Как лист увядший падает на душу
Попробуй рассказать самой себе
Под вальс-бостон на старенькой трубе,
В осенний дождь танцующий по лужам.
На тихую мелодию рассвета
Переложи историю свою,
И зазвучат переживанья лета
Проникновенным трепетом «люблю…»
Увядший лист — легато-арабеском —
Падёт под ноги на проспекте Невском,
Исполнив свой прощальный пируэт.
Но ты ещё надеешься на чудо,
Хотя и знаешь, что в пустом сосуде
Ни рифмы новой, ни созвучья нет.
Ещё один исторгнутый сонет
Вплетается в историю чужую.
Осенний вечер тени лессирует
И собирает прошлое в букет.
Предзимнее последнее тепло,
Согреть пытаясь, дремлет в клумбах сада.
Кленовым цветом тропки замело
Под тихий блюз ночного листопада.
Мольберт, палитра, синие цветы
Какой-то небывалой красоты…
Удары сердца глуше,
--------------------------глуше,
----------------------------------глуше…
Исписанное жизнью полотно…
Ты видишь в приоткрытое окно,
Как лист увядший падает на душу…
(Эпитафия)
У каждого свои приоритеты
и лишь в одном мы все близки:
покойники не ходят на банкеты
и не стирают вонючие носки.
За окошком воет вьюга.
Снег без устали метёт.
Лижет шёрстку от испуга,
На полатях рыжий кот.
А на прялке пух, как шапка —
Он с метелью заодно.
Вьётся белая охапка
Ниткой на веретено.
Спит ребёнок в колыбели,
Ножки, ручки разметал.
Ставни робко проскрипели —
Ангел в люльке подрастал.
С фитилька огонь взлетает —
Дым клубится на глазах.
Дух святой в избе витает —
Красный угол в образах.
Как измучил меня мой город…
Ты все можешь, ты всех сильней:
Спрячь меня за зеленые горы,
От всего меня спрячь на земле!
От машин, телефонов, зданий,
От людей, что не слышат нас!
Понимаешь? И мы устанем,
Если нам не сбежать сейчас!
Мы живем от квартир до станций,
Как в асфальте живет земля…
Понимаешь? Мы можем сдаться,
Но ведь этого нас нельзя!
Я смотреть не могу на лица
Бестолково идущих в ряд:
Спрячь меня от моей столицы,
И не смей отпускать назад!
Не хочу я ждать светофоров
Или ждать в магазине сдач:
Спрячь меня за зелены горы,
От всего на планете спрячь!
Обласканный нежной прохладой,
Я вновь воспеваю Апрель!
Дороже бесценного клада
Мне вешней поры карусель!
Как залежи плотного снега,
Висят облака надо мной,
Чаруют листочки побегов,
Рождённые тёплой Весной!
Залит золотыми лучами
Зелёной поляны палас,
Звеня озорными ручьями,
Он музыкой вводит в экстаз!
Уходят из сердца печали,
Тревожные думы не злят,
Сияют жемчужные дали,
Волнуя восторженный взгляд!
На свете много удивительных историй,
Но рассказать хочу всего одну!
Историю, в которой много горя,
Как ангел навсегда влюбился в тьму…
* * * * * * *
Осенний вечер. Девушка на крыше…
(Она прекрасным ангелом была!),
Вдруг… столб огня! Он поднимался выше, выше,
В нём демона увидела она.
Он сел с ней рядом:
-Ну привет, святоша!
Меня прислали, чтоб тебя убить…
Я думаю, ты в этом мне поможешь?!
Не будешь о пощаде ты просить.
Давно я за тобою наблюдаю!
Ты ангел и чертовски хороша!
Но долг свой дьявольский я точно знаю,
И в полночь, мне нужна твоя душа!"
Она взглянула прямо и без страха,
В глазища демона, что рядом с ней стоял…
Хватило лишь ресниц невинных взмаха,
Чтоб демон вдруг всё понял… он пропал!
…Она шагнула с крыши, прямо в бездну!
Он лишь с улыбкой в след ей посмотрел…
Но вдруг… в глазах его огни исчезли,
Расправив крылья, с крыши он слетел!
Схватив её, прижал к себе с безумством!
Всё изменилось… закипела кровь,
От этого не познанного чувства!
Он понял, что к нему пришла любовь…
Часами мог он ею любоваться,
Хотел быть с ней, тонуть в её глазах!
И с нежностью хотел к ней прикасаться…
Но… он же демон!!! Овладел им страх!
Когда она летит расправив крылья,
Серебряный с них осыпался дождь.
А он, могучим был! И очень сильным,
И для неё был демонически хорош!
Да! Оба знали- между ними бездна!
И быть им вместе, значит встретить смерть!
Но с чувствами ведь спорить бесполезно…
Они готовы были умереть!
Её он обнял!
…Небо содрогнулось!
Сверкнула молния и разразился гром!
Она лишилась крыльев… встрепенулась,
И кровь текла по ангелу ручьём…
Она беспомощно упала в его руки…
Он ей поклялся, что не бросит ни за что!
Но понимал, не избежать разлуки,
Хотя любовь не разлучит ни что!
Их ждало наказанье… той же ночью!
И до конца осталось несколько минут…
Они признались, что любили очень!
Сильней прижавшись, ждали… что умрут.
Вдруг… небо на две части разделилось,
Раздался голос, с неба и из-под земли:
«Вас ожидает смерть!» им говорилось,
И изменить хоть что-то, не могли.
-Люблю тебя мой ангел!
-Да!Я знаю! И умереть с тобой я лишь хочу!
-Да!Кажется тебя я понимаю…
Прижмись покрепче к моему плечу!
Со всей своею дьявольскою силой,
Он обхватил её и устремился ввысь…
Тут столб огня…
…и дух перехватило…
В огне сгорая, начал падать вниз.
Вдруг… молния с небес, ЕЁ пронзила!
И оба тела, превратились в прах…
…Лишь розы чёрные (она их так любила!)
Теперь растут повсюду, в тех местах…
Мне кажется что будущего нет,
Его стереть сумело безразличие,
И мне уже не важен так рассвет,
День или ночь — не нахожу отличия.
Просто вся в мыслях о большой любви,
И пусть все говорят, что зря конечно,
Но чувства есть и светлые мечты,
Но как же это всё бесчеловечно.
Ведь я люблю, готова я на всё,
Пусть если надо в пропасть к нему канну,
Но он молчит, не скажет ничего,
Мне остаётся писать лишь свою драму.
От настроя многое зависит,
Главное по совести и чести
Жизнь прожить… и правильные мысли,
Чтоб в них места не было для мести…
Сколько проживём — никто не знает,
Только Бог… лишь Он… и не иначе,
Пусть, живущий, жизнь воспринимает,
Как луч солнца временный, удачу…
От настроя многое зависит,
Возраст наш — не суть… мы это знаем,
Основное — берегите близких,
Их по глупости, порой, теряем…
Главное — по совести и чести
Жизнь прожить и радовать словами,
Чтоб в них места не было для мести,
Нам дружить, естественно, с мозгами
Всем необходимо — честь по чести…
Я слышу гогот унизительный
Со всех сторон
От активистов-обличитилей:
«Касьянов, вон»!
В нижегородский край заброшенный
Судьбой шальной
Он просвещал, с Парнаса сшедши к нам,
Как Аполлон.
Теперь, земляк, переосмысливай,
Зардясь стыдом,
Коль обошлись с «премьер-министром» так,
Что ждёт твой дом?
Спускаются тени на землю.
Дня нет. Серебрится луна.
Сквозь сумрак и дымку тумана
Мерцают окон огоньки.
Как часто задумчивый тихий
Брожу в эту пору весны,
Сиреневой тьмою укрытый,
Под трели любви соловья.
Текут мои думы свободно,
Как вешние воды реки.
Стихами, звенящими рифмой,
Слагаются в песню они.
Ах, эти чувства женские! Понять
Их разуму бывает невозможно:
На ровном месте сложности создать
Не стоит ничего… И осторожно
Должны друг к другу относиться мы…
А как же непонятны мы мужчинам!
Их зависают здравые умы,
Когда без дела, вроде, без причины
Надуем губки… Им же невдомёк,
Что мы такого в их словах находим,
Какой же надо выучить урок,
Когда идет всё по порядку, вроде.
Никто и в мыслях вовсе не держал
Задеть хоть чем-то тонкую натуру —
А в сердце заворочался кинжал…
И, думаю, а вдруг мы, правда — дуры?))))
Не дуры, нет… другие лишь… Но знать
И мы должны, что нужно осторожно
К мужчинам относиться, понимать,
Что жить без них и скучно нам, и сложно!
Со временем всё забывается
Не раз теорема доказана,
Но сердце опять порывается
Не слушаться голоса разума.
Со временем всё забывается,
Проходят обиды смертельные,
А раны, когда-то ужасные
Сейчас, лишь рубцы чуть заметные.
Со временем всё забывается,
Восходят и гибнут империи.
Да только лишь жизнь продолжается,
Ведомая волею вечности.
Cо временем всё забывается,
Уходят года, поколения,
И вот наша буйная молодость
Прошла мимолётным мгновением.
Со временем всё забывается
Не раз теорема доказана,
Но сердце опять порывается
Не слушает голоса разума!
Однажды насильник явился к Фортуне,
Горько жалуясь и негодуя.
— Ну, скажи мне на милость
Зачем ты растлил их?
К тому же, неслыханно! -
Трёх девок разом!
— Сама посуди, ведь утешились все.
— Ах, в этом причина?
Сошлись по любви?
Мужлан отвечает:
— Меня соблазнили…
БЕЗНАДЕЖНОСТЬ
Лишь только тот, кто плыл в бездонном море нежности,
Чьи сердце и душа в запекшейся крови,
Не может пережить явленье безнадежности —
Трагический финал истаявшей любви.