Лето — что за Чудо?! Все мы ждём его!
Это — солнце яркое и цветов полно!
Это — сказка лучшая для всей детворы!
И прогулка с милым с ночи до зари!
Это — грибной дождик с солнцем пополам!
Это — лучший отпуск, путь по всем морям!
Это — заготовки, ягоды, грибы… речка,
берег, лодка, целуют комары…
Шашлыки отличные, всюду трынь — трава
И клещи бессмертные, вьется мошкара!
Лица загорелые, дачников полно!
Лето — что за Чудо?! Дождались его!
Татьяна Мосягина
И СНОВА ПОБЕДА!!!
(19−06−2018г. г. Санкт-Петербург)
******************************************
С Победой Команду Футбольную,
«Катюша» всё громче, волною,
Мы славим Россию раздольную,
Довольны мы вашей игрою…
Болельщик обнять вас готов,
Здесь наше единство и братство,
Россия, Россия… — взмыл хор голосов
В нём сила и наше богатство…
--------------
Маргарита Стернина (ritass)
Читать без гневных интонаций (на позитиве).
Когда, однажды, нервная система
Запас последних клеток исчерпав.
Увянет словно в вазе хризантема.
Скажу любому: — Ты сейчас не прав!
Я сигану как чёрт из табакерки.
Со страшной рожей крикну: — Ха — Ха — Ха!
Послушай, жертва, пьяной окушерки
Не доводи без ну’жды до греха.
Живя в плену чужих идеологий,
На всё вокруг хреначишь гневный пост.
Прок не велик от гнусных демагогий,
Устал от жизни? — Велкам на погост.
Чего ты ноешь? Диссидент несчастный.
Вон как в Европах, а у нас — говно.
Пойми, придурок, там живётся классно,
Где нет ТЕБЯ и быть бы не должно.
А ноешь ты не потому, что плохо.
Не потому, что ты устал так жить.
А потому, что это доля — ЛОХа.
Да ты родился для того чтоб ныть.
Я не танцую под чужие песни.
Всегда сухим держу боезапас.
Пускай другие выбирают пепси,
А я люблю ядрёный, русский квас!
На «десятке» Боинг или ТУшка
Мчит на запад в небе голубом
А моя, подвяленная «тушка»
Загорает в грунт уткнувшись лбом.
Я лежу на пляже, грею кости
Там, где я, местечка лучше нет
А особы энные, от злости
Жрут свинину и бормочут бред.
И одна из всех на свете этом
Знает, где Фальшборта отыскать
Я хочу почтить её приветом
С той «глуши», где смел её ласкать
И даже маленький пустяк
В природе, он — не просто так,
И он для дела в ней родился
И прилепился, и прижился,
Чтоб малостью своей успеть
В нас нотку главную задеть,
Чтоб тренькала… Чтоб не скучала
Душа… Но каждый раз с начала
Строки я думаю, зачем
Мне пустяки, есть много тем
Таких глобальных, важных, тучных,
Но с ними откровенно скучно,
А мой красивый пустячок
Хоть мал, совсем не дурачок,
Бренчит себе и будит душу:
Остановись, взгляни, послушай!
Пусть незначителен, пусть тих,
Но жизнь… Жизнь соткана из них…
Я не умела — но пыталась,
Роняли — снова поднималась,
Рвалась на чуть мерцавший свет
Без устали… Дороже нет
Давнишних мне судьбы уроков.
Обидно, кажется, жестоко,
Несправедливо, может быть,
Когда жизнь вынуждает плыть,
А лодки нет, и нет уменья,
И попадаешь под теченье,
Которое тебя несет,
Корёжит и о камни бьет,
И нет уже ни сил, ни воли,
Но… вспоминаешь речку, поле,
Свой дом и маму у крыльца,
И руки сильные отца.
И дух, опёршись на виденья
Из самых радостных мгновений,
Воспрянет вдруг, отваги даст,
Ты выплывешь… За разом раз
Себе всё прибавляя силы,
Окрепнешь… Скажешь: «Научила,
Спасибо, жизнь, за твой урок…»
Мне, слава Богу, был он впрок…
За спиною, в прошлом… далеко
Детства золотистые страницы…
Как же там летали высоко
И как звонко распевали птицы.
Было всё понятным и простым,
Легким и воздушным, и крылатым.
Очага родного сладкий дым
Грудью всей вдыхали там когда-то.
Молодые мамины глаза,
Сильные отцовские ладони,
И, казалось, ни одна гроза
С ними никогда нас не затронет.
А спешили, как спешили жить!
Вырасти, стать взрослыми… Смешные…
Как бы это время возвратить,
И вернуться бы в места родные,
Где и птицы звонче, и луга
Самые бескрайние на свете.
Как мила и как мне дорога
Та страна, где все ещё мы — дети!
Я хочу посмотреть, как ты танцуешь,
как смеёшься дико и смотришь в небо,
как молчишь. волнуешься. и ревнуешь.
как бросаешь птицам кусочки хлеба.
как лицо от солнца в горах сгорает,
как читаешь книги и бьешь посуду,
как спешишь в июнь с наступлением мая,
как спугнуть боишься словами чудо.
как морские волны ласкают ноги,
как рука твоя замедляет время
на моих часах. я хочу чтоб токи,
что пускаешь ты разбивали темя.
я хочу бежать за тобой вдогонку-
только понарошку: ты будешь в платье.
_
я хочу наблюдать, как ты ждёшь ребёнка,
и встречаешь старость в моих объятиях.
Предпоследний этаж
раньше чувствует тьму,
чем окрестный пейзаж;
я тебя обниму
и закутаю в плащ,
потому что в окне
дождь — заведомый плач
по тебе и по мне.
Нам пора уходить.
Рассекает стекло
серебристая нить.
Навсегда истекло
наше время давно.
Переменим режим.
Дальше жить суждено
по брегетам чужим.
Мы с тобою странные люди:
Без ума друг от друга давно.
Только чувства под масками студим,
Забывая о том, что дано
Нам до смерти любить, изнывая
От любви, от тоски, от тепла,
Замирая, тревожась, страдая
И сгорая порою дотла.
Отчего, обрекаясь на муки,
Так стремимся расстаться быстрей?
Может быть, оттого, что в разлуке
Мы страдаем и любим сильней?..
Hic et nunc
…
Тут, и только тут видны имена и буквы…
Тут ты можешь, глядя в глаза свету, молчать…
Обожженный снаружи, весь в царапинах изнутри…
Как непривычен голос без слов…
В бесполезности всего что сказано
Всё удивительное одинаково.
Начертание листа и все его смерти,
Где книга читает книгу, где написан свет или сумрак…
Сейчас бывает всегда и только сейчас.
Времена ясности, где в тишине никогда не звучат ответы, их дают молча.
Потемневшее время присвоено ночью,
Написание ладони горячо скользит по холодному стеклу…
Превосходящая себя в легкости длительность возвращается.
Видеть, писать — изнанка.
Вращение в точке сходства… Как на холстах да Винчи,
Где ничто не отражается в слове «Слово»…
Ветвятся боги…
Всё, что остается — ждать… Всё, что остается ждать, всегда с изъяном.
Фарфор жизни состоит из страха расплавленной материи,
линий на ладони, клавиш свинца…
Порезом неслышным касается трава ветра,
И игла сводит расстояния,
Подпуская ночное небо к корням вплотную… вслепую.
Дыхание, лезвие, полынья под ногами…
В совпадении ветвей и листьев
Детской сепии золото трепещет на лезвии…
Нас всех здесь осенило…
Коснись и услышь.
Терпение терпкого выдано в путь.
До путешествия к ране осталось понять ее смысл.
Тень большего дерева, за ней ребенок —
Из раздела повторений, из графы право выбора…
Недатированное терпение даровано многословием пепла.
Бессмертие в прорезях света заглядывает в кровь
Шум прохладен…
Об эту пору разобьется дрожь,
Отрекаясь от плодов и рождая теплые строки сердца…
Сорванный голос будет молиться на ветру…
Он не забыл для чего приходят вниз,
Но снова и снова им избранно это.
Оттиск перстня Бога… Времена ясности — узор на ладони.
Что двигает строки?
Что двигает ветер?
Кто мог достичь кроме Него?
Помнит ли Он для чего?
Кто ты в Одежде и без нее?
Кто ты пред тем, как заснуть и проснуться?
Тут каждый был дольше своего имени…
Перешивающий имена из лоскутов,
Тут нет ни места, ни смерти…
Считай богов дорогами под ногами небес…
Считай что взамен, а что даром,
Перебирай четки.
Copyright: Эдуард Дэлюж, 2018
Свидетельство о публикации 118012008839
Gratiam ago
…
И те же руки поднимут перо и слово…
И те же руки изящным вензелем или кляксой…
И те же руки сберегут и отдадут огню строки…
Гори мол, сам поймешь однажды, что те же руки заберут.
И те же руки нежностью к упавшему листу потянутся…
Так просятся слова к звуку,
(словно не можем забыть кого-то или что-то)
Просятся, чтоб ниточки на ладонях сплетать и расплетать…
Разрывается сердце — ибо — не вместить.
Хозяева теней и переводчики сумеречных лиц,
Кроткое тело летящих последних листьев…
Вспомни перед сном все слова осенних ночей…
Благодарение тени и свету…
Она жила еще до меня
Моя Любовь…
Поэзия целует её следы…
Распускаются от касаний цветения слов
Ни с чем не рифмуясь…
Будь блаженна эта чаша
Copyright: Эдуард Дэлюж, 2018
Свидетельство о публикации 118012006508
поэт коллектором работал
придёт бывало к должнику
и вслух свои стихи читает
пока все деньги не вернёт
Я странная, но это мне идёт.
Собою быть — великое искусство…
Не приседала я под «Тает лёд»,
Зато в запасе есть свои безумства.
К примеру, запах летнего дождя
Меня в восторг приводит, наслаждаюсь…
Плохого не желаю уходя,
Но раз ушла — назад не возвращаюсь.
Я обожаю лампочки в сердцах
Простых людей, в которых свет, как солнце.
И точно знаю, что не пить с лица,
А вот душа на помощь отзовётся…
Мне нравятся такие чудаки,
Что всё отдать готовы, без оглядки…
Они по чьим-то меркам — бедняки,
Зато душа у них всегда в достатке…
Я странная, но это мне к лицу…
Подмигиваю детям, нравлюсь кошкам.
Когда молюсь небесному Отцу —
Благодарю, а жалуюсь немножко…
Я уши не успела проколоть,
А в тридцать шесть уже и нет желанья.
И голос сердца мне не побороть,
Ведь он даёт надежду утром ранним…
И запах свежескошенной травы
Мне нравится вдыхать и верить людям.
Я жаворонок с примесью совы.
И я жива, раз за спиною судят…
Я странная. Мне в этом повезло…
Меня в толпе не встретить оголтелой.
Но если солнце утром вновь взошло,
То можно день украсить добрым делом…
И у меня желаний не пятьсот,
Лишь несколько таких необходимых:
Пусть не болеет мама, пусть живёт!
И чтоб хранил Господь людей любимых.
И чтобы меньше слёз, потерь и бед
Утяжеляли нам сердца с годами.
Я странная, на мне татушек нет,
Зато во мне есть сердце с чудесами…
Красива роза и горда,
Близка ей гордая среда,
Но я люблю цветы простые,
Цветы лесные, полевые.
Открытых я люблю людей,
Что без шипов, полны идей,
Как с жизни нашей сделать сказку,
И не носящих гордой маски.
Тарас Тимошенко
2015