ИВАН ОХЛОБЫСТИН: ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО ВЛАДИМИРУ ПУТИНУ
08 января 2014, 08:07
Уважаемый Владимир Владимирович!
Обращаюсь к Вам, и как гражданин к гражданину и, как верующий человек к верующему человеку. Думаю, что мое обращение поддержат десятки миллионов граждан России. Господин Президент прошу Вас способствовать скорейшему возвращению в Уголовный Кодекс Российской Федерации 121-ой статьи, карающей за «мужеложество». К сожалению статья, запрещающая пропаганду гомосексуализма, не достаточно эффективна, поскольку наличие официально зарегистрированных сообществ гомосексуалистов само по себе является прямой рекламой гомосексуализма и противоречит, ранее принятому, закону «о защите чувств верующих», чьи чувства несомненно оскорблены существованием, на законных основаниях, во многих российских городах очагов содомии. Затягивать с разрешением данного законодательного противоречия никак нельзя, иначе это грозит неминуемым и довольно быстрым получением содомитами статуса «социальной группы», а значит - конституционной возможностью растлевать подрастающее поколение, ведь своих детей у содомитов быть не может и эта «социальная группа» будет вынуждена пополнятся за счет наших детей. Если данная инициатива находится вне Вашей компетенции, прошу Вас инициировать проведение всенародного референдума по данному вопросу. Я уверен, что результаты оного окончательно убедят Вас в необходимости возвращения вышеупомянутой статьи.
С уважением, Иван Охлобыстин.
Пройти такой огромный путь, что бы понять что всё это время я шла уверенной походкой в обратном направлении и словно по кругу, пришла к месту откуда всё начиналось. Стоило ли мне признавать эту истину? Всю жизнь я пыталась с себя скинуть эти ненавистные оковы, в которые меня заковало общество, всё это стремление отделиться от окружающего тебя мира, в глубине осознавая, что ты лишь какпля воды в огромном океане. Осознав же свою сущность как элемент структуры, у меня в голове всё ещё оставались мысли об индивидуальности, я сравнивала всех со снежинками, все такие разные. Во мне возникли новые идеи, теперь же моим стремлением стало улучшение качества жизни, а так же возвращение к первоистокам всего человеческого существа, полное избавление от какой-либо морали. С каждым днём мне становилось всё легче и легче, казалось от такой независимость иногда я могла просто взлететь. Но, как мне кажется, всё же я немного не подрасчитала, я настолько зациклилась на своих собственных желаниях, что круг именно настоящих, не навязанных, с каждым днём всё уменьшался и уменьшался, желаний становилось всё меньше и меньше. Сегодня я осознала, что большинство из них, были на самом деле скорее потребностями реализовать себя. И таже самая безусловная любовь, вернула меня к самому началу всей сущности, я поняла, я больше не хотела обладать, но так же я и не хотела противостоять людям пытавшимся обладать мною. Мне казалось я вернулась в самое начало, и я не могла разобраться хорошо ли это было, или плохо, хотя в данный момент это и не имело особого значения, мною овладевал скорее страх неизвестности.
Растерянность… Боль… Недоверие… И отвратительный страх, острой льдинкой вонзившийся в сердце, а в голове, звенящая на высокой ноте тишина, что даже слышно, как в висках пульсирует кровь. Как же так?! Твой муж, который тебе бесконечно дорог, и с которым ты делишь совместную постель, изменяет тебе с другой женщиной. За что мне такое испытание? За какие грехи?!
Накормив детей и поиграв с ними немного, уложила спать, затем легла сама, и тут же невольно представила, как он обнимает и ласкает другую. Боль тысячами иголок снова вонзилась в сердце, так что стало трудно дышать. Пришли слезы. Капли редких, крупных слезинок текли по щекам и падали на подушку, но боль не проходила. Какой идиот придумал, что слезы приносят облегчение? Можно проплакать час, два, три и в лучшем случае забыться беспокойным сном на одинокой кровати или в кресле, встав наутро совершенно разбитой, с ужасной головной болью. Измена похожа на пищевое отравление, и пока не вытошнит - не полегчает, а для этого придется изменить самой! Назло! И сделать так, чтобы он узнал о содеянном. Месть! За свою поруганную любовь. За предательство. Разъяренная, обиженная женщина мечтает о страшной мести, но всё заканчивается тем, что дарит себя более достойному мужчине. Или первому встречному. Возможно жены не изменяли бы мужьям, если бы знали другой, более тонкий и изощренный способ отомстить. Мужчины собственники. Даже мысль о том, что кто-то другой касался его жены приводит их в бешенство. Она представила с каким же удовольствием она швырнет ему в лицо, короткую, но убийственную фразу - «Он лучше тебя в постели!». Это ахиллесова пята любого мужчины! Поставить под сомнение его сексуальные способности - беспощадный удар по мужскому самолюбию, который не в состоянии вынести ни один мужчина. Но тогда развод! А как же дети?!
Их все же развели, хотя дело в суде откладывали несколько раз, давая время для возможного примирения. Она отвергла все его попытки сохранить семью. Никто и никогда не узнает чего это ей стоило. Как собака, попробовавшая вкус человеческой крови, становится безжалостной к своей жертве, так и неверный муж не сможет остановиться в своем желании обладать другой женщиной. Неумолимое время! Молодое тело, вот чего не может сохранить ни одна жена, и со временем это нередко становится причиной измены. Все другие мотивы мужской неверности можно предусмотреть и предотвратить и даже вернуть при желании заблудшего мужа в семью, но молодость не вернешь. Может поэтому женщины так болезненно воспринимают физическую измену любимого мужчины с молодой разлучницей, расценивая это как подлое предательство.
Её размышления прервали близнецы прибежавшие к ней за помощью. Арифметика не получается. Не делится у них там что-то. А вот они с мужем уже все разделили. Движимое и недвижимое имущество. Детей тоже разделили. Она печально усмехнулась. Старшая дочь захотела жить с отцом. Ну что ж, закон предоставлял ей такое право. Ее выбор еще одной болью отозвался в душе, но она понимала, что так будет лучше для всех. Да и бывшему мужу будет легче. Она видела как он осунулся и кажется постарел за это время. Но она не оставила места в своей душе для жалости. Малыши останутся с ней. Вон они наперебой суют ей свои тетрадки. Ну что там у них? Деление натуральных чисел с остатком. Вот и в ее жизни всё разделилось, кроме любви, которой больше нет. Любовь не делится на троих ни при каких обстоятельствах или остается в остатке. А может любовь вообще не делится? Напряжение последних месяцев сказалось, лицо задрожало, предательские слезы навернулись на глаза, она всхлипнула. Малыши всполошились и рванули из-за стола, а подбежав, уткнулись в нее, обхватив за ноги и дружно засопели. Они были уже готовы разреветься, но она справилась с собой и рассмеялась, гладя их по головам. Близнецы успокоенно, но всё еще недоверчиво смотрели на нее снизу вверх, как вдруг один из них спросил: «Мама!А что такое остаток?».
«То что не делится и остается. Вы мой остаток! Мои любимые! »
Ведь незачем ввязываться в историю, в которой слишком мало места. Пусть даже всего-то общего, что будет у нас, - это скамейка в парке, я и тогда постараюсь расстелить и развесить - на спинке, на ветке! - хотя бы сотканное из паутины «тайное свидание». Поймите правильно, это не для красивости и маскировки секса. Но мне просто воздуха не хватает, когда «всего лишь переспали», когда ни морозными узорами на окнах, ни тенями на потолке, ни даже пылью под кроватью нельзя написать «возлюбленный», «душа моя», «мне кажется, я сейчас умру». Без этого бессмысленно и начинать.
1. Деньги без труда - Люди не в состоянии ценить то, чего не заработали сами.
2. Верность без доверия - Верность исчезает, как только исчезает доверие.
3. Понимание без образование - Человек никогда не сможет до конца понять то, о чем он ничего не знает.
4. Мудрость без опыта - Истинная мудрость является продуктом многолетнего жизненного опыта.
5. Власть без границ - Неограниченная власть ведет к алчности и коррупции.
6. Бизнес без честности - Не чистые на руку бизнесмены рано или поздно отправляются в тюрьму… если повезет.
7. Успех без жертв - Успех не найдет вас, вы сами должны найти его.
8. Политика без обоснования - Без обоснований, политика превращается в тиранию.
9. Счастье без душевного спокойствия - Человек бывает спокоен только когда у него все хорошо, а это уже счастье.
10. Начало без конца - Великое начало обычно приходит из конца, пришедшего из другого начала.
В высшую комиссию по контролю за развитием генезиса.
Я, нижеподписавшаяся, заявляю, что родилась мужчиной вопреки своей воле. В связи с этим прошу за моё поведение в качестве самца ответственной меня не считать, так как я действовала под влиянием ранее господствовавшей мужской цивилизации. Сейчас я полностью согласна с общепринятым утверждением, что мужчин нет, не было и не требуется!
____________________________________
Тезис, что мужчины - недостающее звено эволюции между нами и обезьянами, доказан.
Есть женщины, которым подают лимузины прямо к ковровой дорожке. Каблучки которых никогда не месят земную грязь, а пальчики не стирают пеленки и не зажигают газ под замызганным чайником. Которые расплачиваются золотыми кредитными карточками - если вынуждены расплачиваться сами, - и за которых платят по карточкам «Dinners Club» уверенные в себе, глянцевые, подтянутые и загорелые мужчины класса «люкс». Которые живут только на виллах с прислугой и держат очаровательных маленьких собачек, придающих им особый шарм. Для собачек покупаются пальтишки и ошейники с бриллиантами.
Такие женщины имеют в своем гардеробе полтора десятка «маленьких черных платьев» и столько же ниток натурального жемчуга разного оттенка. Они не проводят все время в салонах и на пляжах, что за расхожие глупости! Они заняты очень серьезными и важными делами, и эти дела отнимают у них все свободное время. Они возглавляют комитеты по спасению тутового шелкопряда и комитеты по освобождению женщин Буркина-Фасо от рабского труда. Они помогают беженцам Ганы и обсуждают режим Уганды. Они борются за права своих сестер, которые до сих пор томятся в гаремах и лишены возможности получить профессию водителя-дальнобойщика. Оставляя на руках почтительных швейцаров легкие шубки, они включаются в борьбу за права животных и спасают их от варварского истребления! Они устраивают благотворительные приемы в фонд помощи медузам Эгейского моря и замерзающим детям Чукотки.
Впрочем, в последнее время, Чукотка замерзать решительно отказалась, пришлось даже отчасти переключиться на высыхающие реки Сахары.
Затем их, усталых и измученных, разбирают по домам водители на лимузинах, и дома все повторяется вновь - доклад гувернантки о проделках Фролушки и Аксиньи, доклад домоправительницы о поведении Чарли - «Чарлик, прелесть моя, сколько раз я говорила, чтобы ты не грыз мамины туфли!». Доклад садовника о том, что мимоза - «тудыть ее так!» - засохла. Фролушка в свои шесть уже пробует курить, а Аксинья полила сиропом папин смокинг - «Сколько раз я говорила, Галина Петровна, что детям не место в гардеробной!». Затем приезд папы, маленькое черное платье, нитка жемчуга, вечеринка в «Царском селе» или Дворянском собрании.
Напряженная жизнь трудовой современной женщины.
Если мы тогда направим наше душевное рассмотрение на этот мир, мы, конечно, не найдем ничего
из того, что мы знаем теперь о Мистерии Голгофы. Но мы найдем то бесконечное углубление жизни мысли, которое показывает нам, что здесь произошло нечто в ходе
развития Человечества, что захватило глубочайшую внутреннюю сущность душ на физическом плане. Что бы мы ни предполагали, такой, как тогда, мысль не была никогда,
ни у одного народа, ни в каком веке! Следовательно, каким бы неверующим не был кто-либо, как бы он не желал ничего не знать о Мистерии Голгофы, одно должен он признать, что на том острове, который мы теперь очертили, живет углубленность мысли, которой никогда раньше не было. Но теперь, когда переносишься в этот мир мысли
и за ним имеешь ясновидческое состояние души, тогда чувствуешь себя вполне устойчивым в этом своеобразии мысли. Теперь говоришь себе: «Да, такой, как она расцвела,
эта мысль, как идея у Платона или других, как она перешла в тот мир, которому мы пытались создать границы, эта мысль есть нечто, что делает душу свободной, что ее захватывает и приводит, так сказать, к более высокому воззрению на самое себя». Так что она может сказать: «Что ты вообще можешь постигнуть во внешнем мире и в духовном мире, это ставит тебя в зависимость от этих миров, в мысли ты схватываешь нечто, что живет в тебе, что ты можешь полностью проникнуть собой. Ты можешь
удалиться из внешнего физического мира, можешь стать неверующим по отношению к духовному миру, можешь не давать проникнуть в себя физическим впечатлениям;
с мыслью ты можешь жить в себе самом. Ты как бы захватываешь свою собственную сущность в твоей мысли!» Это можно понять. Но затем наступает - и иначе не может
быть, когда с ясновидческим состоянием души погружаешься в это море мысли, - чувство изолированности мыслей, чувство, что мысль, именно только мысль, чувство,
что мысль живет, прежде всего, только в душе и в ней самой нельзя найти силу вступить в мир, в котором можно найти первопричину и того, чем мы сами являемся.
В жизни важно уметь благодарить, отдавать, слышать, прощать - четыре аспекта сути мира. А еще хорошо бы встретить своего человека, который пусть и не будет похож на тебя, но в нем найдешь то, что долго искал в себе. Пазл сложился. Если с этим человеком получится продолжить путь, то значит ты станешь еще ярче, светлее. Все хорошее удваивается в количестве, качестве. И любви в тебе станет еще больше и захочется еще больше ее отдавать. Отдавать значит делиться, а не отнимать у себя.
Долго искал истинный вкус, звучание счастья. И нашел, преодолев потери, отчаяние. Путь к счастью проходит через боль, за которую в итоге благодаришь.
Боль учит слышать людей и их боль, не осуждать и делится тем, что есть. Боль учит ценить каждую минуту - улыбаться встречному ветру, не щурится на солнце и не боятся себя по ночам.
Боль сдвигает с места навстречу счастью - вперед, наслаждайся невиданными красотами новых дорог. Боль учит слышать сердце - не пытайся быть таким, как все, цени свою уникальность. Боль учит любить безвозмездно - не жди ответа, верь в завтра и улыбнись тому, кому с тобой не по пути.
Боль учит жить. Глубоко вдыхать весенний воздух, кормить чаек кунжутным бубликом, обнимать собак на дождливых улицах, целовать родных людей и благодарить. За то, что всё сложилось именно так. Да, больно, но зато светло, ярко. Интересно.
Как много одиноких людей, привыкших к одиночеству и никого к себе не подпускающих. Они либо срослись с собственным эгоизмом, либо боятся снова обжечься. Самое печальное, когда человек проживает жизнь в одиночестве, заглушая в себе любовь.
Любовь нельзя сдерживать, ею нужно делиться. В одной песне есть верные слова: «Никто никому ничего не должен, просто каждый нужен друг другу».
Важно научится отдавать любовь, не думая о том, что получишь взамен. Важно набраться смелости и сказать: «Я люблю тебя. Я хочу быть с тобой». Если после этого признания последует непонимание, то ничего страшного. Зато ты сказал о своей любви и стало легче. Важно научиться быть рядом. Не растворяться в родном человеке, а крепко держать его за руку.
- А вообще мне он любым нравится уже ((кошмар какой-то, всё больше больше к нему привыкаю (((
- Где тут кошмар? я так только мечтаю, чтоб кто-нибудь в сердце прописался, причем взаимно-это ж ваще рай))
- ех. Не всё так просто в этом мире.
Одно дело вот, встречаться с человеком и любить его, и другое дело, встречаться с человеком, когда он тебе нравится. пусть даже и очень, но нравится) и не более
в чем разница?
в первом случае тебе сносит крышу. Ты паришься как он на тебя посмотрел, что он тебе сказал, почему он сказал тебе это, а почему не сказал то, кто ему звонил, кому он звонил, с кем он общается кроме тебя, почему он вообще общается с кем-то, кроме тебя, и ааааааааа! я ревную его к пиджаку, пиджак однозначно проводит с ним больше времени, чем я!
а во втором случае.
да плевать)) так хорошо) ну звонит он тебе. ну не звонит он тебе. тебе одинаково фиолетово)) ну общается он с кем-то. да милый, я знаю, что это очень хорошая твоя подруга. Конечно, пусть она поживёт у тебя на выходных, у неё же ремонт дома, бедняжку можно понять…
и не важно, в обоих случаях, любит он тебя или нет. Вспомни Каренину) нам всегда мало любви, если мы любим. Мы становимся маньячками, самыми настоящими. Идеальная жизнь, когда любишь. это чтобы твой любимый от тебя ни на минуту и ни на шаг не отходил, смотрел глазами собачки и твердил «Я люблю тебя, моя богиня!» всё))))))
но мужики до всего этого страшные пофигисты, их надолго не хватает. Если хоть когда-нибудь вообще на такое хватит. И как грицца. «Женщине всегда нужна душа, неважно- мужчины, ребёнка, собаки. А вот мужчина же обычно довольствуется только телом».
вот отсюда все выносы мозга у женщин и случаются.
Представьте себе следующую ситуацию. Есть две фирмы, на первый взгляд конкурирующие, но на самом деле взаимосвязанные, и одна из них дочернее предприятие. Босс (босс1)главной фирмы и дочерней (босс2) приятели. Тоже на первый взгляд конкуренты и антиподы, но на самом деле два старинных друга. Босс 2 такой себе баламут, любит переманивать с главного предприятия работников, но на самом деле работает, как проверочная инстанция, такая себе служба безопасности «на вынос».
И работает на главном предприятии в среднем звене работник, условно говоря Иван. Из преданных фирме. Естественно, обласкан боссом1, имеет хорошую зарплату, бонусы к праздникам и прочее.
Как-то на междусобойчике, когда алкоголь уже пузырился в крови, зашла речь об этом работнике. Босс1 гордился преданностью Ивана фирме, а босс2 лениво протянул:
- Конечно, ему повезло и он попал в струю, быстро получил хорошее место по своим силам, где успешно трудится на благо фирмы, поэтому его трудно переманить. Вот если ты его лишишь части бонусов, несправедливо обвинишь, понизишь в должности, он перебежит ко мне, как миленький.
Босс1 посмеиваясь, ответил:
- Это просто верный человек, такой характер. Как его не гноби, он не перебежит к тебе.
- Да брось, таких не бывает! Перебежит, как миленький!
И два приятеля заключают пари, условно говоря на один доллар. Условием его была верность Ивана при несправедливом обвинении, понижении в должности и в оплате, лишении бонусов.
Пари - дело чести, поэтому босс1 по приходу на работу занялся планомерным троллингом Ивана.
По глупой и смешной подставе его для начала лишили бонусов и понизили оплату и взяли «на контроль». В результате «контроля» выявили жуткие и вопиющие недочеты и понизили в должности и естественно в оплате. Причем все это, как водится, сопровождалось вызовами «на ковер» с вербальными унижениями и использовании уничижительных и не всегда цензурных фигур речи.
После некоторого времени жесткого прессинга на горизонте Ивана появляется босс2 и делает выгодное и достойное его способностей предложение, однако Иван (ну не дурак ли?) отказывается…
Опять-таки - пари дело чести и босс2 признает, что проиграл и выплачивает проигрыш…
Как вам характер боссов, особенно босса1?
Знакомые с текстом библии возможно узнали историю верного Иова, пересказанную на новый лад. Не знакомых с текстом отсылаю знакомиться - там много поучительных вещей.
Перечитайте эту историю. Мне одной кажется, что бог в ней мало похож на сущность, представляющую светлую сторону?
Свекровь сказала, что я - змея.
От кого еще услышишь правду. Только от свекрови.
- Хорошо, что не свинья, - ответила я, и тем самым, по - видимому, себя сглазила. Подозреваю, что в ту самую секунду она пожелала мне превратиться в упомянутое животное. Вот, не надо дерзить старшим.
После этого обмена мнениями, я стала медленно, но верно превращаться в хрюшку. Дело кончилось разводом со свекровью и мужем (они идут в комплекте).
Постепенно, незаметно, за два года набралось столько лишних килограммов, что, когда в раздевалке общественной бани мой взгляд упал случайно на себя в зеркале… О ужас! Живот свисал на жирные ляжки, а ляжки, распластавшиеся по банной скамейке, наполовину свисали с нее! Дома я нарочно не держала большого зеркала (зачем мне домашний критик) и ни в чем себе не отказывала. Не унывая, ела пироги и картошку с майонезом, не придавая никакого значения тому, что время от времени приходилось срочно покупать обновки - старая одежда трещала по швам.
После шока от увиденного в зеркале, в тот же вечер, лежа в постели, я занялась самогипнозом.
«Змея, - сказала я себе, - пора менять кожу. Веки твои тяжелые, руки тяжелые, ноги тяжелые… Менять…ме-ня-ть…меее…няяя…тьь. …дааа…меняяять…»
И я уснула. Когда проснулась, убедилась, что внушение плотно застряло у меня в мозгу, где-то между коркой и подкоркой. Есть не хотелось совсем. Обычно я съедаю на завтрак яичницу из пяти яиц и штук шесть бутербродов с сыром, щедро намазав их майонезом. Лишь после этого мне уже не хочется есть. Но вместе с тем и жить тоже. Мною овладевает сонная одурь (вы, конечно же, читали Чехова).
Теперь же, с голодухи, жить хотелось. Еще как! Ради того, чтобы срочно найти еду, которую я сама же в дом не пускала.
Я бодро оделась и умчалась на работу, в наше рекламное агентство.
- Что это ты сегодня так рано?- удивилась сторожиха на проходной. - Ты же всегда опаздываешь!
Какое ей до этого дело? Впрочем, она везде сует свой нос. Она мне не раз намекала, в какого бегемота я превратилась… Если подумать, за это ее следует поблагодарить. «Бойтесь равнодушных». С их молчаливого согласия люди как раз и толстеют.
Только я принялась за рекламный слоган для детских памперсов (в ожесточенной борьбе фирм приходится изобретать все новые рекламные изыски, прошлый раз мы арию «сердце красавицы склонно к измене» переделали на «памперс малютки ждут перемены»), как враги моей фигуры предприняли вылазку номер один. Перед моим носом появилась тарелка с огромным куском торта, украшенным жирной кремовой розой. День рождения заведующей! Элегантной, стройной дамы…
Я таращилась на торт. Он таращился на меня. Кто кого? Съем только половину куска, сказала я себе. Половину! Половину… Я съела целый кусок и не нашла сил отказаться от второго куска этой мерзкой, но невероятно вкусной розовой калорийной бомбы. Мне становилось все труднее дышать, резинка трусов вгрызалась все больнее в то место, где могла бы быть талия…
Вечером мне было несказанно обидно, что крем оказался сильнее самовнушения. Плоть восторжествовала над духом…
Хотя, как еще на это посмотреть. Для чего, собственно, я худею? Только для того, чтобы выйти снова замуж. А замуж я хочу зачем? Затем, чтобы родить ребенка. А потом - хоть трава не расти. Пятьдесят кило туда-сюда уже роли не сыграют. Ну вот. А ребенок - существо плотское. Плоть глупа (эту фразу я хорошо запомнила, прочитав ее где-то). Правильно. Вот и в моем случае она работает сама против себя… Сама не дает себе плодиться и размножаться.
Невольно мне вспомнилась свекровь. «А зачем тебе дети? Дети змеи будут гаденышами…»
«А теперь будут поросятами, - мысленно вздохнула я. - Нетушки, - рассердилась я вдруг. - Никаких свиноматок. Змеей родилась, змеей и умру. Но это еще когда будет. К тому времени ученые наверняка что-нибудь придумают и я не умру никогда. Назло свекрови».
И так твердо я решила в этот раз поменять кожу, что даже свадебный торт моей лучшей подруги меня не победил, хотя за свадебным столом его кусок с моей тарелки меня гипнотизировал два часа.
- Ну ты даешь. - шепнула мне подруга-невеста на ухо, уминая уже третий кусок кондитерского шедевра. - Уважуха!
А что ей терять? Дело сделано. Через три месяца родит. Ее плоть оказалась гораздо шустрее моей.
Но и я быстро подтягивалась. Только меня бесило, что - я как личность ну ни на грамм не изменилась, а вот на мою фигуру (минус восемь кило) встречные мужчины теперь стали пялиться, даже идя под руку с такими красотками, которых моему бывшему комплекту (муж плюс свекровь), никак не заарканить.
Еще минус семь кило («статуэтка!"воскликнул мой тренер по аэробике), и я уже могла выбирать, кого тиражировать на этой земле. Нет, руку мне пока что никто не предлагал. А вот все остальное - бери не хочу. На каждом шагу. Даже в троллейбусе.
«А где же вы все были пятнадцать кило назад?- с возмущением думала я. - Полюбите меня толстенькой. Худенькой меня всякий полюбит!»
Про бассейн, тренажерный зал и прочее я вам даже рассказывать не хочу. Само собой, не без этого. Но, каждый раз, когда моя рука тянулась, например за Биг -Маком, я себе говорила: «Змея, ты что! Ты же кожу меняешь!» Вот это срабатывало на все сто. Моя внутренняя змея шипела, но сворачивалась в клубок и рука, дрогнув, оставляла Большого Мака в покое.
В итоге. Через полгода свекровь, случайно повстречав на улице, меня не узнала. Я сужу по тому, как мило она мне улыбнулась, когда я нечаянно замешкалась на ее пути. А зря. Я в тот же день позвонила бывшему мужу и предложила встретиться. А что, я зря за него когда-то замуж выходила? Где дети?
Не уверена, что Землю надо заполнять такими бесхребетными существами, как он.
Впрочем… жизнь на Земле именно с беспозвоночных и начиналась.
Но я этого бесхребетного все еще люблю.
Меня везли на кресле по коридорам областной больницы.
- Куда? - спросила одна медсестра другую. - Может, не в отдельную, может, в общую?
Я заволновалась. - Почему же в общую, если есть возможность в отдельную?
Сестры посмотрели на меня с таким искренним сочувствием, что я несказанно удивилась. Это уже потом я узнала, что в отдельную палату переводили умирающих, чтобы их не видели остальные.
- Врач сказала, в отдельную, - повторила медсестра.
Но тогда я не знала, что это означает, и успокоилась. А когда очутилась на кровати, ощутила полное умиротворение уже только от того, что никуда не надо идти, что я уже никому ничего не должна, и вся ответственность моя сошла на нет. Я ощутила странную отстранённость от окружающего мира, и мне было абсолютно всё равно, что в нём происходит. Меня ничто и никто не интересовал. Я обрела право на отдых. И это было хорошо. Я осталась наедине с собой, со своей душой, со своей жизнью. Только Я и Я. Ушли проблемы, ушла суета, ушли важные вопросы. Вся эта беготня за сиюминутным казалась настолько мелкой по сравнению с Вечностью, с Жизнью и Смертью, с тем неизведанным, что ждёт там, по ту сторону… И тогда забурлила вокруг настоящая Жизнь! Оказывается, это так здорово: пение птиц по утрам, солнечный луч, ползущий по стене над кроватью, золотистые листья дерева, машущего мне в окно, глубинно-синее осеннее небо, шумы просыпающегося города - сигналы машин, цоканье спешащих каблучков по асфальту, шуршание падающих листьев… Господи, как замечательна Жизнь! А я только сейчас это поняла…
- Ну и пусть только сейчас, - сказала я себе, - но ведь поняла же. И у тебя есть ещё пара дней, чтобы насладиться ею, и полюбить её всем сердцем!
Охватившее меня ощущение свободы и счастья требовало выхода, и я обратилась к Богу, ведь Он сейчас был ко мне ближе всех.
- Господи! - радовалась я. - Спасибо Тебе за то, что Ты дал мне возможность понять, как прекрасна Жизнь, и полюбить её. Пусть перед смертью, но я узнала, как замечательно жить! Меня заполняло состояние спокойного счастья, умиротворения, свободы и звенящей высоты одновременно. Мир звенел и переливался золотым светом Божественной Любви. Я ощущала эти мощные волны её энергии. Казалось, Любовь стала плотной и, в то же время, мягкой и прозрачной, как океанская волна. Она заполнила всё пространство вокруг, и даже воздух стал тяжелым и не сразу проходил в легкие, а втекал медленной пульсирующей струей. Мне казалось, что всё, что я видела, заполнялось этим золотым светом и энергией. Я Любила. И это было подобно слиянию мощи органной музыки Баха и летящей ввысь мелодии скрипки. ***
Отдельная палата и диагноз «острый лейкоз 4-й степени», а также признанное врачом необратимое состояние организма имели свои преимущества. К умирающим пускали всех и в любое время. Родным предложили вызывать близких на похороны, и ко мне потянулась прощаться вереница скорбящих родственников. Я понимала их трудности: ну о чём говорить с умирающим человеком, который, тем более, об этом знает. Мне было смешно смотреть на их растерянные лица. Я радовалась: когда бы я ещё увидела их всех? А больше всего на свете мне хотелось поделиться с ними любовью к Жизни - ну разве можно не быть счастливым просто оттого, что живёшь? Я веселила родных и друзей как могла: рассказывала анекдоты, истории из жизни. Все, слава Богу, хохотали, и прощание проходило в атмосфере радости и довольства. Где-то на третий день мне надоело лежать, я начала гулять по палате, сидеть у окна. За сим занятием и застала меня врач, закатив истерику, что мне нельзя вставать. Я искренне удивилась:
- Это что-то изменит?
- Ну… Нет, - теперь растерялась врач. - Но вы не можете ходить.
- Почему?
- У вас анализы трупа. Вы и жить не можете, а вставать начали.
Прошёл отведенный мне максимум - четыре дня. Я не умирала, а с аппетитом лопала колбасу и бананы. Мне было хорошо. А врачу было плохо: она ничего не понимала. Анализы не менялись, кровь капала едва розоватого цвета, а я начала выходить в холл смотреть телевизор. Врача было жалко. А Любовь требовала радости окружающих.
- Доктор, а какими вы хотели бы видеть мои анализы?
- Ну, хотя бы такими.
Она быстро написала мне на листочке какие-то буквы и цифры, то - что должно быть. Я ничего не поняла, но внимательно прочитала. Врач посмотрела сочувственно на меня, что-то пробормотала и ушла. А в 9 утра она ворвалась ко мне в палату с криком:
- Как вы это де… - Анализы! Они такие, как я вам написала.
- Откуда я знаю? А что, хорошие? Да и какая, на фиг, разница?
Лафа закончилась. Меня перевели в общую палату (это там, где уже не умирают). Родственники уже попрощались и ходить перестали. В палате находились ещё пять женщин. Они лежали, уткнувшись в стену, и мрачно, молча, и активно умирали. Я выдержала три часа. Моя Любовь начала задыхаться. Надо было срочно что-то делать. Выкатив из-под кровати арбуз, я затащила его на стол, нарезала, и громко сообщила:
- Арбуз снимает тошноту после химиотерапии.
По палате поплыл запах свежего смеха. К столу неуверенно подтянулись остальные.
- И правда, снимает?
- Угу, - со знанием дела подтвердила я, подумав: «А хрен его знает…»
Арбуз сочно захрустел.
- И правда, прошло! - сказала та, что лежала у окна и ходила на костылях.
- И у меня. И у меня, - радостно подтвердили остальные.
- Вот, - удовлетворённо закивала я в ответ. - А вот случай у меня один раз был… А анекдот про это знаешь?
В два часа ночи в палату заглянула медсестра и возмутилась:
- Вы когда ржать перестанете? Вы же всему этажу спать мешаете!
Через три дня врач нерешительно попросила меня:
- А вы не могли бы перейти в другую палату?
- Зачем?
- В этой палате у всех улучшилось состояние. А в соседней много тяжёлых.
- Нет! - закричали мои соседки. - Не отпустим.
Не отпустили. Только в нашу палату потянулись соседи - просто посидеть, поболтать. Посмеяться. И я понимала, почему. Просто в нашей палате жила Любовь. Она окутывала каждого золотистой волной, и всем становилось уютно и спокойно. Особенно мне нравилась девочка-башкирка лет шестнадцати в белом платочке, завязанном на затылке узелком. Торчащие в разные стороны концы платочка делали её похожей на зайчонка. У неё был рак лимфоузлов, и мне казалось, что она не умеет улыбаться. А через неделю я увидела, какая у неё обаятельная и застенчивая улыбка. А когда она сказала, что лекарство начало действовать и она выздоравливает, мы устроили праздник, накрыв шикарный стол, который увенчивали бутылки с кумысом, от которого мы быстро забалдели, а потом перешли к танцам. Пришедший на шум дежурный врач сначала ошалело смотрел на нас, а потом сказал:
- Я 30 лет здесь работаю, но такое вижу в первый раз.
Развернулся и ушёл. Мы долго смеялись, вспоминая выражение его лица. Было хорошо. Я читала книжки, писала стихи, смотрела в окно, общалась с соседками, гуляла по коридору и так любила всё, что видела: и книги, и компот, и соседку, и машину во дворе за окном, и старое дерево. Мне кололи витамины. Просто надо же было хоть что-то колоть. Врач со мной почти не разговаривала, только странно косилась, проходя мимо, и через три недели тихо сказала:
- Гемоглобин у вас на 20 единиц больше нормы здорового человека. Не надо его больше повышать.
Казалось, она за что-то сердится на меня. По идее, получалось, что она дура, и ошиблась с диагнозом, но этого быть никак не могло, и это она тоже знала. А однажды она мне пожаловалась:
- Я не могу вам подтвердить диагноз. Ведь вы выздоравливаете, хотя вас никто не лечит. А этого не может быть!
- А какой у меня теперь диагноз?
- А я ещё не придумала, - тихо ответила она и ушла. Когда меня выписывали, врач призналась:
- Так жалко, что вы уходите, у нас ещё много
тяжёлых.
Из нашей палаты выписались все. А по отделению смертность в этом месяце
сократилась на 30%. Жизнь продолжалась. Только
взгляд на неё становился другим. Казалось, что я начала смотреть на мир сверху, и потому
изменился масштаб обзора происходящего. А смысл жизни оказался таким простым и доступным. Надо просто научиться любить - и тогда твои возможности станут безграничными, и желания сбудутся, если ты, конечно, будешь эти
желания формировать с любовью, и никого не будешь обманывать, не будешь завидовать,
обижаться и желать кому-то зла. Так всё просто, и так всё сложно! Ведь это правда, что Бог есть
Любовь. Надо только успеть это вспомнить…