нам весело.
нам грустно.
нам никак.
вот ты стоишь — практически
сквозная.
и лучше не пытаться
не вникать,
не делать вид, что мы друг-друга
знаем.
вот мы друзья,
а вот — совсем
никто.
любовники, сожители —
всё мимо.
спираль даёт
ещё один
виток,
который превратится
в фотоснимок
оставленный за шкафом.
между тем
всё чаще забываются
кавычки,
вагоны,
книги,
свет и светотень,
а так же посиделки
в электричках —
где под ветровкой двести
коньяка,
где плеер, что поношен да
подержан.
и лучше не пытаться
не вникать
куда уходят те,
кого мы
держим.
При встрече рассказала мне соседка,
Что ей полтинник, но из мужиков
Прохода не дают лишь малолетки,
Хотя до Пугачёвой далеко.
Причина, как мне кажется, простая —
Меня тут озарило поутру:
Она душа добрейшая, считаю,
А все детишки тянутся к добру!
В груди… свернувшись в маленький комочек,
живёт тихонько нежная Душа.
От суеты, забившись в уголочек,
она плетёт из Веры кружева.
И каждый день, как Божье назиданье,
в трудах земных с заката до зари,
душа сидит с усердьем за вязаньем,
вплетая Веру в ниточку Любви.
Почему так прекрасно в сердце,
Словно оно никогда не изменится?
Почему так чудесно в детстве
И живется, и верится?
Почему в бесконечном Боге
Свято даже простое мгновение?
Может быть, потому что, в итоге,
В нем скрывается
Наше спасение…
вы видели, как зацветает вишня? — весенней ночью в дедовом саду,
где звезды умываются в пруду, ее листвы, как эхо, шепот слышен…
рукой колышет ветер небеса. впились в земное лоно крепко корни.
и вишни к небу тонкие ладони, протягивают, словно паруса…
вы видели, как редкая коса, в которой лишь зеленые листочки,
рождает белоснежные цветочки, внутри которых прячется роса?..
парное, полусонное тепло окутало туманом черноземы.
лениво утро подобралось к дому и постучалось камушком в стекло.
заборчик ветхий распахнул — входи! — со ржавым скрипом старую калитку.
съедает лист зеленая улитка, влюбленная в весенние дожди…
и не буди вишневый сад без спросу, звеня ведром в колодце ледяном.
пускай он спит своим вишневым сном: почти раздетый, деревенско-босый…
коснется солнце спящих глаз лучом — откроет вишня на рассвете веки…
а на дворе — дождя ночного реки стегают землю черную бичом!..
проснется вишня и зевнет лениво. ночь заберет остатки темноты.
посмотрит вишня: небо, как огниво, а в волосах — веночками цветы…
и встрепенутся ветви от затишья. прогонит сон прохладная роса…
вы видели, как зацветает вишня? у вас в саду — творятся чудеса…
…и блеснули мысли в темноте ночи…
у человека в жизни иного нет пути…
горькие, как слезы, сладкие как сахар…
пережить готов, как травник и знахарь…
упасть споткнуться, встать — из бездны бытия…
такая видно доля… и жизнь — твоя, моя…
/Вера Заварнова НежнаЯ/
1
Напрасно обо мне ты слёзы льёшь.
Я прошлый день. Тоски твоей не стою.
Прости меня за маленькую ложь!
Забудь меня! Оставь меня в покое!
Я частью был фантазии твоей,
Придуманным тобою персонажем,
Одним из тех безумных миражей,
Которые реальной жизни краше,
Которые так хочется принять
За сладкую всамделишную правду.
И я мечтал казаться им под стать —
Быть не собой, а принцем из баллады,
Твоей, увы, несбыточной мечтой,
Лирическим героем нереальным
И как актёр увлёкшийся игрой,
Забыл, что это было театральной,
Прекраснейшей из сыгранных ролей.
Я просто слишком сильно вжился в образ.
А в мире грёз твоих, твоих теней
Мне слышен был реальной жизни голос.
Прости меня! Не смог, не устоял,
Не доиграл своей красивой роли.
А настоящий я — не идеал,
Но лишь ещё одна причина боли.
2
Я оставил тебе только память
О тоскливых и пасмурных днях
И о чувствах что могут лишь ранить
Словно битые стёкла звеня.
Я хотел быть галантным и нежным
Воплощеньем фантазий твоих
И любимым тобою конечно.
Мне казалось что нам на двоих
Хватит только одной бурной страсти,
Не любви, а заманчивых грёз.
В дивной сказке твоей важной частью
Быть пытался упорно, всерьёз.
Словно пламя меня привлекала
Та реальность, что ты создала.
В ней конечно я был идеалом,
Персонажем любовных баллад.
Но увы, есть реальность другая —
Серых будней холодный поток.
Я старался, как ты, жить играя,
Но плохой оказался игрок.
Оказалось что мне не по силам
Мир иллюзий твоих сохранить.
Не сумел стать тем самым, любимым,
С кем всю жизнь ты хотела прожить.
3
Я от тебя сейчас уйду.
Прости, принцесса!
Ты так похожа на звезду
С высот небесных,
На героиню из легенд
И на богиню
И на моих фантазий бред,
Но нет в помине
Того прекрасного меня —
Из сказки принца.
Я этот облик смог принять
Меняя лица.
Лишь притворился, но не стал
Твоим героем.
Прости, но я не идеал,
Я недостоин.
Не тот кто должен быть с тобой.
Я не романтик.
Актёр увлёкшийся игрой
Совсем не кстати.
Ты напоследок загляни
Под эту маску!
Такой как есть, я без брони
И смыты краски.
Под маской только пустота
С оттенком скуки.
Увы, не я твоя мечта.
Нас ждёт разлука.
4
Не плачь! Не горюй от разлуки.
Я не твой и не стану твоим.
Извини за надежды и муки!
Мне хотелось казаться другим.
Мне хотелось казаться героем
Из загадочных сказочных грёз.
И я сам себе верил порою
И считал будто это всерьёз.
Ты придумала образ красивый.
На себя я примерял его.
В жизнь твою словно в море с обрыва
Прыгнул смело, не зная того,
Что совсем не моя здесь стихия.
Я не выдержал этих штормов.
Есть на свете герои другие.
Мне не место в стране ярких снов.
5
Отпускаю тебя. Уходи!
Милый мой, ты мне больше не нужен.
Показалось на миг что светил
Мне твой образ в открытую душу.
Ну, а ты оказался как все —
Всё таким же холодным и серым.
Рвётся сердце на сотню частей.
Умирают надежда и вера.
Не осталось на свете мужчин.
Я шута принимала за принца.
Под завесой фальшивых личин
Умудрилось ничтожество скрыться.
Впрочем если ты вовсе никто —
Плод моих же безумных фантазий,
Лишь актёр и бездарный притом,
Как же ты в этот образ залазил?
Как ты смог стать героем на час,
Так что не было тени сомненья,
Что всё это не фарс на показ
И не часть моего сновиденья?
6
Я дала тебе свободу,
Разорвала чувства нить.
Ты теперь случайный кто-то
В жизнь зашедший погостить,
Проходивший просто мимо,
Влезший в форточку души.
Не для кражи. Для экстрима.
Без отмычек ловкой лжи.
Ты зашёл чтоб поиграться
Но неважный был игрок.
Получалось лишь казаться.
Только выиграть не мог.
Не способен жить ты чувством,
Плавать в омуте страстей.
У тебя же в сердце пусто.
Нет фантазий и идей.
Просто выучил сценарий
И сыграл чужую роль.
Позабыв что был бездарен,
Сам решил, что ты король,
Но как был остался пешкой.
Ну, а пешек всех в расход.
Всё! Проваливай! Не мешкай!
Я не плачу! Всё пройдёт.
7
Я придумаю тебя словно заново.
Будешь ты, мой милый мальчик, как новенький.
Ты не знаешь про свою участь главного.
Я мечтала об актёре дешёвеньком.
Раз все принцы то женаты, то замужем,
А герои дефицитны и дороги,
Для души моей пушисто оранжевой
Я создала яркий образ готовенький.
Всё что было до сих пор — репетиция.
Роль сложна была и ты быстро выдохся.
Доведу же я её до кондиции
И внесу в сценарий свой твои минусы.
Убирайся с глаз долой! До свидания.
Отдохнуть тебе даю аж до пятницы.
Только помни и готовься заранее!
Эта роль тебе уж точно понравится.
Станешь ты теперь не принцем, а монстриком
Не из доброй сказки, а из ужастика.
А охотится ты будешь за тортиком,
Но окажется что тортик из пластика.
А потом я появлюсь как спасение
С самодельным пирогом и печением.
Суть всё та же. Я сменила значения.
Роль твоя теперь смешнее и менее.
Буду я в своём романе за главную.
Ты же будешь мне лишь только подыгрывать.
Это я то сумасбродка и странная?
Да пошёл бы ты… домой репетировать!
Тихий выдох мысли
Тонкий взгляд в рассвет
На звенящей ниточке
Вечности секрет
Паутинка памяти — тонкая былинка
У тепла ладони нету слова «нет».
Вилата Вознесенская.
Цвет с черёмухи осыпается.
Что ж так рано ты отцвела?
Майским вечером сердце мается.
Где ж ты, молодость, что была?
Не кукуй кукушка за речкою!
Я не стану считать года.
Ведь не спрячешься и за печкою
От судьбы своей никуда.
Белым кружевом в травы падает
Цвет черёмухи невесом.
Свежесть нежная тешит, радует,
Словно сказочный, дивный сон.
И, как в юности, мнится, чудится,
Что путь жизненный всё длинней.
Пусть не всё дорогое сбудется
На закате весёлых дней.
Пусть душа от забот не старится,
И средь бед остаётся светла.
И о прожитом не печалится,
Зря ведь молодость не прошла!
1996 г.
Когда фашистские бандиты
Взорвали тишину полей,
Вы грудью встали на защиту
Священной Родины своей.
Успех и горечь — все отведав
На этой огненной стезе,
Четыре года шли к победе,
Теряя близких и друзей.
Ваш героизм, вашу отвагу
Мир оценил, запомнил враг,
И над поверженным Рейхстагом
Взметнулся гордо алый флаг.
Весною к нам приходят грозы
Дождей земля, и люди ждут,
Не сок березовый, а слезы
С апреля по стволам текут.
С цветами снова к обелиску
Мы в этот светлый день пришли,
Фронтовики, поклон вам низкий
До самой матушки земли.
Однажды, покачнувшись на краю
всего, что есть, я ощутила в теле
присутствие непоправимой тени,
куда-то прочь теснившей жизнь мою.
Никто не знал, лишь белая тетрадь
заметила, что я задула свечи,
зажженные для сотворенья речи, —
без них я не желала умирать.
Так мучилась! Так близко подошла
к скончанью мук! Не молвила ни слова.
А это просто возраста иного
искала неокрепшая душа.
Я стала жить и долго проживу.
Но с той поры я мукою земною
зову лишь то, что не воспето мною,
всё прочее — блаженством я зову.
Ах, эти майские дожди!!!
Что наполняют землю влагой…
Зальют души моей костры
И станут для меня пощадой.
Греми гроза, лей веселей!!!
Не пожалей чистой водицы…
Мы поспешим домой быстрей,
Чтоб у окошка насладиться.
Ах, эти майские дожди!!!
Как вы смелы и так внезапны…
Двор опустел от детворы,
Только сверкали у них пятки.
Любимый, я плачу. Я вдруг осознала,
Как жизнь быстротечна. И времени мало.
Ах, Боже! Мой Боже. Куда мы бежали?!
За призрачным счастьем. Спешили, страдали.
И грезилось нам, и мелькалось вдали.
И мы все бежали по грязи, в пыли.
А счастье за нами так долго бежало.
Кричало и падало, не отставало.
Вот и до финиша мы добежали.
Любимый, ты плачешь. Мы оба устали.
Давай отдохнем, отдышаться нам надо.
Назад оглянулись. А счастье то рядом!
Когда душа устанет ждать весны,
Услышав в песне чьей — то нотку фальши,
Я отдыхаю в храме тишины
От суеты и праздности подальше.
Я ухожу подальше от людей,
Чтобы опять, заглядывая в бездну,
Поверить самой дерзкой из идей
О том, что время может вдруг исчезнуть.
У времени нет собственных часов
Лишь только блики вечности — мгновенья.
Я запираю сердце на засов
И погружаюсь в озеро забвенья.
Кладу земные страсти на весы
И нежность к Богу — чувство неземное,
И растворяюсь в капельке росы,
Предощущая бытиё иное.
Всю войну прошёл солдат бывалый,
Пыль глотая фронтовых дорог.
Боль и холод, ужас — всё бывало.
Как уж выжил? Видно Бог помог.
Страшный бой тот как сквозь сон он помнит:
Танки, наступавшие стеной,
Кровь и грязь смешавшиеся в комья,
Грохот взрывов и снарядов вой.
Вынес друга он из-под обстрела,
Рядом с ним упав в кровавый снег.
И земля, и небо — всё горело,
Всё смешалось в бешеном огне.
Яростно стрелял и оглушённо,
Отбивался, делал всё, что мог,
долго, до последнего патрона
и до боли, расколовшей мозг.
.. . В госпитале, в стонущей палате
Он узнал, что сломлена война,
Что вчера представлены к награде —
оба лучших друга - к орденам.
Отгремели дни войны проклятой.
Друг погиб. Солдат остался жив.
И хранил два ордена он свято,
Рядышком в коробку положив.
начищал их, охранял от пыли,
Любовался, вспоминая дни —
Горькие, счастливые, — ведь были,
Оба с другом, молоды они.
Он не думал, что наживы ради,
Чтоб за деньги грязные продать,
Боевые, кровные награды
захотят бандиты отобрать.
Ведь за них когда-то воевал он.
За детей, за внуков бил врага,
А они ворвались чёрным шквалом,
В масках и с обрезами в руках.
Негодяи.. . Им лишь боги судьи.
Это был его последний бой.
И упал на ордена он грудью,
Словно друга заслонив собой.