Мне не впервой бродить в вечерний час
По улице холодной и печальной,
Когда луны сияющий анфас
За облачной фатой укрылся тайно.
Спешат испуганно прохожие домой
Скрываясь в тёплых комнатах от ветра.
Их прогоняет ливень ледяной.
Они бегут к искусственному свету.
А я хожу по улице один.
Гуляю под дождём без всякой цели.
Любуюсь грустной прелестью картин,
Не веря, что всё это в самом деле,
Что может быть такая красота,
Что может быть стихия так прекрасна.
Все разбежались. Улица пуста.
Под крышами попрятались напрасно.
Мерцает мягким светом водопад.
Звенит поток прохладных крупных капель.
А ветер подвывает невпопад
И с ветками устроил танец сабель.
А дикий новорожденный ручей
Уносит листья в сторону канавы.
И он ничей и я уже ничей.
На нас совсем не действуют уставы,
Реальности обыденной земной.
Мы миражи рождённые стихией.
Я растворюсь в потоке ледяном
И потеку как капли дождевые.
Мы вместе испаримся поутру
Под яркими горячими лучами.
Развеемся туманом на ветру
И станем лёгкими седыми облаками.
Но это будет позже, а пока
Я призраком по улице гуляю.
Здесь каждый миг растянут на века
И не похож пейзаж на кадры рая.
Он холоден и мрачен, но красив.
В нём необычно всё и нереально:
И грустный красок тихий перелив
И капель дробь и ветра вой печальный.
Нет чётких линий, множество теней.
Все контуры загадочно неясны.
Приходит ночь. Я растворяюсь в ней.
Спасибо, вечер. Это было классно.
Я не алкаш, не лодырь, не сводник
И не альфонс, не дамский угодник.
Не был замечен в угаре дебошей,
Для всех я тихоня, парень хороший.
Я против наркотиков и деградации,
Борюсь за здоровье, традиции нации!
Волонтёр, патриот, человек-альтруист,
К тому же ещё — бывший самбист.
Работаю Я городским участковым,
Чтобы жилось по законам суровым.
Но понял процесс и усвоил уроки —
Система гниёт, её точат пороки.
Недавно попался сын прокурора,
Обкуренный в хлам, стоит у забора.
Достал пистолет и начал стрелять,
Дубинкой пришлось его усмирять.
Он же, на нас написал заявление —
«Менты» озверели, опять избиение.
Дело замято, от начальства укор,
А как вы хотели — отец прокурор!
А вот еще случай, бабуля звонит —
Где-то час ночи, полдома не спит.
Сотрясаются стены, колонки ревут,
Ребята смеются, танцуют, поют.
На столе алкоголь, конопля, кокаин,
Скачет хозяин, как самец-бабуин.
Чья эта «дурь», объяснять не хотел,
Потому, с вечеринки поехал в отдел.
Через час появился седой адвокат —
Друг его мамы, а мать — депутат.
Что-то в конверте полковнику дал.
Открылась решетка, «бабуин» ускакал.
Правда, живёшь, как среди обезьян —
Сверкает опять Мара Багдасарян.
Водить ей нельзя, потому, что больна.
На решенье Суда наплевала она.
Нельзя находиться в системе гнилой
И не гнить самому, не давая ей бой.
Но если вне «правил» станешь играть —
Система «ошибки» привыкла стирать.
Для того, чтобы в корне её изменить,
Несколько сотен придётся убить —
Кто взятки берёт, готов «крышевать»,
За деньги привык на законы плевать.
Жесткие меры и сильный порядок!
Иначе нас ждёт социальный упадок.
Достаёт понемногу такой беспредел —
Есть метод отличный, зовётся Расстрел!
(05.04.18)
стихи у него — бред.
желанья его — чушь.
ума у него нет
и тормоз ему чужд.
увидишь его — жми
сильнее ногой газ.
он верит в любовь-миф.
и в этом есть весь сказ.
он сон превратит в быль,
горы перевернёт,
сомненья сотрёт в пыль.
проблемы ему — спорт.
бездонен его взгляд.
блеск глаз, как огонь звёзд.
ему даже чёрт — брат,
что рушит к нему мост.
в крови у него — пыл,
чувства же — через край.
он и среди могил
выживет. так и знай.
реальность ему — миф.
бой с тенью — его спорт.
сила его любви
горы перевернёт.
надежда — его крест.
весь мир для него мал …
… стихи же его — бред.
он это всегда знал …
весенний ангел будит ото сна
всё млеющее после зимней спячки
щекочет усики ленивого сверчка
играет в окнах солнечными зайчиками
торопит с юга белых лебедей
тихонько первоцветы пробуждает
пересекает невзначай пути людей
и огоньки в сердцах их зажигает
кораблики пускает по ручьям
из клетчатых листов бумаги
куплеты сочиняет соловьям
сплетая ноты с тонкой магией
веснушки рассыпает по носам
рифмует льдинки зимней прозы
моменты вдохновения дарит нам
и теплых дней приятные прогнозы
…сначала майский дождь
размыл мне все пути.
потом снег повалил
и скрыл к тебе дорогу.
все думали к тебе
я не смогу дойти.
а я по непогоде,
предчувствую тревогу.
…что у тебя всё там
не гладко и непросто.
что судят жизнь твою
не ТУ — по нормам ГОСТа.
забыли, что у каждого
в глазу своё бревно.
жизнь поимеет всех.
всех. всех. до одного.
…вдруг отблеск маяка.
ты здесь. подал сигнал.
рассеял облака,
свет. среди острых скал
в котором тихо ждёшь,
тая свои мечты.
чтоб вместе нам с тобой
уплыть.
отдав концы
В истинном золоте блеска нет;
Не каждый странник забыт;
Не каждый слабеет под гнетом лет —
Корни земля хранит
Зола обратится огнем опять,
В сумраке луч сверкнет,
Клинок вернется на рукоять,
Корону Король обретет!
Есть горячее солнце, наивные дети,
Драгоценная радость мелодий и книг.
Если нет — то ведь были, ведь были на свете
И Бетховен, и Пушкин, и Гейне, и Григ…
Есть незримое творчество в каждом мгновенье —
В умном слове, в улыбке, в сиянии глаз.
Будь творцом! Созидай золотые мгновенья.
В каждом дне есть раздумье и пряный экстаз…
Бесконечно позорно в припадке печали
Добровольно исчезнуть, как тень на стекле.
Разве Новые Встречи уже отсияли?
Разве только собаки живут на земле?
Если сам я угрюм, как голландская сажа
(Улыбнись, улыбнись на сравненье моё!),
Этот чёрный румянец — налёт от дренажа,
Это Муза меня подняла на копьё.
Подожди! Я сживусь со своим новосельем —
Как весенний скворец запою на копье!
Оглушу твои уши цыганским весельем!
Дай лишь срок разобраться в проклятом тряпье.
Оставайся! Так мало здесь чутких и честных…
Оставайся! Лишь в них оправданье земли.
Адресов я не знаю — ищи неизвестных,
Как и ты, неподвижно лежащих в пыли.
Если лучшие будут бросаться в пролёты,
Скиснет мир от бескрылых гиен и тупиц!
Полюби безотчётную радость полёта…
Разверни свою душу до полных границ.
Будь женой или мужем, сестрой или братом,
Акушеркой, художником, нянькой, врачом,
Отдавай — и, дрожа, не тянись за возвратом.
Все сердца открываются этим ключом.
Есть ещё острова одиночества мысли.
Будь умён и не бойся на них отдыхать.
Там обрывы над тёмной водою нависли —
Можешь думать… и камешки в воду бросать…
А вопросы… Вопросы не знают ответа —
Налетят, разожгут и умчатся, как корь.
Соломон нам оставил два мудрых совета:
Убегай от тоски и с глупцами не спорь.
Как это не ново… Есенина «Хулиган » …забытое слово… только сколько в сердце оставил ты ран… когда жабу с розой венчал… И всё же… в красноречие попадают капкан… в любви оно вечный причал… когда чувства от него как вулкан… да и ты веришь в этот обман… потерялись они… поверили…Эдемским садам… что она Ева, а он Адам… отдались порокам… там где страсть белым ядом… сочится надкушенным яблоком… по их губам… только рай станет не домом… а многолетним адом… со змеиным «оскалом »
..
На полярных морях и на южных,
По изгибам зелёных зыбей,
Меж базальтовых скал и жемчужных
Шелестят паруса кораблей.
Быстрокрылых ведут капитаны,
Открыватели новых земель,
Для кого не страшны ураганы,
Кто изведал мальстрёмы и мель,
Чья не пылью затерянных хартий, —
Солью моря пропитана грудь,
Кто иглой на разорванной карте
Отмечает свой дерзостный путь
И, взойдя на трепещущий мостик,
Вспоминает покинутый порт,
Отряхая ударами трости
Клочья пены с высоких ботфорт,
Или, бунт на борту обнаружив,
Из-за пояса рвёт пистолет,
Так что сыпется золото с кружев,
С розоватых брабантских манжет.
Пусть безумствует море и хлещет,
Гребни волн поднялись в небеса,
Ни один пред грозой не трепещет,
Ни один не свернёт паруса.
Разве трусам даны эти руки,
Этот острый, уверенный взгляд
Что умеет на вражьи фелуки
Неожиданно бросить фрегат,
Меткой пулей, острогой железной
Настигать исполинских китов
И приметить в ночи многозвездной
Охранительный свет маяков?
Ты мой личный кусочек рая…
Я тянусь к тебе, замирая,
Никогда не быть нам вдвоем —
Расстояние тут нипричем
Ты мой личный оазис рая…
Жизнь свою по частям собирая —
Никому о тебе не скажу,
И в стихах о любви промолчу…
Ты мой личный осколок рая…
Всё, что было, перебирая,
Не встречала такого, как ты —
И летят за тобою мечты…
автор Людмила Купаева
В поисках счастья, работы, гражданства
странный обычай
в России возник:
детям
у нас надоело рождаться, —
верят, что мы проживём
и без них.
Дымной шалью весна поплыла,
Поплыла в одеянии белом,
А печаль, что к душе приросла,
Лепестками цветов облетела.
Вдруг исчезли тревожные дни,
Позабылась навеки усталость,
Что гасила глаза, как огни
И как-будто привычной казалась.
Так приятно влюбиться порой,
Обнаружив, что все-таки были
За твоей огрубевшей спиной
Еще тонкие нежные крылья!
Ведь она, как весна за окном —
Каждый день своей поступью мимо
Проплывает легко так и мило,
И не ведая даже о том,
Что мне крылья любви подарила.
А знаешь, в жизни всякое случается,
Я на твоем бы месте не страдал.
Не все ведь, что красиво начинается,
Имеет ослепительный финал.
Не нужно тяготиться грустью серою,
Брось тосковать по моему плечу.
Ведь я тебя счастливою не сделаю,
Ну, а несчастной — делать не хочу.
Зачем же ты ко мне так сильно тянешься?
Забудь навек и просто отойди.
Не ты ведь мне так беззаветно нравишься,
Не ты цветешь в пылающей груди.
Ты просто отрекись от счастья мнимого.
С тобой ведь мы не будем никогда.
Я так решил. А с выбором любимого
Считаться должен любящий всегда!
О, сколь разнообразно ты, кино,
ведь есть в тебе и Коппола, и Аллен…
Но есть кино попроще. И оно
имеет место в интерьере спален.
У этих фильмов маленький бюджет
(и тот, считай, притянут на аркане).
Их режиссер не покупает jet,
по красному ковру не ходит в Канне.
Нет, тема их — не ложь, не страсть, не месть,
в них прямота плохого анекдота…
Но, право, в этих фильмах что-то есть.
И кто-то есть. Чтоб кто-то делал что-то.
К постельным подготовившись трудам
и голос эротичный не возвыся,
«Поверьте мне, я спуску вам не дам!» —
шепнул порноактёр порноактрисе.
И пусть героя чуть натужен пыл,
но, критикан, оставь его в покое:
все два часа он слову верен был,
чем защитил достоинство.
Мужское.
На зрительском оставшись берегу,
я б сообщил и письменно, и устно:
«Подумаешь, я тоже так смогу!» —
но не смогу.
Искусство есть искусство.
Мой друг ушёл, а я не верю
И номер в трубке не стираю…
Он жив во мне!.. Я в это верю
И снова номер набираю…
А вдруг ответит друг старинный
Слегка охрипший от простуды,
И разговор польётся длинный
Про путь тернистый наш и трудный…
О голубях его чубатых,
Что мы водили с ним когда-то…
О детстве нашем небогатом,
Об озорных, лихих ребятах…
И как же так, что кто-то есть,
Домой берёт себе билет…
Он родом сам из этих мест
И только друга рядом нет…