Порой достаточно бывает
Всего лишь слова одного,
Того, что в миг уничтожает
Любви святое Божество…
Но мы осилили напасти,
Боль и обиды пережив,
Идём одной дорогой к Счастью,
Любовь свою, не схоронив,
Не разнуздав своей гордыни,
И злом не вытравив Сердца!..
В Любви и Радости отныне
Живём, благодаря Творца!!!
К самим себе мы стали строже.
Друг друга больше бережём,
Поняв, что в Жизни нет дороже
Двух слов сердечных: МЫ ВДВОЁМ!!!
Ты подарил мне тишину.
Она мне, милый ни к чему
Когда на улице весна
Так давит эта тишина
С божественной улыбкой и карими глазами,
Идет по пляжу девушка одна…
Как волны моря-волосы, украшены цветами,
В лице любовь и счастья глубина.
Следы за ней, песок тепло целует,
Ласкает ноги пенная вода.
Святое тело ветерком обдует…
Сливается с природой красота.
Она дарует каждому надежду,
И любит абсолютно всех людей.
Благословляет солнцем и как прежде,
Венера покровительствует ей.
И кто сказал, таких не существует?
Не видели Вы ангелов тогда!
Так трепетно душа по ней тоскует,
Она ведь чудо, девушка-мечта!
Ты обожаешь рушить все запреты,
Такая человеческая суть.
Не разобравшись путая куплеты,
Без рифмы продолжаешь жизни путь.
И ищешь в городах пустынных крова,
Который бы не дал себя украсть.
Из грязи можно вылезти не скоро,
Но вскоре можно в ту-же грязь упасть.
А что еще научит как не опыт,
Быть сдержанным и думать головой.
Послать к чертям людей ненужных толпы,
И просто, безмятежно быть собой.
Дни всё быстрей бегут с горы
И песня соловья допета,
Но нет прекраснее поры,
Когда вот-вот минует лето.
Когда так ласково, слегка
Поглаживает ветер травы,
А в синем небе облака
Плывут белы и величавы.
Когда уж нет дневной жары,
А ночью не зябка прохлада,
И тяжесть гроздьев бузины
Успокоительно-богата.
Возлюбленных обманывать зазорно,
Да и прекрасней их не встретить дев,
Зачем с утра стоять под женским взором
И сбивчиво нести какой-то блеф?
К чему усердно склеивать пытаться
Потом осколки чувств и хрусталя
И говорить с болезненной гримасой,
Что нужно всё налаживать с нуля?
Но об пол бьём подаренные вазы,
Ответствуя, срываемся на крик,
По голове ж не бьём себя ни разу
За наше безрассудство в этот миг.
А им бы слушать музыку Вивальди,
Мечтать и жить без ревности и слёз,
Любимых от себя оберегайте,
Когда шутить изволите всерьёз!
Любите их! Любите безоглядно!
Дарите хризантемы поутру,
Хвалите их причёски и наряды,
Капризы принимая за игру!
Они ошибки вскорости забудут,
Обиды спрячут злости вопреки,
Случись страдать, и у постелей будут
Лишь те, кому мы истинно близки.
Цените их, цените днём и ночью,
Заботливость окупится вдвойне,
Зачем искать иное, зная точно,
Что путь свернёт к родимой стороне?
Эй, там, где страстью в розницу торгуют,
Попробуйте хоть раз купить сердца
И ту мечту, безумно дорогую,
Когда нет рядом милого лица!
Возлюбленных обманывать не ново,
Но женщины чувствительнее нас
И потому лукавство с полуслова
Угадывают верно всякий раз.
…ЛЮБОВЬ БЕЗ СУЧКА И ЗАДОРИНКИ…
…Когда полюбишь горячо,
ты словно та «соломинка»:
спасёт задоринку — сучок,
ну, а сучкА — задоринка!..
(ЮрийВУ)
…ЗУБНАЯ «БОЛЬ»…
…Нет, зубы чистить мне не лень,
но с грустью отмечаю,
что я во рту их каждый день,
всё меньше замечаю…
Но разжигать не буду страсти,
есть даже плюс у сей напасти,
ведь у кого зубов нет в «пасти» —
ни в щётке нет нужды, ни в пасте…
(ЮрийВУ)
…ТОЛЬКО КОФЕ…
…Я утром кофе пью и днём,
нередко вечером на нём
и даже ночью просыпаясь,
люблю я кофе выпить — каюсь!..
(ЮрийВУ)
В день поворота свет Ярилы,
Что на зиму все дни повел…
Святой тот праздник позабыли,
Что от корней славян всех сплел.
И всё теперь ведет к распаду,
К закату мира средь славян…
Властям же это всё в усладу,
И в память сунуть тот изъян…
Что мы все разные народы:
Поляки, сербы и словаки;
Что русские — они уроды,
Хохлы — прыгучие собаки!
Нет, мы славяне не забудем,
Что предки корня одного…
Любовь мы кровную разбудим,
Не поведясь на заговор!
Славяне — Рода мы потомки,
В миру, средь нас, любовь прославим…
Поднимем мы с земли обломки —
На пьедестал любовь поставим!
25 июня 2018 года.
Миша! Именинник! Михаил!
В теплые края ты укатил.
Крутишься, как белка, в колесе —
радуешь и удивляешь всех!
Выступленья каждый день — норма!
Ты красавчик! Должен быть в форме!
Пусть мечта тебя на крыльях несет!
Сира крутится твое колесо!
Я тебе желаю блистать!
И еще успешнее стать!
Чтоб контракты сыпались валом!
Чтобы жизнь еще счастливее стала!
Чтобы всей семьей, не зная горя,
жили вы у теплого моря!
Будь здоров и счастлив, прошу!
Пусть в ушах всегда моря шум!
Я девчонок доверяю не зря-
ты надежда и опора моя!
Пусть Алания и Турция — впрок!
Поздравляю с днем рожденья, зятек!
Раз выпало нам здесь родиться,
Спешу я жизнью насладиться,
Второго шанса не дано,
Жизнь — не кино.
А дни — не кадры кинопленки,
Их силуэт растает тонкий.
Стекают годы, как вода,
И нет следа.
И ничего не пригодится,
За что так вынуждены биться,
Пока земным горим огнём…
Мы все уйдем
Без кошельков и без регалий,
Всё то, что здесь насобирали
Все расползётся по углам —
Не нужно там…
Ну, разве только на крылечко
Кому-то скатится словечко
Моё… с собой не заберу
Его игру.
Простите грусть мою. Немножко
Иной раз ей даю дорожку,
Иначе разум не поймет,
Зачем живет…
Нет, я не фея, не королева,
То сносит вправо, то тянет влево…
Как удержаться на середине,
Как не увязнуть бы мне в трясине
Унылых будней, обид тягучих,
И не глотать бы слёз снова жгучих?
Кто мне поможет, и кто удержит,
На что, какие иметь надежды?
Одни вопросы… Нет, я не фея,
Не королева… и не умею —
Походкой гордой и спину прямо.
Но… хоть и горбясь, иду упрямо,
Куда мне надо — не вправо-влево…
Ну, прям, как фея, как королева!
Разольёшься песней по дороге,
Орошая пыльную тревогу,
В даль глядя земному притяженью,
Ты идёшь, подхваченный движеньем.
Ты идёшь, шагами время меря,
Выбирая тех дорог размеры.
Пыль веков ступнями познавая,
Ты идёшь от края и до края.
И бежит куда-то путь-дорога,
Вдалеке соприкасаясь с Богом —
Там снисходят небеса на землю,
Там мечты живые наши дремлют.
Если в Индию, то уж точно — к стенам Аджанты*,
в желтом сари, с кольцом в носу — как заведено.
Раджеш скажет, куда идти, но не выдаст карты
и, жуя свой гулаб джамун*, брякнет: «Все равно.
Если Шива танцует о смерти и тАндава-нритья*
воскрешает умерших, то мы с ними — заодно.
Рассказать бы тебе, как сын мой Мукул-Адитья *
в бое с Праном погиб. Видишь, солнце уже взошло!» —
и всевидящим оком Сурья* окинет землю.
«Слышишь, гомон кобыл колесницы златой его?
Будь отшельником, я помолился б младому стеблю,
но нам нужно спешить, не гневая божество…»
Раскаленное солнце застынет над белым храмом,
босоногая паства забросит свое ремесло,
и арабская вязь расцветет, украшая мрамор
четырех минаретов, что лотос над будним злом.
Тадж-Махал — это больше сокровищ волшебной Агры
средь индийских слонов и тысяч цветочных гирлянд, —
ни кораллы, ни жемчуг, ни зелень и тень смарагда*
не сравнятся с ценою тайн, что здесь боги хранят.
Смуглолицые вровень со мною читают мантры,
на санскрите любое слово — уже обряд,
дхарма может спасет не меня, но мой росчерк кармы —
я молюсь вместе с ними, браслеты мои звенят
на запястье, и алой розой горит мехенди,
и поющие чаши вторят тарелке ханг.
Возвращаясь в Индию раз на втором столетии,
я надеюсь на душу, восшедшую в новый ранг.
Пусть о чем-то лепечет каби*, пусть между прочим
пряный воздух ласкает всякого наугад,
но ничто не сравнится с песней индийской ночи.
Лепесток жасмина падает в оранжад…
Copyright: Маргарита Мендель, 2018
Свидетельство о публикации 118062503027