестану в них нуждаться.
Кота я все-таки погладила, попросив на будущее ничего без меня не воровать. Он тут же согласился.

Изучив сворованную литературу, я обнаружила среди нее печально известную «Книгу превращений и о превращениях», автор которой, по слухам, хотел превратиться в звезду и сиять на небосклоне, но что-то там перепутал в расчетах и стал просто огромной розовой глыбой камня, которая и по сей день изучается его же учениками, вроде бы они смогли расколдовать правую ногу и руку учителя, и теперь камень всем демонстрирует фигу и прыгает на одной ноге от чересчур обидчивых зрителей. Гм…

Вторая книга была о магии молчания - чрезвычайно опасном и редком искусстве, которым в полной мере не овладел еще ни один человек, но сама мысль о том, что можно колдовать не открывая рта, потрясала.
Говорят, сам ректор с помощью одного из заклинаний когда-то смог выбраться прямо со дна морского, куда его кинули связанного и с кляпом во рту.
Правда, когда мэтр всплыл на поверхность на огромной рыбине, число недоброжелателей на том судне существенно уменьшилось, проще говоря, не выжил никто.
Так, а это у нас что такое? Ага!

Я просияла, радостно взирая на обложку книги о… «приготовлении зелий, магических отваров и мазей».
В мою голову с большим трудом запихивалась вся эта муть о количестве и последовательности ингредиентов.
Всему классу, в том числе и мне, всегда было интересно, что же на этот раз вылезет у меня из котла.

Помнится, в прошлый раз это был маленький золотой дракончик с крошечным наездником на спине. Его не один день ловили всей Академией, причем наездник почему-то считал, что это он сам охотится на магов и учеников, и ловко пускал в их… пятую точку свои золотые стрелы (которые на поверку оказывались простыми фаерболами).
К тому времени как преподаватели изловили этих двоих, уже полшколы ходило с заплатками на… определенных местах и не все могли сидеть на уроках.
Мази катастрофически не хватало, и тетушка Джози буквально сбилась с ног, пытаясь оказать помощь всем нуждающимся.

Вполне понятно, почему после этого отношения между мною и людьми стали еще более напряженными, особенно если учесть, что излюбленными территориями охоты маленького упрямого воина были баня и сортир.
Кстати, что касаемо преподов, то мне поставили за семестр по зельеварению четверку, так как оказалось, что именно чешуя этого золотого дракончика и являлась последним ингредиентом для какого-то жутко важного зелья, которое не могли доварить вот уже два года.
Что за зелье, мне не сказали, ну и фиг с ними.

- Ну, ты готова?
Кот стоял у двери со своим походным мешком на спине, закрепленным лямками на передних двух лапах, и в рыжем берете, залихватски надвинутом на правое ухо.
Я пожала плечами, вскочила и покидала в сумку книги, потом огляделась, но брать больше было в общем-то и нечего; на нищенскую стипендию особенно не разживешься, разве что…
Я подошла к холодильнику и открыла его. Гм… и почему я не удивлена?
- Уська!

Но прохвоста уже не было в комнате, впрочем, как и остатков колбасы и почти целой рыбины в холодильнике. Я запоздало поняла, что же он погрузил в свой мешок. Ну, гад, догоню - в… фикус превращу!
Я рванула следом, вылетела из комнаты и увидела знакомый рыжий хост, исчезающий за следующим углом.
Кот прекрасно знал, что ему нагорит за кражу последних запасов, и спешил отсидеться в укромном месте.
Ага, щас!

Ноги легко несли меня по знакомым коридорам, змейка что-то бормотала о неподобающем поведении принцессы, хвостом я регулировала направление, цепляясь им за что ни попадя на поворотах, а волосы радостно развевались за спиной, открыв на всеобщее обозрение длинные, острые и вечно любопытные эльфийские ушки.
Рыжий хвост мелькал то справа, то слева, дразня и заставляя развивать и вовсе безумную скорость чистокровного эльфа, за которым даже ветер может угнаться с трудом.
И я его бы настигла!

Но вдруг… на пути моей персоны, орущей охотничьи песни орков и почти поймавшей продовольственного воришку, возник человек!
Я слишком увлеклась погоней.
Кот, который практически был у меня в руках, в последний момент умудрился юркнуть у него под ногами, а я со всего маху врезалась в грудь человека.
Мой вес плюс моя скорость - у него не было шансов.
Мы пролетели по коридору, вцепившись друг в друга и голося во все горло, и вылетели в открытое окно.
Я в полете пыталась скоординировать падение и упасть сверху, и если бы он не пытался сделать то же самое, все бы было хорошо!

Упали мы в густой и колючий куст и, продолжая орать и материться под хохот столпившихся у окна студентов, выбрались из него.
Не успела я с ужасом обозреть те рваные тряпки, в которые превратились мои рубашка и штаны, как меня грубо схватили за плечо и развернули на 180 градусов.
Я хмуро подняла голову и встретилась с его колючими серыми глазами прирожденного убийцы, честь которого только что втоптала в грязь какая-то бесовка, врезавшаяся на всем ходу в того, в кого даже из эльфийского лука так просто не попадешь.
Блин!!!

- Ты кто?
- А… э… ну, в общем…
Его глаза сузились, и я по пробежавшему по спине холодку поняла, что меня сейчас убьют.
- Она со мной!
Грозный голос снизу заставил человека отвлечься и удивленно взглянуть на сидящего у моих ног кота - с выпущенными когтями и вздыбленной шерстью.
Я всерьез испугалась за Уську. Но внезапно человек расслабился и сел перед котом на корточки.
- Какого ты племени?
Лично у меня отвисла челюсть: такое внимание моему коту…
Это даже неприлично!
А как же я?
Меня что, не будут сегодня убивать?
Кот гордо выпятил мощный живот и произнес-таки это невозможное слово.
Как и всегда, я успела понять лишь отдельные звуки, но человек сосредоточенно выслушал всю эту тарабарщину, а потом задумчиво кивнул и представился сам:
- А я - Клин, убийца эльфов.
Ребята удивленно обернулись на грохот и обнаружили мою лежащую в тенечке тушку.
- Ее Эллин зовут.
Пояснил кот.

Очнулась я довольно быстро и после принесения взаимных извинений и выяснения того, что нам идти в одну харчевню, вовсе выкинула из головы все заморочки.
Ну и подумаешь: отец впервые назначил награду за голову человека, которого, кстати, так и не поймали по причине его умения мастерски менять обличья и звериного чутья на преследователей, которых вскоре находили неподалеку в какой-нибудь канаве.
В конце концов, у меня самой сейчас личина такая, что закачаешься.

Одно то, что люди при виде меня тут же начинали креститься (это в лучшем случае, а в худшем тут же брались за серпы и вилы), говорит о многом.
Если честно, то именно из-за этого мне так и не удалось найти приличный заработок на стороне, как это делали почти все мои сокурсники, чтобы не голодать на одну стипуху.
Правда, я сама ела совсем немного, в основном получая энергию в чистом виде от солнца и ветра, но это порядочно изматывало, и на уроках я была чаще вялая, чем заинтересованная.
Таким образом, подведя итог, я осознала два факта:
- первый - мне будет трудно найти работу;
- второй - этот парень меня уже не пугал, а даже начинал интересовать, как интересует детей все тайное и запретное.

Говорят, что его последним заказом, единственным, который он так и не выполнил, была я.
Но почему - никто не знает.
С тех пор о нем ничего не было слышно. И вот теперь благодаря моему коту (эти двое уже болтали, как заправские друзья, вызывая во мне здоровую 12ревность и недовольство) я лично знакома со своим несостоявшимся киллером.
Замечтавшись, я с удовольствием представила, как он ночью влезает в мое окно, полуголый и весь в краске для маскировки, сжимая в зубах огромный нож, напряженно раздувает ноздри, ища мой запах, а потом подходит к кровати все ближе… и ближе…
- Эль!

Крик кота и удивленно пялящийся на вдруг покрасневшую меня Клин вернули меня к действительности.
- А? Что? Чего надо?
Кот огорченно покачал головой, а Клин терпеливо повторил:
- Тебе нужна работа?
Я удивленно на него уставилась, с трудом соображая, что мне сейчас предложили.
Я уже успела настроиться заранее на долгие и бесполезные поиски работодателя, а тут нате вам.
- Работа? Мне?.. Ну…
- Она немного туповата.
Пояснил кот.
- Повторять иногда нужно трижды.

Клин покорно повторил, я испепелила взглядом кота, с удовольствием наблюдая, как задымился его хвост.
- Да.
Твердо ответила я, глядя прямо в глаза человеку.
- Нужна. И более того…
Продолжила я, не обращая внимания на вопли кота.
- Я заранее согласна.
Клин удивленно приподнял правую бровь и цинично улыбнулся.
- На любую?
Его голос стал приторно мягким, прошелся по нервам, заставил вздрогнуть и судорожно сглотнуть…

Когда я наконец поняла, что он имеет в виду…
Следующие два заклинания оставили два дымящихся следа на стене напротив. Он выскользнул, кто бы сомневался.
Я весело улыбнулась и резко повернулась, выходя из быстрого захвата его рук. Шаг, еще, я вне зоны досягаемости, еще один шар - отвлечь, и две ловушки из ветра.
Выскользнул.
Невозможно!
Пальцы зло вспыхнули, в глазах бесновалось зеленое пламя. Меня, эльфу, еще никогда так не оскорбляли.
Но тут между нами, напряженно застывшими друг напротив друга, встал рыжий комок меха и когтей.
- А ну прекратите оба! Немедленно!

Клин почему-то сразу расслабился и даже отошел на шаг назад, а я все еще стояла в боевой стойке, недовольная и оглушенная его согласием.
- Эль!
Я опустила руку и угрюмо уставилась на кота.
- Ты прошла проверку, я возьму тебя.
Я зло вскинула голову, он уже стоял рядом, говорил мягко и тихо, но теперь в его голосе было уважение, а еще он улыбался одним уголком рта, но почему-то я начала успокаиваться, свечение пальцев погасло, а правое ухо приподнялось, ловя его слова.
- Я приходил сегодня в Академию и просил для работы хорошего мага, но ректор отказал мне, сказал, что все выпускники на много лет вперед имеют работодателей, контракты подписаны, договоры заключены.

Он поморщился, я кивнула, все было именно так.
- Но потом я узнал, что молодую и очень сильную магичку сегодня выгнали из Академии, и решил подождать ее в коридоре.
Он снова усмехнулся, глядя прямо мне в глаза.
- И ты мне подходишь.
Я все-таки пожала его руку, еще не зная ничего ни о нем самом, ни о своей будущей работе.

Кот радостно запрыгал у наших ног и тут же потребовал, чтобы его понесли на руках. Клин поднял его, а я молча пошла следом, все еще немного злясь на недавнее испытание.
- Да, и еще кое-что. Если когда-нибудь будешь нуждаться в работе, никогда не говори работодателю, что согласна на все, не все такие честные, как я.

Я запыхтела и все-таки совершила свое ужасное колдовство: маленький наговор - и вот уже кот весит в десять раз больше. Клин выдохнул и споткнулся на ходу, едва не упав в лужу и горбясь под невиданной тяжестью.
Ничего не замечающий кот тихо спал на руках, и парню не оставалось ничего другого, как тащить рыжего обжору дальше под моими насмешливыми взглядами и ехидными замечаниями в адрес ставших в последнее время такими немощными мужчин - «даже кота не все поднимут».

Посредством музыки, что нам дарует скрипка,
Сердца и души снова оживают.
То слёзы нам даря, то вновь улыбку,
Палитра нот нам ВЕРИТЬ позволяет.
НАДЕЯТЬСЯ, что все еще вернется,
Что мир раскрасится в пастельные тона.
Звук скрипки в нас мечтами отзовется,
ЛЮБОВЬ проснется снова ото сна.

Волшебная палочка - это мифический артефакт счастья. Без желания самого человека и созидательных действий счастье и успех не достигнуть!

Замкнулось гибкое лассо,
Стянув петлёй на шее узел.
Я погрузилась в вечный сон.
Но Мастер выцветших иллюзий
Вдохнул мне в пальцы волшебство
И завязал глаза потуже.
Искали линии родство
Прижавшись в танго.
Неуклюже
Я светотенью заплела
Мучительность чужих движений.
Ловили жадно зеркала
Grayscale усталых отражений.
Пустыми залами скользя,
Стирая блеск паркетной глади…
-----------------------------
Мне не развязывай глаза.
Увидишь, как я буду падать…