Есть где-то Лунная река.
Она как Млечный путь легка.
Войди в воду, дождись восхода,
Почувствуй на миг неземную свободу.
Мы рядом в этот дивный час.
Луна всю ночь блестит для нас.
Река там поёт о любви
О том, что всё пройдёт,
Нам нужно быть вдвоём
Всё время…
Вдвоём…
Мне снится Лунная Река.
Течет издалека она.
Всех рек в мире она шире,
И звезды мерцают над ней и со дна.
Мы двое будто на плоту.
Уходят в темноту холмы.
Под нами вода так легка…
Скрылись берега.
Лишь Лунная Река,
Лишь небо
И мы.
Рецензия на «Знание — сила, а польза — сильнее»
(Александр Владимирский)
Вначале добр, затем обязан
и вряд кому от этого уйти,
а если разум с пользой связан,
то им обоим вечно по пути.
Алекс Весельчак
добавить замечания
Знают, что приносит пользу,
остальные знания — понты,
которые рано или поздно,
забудут прочно он, она и ты!
Алекс Весельчак
Круглые Даты и не очень,
зовут рифмовать куплеты,
чтобы всякие связи упрочить,
поддерживая традиции и приметы.
14.07.56!14.07.58!
а я летаю… за край границы.
мне часто берег лазурный снится.
кокосы в пальмах. и пирамиды
лукум. баклава. и мангустины
и море мёртвое. и море красное
и бирюзовое и солёное.
и солнце — пекло огнеопасное.
песок и небо. оно бездонное
а я летаю, где много рая.
где ад зарыт в глубине вулканов.
и там любовь… и она нагая
то с перцом чили. то с дуреманом.
скажи мне море… зачем одежды?
опять ресницы целуют тело.
с той самой встречи. опять, как прежде
в сто первый раз им не надоело.
по телу зыбь. корабли. шторма
твои ресницы. мои мечты.
в сто первый раз — я люблю тебя
в сто первый раз — ты меня люби
а я летаю… в твои моря
а ты купаешь… в любви меня
Путевая обходчица Зина —
Баба ладная, кровь с молоком,
А приходится править дрезиной,
И по шпалам ходить с молотком.
С той поры, как разбилась в осколки,
Разлетелась на части страна,
В этом бывшем рабочем посёлке
Заработать нельзя нихрена.
Зине сорок, и льготного стажа
У неё, что гружёных платформ…
А по телеку Зине расскажут
Про пакет пенсионных реформ:
«Кто выходит на пенсию рано,
Тот обуза для нас, работяг!» —
Раскудахчется с телеэкрана
Белозубо-фарфоровый хряк.
Расписная модельная цаца,
Вся в обтяжку, глистою глиста,
Будет долго в эфир распинаться,
Что готова трудиться до ста.
Замелькают какие-то лица
— хоть прикуривай с этаких лиц! -
Убеждая, что надо стремиться
И усвоить пример заграниц…
Зина утречком, поступью скорой
Вновь отправится, затемно встав,
Обходить свою ветку, которой
Раз в полгода проходит состав.
Прошагает обходчица Зина
Мимо школы, которая спит,
Мимо блёклой стены магазина,
Где в подсобке разводится спирт.
По тропинке, знакомой до боли
За… не вспомнить, который уж год.
Где направо — заросшее поле,
Слева — бывший советский завод,
Где повис — на прорехе прореха —
Небосвод, беспросветен и сер,
Зацепившись над крышею цеха
За облезлые молот и серп…
Как над русским, над Кремлём
Снова кружит вороньё.
Снова слышим карр…, да карр…
Снова плох Им русский царь.
Вновь ползёт зелёный Гад
На святой российский град.
Львы, орлы и даже совы
Разорить наш град готовы.
Взвейтесь Соколы стрелАми
Над полями и лесами,
Над Великою страной,
Омрачённой Сатаной.
Побивайте Гада всюду.
Дайте жить простому Люду,
Будет помнить Он тогда,
Светлых Витязей в веках.
Где же ты, святой Георгий.
Защити наш град от оргий,
От плутов и казнокрадов —
Тем святую Русь порадуй.
Собери народ российский
На просторах дальних, близких.
Встань могучею стеной
Пред корыстною ордой.
Помоги спасти природу
И традиции народа,
Чтобы пахарь и солдат
Был и счастлив, и богат.
Санкт-Петербург.
Интернет —
это просто большой интернат:
в нем живут одинокие дети,
в нем живут одаренные дети
и совсем несмышленые дети.
А еще в нем живут
кровожадные,
беспощадные,
злые, опасные дети,
которым лучше бы жить
на другой планете.
Но они живут
вместе с нами
в большом интернате,
и от них, словно эхо, разносится:
— Нате! Нате!
Подавитесь! Взорвитесь!
Убейтесь!
Умрите, с@ки! —
и другие подобные звуки.
Мы бы вырубили им свет,
но боимся тьмы.
Мы позвали бы взрослых,
но взрослые — это мы.
Огонёк одинокой свечи,
и гора перебитой посуды…
Тишина за спиною молчит,
она знает, пришли мы оттуда.
Где война и сама тишина
разгулялись, не зная покоя.
Их гулянка по миру слышна,
выпивают стопу за стопою.
Проливают солдатскую кровь,
даже жертвы своей не заметив.
Порох жжёный закуской им вновь
преподносит истерзанный ветер.
Вся земля прорастает огнём,
в забытьи о хлебах уж не чая.
Да и небо кровавит дождём —
плачет болью и чьей — то печалью.
Там уж долго траве не расти,
где стерню разворочали траки.
Будто мясо сорвав, до кости
оголилась земля в этой драке.
Мы оттуда пришли, тишина,
но как будто пришли ниоткуда.
Мы в безмолвии пили до дна
и от ярости били посуду…
Что нужно каждой девочке для счастья?
Наверное, чаек и тёплый плед,
Пижама в виде зверя любой масти,
Любых цветов подаренный букет.
Нутэллы банка чтоб была в запасе,
Ещё каких печенек или торт,
И платьев больше, чем минуток в часе,
Шампанское (ну, чем не шутит черт).
Чтоб есть, что хочешь, вовсе не полнея,
Чтоб волосы росли быстрей раз в пять,
Чтоб можно было, после не жалея,
На все забить и попросту проспать.
Чтоб был медведик плюшевый и тёплый,
Чтоб стрелки рисовались без проблем,
Чтоб никогда не «ехали» колготки,
Чтоб «что ж надеть-то?» не было дилемм.
Что нужно каждой девочке для счастья?
Об этом можно долго говорить.
Но все это поможет лишь отчасти.
Ведь все, что нужно девочке — любить.
Жди у моря погоды,
Обязательно жди.
Ведь несметные годы
У тебя впереди.
Непременно дождёшься,
Коль готов подождать.
Вот однажды проснёшься,
А кругом благодать:
И на небе всё чисто,
И на море — покой,
И песок золотистый
У тебя под рукой,
С неба золото льётся
И спешит обласкать,
А из дел остаётся
Ветра в поле искать.
Счастья стрела пронзит
Друзей и меня — заОдно!
когда интерес посетит,
продлится — «наше кино».
«Один в поле не воин»:
а с Кем я заОдно?!
Кто доверием — удостоен.
За поступки их — заодно!
Если сердце и ум мой в ладу,
и во всем они — заОдно!
Переправится — на «плоту»
в Жизни — будет всегда дано.
Есть люди, как пятна на солнце,
Что яркие, вроде, всегда.
Но темнеют на искреннем фоне,
В ответ ожидая добра.
.
Есть люди, мрачнее тучи.
Над ними всегда льётся дождь.
И душа у них — лес дремучий,
Заблудишься, если зайдёшь!
.
Есть люди, такие как ветер:
Покоя боятся они.
Хотят успеть все на свете…
Но в конце остаются одни.
.
Есть люди, такие как плесень.
Что думают лишь о себе.
Их счастье чужое — бесит.
Поэтому слизь разносят везде.
.
Есть люди, идущие в гору,
По жизни крутым виражам.
Они ради цели готовы
Шагать по чужим головам.
.
Есть люди, которые ждут…
Что чудо свершится само.
Они никуда не идут,
А с надеждою смотрят в окно.
.
А есть люди, такие как мы.
Они не такие как все.
Свет выделяют из тьмы.
И счастливы этим вполне.
.
есть поэты, такие, как ты — они спят по средам,
разбивают по кактусу в день, не следят за рыбкой,
по утрам заливают в кофейник овсянку с мёдом,
распевают про вечную боль — с огоньком, с улыбкой!
есть поэты, такие, как он — они вечно мяты,
непричесаны резкой душой, и грубят, как дети.
если некого бить стихами, то бьют баклуши,
«человек постоянной войны», говорят об этих.
есть люди, такие, как я — ни в пройму, ни в горло.
разлетаясь потёкшими мыслями, пьют под утро.
про себя говорят: не поэт! и рифмуют дальше,
и хотят, чтобы вышло смешно, но выходит глупо.
есть люди, такие, как мы — не в системе, мимо.
в сетке многоквартирных домов — мы под каждой крышей.
мы все ждём, что наступит день, когда скажешь слово, —
и за стенкой, за городом, в мире — тебя услышат.
Весна. Пожар. Рыданья. Крики
И в суматохе будних дней
Никто не слышит из людей:
«Горит изба, спасайте книги»
Они спасали Вас ни раз,
Теперь и Вы любовью тайной,
Что теплится в сердцах сейчас
И, может быть еще случайной,
Спасите их от этих глаз.
Волною память осторожно,
Окутав бренности покой,
Приют души, и с головой
С обрыва вечности не сложно
В слова!
В любовь!
И снова в бой!
Горит весь мир, спасайте книги.
Copyright: Илья Золотарев, 2014
Свидетельство о публикации 114062707645
Я тщетно бьюсь в полёте вечном к счастью,
Но свет его сердцам непокорим,
Забыли мы, попавшиеся в снасти,
Чт;о в самом деле значится под ним…
Уж не по-детски жизнь со мной играла,
Но счастья блеск по-прежнему пленит,
Толпой мы повторим судьбу Икара,
Разбившись об отчаянья гранит.
Пускай фиаско звёзды мне пророчат,
Плевать на то, что к счастью путь далёк;
Лечу к нему, как будто среди ночи
На лампу обречённый мотылёк…
Copyright: Илья Махов, 2009
Свидетельство о публикации 109092001585