К отношенью моё почтение,
В нём сакральные смыслы сокрыты,
И корыто станет бесценным,
И покажется рай разбитым.
Расцелованный в лоб рассветом,
Молча сможет нам песню спеть,
Несгораемое и нетленное
Вмиг тяжёлый сможет сгореть.
Отношение — это сила
Приведёт нас к дружбе, к вражде,
Как угодно., лишь бы платило,
Лишь бы было в твоей голове…
Когда ты возвращаешься домой, когда ты возвращаешься домой, когда ты возвращаешься домой — мы будем ждать, мы вымоем посуду, мы чистое наденем и цветы, сиреневые-желтые цветы, которые ты любишь, любишь, ты ведь любишь нас? А за любовь не судят. Сама подумай — разве хорошо, когда искал везде и не нашёл, когда квартира — каменный мешок, и мы на дне болтаемся стихами. Ты приходи, ищи и доставай, ругай кота, сгоняя со стола, и чайник ставь, и говори слова — без слов, ты знаешь, нежность затихает. Как будто был здоров и занемог, как будто мир вокруг — глухонемой, когда ты возвращаешься домой? Где шаг, и смех, и голос твой знакомый? Мы будем ждать, мы наведём уют и музыку любимую твою.
Нам эти расстояния дают, как памятку, что было по-другому.
Ублажая простор и слух
Только правду скажу одну —
В этой женщине русский дух,
Сила русская, русский ум.
Русский свет, широту и высь
Не объять. Не прочесть за жизнь
Тот вселенский исконный смысл
Миражей дорогой глуши.
…
Кто не шепчет с утра — люблю,
Кто не дарит цветы без дат,
Кто не видит за ней зарю,
Кто оставил у сердца брак.
Кто обидит её со зла,
Кто печалям её отдаст,
Кто изменит ответ зеркал,
Кто обманет, потом предаст.
Тот, не русский, нет-нет, дурак,
Так угодный самим богам.
В том ума на один пятак,
В том нутро, распростой стакан.
…
Расскажу, не тая восторг:
В этой женщине соль веков
И судьба золотых полей,
И печати земных грехов,
И ключи от ночей и дней.
…
Бьет-струится родник, восстав,
Бесконечно рождая мысль —
К ней до смерти пришла весна,
Лето, осень, зима… и сны.
…
В этой женщине Русь-душа.
В целом мире она одна,
Без конца суетясь-греша,
За любимым и в рай и в ад.
К тебе однажды приеду ночью
И скажу: «Больше так не могу,
Я утомилась от всех многоточий,
Не хватает твоих ласковых губ!»
Промолвлю: «Я устала от разлуки,
Ты — свет, а без тебя лишь тьма.
Я обожаю твои мужские руки
И голос твой свёл меня с ума!»
Ещё скажу: «Без тебя разрушится
Мой мир, и вместе с миром — я.
Хочу тебя слушать и слушаться,
Ведь давно твоею стала вся!»
Признаюсь: «Я тебя всегда люблю,
Лишь рядом с тобою всё гармонично.
Тобой дышу, тебя боготворю
И это чувство безгранично!»
Монолог превратится в беседу,
Мы зажжём искренности свечу…
А, может быть, я опять не приеду
И снова про всё это промолчу…
Copyright: Гасникова Ирина Александровна, 2018
Свидетельство о публикации 118051206918
Не бейся зря, когда начнешь летать,
С ума сходить — ума немного надо,
Разумней — на краю себя сдержать
И одолеть, не падая, преграду.
Не лезь в огонь, доказывая чушь,
В золу не «чушь» — судьба твоя свернется,
Слабак — кто на подначки поддается,
А раз ты сильный, то своё не рушь.
Не ной — ослабнешь… лучше разозлись,
Не на других — себя возьми за шкирку,
И ничего не делай под копирку,
Тебе не подойдет чужая жизнь,
Свой дом построй, пусть будет не богат,
Но станет самым он родным на свете…
Вот так бы я своим сказала детям,
Когда бы время повернуть назад.
Сейчас уж поздно, выросли они…
Но, видно, что-то я и говорила,
Раз всё же есть и разум в них, и сила…
Храни Господь их от беды, храни!
Куда ни глянешь — красота:
У неба — синь и высота,
У поля — радостный размах,
У ветки — листик первый, ах!
У чайки — легкое крыло,
Что под лучом белым-бело.
У птахи — песня хороша,
В ней так и плещется душа.
У печки — трепетный огонь,
Но он кусается — не тронь.
А дом, в котором мы живем,
Намытым хвастает окном.
И даже в луже — чудеса,
Своя в ней завелась краса,
Лягушке по сердцу пришлась
Её волнительная грязь.
Всё это вместе — у меня,
От неба с лужей до огня,
Который в печке ворошу,
И под него стихи пишу.
И для того есть свой резон:
Открыли дачный мы сезон,
Где воля, воздух, ширь и свет,
И где для скуки места нет!)
Когда-то нас пугала эта дата!
Казалось-все! Рубеж!
И пенсия далековата.
И все успеешь…
Успели лишь родиться и родить.
Успели лишь учиться и учить…
Был пройден ЗАГС. И подрастают внуки!
И все верны любимые науки.
Трудней с футболом, с Маной…
А рыбалка!
Она по-прежнему тебя цепляет?
С головой?
А время в сутках?
Его тоже мало?
Тогда садись за стол.
И громко пой!
Когда ты, Александр, поешь —
себя и жизнь ты лучше узнаешь!
Тебя я поздравляю с юбилеем!
Не каждый день, поверь мне 60!
Ну будь здоров и счастлив!
Остальное
пусть выразит твой умный и смелый взгляд!
По жизни береги своих друзей!
Пусть много впереди счастливых дней!
Уткнуться носом в твоё плечо:
Твой запах снова меня дурманит.
В груди так трепетно и горячо,
И поцелуями губы манят.
Прижаться, крепко тебя обнять,
По волосам проводить рукой.
Я этот миг не хочу терять,
Хочу дышать в этот миг тобой.
И укачав меня, словно дочь,
В своих руках меня держишь нежно.
И все дурное уходит прочь,
И на пол падает вся одежда.
Самым-самым крепким виски
Заливаю память о тебе.
Заливаю все мечты и мысли,
Чтобы не встречать тебя во сне.
Заливаю встречами шальными,
Раздавая нежность по частям.
Забываю я тебя с другими,
Разрывая душу свою в хлам.
Самым-самым жарким поцелуям
Подставляю губы, не боясь…
Так и ты сейчас целуй другую,
Моё сердце втаптывая в грязь
Ты уйдёшь, на губах оставляя лишь горький вкус никотина.
Мои вещи разбросаны, а помятая простынь прекрасна сейчас как картина.
Я с бокалом вина обнажённая сяду на подоконник,
Провожая тебя. Тихий стон мой в бокале янтарном бесследно утонет…
Пробуждений .от.мгновенного сна… В прошлой жизни, где не было тебя. В настоящем .не надо много слов… и моих точек)) и моих стихов?
Отлили идола… Опять, увы, для поклоненья…
А он не идол… Человеком, был, живой —
И не один погиб, а с экипажем, вместе,
А экипаж забыли, он зарос травой,
Зарос он страшной трын-травой забвенья,
И безразличья к горю вдов и матерей,
«Даёшь Героя! Его имя — на знамёна!»
А как всё было, там, тогда, пойди, проверь…
Вот, говорят теперь, что имена совсем другие
Нашли в том месте… дальше ж, снова — тишина,
А нам твердят о славе, подвиге и чести,
Что будут вечно помнить… И, посмертно, ордена…
Но я средь всех имен одно лишь слышу,
Пора, тебе, прозреть, моя страна,
Открой же дверцу потайную в нише памяти
И назови нам всех героев настоящих имена…
Дыхание в груди остановилось,
Ладошки взмокли от испуга,
Забыла про молитвы, не молилась,
Придётся задушить супруга…
— Молилась ли ты, на ночь, дорогая?!
— Конечно, милый, помолясь, ждала!
И тихим голосом к себе располагая,
За шею мужа крепко обняла…
И придушила… Теперь не надобно
молиться на ночь, не надо с дрожью
засыпать, теперь свободою богата,
свободно будет жить, летать…
А нежный май, горит огнем жестоким
Он полыхает, злости не тая.
Рассвет, в малиновом саду сверкает
И гаснут фонари у алтаря.
А звезды тухнут быстро по утру
Не думаю о грусти, о печали.
Ведь возвращаются в густую темноту
Немыслимой мелодией сверкали.
Та темнота в огне сгорает пылком
Горит так громко, эмоций не тая.
Малиновый рассвет, в саду забвенном
Вновь зажигают фонари у алтаря.
Гляжу во тьму из-за плеча,
Ночь чёрным вороном,
Горит в подсвечнике свеча
По обе стороны.
Трещат, сгорая, фитильки,
И дышат шорохи,
Огней порхают мотыльки,
На стенах всполохи.
Луны фарфоровый овал,
Как гость не прошенный,
Тень в отражении зеркал
Колодой брошенной!
,
Король крестовый на столе
Смеётся, кажется,
И дама пик в липучей мгле
Глядит, куражится!
Судьбы крутые виражи,
Твоё предательство,
Былых мгновений миражи,
Как издевательство!
От безнадёжности мечты
Кричит сознание,
Твои упрямые черты,
Как предсказание!
Туманный отблеск от свечей,
Карт откровения…
Сегодня мой ты или чей?
Развей сомнения!
В проёме тёмного окна
Звезда икринкою,
Бокал душистого вина
Запью слезинкою!