Непонятые гении всегда
Обидчивы, ранимы и капризны,
Им не хватает снега и тепла,
Их раздражают негры и расисты.
Вот вечно я … и не могу иначе,
Всё cлишком близко к сердцу принимаю,
Волнуюсь за друзей, переживаю,
Болею вместе с ними и страдаю!
Другие говорят, что так нельзя,
Не те уж люди, пора бы мне узнать,
Что в мире этом каждый за себя,
Ну, что на это я могу сказать (?).
Сердце мне тогда другое надо.
Вот в этом-то и вся беда,
Что сердце мне Господь не поменяет,
Ни за что, никак и никогда!
Но, в принципе, я ЭТОМУ и рада,
Хоть больно и бывает иногда,
Сердца мне другого и не надо!
Моё бы сохранить на все года!)
А.Ч.
Время, постой,
Подожди, не торопись!
Дай полноценно насладиться тем отрезком,
Что именуем словом, ЖИЗНЬ!
А.Ч.
Улетаешь… так надо… я все понимаю… нелепо
мне мечтать, что мы вместе… когда-нибудь?.. да?
Из объятий моих ты ныряешь в объятия неба…
еще миг… от тебя не осталось следа…
Только запах… тобой пахнут губы и кожа.
Закрывая глаза, я рукой провожу по щекам…
Мне тебя не забыть… это вряд ли возможно.
Да и я твое сердце тебе ни за что не отдам.
Улетаешь… я все понимаю… а впрочем,
лгу себе… не смогу я понять никогда:
почему нашим чувствам ты штампик поставил «заочно»,
а своей нелюбви ставишь твердо печать «навсегда»?
«Боже, дай мне разум и душевный покой,
Принять то, что я не в силах изменить.
Мужества, изменить то что могу,
И мудрость, отличить одно от другого.»
Мне казалось, я один во вселенной, И люди вокруг, меня в этом поддержали всецельно…
Когда-то я с артистами дружил,
Работал у Кобзона в разогреве,
Вдоль поперёк страну исколесил,
Но тесно стало нам вдвоём на сцене.
Кобзон тогда нечестно поступил,
И стал решать по-своему проблему,
Быков своих знакомых натравил,
Чтобы убрать подальше конкурента.
Решил я после этого пойти,
В спортивный клуб с названием «Перчатка»,
Чтобы дружкам Кобзона отомстить,
И боксом для того всерьёз заняться.
А мне таланта век не занимать,
Я показал такие результаты…
Кличко Володя стал переживать,
За пояс чемпиона опасаться.
И он подговорил своих дружков,
В друзьях у Вовы только президенты,
Состряпал на меня Кличко донос,
Что ем я запрещённые конфеты.
Был проведён анализ на мочу,
Ещё я сдал пол литра своей крови,
Я бокс теперь по телеку гляжу,
Как братанов выводят в чемпионы.
Но разве я на месте усижу,
Когда в стране такие перемены,
Я в президенты выбиться хочу,
А на худой конец пойду в премьеры.
Помножу свой недюжинный талант,
На опыт артистический, спортивный,
Уже сейчас тяну я на мандат,
Готовый для любой палаты спикер.
И вот уже Медведев задрожал,
Заёрзал Путин в президентском кресле,
И президент Америки - Абам,
На мне поставил чёрный жирный крестик.
Агентишка под номером ноль семь,
Подсунул начинённый чем-то сникерс,
Теперь я в психбольнице пациент,
В палате номер шесть законный спикер!
Затверженной молитвой прошепчу-
Падение-всего лишь часть полёта…
Не боль страшит, но то признать пора,
Что биться «о земь» как-то неохота.
Без остановок хочется лететь
Всё время поднимаясь выше
Чтобы когда-то сесть, передохнуть
Не «где-нибудь», а там-
На мира крыше.
Немного отдохнув-продолжить путь
Туда, где неизведанные дали
Оставив в прошлом всех печалей груз
И чувства, что так просто предавали…
Поправить «крылья»… Снова-инструктаж.
И повторять-
Паденье-часть полёта…
Нет страха и лететь-
Уже пора…
Но как же биться «о земь» неохота…
Уж лучше грешным быть, чем грешным слыть.
Напраслина страшнее обличенья.
И гибнет радость, коль ее судить
Должно не наше, а чужое мненье.
Как может взгляд чужих порочных глаз
Щадить во мне игру горячей крови?
Пусть грешен я, но - не грешнее вас,
Мои шпионы, мастера злословья.
Я - это я. А вы грехи мои
По своему равняете примеру.
Но, может быть, я прав, а у судьи
Неправого в руках кривая мера?
И видит он в любом из ближних ложь,
Поскольку ближний на него похож?
..уходит лето.
молча. не прощаясь.
уносит рой несбывшихся надежд.
прохладой осень дышит.
приближаясь.
и межсезоньем смазан их рубеж.
.волнами смыты все следы отчаянья.
и ветер вновь уносит грусть мою.
печаль.
стучится ожидание в молчание.
срывая дней последних.
календарь
осенним наполняется дыханьем.
не жду. не верю.
просто буду жить.
наполню свет свой дней очарованьем.
и буду просто
жизнь как есть любить.
У каждого, кто встретится случайно
Хотя бы раз - и сгинет навсегда,
Своя история, своя живая тайна,
Свои счастливые и скорбные года.
Какой бы ни был он, прошедший мимо,
Его наверно любит кто-нибудь…
И он не брошен: с высоты, незримо,
За ним следят, пока не кончен путь.
Как Бог, хотел бы знать я все о каждом,
Чужое сердце видеть, как свое,
Водой бессмертья утолить их жажду -
И возвращать иных в небытие.
Она только изредка пахнет духами.
Все чаще - табачным дымом.
Чем больше ее проклинаю стихами,
Тем больше она любима.
И стоит ей только сказать мне, что в восемь
Назначена наша встреча,
Бегу, как безумный, сквозь улицы. Осень.
А там… Там июльский вечер.
Она опоздает, а, может быть, вовсе
Останется где-то между,
А, значит, смотреть, как трамваи привозят
В вагонах пустых надежду.
И девушки, воздух вечерний вдыхая,
Пройдут, улыбаясь, мимо.
Когда они сладкими пахнут духами,
Мне так не хватает дыма…
Я весь погряз в своих ошибках,
Мой мозг отравлен от вина,
Слетела добрая улыбка,
И в зеркале лицо отца.
Устал мой мозг завыл от боли
Из-за несбывшихся надежд.
За, что опять мне испытания?
За, что несу я этот крест?
Я целую прошлое в висок,
Каждый прошлый день, где просыпалась
с мыслью о тебе. День ставил парус,
Бороздил просеянный песок.
И не жалко время сотен лет,
Если каждый дождь грустил со мною,
Дверь я настежь прошлому открою,
Отпускаю, не рыдая вслед.
В жизни нашей все имеет срок,
Гаснут в этом мире даже «солнца»,
Прошлое пусть прошлым остается,
Мною поцелованным в висок.
Силы женщине не занимать!
Как говаривал мудрый поэт:
И коня на скаку… хоть cейчас!
И в горящую избу… чуть свет!
Силы женщине не занимать!
Пашет в поле… и рельсы кладёт.
Может вам всё простить и понять,
А захочет… первой уйдёт!
Силы женщине не занимать!
Хоть, мечтает быть слабой"с пелёнок"
Только, как же ей сильной не стать,
Если рядом…"мужчина- ребёнок".