Любовь не имеет возраста,
Она состоит из нежности.
В чём главное её достоинство?
Друзья мои, в неизбежности!
Равнодушно стреляют часы
Истребляя слова многоточьем…
Стонут сумерки, тянут басы
В ожидании будущей ночи..
Суетится в углу тусклый свет
Но не гаснет рубин сигареты …
Я с тобой говорю о тебе
И все так же не слышу ответа…
Мне часы подпевают не в такт
И вода хрипло вторит из крана…
Время тихо сбегает в закат
Оставляя надежные шрамы.
Я бинтую слова тишиной
Я рифмую уснувшие окна
Где то там далеко, не со мной
Ты забудешь как мне одиноко…
Потухает кармином закат,
Губы шепчут знакомое имя.
-Убежать!..
Но куда мне бежать…
Между нами моря и пустыня…
Ты теперь от меня далеко
Самый близкий и самый желанный
Бьётся птицей в глухое стекло-
То ли весточка
То ли прощанье …
вот соберу я на скорую чемодан, взяв только пару книг, две-три майки, кроссы, фотоальбом, на веревочке талисман, путеводитель по улочкам разных стран —
сяду в любой автобус [небрит, начёсан] и прямым рейсом поеду, ну, скажем, в Рим. просто понюхать раз итальянский кофе или пройтись по бульварам — как медь литым. пусть даже дует ветер — и черт бы с ним.
будет узор на небе — цветы на штофе, будет разлит по лужам цветной бензин. ночью там будет шумно: вино и танцы, листья под цвет: коралл или же рубин. переживать же — не будет совсем причин — будут причины счастливо улыбаться.
выкрашу волосы, может, набью тату я на лодыжке или же на запястье… я изучу десятки других культур, я откажусь от долларов, от купюр, чтобы узнать, как выглядит все же счастье. переоденусь в костюмы других людей 50-х годов, например. чем не дело? я за неделю сыграю пятьсот ролей, спраздную бабушкин праздничный юбилей, съем килограмм черешни [увы, неспелой].
утром проснусь — и трогает шею свет. я буду рисовать акварелью сосны. а через месяц новый куплю билет, новый увижу день и закат, рассвет, новые зимы, осени или вёсны.
снова уеду поездом ли, авто… буду жить так, словно в фильмах и в киноленте. теплый накину шарф на свое пальто, рваные джинсы, свитер. никто. никто больше не скажет: «снимите! переоденьте!».
разные камешки я положу в карман, а на асфальте — бензинные те же
пятна.
воздух все так же свеж и немножко прян.
…вот соберу я однажды свой чемодан
и никогда, никогда
не вернусь
обратно.
то, что любишь, сама же и уничтожишь,
потому неверна расстановка сил.
и ты знаешь, что хочешь, но только всё же
никогда не осмелишься попросить.
тут из серии «будет, как фишка ляжет»,
потому что вокруг абсолютный треш.
выдыхай и — морские писать пейзажи,
выпекать круассаны, играть баррэ,
наполнять дом дурманом индийских специй,
не расценивать день как последний шанс.
твоё лето должно быть таким, как в детстве.
твоё лето — твоя душа.
и когда её что-нибудь да заденет,
избавляйся уверенно и легко.
то, что любишь, способно слабее сделать,
ну, а ты не из слабаков.
тем не менее, есть только этот голос,
вкус лишь этих улыбчиво-дерзких губ.
и ты знаешь, что вынесешь что угодно
за родное «я помогу».
Лето пряное! Рыжее лето!
С нежно-светлой каемкой небес.
И с рассветом в туман уходящим,
Как же долго ждала я чудес!
Земляничных полян ароматных,
Шелестящих от ветра берез!
Миражей вдаль безумно манящих
И грохочущих вечером гроз.
Васильково-ромашковой страсти,
Буйство теплых, безумных дождей.
Голосов птичьих тех , настоящих
И жужжащих над травами ос.
Солнце ласково греет мне плечи
И веснушек на коже не счесть.
Как же рада с тобой нашей встрече!
Лето рыжее, здравствуй, я здесь!
Погости, я прошу, чуть подольше,
Задержись у дрожащих рябин.
Мир вдохнет аромат твоей сказки
И на год попрощается с ним…
Copyright: Наталья Жукова-Бабина,
День рожденья, день варенья, день компота,
Без улыбок, лишь, слезинка на глазах,
Мы оставим на потом, с весельем, чашу,
А сегодня в благодарность, небесам
Вознесём молитву тихо и смиренно:
Ты за всё, что было, Господи, прости,
Отпусти по жизни времени нам столько,
Чтоб успели мы детей, своих, взрастить.
А, потом, порадоваться с внуками,
Солнышку и прочим чудесам,
Открывая мир прекрасный, этот, заново,
Словно, вместе с ними, родился…
День рожденья, день варенья, день компота,
Без улыбок, лишь, слезинка на глазах,
Разреши, хотя бы, пожелать здоровья,
И, попутного, всё ж. ветра, в паруса…
Хватает на бутыль и на еду,
но нету на оплату нежных дам,
и если я какую в долг найду,
то честно с первой пенсии отдам.
Я перестал тебе писать стихи,
Не будет больше посвящений.
Ты то, что есть, хотя бы сбереги…
В стихах так много откровений.
Я никому так много не писал.
От чувств моих горит бумага…
От безответности уже устал…
Такая у поэта сага.
Ну что добавить? Что мне написать?..
Слова мои тебя не тронут.
Мне сильно больно, горько осознать:
Любовь моя — гнетущий омут.
Тарас Тимошенко
*** *** *** *** *** *** ***
Я сегодня с тобою прощаюсь,
Не жалея совсем ни о чём.
Всё красиво у нас начиналось,
Только грустно нам стало вдвоём.
Ну, а если тоска разостлалась
В сердце тенью немилых картин,
Значит — где-то судьба просчиталась,
Нас слепив не из тех половин.
Чьё-то счастье видать заблудилось,
Подарив нам чужое тепло.
Только где же всё то, что не сбылось,
Но, что в вечности было моё?..
*** *** *** *** *** *** *** ***
Как дать мне объяснение тому,
Что ты не мой? И я, как видно, тоже
Лишь издали с мечтой твоею схожа.
И знать об этом надо ли кому?
Ты рисовал мне синие глаза,
Как часто у мечты они такие.
Да у меня они совсем другие,
Им цвет дала весенняя лоза.
И стоит ли нам тратить время зря,
Когда не стать нам ни на йоту ближе?
Ты тот закат, что страстно небо лижет,
А я всё та же робкая заря…
*** *** *** *** *** *** ***
Я бы вышла тебе навстречу,
Только встрече уже не бывать.
Ты не ждал бы, что я отвечу,
Стал бы просто меня целовать.
И сжигал бы румянец щёки.
И под натиском рук твоих,
Я шептала б тебе упрёки,
Ты ж губами гасил бы их.
Так неистово, жарко, жадно,
До безумия, до беды.
И метель, будь она неладна,
Заметала б мои следы.
Я бы вышла тебе навстречу,
Только встрече, увы, не быть.
Что ж я душу себе калечу,
Продолжая тебя любить?..
Женька, Женечка, Евгений Александрович,
День, сегодня, безусловно, только, твой,
От души, до глубины до самой дальней, сердца славного,
С днём рожденья поздравляю, мой родной…
Жизнь, с ухабами её, и перелесками,
Вдаль несётся, умудрись её догнать,
Ты скажи, родной, пожалуйста, родителям,
Сколь жива я буду, буду поминать,
Сына их, в своих молитвах ежедневных,
Чтобы спас, чтобы беду отворотил,
А грехи, невольные, беззлобные,
Если, можно, всё же, он, тебе, простил…
Потому, как с покон веку говорится,
Что лицом к лицу не видим мы лица,
Надо, хоть чуть-чуть, но, отдалиться,
Чтоб познать нам, человека, до конца,
Не оракул я - со стороны, виднее,
Что могу твоим родителям сказать,
Будь благословенна, наша Родина, Россия,
Коль, таких сынов смогла поднять!
А сегодня матч Россия — Фараоны,
Все желаем мы «России» победить,
Первый гол, как первый тост, традиционно,
В твою, Женька, честь, сегодня, им забить!
В чешуйчатой ровности строчных затей
То глупость,
То зависть,
То злость…
Уместится в душу и тяжесть плетей
И тут же зловония горсть!
Все сказано будто, казалось, забыть
Осталось и выбрать пути,
Где люди другие, где подлая прыть
Не роет для жизни мотив.
Набухло пространство молчанием и
Слова переплавились в суть…
Я выбрала сон без теней и обид,
Ты выбрал любимую муть.
Пусть дрогнет и фибрами сердце навзрыд
Забьется, что ж, радуйся — пей!
Стою, беззащитна, объятья раскрыв…,
Поэту прирученных змей.
Выжимают посредством педали,
Хлеб насущный России водители.
Надо жить, хоть и масло убрали —
Из Кремля им народные мстители.
утро с тобой… такое тёплое.
пальчики водят узор на груди.
— что написала тебе сегодня?
— дай угадаю… свои мечты.
— я осторожно. пишу одно слово.
сколько в нём букв? догадаешься? — пять!
— я осторожно пишу одно слово.
— имя моё… — ты умеешь читать.
— утро с тобою такое тёплое.
я прочитаю тебя сейчас всю…
и улыбается лето за окнами.
я так безумно тебя…
люблю