Ты ждала счастья?
Ты ждала чуда?
Наивный и глупый малыш
Не находишь.
Я же говорила ждать
Плохо.
Что же плачешь теперь?
Твой плачь ведь ничто!
Его видишь лишь ты!
И боль эту… чувствуешь ты!
Давай же забудем про боль.
Её чувствуешь ты, а не я.
И могу не понять
Ведь не я, не со мной
Случилось то горе.
Давай будем бороться за счастье
И чудо…
Пока мы живём
И чувствуем…
Клевер розовый и белый.
Луговая благодать.
Постараюсь акварелью
Летний день нарисовать!
Вот зелёные стрекозы,
Вот мохнатая пчела,
Сосны, ёлки и берёзы,
Трактор, домики села…
Пусть немного не похожи,
Ведь рисую, как могу.
Жаль, что не могу с Серёжей
Порезвиться на лугу,
Загорать, цветочки нюхать,
Петь и бабочек ловить,
По совиному поухать
И росу с травинок пить!
Увезли дружка на море,
Вот какая дребедень…
Ну, конечно, я в миноре,
А вокруг прекрасный день!
Какая плата за любовь?
За наши краткие свиданья.
За те минуты, что с тобой,
За тихие, в ночи, признания.
За то, что надо уезжать,
За то, что надо улыбаться,
За то, что надо отдавать
И что никак нельзя признаться,
Что сердце стонет и кричит,
И как с тобою быть лишь хочет
Какая плата за любовь?
Когда вокруг темно, как ночью.
Душа беззвучно слезы льет,
Устав быть сильной в жизни этой
Какая плата за любовь?
И не найти никак ответа.
Леденцовые туфельки алого цвета,
Зазывают тебя окунуться в блаженство.
Отражается в них луч закатного света,
Для тебя я в туфлях- это миг совершенства.
Я не буду по городу в них рассекать,
Для тебя приготовлю торжественный ужин.
А потом. прямо в них. тебя буду ласкать…
Целовать и шептать, что один только нужен.
Очень нежно, игриво к себе привлечёшь,
И расскажешь как сильно по мне ты скучал.
С тихим счастьем в объятиях сильных сожмёшь,
Понимая, что лишь обо мне так мечтал.
Эта ночь нам подарит такое тепло…
Позабыты в углу туфли спелого цвета.
Невозможно сказать, как же нам повезло,
Просыпаться вдвоём в этом алом рассвете.
Не жажду внимания, аплодисментов,
как будто затихла… Трагедии нет.
В балансе живого, как ветер, момента,
едва ли возможно заметить мой след.
Я в нем. Не пытаюсь растаять и слиться,
и он не намерен меня растворять.
Мы этого мира всего лишь частицы -
он - время, я - то, что пока не понять.
Все тщетное бросив, пустой и звенящей
как колокол (тоже и звонок и пуст),
пытаюсь увидеть себя настоящей,
и в вязком тумане нащупать тропу.
И слово услышать. Одно, золотое…
(ведь только его я у неба прошу)
Оно вопрошает:
- А что ты такое?
Не ветер, не травы, не - ливни…
- Я - шут.
- Ну так весели! Заработай!
Под ливнем
танцуй, словно дервиш,
как вихрь, как огонь…
В движении с ливнем ты станешь счастливой…
И больше не надо тебе ничего.
Слова лишь сосуды. Ни больше, ни меньше.
Положишь огонь - просияют, а нет -
уж лучше молчи. Пустотелые вещи
бессмысленны, словно вчерашний билет.
Уж лучше молчи… Так надежнее искры
в ладонь собирать и, как скряге, хранить…
Я в этом молчании гулком и чистом
тебе уроню светоносную нить.
А дальше - неважно. Ты просто поверь мне…
Ведь время - полоски на звездном плаще.
И только. А люди считают потери -
зарубки на сердце. Здесь, в мире вещей,
искусственно гасят огни, заменяя
сарказмом и гневом живые лучи.
Увидишь - спускается нить золотая -
пиши… Или лучше танцуй и молчи.
Расставание… Драма… Одна…
Грусть… Звенящая тишина…
Все застыло… Финита мечтам…
Холод… Сердце напополам…
Боль… Немыслимая тоска…
Надежды вдребезги! Не судьба…
Невозможность безрадостных дней…
Бесконечность бессонных ночей…
Забываю… Сама себе вру.
Задыхаюсь… Почти не дышу…
Вспоминаю… Скучаю… Люблю…
Вырываю из памяти… Жгу!
Ненавижу… Крылья дотла!
Пепелище. Ожег. Пустота…
…Безнадежность…
В клочья душа!
Не могу…
Я смогу! Я должна!
Я молю небеса…
Прошу…
…
Я смогла. Я другая.
Дышу…
На войну уходил я из дома,
Плыл над городом день голубой.
Переулком, где всё нам знакомо,
Шли мы рядом, родная, с тобой.
На прощанье ты твёрдо сказала:
- надо край наш любимый спасти. -
И сама помогла до вокзала
Вещевой мой мешок донести.
Помню я, на углу возле сквера,
Чья- то девочка к нам подошла,
Улыбнулась: - зовут меня Вера, -
И на память кисет поднесла.
А потом поглядела построже,
Детский взгляд мне её не забыть:
- Я хотела бы, дяденька, тоже
До вокзала тебя проводить!
И пошли вы, меня провожая,
Обе полные думой одной, -
Ты и девочка эта чужая,
Что навеки мне стала родной.
Помню лица, мелькнувшие мимо,
Голубей на киосках цветных,
Чей-то возглас: - Соколик, родимый,
Там, на фронте, постой за своих!
И старушка, что даже не знала,
Чей я, кто я и как меня звать,
Вместе с вами пошла до вокзала,
Словно сына, меня провожать.
И когда на ступеньках вагона
Мы безмолвно с тобой обнялись,
Посмотрела она умилённо
И сказала: - Сынок, оглянись!
Оглянулся я молча - и замер:
На перроне, средь ясного дня,
Сотни женщин махали платками,
На войну провожая меня.
И успел я прочесть в каждом взоре:
«Милый, будь беспощаден в борьбе,
Пусть великое русское горе
Гневом сердце наполнит тебе…»
И потом, вспоминая об этом,
Через лес, оглашённый пальбой,
Озарённый январским рассветом,
С автоматом я ринулся в бой,
Я фашистской не кланялся пуле,
Не робел, не терялся в дыму,
В грозном грохоте, в огненном гуле
Нёс я гибель врагу своему,
И рука у меня не дрожала,
Потому что в тот день голубой
Вся Отчизна меня провожала,
Весь народ провожал меня в бой.
Видать забыла нас Европа,
Пора напомнить «дорогим»,
Как наша Русская пехота
Брала Париж, Брала Берлин!
Я ведь просто хотел улыбаться тебе поутру.
Через вьюги летел, рассыпая свой страх на ветру.
Мне дорогой до звёзд - были годы случайных потерь.
Ты явилась из грёз и шептала: «Разлуке не верь».
Я мечтал, что когда-нибудь будет у моря наш дом,
Летний вечер янтарный, и мы у камина вдвоём.
Ты читаешь мне шёпотом старый бульварный роман,
Я смотрю на тебя и как прежде от нежности пьян.
Всё ведь было б не так! Не смеялась холодная ночь,
Не бежал бы из города тенью безмолвною прочь.
Босиком, по осколкам разбитых тобою зеркал,
Где вдвоём отражаться судьбою нам сон предрекал.
Я ведь просто хотел это счастье с тобой разделить.
Ту любовь, у которой давно перерезана нить.
Пусть хоть в целой вселенной надежде моей места нет,
Для меня ты одна, среди тысячи мёртвых планет…
Алексей Байбатров
Я так устала от зимы,
От темноты ночей безлунных,
Тревожно, трепетно сквозь сны,
Капель настраивает струны.
И льется музыка дождя,
Ручьи ей вторят перезвоном,
Сползает талая слеза
По ветке вербы обнаженной.
Устав, от долгих зимних снов,
В томленьи ждет весны природа,
Освобождаясь от оков
Ее сковавших на полгода.
Вновь пробирается рассвет,
Сквозь топи, где стоят туманы.
Я вижу это много лет,
Наполнив сердце ожиданьем:
Весны и первых майских гроз,
Безумных бабочек полетом,
Листочком клейким у берез,
Неугомонных птиц прилетом.
И первой трелью соловья,
И кипелью цветущих вишен.
Все это милая весна,
Приход которой жду и слышу!
Любить с любовью жить,
- внимая каждое мгновение,
Не оборвав судьбы нить,
- познав умиротворение.
Земное счастье пить до дна,
- не взяв греха на душу.
Летит жизнь несёт судьба,
- в неизведанную глушь
Ветра пронзают насквозь,
- с деревьев роняя листья
Промозглая дождливость,
- в хлябь колеи ложатся.
Взлетают стаи в небо,
- гонит ветер тучи в «клин».
Ушло от звенело лето,
- оставив пейзажи картин.
А в душе пустота, кроме ветра…
Буд-то вынесло всё сквозняком.
Только отзвуки тихого эхо…
А мой поезд порожняком…
Так бывает, должно быть молчание…
После долгих раздумий и дум,
После долгого ожидания,
Когда вериться стало с трудом.
Я закрою все двери и окна,
Зажгу свечи - сердца огонь!
И без всякой доли стеснения
Я опять возвращаюсь в свой дом.
Как-то …сразу мы в души запали,
Как-то …сразу своими мы стали.
Ты, как я не питаешь обиды,
Ты, как я веришь в высшие силы.
Как-то сразу тебя поняла…
И ты чувствуешь тоже меня…
Мне тепло от того, что ты здесь,
От меня хоть за тысячу верст…
Ты всё в той же в клетку рубашке,
И она, как всегда нараспашку…
И от ветра взъерошена чёлка …
Я к тебе бегу… как девчонка…
Моя память живет неустанно…
Возвращая, к тебе постоянно…
На всех, ты, ясный свет, смартфонах, хороша!
Сколь резво ветерок вокруг тебя не вейся,
Поклонников, ах, миль пардон, их, как всегда, залейся…
Ты выбирай, того, к кому лежит душа,
Их фото, словно, листьями, по осени, шурша
И отметая тех, что, явно, не по нраву,
Прости, но, всё ж, скажу, что это - твое право,
Желанье Женщины, то, явно, не порок
Воистину: «Что хочет Женщина - того желает Бог!»
Зря не сулите драгоценнейших даров,
И обещаний легковесных, будто пух из снов,
Ты из породы тех достойнейших блондинок,
Что метров за сто распознают дураков.
Не своенравна ты, а лишь, слегка, упряма,
Нельзя иначе, ты же Ванечкина мама!
А по другому, как, чтобы без лишних слов
Из милых малышей растить нам мужиков?
А в остально же, ты моё сердкчко,
Мила, тиха, скромна, как с натюрморта, свечка,
Что, озаряет мягким светом не спеша…
И, отдыхает глядя на тебя, душа -
На всех, ты, ясный свет, смартфонах, хороша!
Бьет озноб в предчувствии чего-то,
Ждет подспудно сердце перемен.
Может встретит там, за поворотом
То, что хочет получить в замен?
Может очень жаждет приключений
И не хочет просто так стучать?
И болеет от таких движений,
И попробую эту боль унять.
Может сердце чувствует преграду?
Что-то держит сердце взаперти.
Может тот, кто был сегодня рядом
Или тот, кто должен был придти?
Будет ждать? А, может, и не станет,
Выломает клетку и вперед.
Не пришли, обратно не заманят,
Кто пришел, наверно, подождет.
А вернется, будто пчелка в соты
Попадет оно в медовый плен.
Бьет озноб в предчувствии чего-то,
Ждет подспудно сердце перемен.