Тарабанит дождь по окнам,
Сотрясает небо гром.
Запотели наши стёкла,
Мы лежим с тобой вдвоём.
В потолок упёрлись взгляды,
Пальцы намертво сплелись…
Видно, так кому-то надо,
Раз мы заново сошлись.
Нужно вечно быть влюблённым,
Чтобы строчки рифмовать.
Лишь любовью окрыленный
Ты способен создавать!
Быть влюблённым нужно в горы,
Море, музыку, цветы,
В живописные просторы,
В силу женской красоты!
В синеву над облаками,
В солнце, звёзды и закат…
Коль влюблен, то строчки сами
Безупречно встанут в ряд.
тучи собрались в стаи,
солнышко показалось.
ты мой любимый, нечаянный,
сердце тебя дожидалось.
чтобы ласкать и нежить.
чтобы дышать в тебе.
чтобы дарить тебе нежность.
шире бескрайних степей.
лёгкой снежинкой касаться,
тёплой твоей щеки.
в каплю дождя превращаться,
и в полевые цветы.
чтобы ты улыбался,
утром, идя на работу.
я так хочу чтоб ты чувствовал…
счастье. любовь.
и заботу
***
Уже мы стали старыми людьми,
Но столь же суетливо беспокойны,
Вступая с непокорными детьми
В заведомо проигранные войны.
***
На склоне лет на белом свете
Весьма уютно куковать.
На нас поплевывают дети,
А всем и вовсе наплевать.
Глаза сдаются возрасту без боя,
Меняют восприятие зрачки.
И розовое все и голубое
Нам видится сквозь черные очки.
От бега — пот, от пота — соль,
От соли раздирает рану боль…
Куда несёшься ты, Страна?
Не первый раз ты предана
Своими жадными детьми,
Так не несись под их плетьми!
Они — наследники князей России изначальной,
Терзавших бедную страну историей печальной.
Так не несись под их плетьми,
Займись забытыми детьми,
Которых много по обочинам дорог,
Разбросанных на неизвестный срок.
Которых Ты, не глядя, предала,
Когда с трибун бессовестно врала…
Которые сгорели без следа
В строительстве Архипелага-льда.
И тех, кто жизни всюду отдавал
Фронтам, которых сам не открывал,
А вынужден сегодня в очередь стоять
И от Твоих плохих детей подачек ждать.
А те, кого из дома Ты гнала,
Лишив их ласки и тепла,
Лишь потому, что кучка злых детей
В капризе билась от своих идей?
Взгляни на поредевшие ряды
Седых голов от злой большой войны:
Их души источают стон,
Платя за хлеб Георгьевским крестом.
Смотри на самых стойких матерей,
Теряющих сегодня сыновей.
И всё опять — от злых твоих детей,
Не жаль которым для Тебя плетей.
Послушай же хоть раз: остановись!
В трагедии семейной разберись!
И вспомни, сколько на земле семей?
Все слёзы в семьях — от плохих детей.
Покайся перед лучшими детьми,
И хватит жить под болью и плетьми.
Ведь помыслы страдающих людей —
Всё изменить, дожив до лучших дней.
Но ты не слышишь… Я — один из всех.
Мы — за бортом. Ты продолжаешь бег.
От бега — пот, от пота — соль,
От соли раздирает рану боль…
Куда несёшься ты, Страна?..
Она вошла, совсем седая,
Устало села у огня,
И вдруг сказала «Я не знаю,
За что ты мучаешь меня.
Ведь я же молода, красива,
И жить хочу, хочу любить.
А ты меня смиряешь силой
И избиваешь до крови.
Велишь молчать? И я молчу,
Велишь мне жить, любовь гоня?
Я больше не могу, устала.
За что ты мучаешь меня?
Ведь ты же любишь, любишь, любишь,
Любовью сердце занозя,
Нельзя судить, любовь не судят.
Нельзя? Оставь свои „нельзя“.
Отбрось своих запретов кучу,
Cейчас, хоть в шутку согреши:
Себя бессонницей не мучай,
Сходи с ума, стихи пиши.
Или в любви признайся, что ли,
А если чувство не в чести,
Ты отпусти меня на волю,
Не убивай, а отпусти».
И женщина, почти рыдая,
Седые пряди уроня, твердила:
«Я не знаю, за что ты мучаешь меня».
Он онемел. В привычный сумрак
Вдруг эта буря ворвалась.
Врасплох, и некогда подумать:
«Простите, я не знаю Вас.
Не я надел на Вас оковы»
И вдруг спросил, едва дыша:
«Как Вас зовут? Скажите, кто Вы?»
Она в ответ: «Твоя Душа».
Двуликий мир стоит на голове,
Но я забыл обиды и печали:
Друзья мои поют на НТВ
Владимира Высоцкого ночами.
Раскопан у подножия Парнас,
Великие до дыр затёрли нимбы.
— Кого там ищут?
— Вроде бы не нас,
Но скоро доберутся до Олимпа.
Я на него повыше заберусь
И попрошу крылатого Гермеса:
— Доставь меня, родимый, на Эльбрус!
У вас тепло, но очень мало места.
А у Гермеса ветер в голове,
А у меня тревога за плечами,
Но
Друзья мои поют на НТВ
Владимира Высоцкого ночами.
Эльбрус мы проскочили впопыхах —
Похоже, с навигацией хреново.
Меня крылатый высадил в горах,
Сижу, дышу. А горы — Воробьёвы.
Со мной гитара. С ней не пропаду.
А что без струн — так это даже легче!
Прохожий дед бормочет, как в бреду,
Что всё пройдёт, и время всех излечит.
Я сутками шатаюсь по Москве,
Где даже в битвах музы не молчали…
Друзья мои поют на НТВ
Владимира Высоцкого ночами.
Похлопает во дворике мужик —
Кумир, палач, поклонник и мессия.
Читают вслух столичные бомжи
Есенина и Пушкина. Красиво!
Им вторят ленинградские бичи,
И где-то, с самомнения балдея,
Ростовский критик яростно кричит
«Красавчик тоже может быть злодеем!»
Сегодня я шатаюсь по Москве,
А завтра буду где-нибудь в печали,
Но
Друзья мои поют на НТВ
Владимира Высоцкого ночами.
Да кто бы спорил… Каждый может быть.
А может и не быть, и тоже каждый.
Трещит судьбой натянутая нить,
Запаса нет, но мне уже не важно.
Я до сих пор шатаюсь по Москве,
Не ждите понапрасну на причале!
Друзья мои поют на НТВ
Владимира Высоцкого ночами.
© Александр Скворцов
Сотрясает тело спазм?
Это вовсе не сарказм.
Приготовься, это значит
Приближается оргазм!
«Навсегда!» —
самодельный страховочный трос!
Ведь любовь с первых дней податлива.
Ерунда,
если жизнь без тебя — под откос.
Предвкушаю, ты будешь счастлива.
Нипочём
жестяные зловещие дни.
Лихо циники дурью маялись.
Дурачьё!
Не любя, ошибались они,
и внутри сердец очерняли высь.
«Я другой
и нездешний», — застыло в крови, —
«для одной и с одной жизнь сложится!»
Запятой
только нет: не случилось любви.
Чуждо прочих красавиц множество.
Не забудь:
сон — удел дальновидных особ,
но совсем не закон — для творчества.
Долгий путь
завершу, затворюсь на засов.
Я ищу теперь одиночества.
4:02 11.2.16
Copyright: Светланович Федосеев, 2018
Свидетельство о публикации 118070504582
Если завтра по утру
Вдруг нечаянно умру,
Сколько ж нежности и ласки я в могилу заберу!
Нынче есть ещё денёк,
Всех зову на огонёк
И по совести отсыплю ласки в каждый туесок.
А вот с нежностью беда,
Жидковата, как вода.
Если тара из-под водки подойдёт, налью туда.
Тут ещё такой расклад
Всё любила невпопад…
Может, кто-нибудь польстится на диковинный наряд?
Ну, конечно, эксклюзив!
И, понятно, индпошив!
Хоть фасон не супер-пупер, но не так уж и паршив.
Там подрежешь, тут ушьёшь,
На меху ж, едрёна вошь!
Люди, может, кто-то мёрзнет? Пропадёт же не за грош!
Все спешите на раздажу!
Не уценка! Даром даже!
Ну, а завтра день покажет…
Жизнь покажет, что бог даст…
Мой лучший друг, наверно, время.
Не подведёт, не оскорбит.
Всё чинно, слаженно и верно,
Расставит и не навредит.
Сотрёт нелепые обиды,
Напишет нужные слова.
Ему всегда отлично видно,
Права я или не права.
Подарит новые сюжеты.
Еще неснятого кино.
Спасибо времени за это,
Оно со мною заодно.
Проникни.
Под кожу.
Собою заполни
Мою бездыханность
И боль.
Просторною синью,
Глубинами моря
В разбег
Захлебнуться
Позволь.
Прижги светом неба
Кричащие
Раны.
Расправь ветром крылья.
Войди
В замкнутую дверцу
Притихшего сердца.
Освободи
Меня.
Ос-во-бо-ди.
Любишь — ублажаешь, дружишь — уважаешь!
Мы теперь не разлучны с тобою вдвоем
Ты коснулся души моей нежно
От любви мое сердце горит все огнем
Мне с тобой так тепло, безмятежно
От твоих поцелуев я снова живу
Ты вдохнул в меня новую силу
С тобой я словно в небе облаком плыву
Ты подарил мне в чувства веру
Ты научил меня любить
И показал, что я тебе нужна и искренне любима
И моим чувствам ты не сможешь изменить
Моя рука с твоей теперь неотделима.