Живые рыцари, конечно, поклонялись жене своего господина, что было естественным проявлением вассалитета. Независимые персоны могли посвятить себя деве Марии, то есть нашить на одежду буковки и, как болельщики ЦСКА, приходить в боеготовность при одном упоминании своего кумира. Я не буду рассказывать о том, что рыцарь мог задрать супруге юбку и показать ее попу друзьям. Или о том, что беззащитных женщин, встречавшихся по дороге, рыцари за людей не считали и обращались с ними соответственно. От мысли, что во время любви дама должна получать удовольствие, голова рыцаря взорвалась бы внутри надетого на нее ведра.
Рыцари предпочитали проституток. На магдебургском турнире в 1279 году наградой победителям была назначена распутная женщина. Далее я привожу такие подробности культа прекрасной дамы, которые стесняюсь пересказывать своими словами.
«Уже культ Марии коренился в телесно-реалистическом взгляде на отдельные красоты девы Марии, и в нем можно доказать мазохистские элементы, с которыми мы встречаемся также в известном поклонении женщинам со стороны рыцарей (например, братья-марианиты для умерщвления плоти пожирали отбросы и помои и облизывали пораженные сыпью части тела, чтобы таким образом доказать свое поклонение и преданность Марии)"*.
Связаны ли сыпь и Богоматерь? Не противно ли ей? Увы, рыцарь будет поклоняться даме так, как посчитает нужным. Отговаривать его от безумств все равно, что атаковать танк ромашкой.
«Мазохистский характер рыцарской любви обнаруживается частью в относительно безобидных актах, например, в ношении рубашки возлюбленной или в собирании ее волос (даже с лобка), в прислуживании любимой даме, когда она ложилась в постель и раздевалась, или же в так называемой «пробной ночи» воздержания во время совместного сна с ней, или, наконец, в типичном мученичестве, когда влюбленные рыцари по приказанию своих повелительниц давали вырывать себе ногти или бегали в честь них на четвереньках, переодетые волками, воя по-волчьи. В Провансе существовал целый цех таких рабов женщин. Их целью было «показать высокие страдания любви посредством еще более высокого постоянства в терпении». Они налагали на себя величайшие мучения и истязания, чтобы удовлетворить своих повелительниц, некоторые даже замучивали себя до смерти"*.
Даже не знаю, можно ли сходить с таким парнем в кафе.
Девушки, если вы просите фею-крестную о рыцаре, который будет за вами ухаживать, то уточняйте, что вам нужен выдуманный немецкими романтиками заинька, а не средневековый вооруженный идиот.
*Иоганн Блох «История проституции»
Женщины в обществе - отражение мужского внимания и заботы. Чтобы женщинам цвести, нужна благоприятная почва, заботливые руки и щедрая душа. История знает немало примеров, когда индустрия красоты, не без мужских рук, уродовала и калечила женщин, внушая им свои стереотипы, как должна выглядеть «настоящая» женщина.
Самые безобидные, на первый взгляд, процедуры в салонах красоты, должны иметь одобрение медиков. Занятия в спортзалах, при наличии здоровья. Мужчины создают стандарты соответствия, переходящие в комплексы у женщин, отправляя женщин на операционные столы под наркоз, что не остается без пагубных последствий.
Обидно слышать из уст холеных и самовлюбленных мужчин непритятные комплименты в адрес «неухоженных женщин». А сколько стоит «красота»? Сколько стоит правильно покрасить волосы, сделать необходимый уход лица и тела, с использованием качественных средств? «Красота» для «неухоженных женщин» непозволительная роскошь. Сделать со вкусом стрижку у стилиста, запланированный визит на сэкономленные средства, для важного случая. Создайте услуги доступными и женщин, желающих сделать у профессионала укладку, научиться хорошему вкусу, будет значительно больше. Разве можно упрекать женщин за то, что у большинства нет средств покупать качественный продукт для «соответствия, принятым нормам»…
Нужно отдать должное женщинам, научившимся из «ничего» быть привлекательными. Несмотря ни на какие проблемы, сохранять женственность, оптимизм, любовь.
Мужчины должны любить женщин.
Любимые женщины всегда самые красивые по природе своей.
Даже принимая во внимание тот факт, что у каждого мужчины есть свой идеал красоты, одно остается неизменным. Забыть про любой свой идеал можно лишь рядом с воистину настоящей женщиной. К несчастью, для мужчин и для прекрасной половины человечества само словосочетание «настоящая женщина» зачастую, означает два абсолютно разных понятия.
Вся соль в том, что большинство девочек и девушек живут всю свою жизнь с определенной заложенной установкой от родителей - ты у нас от природы красивая! Вы серьезно, что ли? Ну, красивая, разумеется, когда ей 16−20 лет. А дальше что? Сегодня ей уже 31, у неё безвкусно окрашенные волосы непонятного цвета и длины, толстоватые ноги и уже милые сердцу галифе на бедрах. Грудь полувторого размера и разумеется живот. Она мечтает встретить свою биг лав, потому что хорошо готовит (конечно, #жопиныуши сами по себе не вырастут), читает много книг по саморазвитию, недавно взяла стремную иномарку в кредит, а из ее скидочных карт можно построить плотину и перекрыть Большой Каньон. Секса у нее не было уже 9 месяцев. У ее знакомого Андрея был секс на десять минут, а у нее нет. Она даже не поняла, что произошло после того корпоратива в боулинге. При всем этом ее не парит полное отсутствие задницы, но зато она не представляет свою жизнь без килограмма тонального крема, которым она неумело маскирует проблемную кожу и синяки под глазами. А все почему? Потому что она от природы красивая!
Я не понимаю женщин, которые искренне верят в «натуральную красоту», когда им 30 лет. Родные вы мои, сейчас же миллион возможностей для того, чтобы каждая из вас открыла для себя восхитительный мир здоровья и гармонии со своим телом и лицом. Индустрия красоты каждый божий день ломает голову, как быстрее, проще и эффективнее подарить вам молодость, а вы до сих пор живете с установкой от мамы и папы, что у вас, блин, естественная красота?! Вам не стыдно? :)
Для меня красивая женщина, это когда у нее чистая и ухоженная кожа, когда правильно подобран макияж, а волосы - это действительно волосы, а не засаленный пучок травы. Когда качественно скроенная юбка скрывает недостатки фигуры, но обязательно подчеркивает достоинства. Худая вы или с округлыми формами, это ваше личное дело. Но, ни один мужчина не мечтает, поверьте, нежится в вашей тени на пляже. Спорт нужен всем, без иллюзий. Спорт - это наше здоровье. А здоровая женщина - это красивая женщина. Красота не в тоннах косметики на вашем лице, красота - это когда вы нашли свою золотую середину и не перебарщиваете в использовании того или иного «чуда красоты». I’m so sorry, но накаченные под протеином барышни с мышцами как у Арни, которые со спины похожи на мужчин, тоже никого не возбуждают. Я абсолютно не против силикона, ботокса, пластики, инъекций, макияжа
Я Ее обнимаю по разному…
Я обнимаю Ее словами. Нежными и теплыми. Уверенными и сильными.
Я обнимаю Ее дыханием. Освежающим и согревающим.
Я обнимаю Ее сердцем. Теплым, страстным и верным.
Я обнимаю Ее душой. Обволакиваю, проникаю в каждый холодный уголочек Ее души.
Я обнимаю ее взглядом. Обожающим, иногда строгим. Но всегда бесстрашным. Когда Она рядом.
Когда Ей бывает больно…
Хотя…
Ей не может быть больно, ведь Я Ее Люблю и всегда обнимаю…
Приручив строптивую львицу… Рано ты ликуешь идиот… Ведь однажды… Может так случиться, что тебя Она и загрызет…))
Самая глупая мужская реплика, обращенная к женщине: «Я знаю ВСЁ, на что ты способна».
Нет дорогой, моим сюрпризам нет числа.
Однажды ты встретишь женщину, которая сожжет тебя изнутри. Влезет к тебе в душу и останется там жить. Твоё сердце будет изнывать, тело вспыхивать, а душа тлеть. Тебе захочется быть рядом с ней: обнимать, ласкать, быть её частью, а она будет причинять тебе боль, ломать, разрывать на части. Ты не сможешь уйти от неё или забыть, она будет преследовать тебя, и во сне, и наяву… Ты будешь искать её в толпе, надеяться, что придет, обнимет… Эмоции заполнят твою сущность, ты перестанешь адекватно мыслить. Она станет для тебя раем и адом на земле - твоей болью и твоей единственной любимой женщиной… Станет…а потом уйдет, оставив подыхать от собственных мыслей.
Вот женщина посылает мужчину в магазин, а ещё хуже - не целенаправленно, а «забеги на обратном пути».
«Купи кефиру однопроцентного, но не Простоквашино, а Домик… Молока бутылку, но не долгоиграющего, а на холодных полках, скоропортящееся. На дату смотри! Сосисок возьми полкило, венских дымовских. А микояновские не бери. Кофе кончается, так что прихвати пачку. Президент мы пьем, не спутай! А на Лаваццу не соблазняйся, она вся подделанная! Кочанчик капусты. Не спутай её с китайским салатом! Они с виду похожи! И два лимона. Тонкокожих».
А вот если бы он с ней так, как она с ним? «Лапуня, я замотался, а тебе же не трудно, забеги в хозяйственный. Возьми пачку заглушек для саморезов, но не махагон, а коричневые; возьми двухлапковые скобы номер 14−15, пачку. Ещё пятимиллиметровое сверло по кафелю, упаковочку кляймеров номер 3, немножко V-образных креплений для профнастила М8 с гайкой, зубило-конопатку с протектором, 225 мм. Не спутай только, 225! Ну и всё. А, да, и нескользящие наколенники любые».
Жил король со своей королевой у самого синего моря. Жили они да поживали, вот только детей у них не было. И говорит король королеве:
- Испеки мне, королева, колобок!
- Совсем охренел, что ли?! - отвечает королева. - Что я тебе, кухарка?
- Эх ты. - обиделся король - А я-то тебя простой Золушкой взял, обул-одел, в люди вывел…
Ну вот.
Глава четвертая
Вся моя жизнь - это трамвай. Я, конечно, преувеличиваю. Не вся жизнь, но немалая её часть. Это уж точно. Я вместе с родителями, бабушкой Розой, дедушкой Янкелем, прабабушкой Геней и другими родственниками, которые любят у нас гостить, живём в частном доме в Пуще-Водице, в посёлке. Кругом леса, озёра, ёлки и свежий воздух. Дедушка Яша и бабушка Оля живут на Подоле - это такой пожилой район в нашем городе. Здесь растут невысокие дома с высокими потолками и большими окнами. Из окон бабушкиной кухни видно самый старый кинотеатр города, называется он «Октябрь», хоть и был открыт в ноябре. Здесь дедушка Яша встретил бабушку Олю. На первом этаже она продавала газировку с сиропом и «Эскимо» на палочке. Дедушка всё никак не решался познакомиться с бабушкой, лишь покупал у неё мороженое по семь раз на дню, и, не проронив ни слова, уходил, боясь быть отверженным красавицей с синими глазами и длинной косой. А потом он исчез. Три дня без него были для бабушки вечностью. Оказалось, дедушка попал в больницу с острой ангиной. Бабушка пришла к нему и он, как всегда, не посмел заговорить к ней. Вместо этого дедушка написал ей на обратной стороне больничного рецепта: «Я вас люблю. И так будет всегда. Поэтому, соглашайтесь быть моей женой». Это был один-единственный раз, когда он ей сказал: «Люблю». Дедушка никогда не дарил бабушке цветов, всегда только нужное: кастрюли, зимние сапоги, стиральную машинку-автомат. Когда никто не видел, она плакала. И вот однажды дедушка принёс бабушке очень редкий цветок в горшке.
Он сам его вырастил.
С того дня бабушка перестала плакать.
А цветок до сих пор живёт. В том же горшке.
Каждое воскресенье рано утром папа сажает меня в трамвай, даёт тридцать копеек на билет и я еду на Подол, где меня встречает дед Яша. Всё замечательно сложилось, я еду от одной конечной остановки до другой. Все водители и кондукторы со мной уже давно знакомы, так что родителям не нужно переживать - трамвайное депо за мной присмотрит. Часто, дядя Шурик - водитель трамвая 12 - разрешает мне стоять в кабинке рядом с ним и смотреть на дорогу из первого ряда. Он включает «Полёт Шмеля» в исполнении Горовица или что-то другое не менее прекрасное, и мы едем, иногда позабыв остановиться на очередной остановке, чтобы подобрать старушек с берёзовым соком и ребят с бадминтоными ракетками, мячами и шишками в прозрачных пакетах.
- Моё жиденятко приехала! - дедушка Яша помогает мне выйти из трамвая, поднимает на руки и начинает кружить.
- Яша, тише! Люди кругом! - бабушка Оля гладит меня по голове.
- Подумаешь, люди! Да, жиденятко! И что? Зато гля, какой Человек вырос! А!
Бабушка Оля покрывается своим привычным румянцем, а дед кружит меня ещё сильнее.
Бабушкина голова покрыта шёлковым платком нежно-голубого цвета, она ставит свечу напротив иконы Николая Чудотворца, закрывает глаза и начинает молиться. Я стою рядом. Со всех сторон на меня смотрят грустные лица святых.
- Почему они такие грустные все? Они ведь с Богом живут. - спрашиваю я у бабушки, когда мы выходим из церкви.
- Во многой мудрости - много печали…
- Не морочь ребёнку голову! Фрося, любая религия - это сборище рабов. А отчего рабу улыбаться?! - отвечает дедушка и продолжает курить папиросу.
Всё это время, пока мы с бабушкой были в церкви, дедушка ждал нас на улице. Дед Яша не верит в Бога и не любит священников. Отец бабушки Оли был попом. Однажды к нему пришли люди с ребёнком и попросили окрестить сына, мальчик давно и сильно болел, родителям сказали, если не окрестят сына, он умрёт.
- Что принесли? - спросил поп.
Мать поставила у его ног кошелку, в ней было с десяток домашних яиц, молока литр и кусок сала. Поп скривился, отодвинул ногой корзину и ушёл доедать свой ужин.
Дедушка Яша всё это видел.
На завтра было воскресенье, но дедушка не пошёл в церковь. В следующее воскресенье он не пошёл тоже.
Чтобы человеку чувствовать себя в жизни сносно нужно быть дома. Вот: дома. Поперед всего - дома, а не на постое, в себе, в своем собственном внутреннем хозяйстве, где все имеет определенное, издавна заведенное место и службу. Затем дома - в избе, на квартире, откуда, с одной стороны, уходишь на работу, а с другой - в себя. И дома - на родной земле.
Одна из самых важных потребностей человека - чувствовать, что его ценят. Иногда мы представляем себя в роли скульптора, пытаясь вылепить из других людей то, что сами хотим видеть. То, что нам нужно, что мы любим, чего желаем. Но подобные действия неестественны, они не дают никаких преимуществ ни нам, ни людям, которых мы пытаемся изменить. Они ведут к разочарованиям, поскольку очень редко удается достичь желаемого в такой способ. Любовь начинается с того, что мы позволяем людям, которых любим и о которых заботимся, быть самими собой, не пытаясь при этом подогнать их под собственные рамки. Ведь тогда получается, что мы любим в них только те черты, которые свойственны нам самим.
Хозяйка увольняет горничную, а та напоследок говорит все что думает. - …и в постели я лучше вас!
- Это вам муж сказал? - Нет, сторож!
Начальник - секретарше: - Вы уволены!- Почему, шеф? Я вас уважаю и люблю.- Во время уважения вы мне кое-что подарили, чем я успел поделиться с женой!
Секретарша-
- Да я с моими двумя университетами (показывает на груди), широким кругозором (похлопывает себя по заду) и узкой специализацией (проводит рукой по талии) везде найду себе работу! А вы, в вашим мягким характером (показывает ему согнутый палец) - ни с кем не сработаетесь!
Главврач больницы уволил свою секретаршу за несоблюдение постельного режима
Уволена за систематическое появление во снах начальника в одетом виде
На дворе кризис. Начальник вызывает офис-менеджершу, дает ей лист приказа и ручку. На листе одна строчка: «Еб#ть нельзя уволить».- Запятую поставь сама.
Уволен по совращению штатов.
- Я не прощу, - сказала Она. - Я буду помнить.
- Прости, - попросил её Ангел. - Прости, тебе же легче будет.
- Ни за что, - упрямо сжала губы Она. - Этого нельзя прощать. Никогда.
- Ты будешь мстить? - обеспокоенно спросил он.
- Нет, мстить я не буду. Я буду выше этого.
- Ты жаждешь сурового наказания?
- Я не знаю, какое наказание было бы достаточным.
- Всем приходится платить за свои решения. Рано или поздно, но всем… - тихо сказал Ангел. - Это неизбежно.
- Да, я знаю.
- Тогда прости! Сними с себя груз. Ты ведь теперь далеко от своих обидчиков.
- Нет. Не могу. И не хочу. Нет им прощения.
- Хорошо, дело твоё, - вздохнул Ангел. - Где ты намерена хранить свою обиду?
- Здесь и здесь, - прикоснулась к голове и сердцу Она.
- Пожалуйста, будь осторожна, - попросил Ангел. - Яд обид очень опасен. Он может оседать камнем и тянуть ко дну, а может породить пламя ярости, которая сжигает все живое.
- Это Камень Памяти и Благородная Ярость, - прервала его Она. - Они на моей стороне.
И обида поселилась там, где она и сказала - в голове и в сердце.
Она была молода и здорова, она строила свою жизнь, в её жилах текла горячая кровь, а лёгкие жадно вдыхали воздух свободы. Она вышла замуж, родила детей, завела друзей. Иногда, конечно, она на них обижалась, но в основном прощала. Иногда сердилась и ссорилась, тогда прощали её. В жизни было всякое, и о своей обиде она старалась не вспоминать.
Прошло много лет, прежде чем она снова услышала это ненавистное слово - «простить».
- Меня предал муж. С детьми постоянно трения. Деньги меня не любят. Что делать? - спросила она пожилого психолога.
Он внимательно выслушал, много уточнял, почему-то все время просил её рассказывать про детство. Она сердилась и переводила разговор в настоящее время, но он снова возвращал её в детские годы. Ей казалось, что он бродит по закоулкам её памяти, стараясь рассмотреть, вытащить на свет ту давнюю обиду. Она этого не хотела, а потому сопротивлялась. Но он все равно узрел, дотошный этот дядька.
- Чиститься вам нужно, - подвёл итог он. - Ваши обиды разрослись. На них налипли более поздние обиды, как полипы на коралловый риф. Этот риф стал препятствием на пути потоков жизненной энергии. От этого у вас и в личной жизни проблемы, и с финансами не ладится. У этого рифа острые края, они ранят вашу нежную душу. Внутри рифа поселились и запутались разные эмоции, они отравляют вашу кровь своими отходами жизнедеятельности, и этим привлекают все новых и новых поселенцев.
- Да, я тоже что-то такое чувствую, - кивнула женщина. - Время от времени нервная становлюсь, порой депрессия давит, а иногда всех просто убить хочется. Ладно, надо чиститься. А как?
- Простите ту первую, самую главную обиду, - посоветовал психолог. - Не будет фундамента - и риф рассыплется.
- Ни за что! - вскинулась женщина. - Это справедливая обида, ведь так оно все и было! Я имею право обижаться!
- Вы хотите быть правой или счастливой? - спросил психолог. Но женщина не стала отвечать, она просто встала и ушла, унося с собой свой коралловый риф.
Прошло ещё сколько-то лет. Женщина снова сидела на приёме, теперь уже у врача. Врач рассматривал снимки, листал анализы, хмурился и жевал губы.
- Доктор, что же вы молчите? - не выдержала она.
- У вас есть родственники? - спросил врач.
- Родители умерли, с мужем в разводе, а дети есть, и внуки тоже. А зачем вам мои родственники?
- Видите ли, у вас опухоль. Вот здесь, - и доктор показал на снимке черепа, где у неё опухоль. - Судя по анализам, опухоль нехорошая. Это объясняет и ваши постоянные головные боли, и бессонницу, и быструю утомляемость. Самое плохое, что у новообразования есть тенденция к быстрому росту. Оно увеличивается, вот что плохо.
- И что, меня теперь на операцию? - спросила она, холодея от ужасных предчувствий.
- Да нет, - и доктор нахмурился ещё больше. - Вот ваши кардиограммы за последний год. У вас очень слабое сердце. Такое впечатление, что оно зажато со всех сторон и не способно работать в полную мощь. Оно может не перенести операции. Поэтому сначала нужно подлечить сердце, а уж потом…
Он не договорил, а женщина поняла, что «потом» может не наступить никогда. Или сердце не выдержит, или опухоль задавит.
- Кстати, анализ крови у вас тоже не очень. Гемоглобин низкий, лейкоциты высокие… Я пропишу вам лекарства, - сказал доктор. - Но и вы должны себе помочь. Вам нужно привести организм в относительный порядок и заодно морально подготовиться к операции.
- А как?
- Положительные эмоции, тёплые отношения, общение с родными. Влюбитесь, в конце концов. Полистайте альбом с фотографиями, вспомните счастливое детство.
Женщина только криво усмехнулась.
- Попробуйте всех простить, особенно родителей, - неожиданно посоветовал доктор. - Это очень облегчает душу. В моей практике были случаи, когда прощение творило чудеса.
- Да неужели? - иронически спросила женщина.
- Представьте себе. В медицине есть много вспомогательных инструментов. Качественный уход, например… Забота. Прощение тоже может стать лекарством, причём бесплатно и без рецепта.
Простить. Или умереть. Простить или умереть? Умереть, но не простить? Когда выбор становиться вопросом жизни и смерти, нужно только решить, в какую сторону ты смотришь.
Болела голова. Ныло сердце. «Где ты будешь хранить свою обиду?». «Здесь и здесь». Теперь там болело. Пожалуй, обида слишком разрослась, и ей захотелось большего. Ей вздумалось вытеснить свою хозяйку, завладеть всем телом. Глупая обида не понимала, что тело не выдержит, умрёт.
Она вспомнила своих главных обидчиков - тех, из детства. Отца и мать, которые все время или работали, или ругались. Они не любили её так, как она этого хотела. Не помогало ничего: ни пятёрки и похвальные грамоты, ни выполнение их требований, ни протест и бунт. А потом они разошлись, и каждый завёл новую семью, где ей места не оказалось. В шестнадцать лет её отправили в техникум, в другой город, всучив ей билет, чемодан с вещами и три тысячи рублей на первое время, и все - с этого момента она стала самостоятельной и решила: «Не прощу!». Она носила эту обиду в себе всю жизнь, она поклялась, что обида вместе с ней и умрёт, и похоже, что так оно и сбывается.
Но у неё были дети, были внуки, и вдовец Сергей Степаныч с работы, который пытался неумело за ней ухаживать, и умирать не хотелось. Ну правда вот - рано ей было умирать! «Надо простить, - решила она. - Хотя бы попробовать».
- Родители, я вас за все прощаю, - неуверенно сказала она. Слова прозвучали жалко и неубедительно. Тогда она взяла бумагу и карандаш и написала: Уважаемые родители! Дорогие родители! Я больше не сержусь. Я вас за все прощаю.
Во рту стало горько, сердце сжалось, а голова заболела ещё больше. Но она, покрепче сжав ручку, упрямо, раз за разом, писала: «Я вас прощаю. Я вас прощаю». Никакого облегчения, только раздражение поднялось.
- Не так, - шепнул Ангел. - Река всегда тычет в одну сторону. Они старшие, ты младшая. Они были прежде, ты потом. Не ты их породила, а они тебя. Они подарили тебе возможность появиться в этом мире. Будь же благодарной!
- Я благодарна, - произнесла женщина. - И я правда очень хочу их простить.
- Дети не имеют права судить своих родителей. Родителей не прощают. У них просят прощения.
- За что? - спросила она. - Разве я им сделала что-то плохое?
- Ты себе сделала что-то плохое. Зачем ты оставила в себе ту обиду? О чем у тебя болит голова? Какой камень ты носишь в груди? Что отравляет твою кровь? Почему твоя жизнь не тычет полноводной рекой, а струится хилыми ручейками? Ты хочешь быть правой или здоровой?
- Неужели это все из-за обиды на родителей? Это она, что ли, так меня разрушила?
- Я предупреждал, - напомнил Ангел. - Ангелы всегда предупреждают: не копите, не носите, не травите себя обидами. Они гниют, смердят и отравляют все живое вокруг. Мы предупреждаем! Если человек делает выбор в пользу обиды, мы не вправе мешать. А если в пользу прощения - мы должны помочь.
- А я ещё смогу сломать этот коралловый риф? Или уже поздно?
- Никогда не поздно попробовать, - мягко сказал Ангел.
- Но они ведь давно умерли! Не у кого теперь просить прощения, и как же быть?
- Ты проси. Они услышат. А может, не услышат. В конце концов, ты делаешь это не для них, а для себя.
- Дорогие родители, - начала она. - Простите меня, пожалуйста, если что не так… И вообще за все простите.
Она какое-то время говорила, потом замолчала и прислушалась к себе. Никаких чудес - сердце ноет, голова болит, и чувств особых нет, все как всегда.
- Я сама себе не верю, - призналась она. - Столько лет прошло…
- Попробуй по-другому, - посоветовал Ангел. - Стань снова ребёнком.
- Как?
- Опустись на колени и обратись к ним, как в детстве: мама, папа.
Женщина чуть помедлила и опустилась на колени. Она сложила руки лодочкой, посмотрела вверх и произнесла: «Мама. Папа». А потом ещё раз: «Мама, папа…». Глаза её широко раскрылись и стали наполняться слезами. «Мама, папа… это я, ваша дочка… простите меня… простите меня!». Грудь её сотрясли подступающие рыдания, а потом слезы хлынули бурным потоком. А она все повторяла и повторяла: «Простите меня. Пожалуйста, простите меня. Я не имела права вас судить. Мама, папа…».
Понадобилось немало времени, прежде чем потоки слез иссякли. Обессиленная, она сидела прямо на полу, привалившись к дивану.
- Как ты? - спросил Ангел.
- Не знаю. Не пойму. Кажется, я пустая, - ответила она.
- Повторяй это ежедневно сорок дней, - сказал Ангел. - Как курс лечения. Как химиотерапию. Или, если хочешь, вместо химиотерапии.
- Да. Да. Сорок дней. Я буду.
В груди что-то пульсировало, покалывало и перекатывалось горячими волнами. Может быть, это были обломки рифа. И впервые за долгое время совершенно, ну просто ни о чем, не болела голова.
Если б вы знали,
Как меня бесят хокку!
Тихая осень.