Утро за окном просится войти
В чувство приводить будет
Сбился что-то я с верного пути
Пусть меня рассвет судит
В голове беда, разгулялся хмель
Давит на моё эго
Душ ему найти — это самоцель
(Лучше бы сугроб снега)
Первые шаги, покачнулся мир
Горизонт в глазах скачет
В мыслях на полу прочерчу пунктир
Чтобы не упасть значит
Где-то там рассол (то святой грааль)
Холодильник мой прячет
Доберусь — хлебну, разгоню печаль
А не то душа плачет
Украина, г. Николаев, 26 мая 2018 г.
Когда звучит мелодия души,
Не заглушай волнующие звуки,
А лучше сядь и нотки запиши,
Ведь так прекрасны творческие муки!
Когда приходит в жизнь твою любовь,
Не закрывай все чувства на замочек,
Ведь это значит — сердце бьётся вновь,
И будет много новых нежных строчек!
Когда мечта зовёт в далёкий путь,
Ты не страшись препятствий на дороге,
Но взять друзей с собой не позабудь
И победишь все трудности в итоге!
Когда встречаешь утренний рассвет,
Будь благодарным Господу за радость:
Ходить, дышать и видеть солнца свет —
Большое счастье, а совсем не малость!
Нарисует моя рука
Типе карту неизвестного цайта
летаешь ты в Аэроплан
Туда к Бурану в сердце омут !
Сразившись с Синей Бородой
Поднимеш флягу рома
Одна непобедима
Раскатишься ты громом
А я блесну грозою…
Совсем не тот, кем был ещё вчера,
Пожалуй, и не тот, кем стану завтра.
Хоть новый день и начинается с утра
Закончится и он — и в этом правда.
Ещё она и в том, что невозможно
Никак неизменившимся остаться.
Хотя всё очень зыбко, ненадёжно,
Но перемен не следует бояться.
Толкает сердце кровь по венам
И тянет нас порою к пьянству.
Всегда жизнь склонна к переменам,
А смерть лишь только к постоянству.
Вот замигала путеводная звезда
И на пороге уж с косой старуха.
Но помнить надо истину всегда:
Всё суета сует, томленье духа.
Но прожита жизнь не напрасно:
Есть у меня и дом, и дерево и сын.
На самом деле, это же прекрасно —
Оставить след на память всем живым.
Все пройдет, как неясный на год прогноз,
Как прибой и отлив, как скала и глади.
Все бывает: но знать надо цену слез
И расти в высоту, на аврал не глядя.
Это кажется только, что сил уж нет,
Что добьет окружение, мир и взгляды.
Видишь, все еще в сердце не гаснет свет,
Значит, можно любить и смеяться надо!
Все настолько нелепо, до мелочей…
Все так просто, что даже смешно представить.
Твоя жизнь, словно связка больших ключей,
И лишь ты можешь в нужный замок их вставить.
«Свет сгоревшей звезды не умрет ни за что, никогда…»
Параллельности злы — не пускают к себе просто так.
Ты вначале реши — вдосталь в сердце ли божеских сил
Не любить, не грешить, не грустить среди смирных могил.
«В колыбелях резных бесконечность в облатке души…»
Знаю ценность слезы… Обезболить — захочется жить.
Пусть глядят свысока, прегрешений закупорив яд,
Не дано им пока — ни познать, ни понять, ни принять…
Нет, останусь внутри и проситься не стану, хоть режь.
Не смогу не любить, не смогу без грехов и надежд
Облекаться тщетОй, увлекаться течением слов…
Не умрет ни за что свет сгоревших бесчисленных солнц…
мой ангел кофе он мужского
но то что варишь ты оно
я никогда не пил такое
… но пью
Время надолго застыло.
Снова минуты донашивать.
Где тебя только носило —
Нет удовольствия, спрашивать.
Том двадцать третий, последний.
Длинный роман не кончается.
Нужен ли сердцу посредник?
Правилами исключается.
Сколько написано строчек,
Сколько тетрадей исписано.
Мы не доходим до точек,
Ни на бумаге, ни мысленно.
Резать, так сразу, немедля.
Дольше — больней, с осложнением.
Мы же встречаемся не для
Полюбоваться мгновением.
Мы же друг к другу с надеждой,
Что совпадём половинками.
Только теряемся между…
И разбиваемся льдинками.
Словно в немом кино,
Выплыл рассвет из ночи.
Снег за твоим окном
Таять никак не хочет…
Что ж у тебя зима
Длится? Так долго длится…
Словно сходя с ума,
Бьётся о стёкла птица.
Тише, шальная, стой!
Ты же с кольцом, чужая…
Но нарушает строй
Птица в привычной стае.
Ей бы к тебе лететь,
Крыльями небо мерить.
Только надёжна сеть,
Только закрыты двери.
И у тебя кольцо
Светит на безымянном…
Снег холодит крыльцо,
Путь укрывая санный.
Значит, весны не ждать,
В зиму ей не пробиться…
Что же стучит опять
В окна шальная птица?..
Бездонный омут синих глаз
И жадность рук…
И если я молюсь за нас,
То ты мне друг.
Плевать, что пальцы без колец.
Без обручальных…
Ты счастья моего кузнец
И чувств начальник.
Без штампов, золота и страз
Сорвался куш…
И если я молюсь за нас,
То ты мне муж
В прямом и в переносном смысле
/банальный слоган/
Не по закону, а по жизни
Муж перед Богом!
Не закрывайте окна в мае
В них залетают ангелы ночами
Они кружатся весело над нами
Уносят ангелы — ненужные печали…
Приносят сны, иных — зовут в полёт
Играют с кошками, танцуют с домовыми
И дарят всем бумажный самолёт
Считая равными, святыми и родными…
И раздавая в ночь — полсотни крыльев
Для Душ ничем не примечательных людей
Без устали — их осыпают звёздной пылью
В них видя Свет божественных идей!
Стучатся к нам — слепым и равнодушно спящим
Ища любую щёлочку для Света!
Они всё ищут, в нас — нас настоящих!
И вновь не ждут — смешных людских ответов…
Не закрывайте люди, Души —
В них прилетают ангелы ночами!
Приносят сны и учат сказки слушать,
И забирают лишние печали…
След ночного дождя на осиновых листьях.
В предрассветной тиши онемели кусты.
Никогда у меня даже не было в мыслях,
Что в весенние дни разведутся мосты.
В платье белом сирень и черёмуха в буйстве,
Но не радуюсь я этой нежной красе.
Как томится душа в этом тягостном чувстве
И купается сердце в холодной росе!
Отцветают сады… Так и мы отцветаем…
Но надеждой живу: виден свет впереди!
Ты придешь в тишине этим ласковым маем,
Поцелуешь меня и прижмёшься к груди…
Copyright: Александр Анатольевич Губенко, 2016
Свидетельство о публикации 116040504224
Нам это надо сохранить,
Свою любовь и уважение,
К тем людям, что в войне за нас,
Приняли тяготы лишений.
К тем Ветеранам, что в бою,
Своим бесстрашьем и отвагой,
Отдали жизнь, за пуд земли,
Своей земли, родной, отрадной.
Нам надо просто уважать,
Все побелевшие седины,
Ведь их осталось очень мало,
Всех переживших те годины.
Когда посмотришь на экран,
Где молодые неформалы,
Почти что с соской у лица,
Полощут грязью идеалы.
А наши Деды шли вперёд,
Чтоб защитить Страну Родную,
Чтобы такие сосунки,
Могли пожить, её милуя.
Нам нaдо свято сохранить,
Свою любовь и уваженье,
Ко всем, кто принял в той войне,
Всю муку, тяготы лишений.
В жизни часто случаются страшные штуки,
пострашнее Хичкока или Ардженто:
снова боинг разбился и шторм в Кентукки,
электричка собьет утром насмерть студента;
каждый пятый — убийца, третий — мученик, жертва;
пальцы сломаны, руки по локоть в крови,
в свистопляске бездушного серого спектра
моветон быть поэтом и щедрым в любви.
Нахлебалась уже «щей хозяйских», что вектор
траектории сбился и голос хрипит,
в горле ком, вместо солнца — совковый прожектор;
ссылка дальше Сибири, дешевый транзит;
в комбинации света и тени нет места,
я — запаянный в сферу застывший зенит:
Убивали. А толку? Пытали? Да с детства.
«Но, глядишь, если вспыхнет, так вовсе сгорит!..»
Не сгорю, не надейтесь. Плохая фиеста —
там, где мало быков и притуплен инстинкт;
к матадору ни жалость, ни страх неуместны,
и коррида с быками — всего лишь предыкт
к гармонической функции: из ареста
и последующей казни. Вот это финт —
протыкали иголками куклу из теста,
а она, посмотри, все еще говорит.
И «спасибо» не скажут живому оркестром,
не услышат иступленный дикий крик,
что свободней меня — шерпы льдов Эвереста,
что счастливей меня — только Бог уж старик,
и никто не залижет мне раны на сердце —
мир жесток, подл и грешен, мир до боли безлик,
но в душе моей будет смеяться младенец:
вы умрете, а я же останусь средь книг.
26 февраля 2018 года
Copyright: Маргарита Мендель, 2018
Свидетельство о публикации 118052301562
Есть люди, как нити, стальные крючки или спицы.
Есть люди -врачи, и, конечно же, люди-убийцы.
Есть люди, как счастье-о них ты всё время мечтаешь,
Но, вот наступило и, попросту, не замечаешь.
Есть люди-газеты, использовать по назначенью:
Для розжига печки, костра или просто скандала,
Практически, сразу использовать после прочтенья,
Таких типография «Время» верстает немало.
А есть рукописные, странные, мудрые люди:
В огне не горят, но храни нас от мрака их судеб.
И есть человеки, как звезды, вернее, на свете
Их нету давно, а они ещё светят и светят.
Есть люди, как птицы и им не сидится на месте,
Но, именно эти и пишут красивые песни.
Есть доноры-люди, готовые кровью делиться,
А есть люди-гнусы-всё ищут в кого бы им впиться.
Есть люди-замки, есть ключи и простые отмычки,
Зонты и дожди, лёд и пламя, тире и кавычки.
Как есть аксиомы и факты-есть предположенья…
Писать можно много, но
Нужно ли тут продолженье?
Задумка была создавать, чтоб плодились, по паре.
В теории мыслилось дело, по сути, благое.
Но так получилось, что вышло немного другое:
Одни получились, как люди, другие — как твари.