начинается снег,
будто заново жизнь начинается,
будто заново женщина
с вечера стелет постель.
начинается так,
как домашний пирог начиняется
молодыми грибами
к приходу внезапных гостей.
начинается снег.
начинается новая вьюга,
засыпая обломки трагедий
и гвозди голгоф.
мы ещё влюблены.
мы ещё не касались друг друга.
да и гости едва ли касались
твоих пирогов.
начинается снег.
между рамами морщится вата.
заметаются вешки
на дальней кровавой меже.
ни войны, ни тревоги.
и ты уже не виновата.
да и я не виновен.
и все не виновны уже.
Как аукнется, так и откликнется,
Не мудреное изречение.
И, казалось бы, так, бессмыслица,
Но имеет большое значение.
По делам воздается всякому,
На добро отвечают добром.
Надо делать, что бы не плакали,
Те, кто в сердце живет твоем.
Надо делать только хорошее,
А плохое придет само.
Даже если чуть чуть запорошено
Снегом выбитое окно.
Даже, если нет света с вечера,
Засорился совсем камин.
Вы уставьте все полки свечками
И зажгите огнем своим.
Сразу станет тепло знакомым,
Не знакомым станет теплее.
И отступит зима от дома,
Солнце станет светить сильнее.
Может солнце на землю выльется
Из небесного заточения.
Как аукнется, так и откликнется.
Не мудреное изречение.
ВСЕГДА
Грубость всегда брутальна,
Пошлость всегда банальна,
Правда всегда сакральна
И, в основном, печальна.
НЕ ПРОСТО ТАК
На свете всё не просто так -
Ни праздник, ни рутина:
На вешнем поле, как сорняк,
Возникла Палестина.
За что, про что, с каких херов?
Иль силою Борея? -
Тут ясно без излишних слов -
Чтоб дух окреп еврея,
И сам еврей не заскучал
Ни в будни, ни в шаббаты,
Чтоб автомат в руках держал
И меньше вёл дебаты,
Как обустроить этот мир,
Как взмыть стрелою в выси,
Чтоб он скорей закончил пир
Достоинства и жизни.
И что? Израиль стал сильней
Среди всемирной бучи,
И в суете бегущих дней
Спасает, строит, учит.
Теперь вопрос совсем иной.
В нём нет и тени штампа:
Страны великой головой
Г-сподь поставил Трампа,
Обаму сверг, тот был таков
И канул в Леты воды.
Зачем? Понятно и без слов -
Сплотились чтоб народы,
Чтоб шла Америка вперёд,
Крепила слово делом,
И выше самых ярких звёзд
Летала чтоб умело.
Ещё всего один вопрос:
Явились в центр Европы
Бандит, убийца, и отброс,
И прочие уроды.
За что, про что, с каких херов?
Ужель по воле Ада? -
Тут ясно без излишних слов -
Кому-то было надо
Мечети новые открыть
В Берлине и Париже,
Фемиде строгой рот закрыть,
Нагнуть её пониже,
И совершить с ней зверский акт
Прямого вандализма,
Что есть упрямый, грубый факт
Отпетого цинизма.
А этот кто-то низкий трус,
Без чести и мошонки,
Он без души - она лишь груз -
Вернее, без душонки.
Но мерзости придёт конец -
Я в это верю свято,
И скажет истину мудрец,
И брат обнимет брата,
Утихомирится подлец,
И наглая армада
Домой вернётся, наконец -
Во тьму и бездну Ада.
На свете всё не просто так -
Я о вине и хлебе:
Любви сияет Б-жий знак
В бездонном синем небе.
ПРОСВЕТЛЁННОСТЬ
(Светлой памяти Аллы Айзеншарф)
Глупцы, лишённые сомнений,
Резвы, шумны на этом свете,
А просветлённый, чистый гений
И тих, и прост, и незаметен.
Живу я с Судьбою споря,
но спор-это мой финал,
-Ты дерзкая часто, Оля!-
мне как-то жених сказал,
а я не учусь быть лучше,
кому-то нужна такой,
что сеешь, всегда получишь:
добро, нелюбовь, покой,
я сею рассвет и тайну,
взаимность, закат, дожди,
поверь мне, все неслучайно,
и лучшее-впереди,
живу я с Судьбою споря,
по мне -краше жить, горя,
- Люблю тебя сильно, Оля,
-Я тоже люблю тебя!
Ольга Тиманова
И не проси, я не признаюсь, что люблю!
Последний раз, когда я так сглупила,
Я думала, что жизнь идет ко дну,
Ностолько сильно боль меня топила.
Попробуй сам найти в словах моих любовь,
Поверь, она там есть, но мною скрыта.
Последний раз, когда ее не скрыла,
Мне показалось, что я ею же убита.
Попробуй сам разжечь искру во взгляде,
Поверь, я этого не сделаю сама.
Последний раз, когда я так сглупила
Казалось, что сожгла саму себя.
И не проси, я не признаюсь, что люблю!
Не обреку себя опять на годы лжи,
Я лучше буду слушать обвиненья,
Чем оправдания стихающей любви.
Великим бездарям!
Что водит человеческой рукой,
Когда он оседлал диван сомнений,
Устав плестись без пользы чьей-то тенью?
Край есть везде… для всех… и твой и мой,
Для будущей цепочки поколений!
С отличием великим, но одним:
Я говорил, что липнуть к чьей-то лени,
Вампирить в плагиате вдохновенье,
Удел для тех, кто завистью живет,
Меняя кабинеты круглый год.
Поэт же, завершая круг горенья,
Как все живое смертен и уйдет…
Коль пишет он, рождается алмаз!
Мой дальний друг, я думаю стихами
И чтоб не пропихнуть зевакам страз,
Под рюмку коньячка решите сами,
А стоит ли ваш слог куска Салями?
Я видел многих… прутся в чьи-то сани,
Имея к голове лишь пару глаз!
На страницы выбеленных улиц
Сыплются снежинок многоточья.
Фонари, от холода ссутулясь,
Разбавляют близорукость ночи
Мягким апельсиновым свеченьем -
Фоном новогоднего убранства.
В праздничное таинство Сочельник
Окунает время и пространство.
Оживают зимние страницы.
Отступают хвори и печали,
И светлеют мысли, души, лица,
Рождество Спасителя встречая!
Copyright: Ариша Сергеева, 2017
Свидетельство о публикации 117 010 702 751
В Новый год - без долгов! Расплодились, что те тараканы,
Копошатся в подкорке, мешают духовно расти.
Прикупила вчера у метро очиститель для кармы,
Открываю - там россыпь «спасибо», «люблю» и «прости».
Обманул продавец! Только в мозг осознания жало
Заливает коктейль из поступков, событий и дат.
Это просто слова - но как многим я их задолжала:
Не до Нового года - до смерти едва ли раздать.
Опасалась, стеснялась, спешила, тянула, не смела,
Повторяла «попозже скажу», как заевший мотив.
По итогу - одних не найти без имён и e-mail`ов,
А других - без подсказки Харона, увы, не найти.
От врача неотложки до нянечки детского сада…
Выхожу на балкон, зажимая флакончик в горсти,
Высыпаю на ветер - пусть сам разнесёт адресатам
По пяти континентам: «спасибо», «люблю» и «прости».
Со светлым Рождеством Христовым
Поздравить от души готова
Всех христиан я православных,
Для нас ведь этот праздник главный.
В день зимний наш Господь родился,
С добром на землю он явился.
Хочу всех с праздником поздравить,
Новорождённого восславить…
И мир пусть в сердце нашем будет,
Да будут счастливы все люди!
2.01.2018
Козломордый Сэм из Вашингтона,
Раззодорил нашу либерсНЮ,
Обещал печенки от госдепа,
Если Неваляшку изберут,
Можно бабу с лошадиной мордой,
С кличкой Ксю, что водку пьёт рекой,
И трясет свой детородный орган,
На экранах выставив позор.
И пошли писать бумагоеды,
Ах Россия, ах твоя судьба,
Нас волнует, что же вы поели,
Нас волнует, кто и где, с кем спал,
Мерзкие собаки Амнюэли,
Мерзкие болонки от бомонда,
Что швейцарских сыров не доели,
И забыли вкуса от Хамона
Вам нужны госдеповские гранты,
Вам продать Россию поскорей,
Помним мы, как ваши злые шавки,
Продали страну за 100 рублей,
Помним алкоголика Бориску,
Помним мы плешивого Царя,
Два тупых окурка КПССиста,
Разорвали Русские поля,
Разорвали Русское пространство,
Бросили Россию на позор,
Но нашелся у России пастор,
Этот пастор, вывел нас из шор.
Пусть Владимр правит капитаном,
Выводя корабль из штормов,
Родина не доверяй обману,
Мы надежды видим только в нем.
Новогодний репит опять прогремит знакомо.
Президент в роли вынужденного спецкора:
Нам расскажет, мол, всё разрешится скоро.
Кевин снова останется один дома,
Джон Макклейн обьявит войну террору,
Став Мессией рождественского Содома.
И Лукашин увидит забой стакана,
Чтобы стать для Нади всего дороже.
Но в реале всё прозаично строже:
Кевин вырос в кутилу и наркомана,
Джон всё хуже, но популярен всё же.
Хоть давно уже не звезда экрана.
И Рязанов клинически обездвижен,
Рубль ниже, а доллар нам ссыт в карманы.
А ведь Кевин хотел рождества в Париже,
И у Джона были другие планы.
На приём пришёл в больницу.
Доктор осмотрел меня
Говорю - замучил кашель,
Сразу видно ОРЗ…
Врач мне мило улыбнулся,
Молча выписал рецепт…
А в аптеке мне сказали -
препарата для вас нет.
Предложили мне аналог,
дорогой, не по карману.
Деньги есть, но их не много…
Вот и вылечись попробуй…
Татьяна Ник
Ещё немного
И зиме конец.
Весна придёт
И землю обогреет.
Сойдут снега.
И птицы прилетят,
И первые цветы
Распустятся под солнцем.
Татьяна Ник