На цыпочках уходит лето
Под тихий грустный шум дождя.
Прекрасный повод для поэта
Бродить, намокнув без плаща.
Вбирать тускнеющие краски,
И слушать шорохи листвы.
Уходит лето без огласки,
Взмахни ему рукой и ты.
Давай свою руку, доверься мечтам,
Тебе расскажу свою тайну.
Тебя проведу по любимым местам,
В том мире ничто не случайно.
Иду я по лесу, про город забыв,
И зверем себя ощущаю.
Всем телом услышав природы призыв,
Я слышу, дышу и взлетаю.
Здесь щебет, и шорохи — уху бальзам,
Траве поклонюсь и грибочку.
Тебе преклоняюсь, природный мой храм,
К тебе я иду в одиночку.
Тебя понимаю по запаху смол,
По каждой берёзке и кочке.
Я дома, какой бы тропой не пошёл,
Вбираю тебя до глоточка.
И если прижмёт меня строгая жизнь
Своим нескончаемым ритмом.
Скажу я себе: — Наконец, пробудись!
Другим подчинись алгоритмам.
Мой лес! Я сплетаюсь корнями с тобой,
Тропинкой иду незаметной.
С тобою одним обрету я покой,
И станет вдруг жизнь самоцветной.
Ну, что, Душа, давай, поговорим,
По-бабьи потолкуем на досуге,
Нальём вина, и вместе посидим,
Как старые и верные подруги!
Ну, что молчишь, давай, хоть, я налью,
И подниму бокал, ну, как ведётся:
За верность молчаливую твою,
Которая с годами не сотрётся.
Чего тоскуешь? Ну-ка, улыбнись!
Подумаешь немного поседела!
Пусть нас с тобою потрепала жизнь,
Но ты же у меня не постарела.
Всё также просишь света и любви,
И нежности, и доброты, и ласки.
Наивна ты, и все мечты твои
Открыты, как страницы старой сказки.
Ты до сих пор живёшь весь мир любя!
…Прикройся!Вот опять ты нараспашку!
Ведь сколько раз за доброту тебя
Топтали, словно нежную ромашку.
Пинали больно грязным сапогом,
А ты стонала, обливаясь кровью.
Тебя во мне не мог убить никто.
За жизнь держалась крепко ты любовью.
Взлетала белой птицей высоко.
Над злобой гордо в облаках парила.
И в этот миг нам было так легко.
С любовью ты мне силу подарила.
…Я больно тебе сделала? Прости!
Воспоминаниями, как ядом растравила.
Прости, не плачь, и грех мой отпусти…
Прощать меня сама ты научила.
Ты всё молчишь? А мне молчать нет сил!
Не хочешь говорить-я не неволю!
Ты главное-не умирай, живи!
А умереть тебе я не позволю.
…Ну, что, Душа, мы выпьем наконец?
Чего ты мне всё слезы утираешь?
Ты у меня подруга-молодец,
Хандрить по долгу мне не позволяешь.
Ну, вот! Всё! Выпила до дна.
С тобой по бабьи вновь потолковала.
Живи Душа-ты у меня одна!
Ты много в жизни за меня страдала.
Чего застыла? Ну-ка, встрепенись!
Жизнь хороша, да ты не сомневайся!
Люби, к добру и нежности тянись,
И, главное, почаще улыбайся.
С тобою жизнь прожили мы не зря.
Ты не изменишься, тебя давно я знаю.
Живи подольше, этот мир любя,
Меня своей любовью согревая.
Надейся, верь, стареть ты не спеши.
Пусть сердце снова ласково забьётся.
Благословляю теплоту души,
Которая во веки не сотрётся!
Май не заладился, холодный.
Дожди идут, сплошная грусть.
Но несмотря на фронт погодный
Весна пришла, чуть позже пусть.
Недавно отцвели тюльпаны.
Ненастье не пугало их.
Легко расправив сарафаны,
Дарили краски чар своих.
И вот иду аллеей длинной,
Как вдруг воспрял потухший взгляд.
Взметнулся песней лебединой
Сирени яркий водопад.
Как праздник, как движенье жизни,
Как море звёздочек земных.
Весны картины живописны,
Не пропусти прекрасный миг.
Весенний вечер. Шумный парк
Пестреет публикой весёлой.
Вдруг на скамейке вижу скарб —
Забыта книга — дум осколок.
Кто ты, читавший сей роман? -
Старик седой чудаковатый,
Что видел много бед и стран,
И знает толк в хмельном мускате.
А может нежною рукой
Держала эту книгу дева?
И слёзы лились над судьбой,
Любви лишённой королевы.
Быть может, юноша читал,
Мечтой умчавшись в космос дальний,
Приняв метеоритный шквал,
Спасал он дерзко мир глобальный.
Читать ребенок книгу мог,
Взлетая смело с Питер Пэном.
Отваги, мужества урок,
А дружба так крепка и ценна.
Коль книга добрая в руках,
То в сердце свет и мудрость мира.
Бесценным жемчугом в строках
Душа народа, голос лиры.
Открыта книга — вижу штамп,
В библиотеку сдам находку.
Читайте книги — знаний храм,
Прекрасной мыслью путь наш соткан.
Бывaет дефицит финaнсов,
Железа дефицит — в крови,
Бывaет мало в жизни шансов,
Но хуже — дефицит любви.
Тем, кто женился по «залёту»,
Хочу сказать: ваш брак не плох.
«Залёт» подобен самолёту,
В котором двигатель заглох.
Тем, кто женился по привычке,
Хочу открыть один секрет:
Ваш брак большой подобен спичке,
В которой, правда, серы нет.
И быт уютливо-угрюмый
Не разожжёт огня в крови.
Поверьте мне, что даже юмор
Не лечит дефицит любви.
Тем, кто женился по расчёту,
Возможно, больше повезло
И не сводя друг с другом счёты
Живут они «друзьям» назло,
Подобно вложенным банкнотам:
Жизнь — долгосрочный депозит.
Они в любви давно банкроты —
Не ощущают дефицит.
Те, кто женат на голом теле
И только телом дорожит,
Покуда нет проблем в постели,
Не испытают дефицит.
Но стоит телу «разрыхлиться»
И потерять «товарный вид» —
Захочется пережениться.
Наступит «телодефицит».
И чтоб семья могла сложиться,
Нам браки нужно создавать
Не с тем, с кем хочется ложиться,
А с тем, с кем хочется вставать.
Любовь или успех наш ум мужской,
Бывает, основательно вскружат.
Но с водкой по способности такой
Они и близко рядом не лежат.
К тебе пишу. И ставлю точку.
Как в сердце дверцу отыскать?
Ведь все я знаю… знаю точно,
Что мне ответишь ты опять.
Ты свет мой и мое сомнение,
Ах, лучше бы тебя не знать…
Но в чем тогда бы вдохновение
Смогла, скажи, еще искать?
С тобой спокойно и легко,
А без тебя мне одиноко…
И что же скажешь тут еще?
Судьба-злодейка так жестока,
И трудно мне простить ее
Если с твоей она не схожа.
И имя лучшее твое
Из всех имен, что мне дороже.
Твержу опять, пройдя по грани:
(Мы с ней, мне кажется, похожи)
Пишу стихи тебе — как Таня,
И ты ведь, как Онегин тоже…
Ах, глупости, не обижайся.
За все, прошу, меня прости!
Но лишь ни в чем не сомневайся,
Меня как он не упусти.
Вы и от счастья, вы и от горя,
От одиночества и от любви,
Вечные спутницы жизни суровой,
Сколько вас прОлито в ширях земли!
И от отчаянья и от бессилья
Льётесь порою весенним ручьём,
НЕт-нет, да скатитесь струйкой тоскливой.
Щёку за вами рукою утрём…
Вы от рубцов на израненном сердце,
Неискупимых тяжёлых грехов,
Вы на глазах у любого младенца
И у забытых детьми стариков.
Как колыбель для вас наши ресницы,
Нежно взлелеяли злой тишиной,
Что ж наровите упасть и разбиться,
Тёплые капли, о пол ледяной?
Всюду по миру вы, всюду вас носит;
Вы облака и блистание трав,
Изморось летом, душистые росы,
Талых снежинок следы на губах.
Вы и от солнца и от мороза,
Вы и от правды, вы из-за лжи!
Слёзы бессменные! Горькие слёзы!
Вами извечными вспоена жизнь…
Copyright: Илья Махов, 2010
Свидетельство о публикации 110113006022
Не бывает без веры любви,
Страстных встреч без разлук не бывает.
И стремленье души быть с тобой вновь и вновь,
В этой гонке мне жить помогает.
Я с тобой хоть в огонь, хоть в мороз.
Хоть наверх, хоть в исчадие ада
От озноба души и до радостных слез.
А другого совсем мне не надо.
Лёгким вздохом к тебе прикоснусь
И улыбкой печали развею,
Вдаль отступит пусть серая грусть
И в хорошее будем мы верить…
Ты не мужчина — ты огонь!
Избави стать твоей избранницей!
Ведь от меня, лишь только тронь,
И уголёчков не останется!
Но как от страсти удержать
Себя, чтоб душу не изранили?
Ты не мужчина — ты пожар!
Я мотыльком сгораю в пламени…
Нет, не потому что мы другие.
Люди не меняются, пожалуй.
Просто мне хватает ностальгии.
Чтобы побыла и убежала.
И за нею гнаться я не стану.
Прибежит сама неоднократно.
Может быть, спросонья или спьяну,
Мне припомнив все, сбежит обратно.
Нет, не потому что я остыла.
Там тепло, но здесь ещё теплее.
Прошлое мне что-то вроде тыла.
С ним я никогда не повзрослею.
Вновь меня ведёт по закоулкам.
Но я ненадолго им ведома.
Я бы назвала эту прогулку:
Хорошо в гостях, но лучше дома.
Это сердце ее не любит,
Оно холодное, как лед.
Она к нему стремиться будет,
Но… все напрасно, не поймет.
Он в ней не видит ту девчонку,
Что сердце может растопить,
Она же все отдаст, чтоб только…
Чтоб только рядышком побыть.
И на плече его однажды
Еще хоть раз вот так уснуть.
Ну, а ему вдруг стало важно,
Чтоб очень долог был их путь.
И, глядя нежно, осторожно
Он прядь с ее лица убрал.
Да, улыбнувшись так тревожно,
Ее тихонечко обнял…
И понял вдруг — всего дороже
Девчонка эта для него.
Она нежна, хрупка, как роза.
И стало на душе светло.
…
Но… сердце это ледяное,
И так недолог был их путь…
Она же все отдаст, чтоб только
Однажды на плече уснуть…
Я не однажды это проходил,
И каждый раз по-разному не просто было.
Но я и до и после, как-то жил.
Без ощущения, что ты меня любила.
Поступков скомканных слепая череда,
Испив очередного, пролистала,
И по привычке прошептала — да,
Начав очередную летопись сначала.
Уже не самая любимая была,
Уже ни самого любимого ласкала.
И так неистово и искренне лгала,
И очень редко и случайно вспоминала.
Слова, да и поступки не смогли,
До каменного сердца достучаться.
И допоздна горят теперь огни,
В домах у тех, кто поспешил расстаться.
А у меня есть мой приватный Рай
В ошейнике, на поводке коротком.
Мы часто с ним выходим погулять,
По нраву Он весёлый, добрый, кроткий!
Он впереди меня не побежит,
А только в ногу и конечно рядом,
Рай мною несказанно дорожит,
Как королева праздничным нарядом.
И я забочусь, чтоб в моём Раю
Была всегда хорошая погода-
Ему я слов плохих не говорю,
Да и за что, отличная порода!
А после всех прогулок с рандеву
С него ошейник я всегда снимаю…
Со мной мой Рай, но иногда реву,
А почему- сама не понимаю.