Разрешено всё, что запрещено
Пять лет назад Сергей Капица, долгие годы радовавший нас благородством души и прививавший интерес к научному познанию мира, выступил с обличениями главных пороков нашего необуржуинства: «Россию превращают в страну дураков.
За эти слова поручились бы миллионы неравнодушных сограждан, но и они не в силах изменить ситуацию. Тем, кто подваучерил и приаукционил рудники, заводы и земли в бывшей Стране Советов, именно такой желанной наша страна и представляется. Страной дураков - иной раз беспечных, иной раз встревоженных, но непременно распущенных. Развращённых до такой степени, что уже не имеют и малейшего представления об элементарных приличиях, поскольку извращения им стали ближе… и выбалтывают друг другу всё на свете - интимное, запретное, недолжное…
Учёный брал картину широко - в общем виде, оставив разбираться с частностями нам. А у нас, увы, призывать к ответу нынешних правопреемников Содома и Гоморры маловато духу. Неспешно ждём мессию, который изгонит осквернителей из храма. Или героя, который поразит Дракона. Или Иванушку на печи - чтобы по щучьему велению… - и под вечерний чаёк изумляемся, есть ли пределы безнравственности в стране дураков.
Есть вещи, которые нельзя предавать широкой публичности и разумно устроенные общества налагают нравственные и законодательные табу на подобные деяния. Зато неразумное, направляемое чьими-то субверсиями закладывает фугасы под собственное будущее, постепенно (не враз - и порой незаметно для глаза) коверкая сознание детей и молодёжи, превращая многих в циников, невротиков и моральных калек.
Мы ведь не оставляем ушедшего из жизни разлагаться у всех на виду. Точно так же общество изолирует человека, потерявшего рациональную связь с жизнью, - уж по крайней мере не предаёт всенародному глумлению, хотя желающие и находятся. сама его нравственная маргинальность и опасность гибельного резонанса в нетвёрдых тинейджерских душах налагают запрет на обращение к этим темам. Для России это представляет куда большую деструкцию, чем майданы в соседних странах.
Авторы подобных затей и их «подтанцовка», конечно же, торжественно проверещат, что были движимы самыми благородными побуждениями. И, в общем-то, нельзя в известной мере не отдавать им должное: они далеко не безнадёжны - и очень хорошо знают, что обсуждать можно не всё, что есть реальные табу, которые они никогда не преступят.
Скажем более, иной раз они создают вполне гуманную продукцию - посвящая тему настоящему таланту, а не вздорной нимфетке, ставшей кумиром лишённых вкуса простаков.
Раз уж кинули народ в сверхконкурентную среду - давайте демократию для подстраховки, давайте о насущном говорить… Но срам-то обывательский зачем вываливать наружу?
Нелишне также предположить, что там, где-то не просто «превращают в страну дураков», как об этом говорил Капица, а действуют сообразно убеждению, что таковой она является по факту. А раз является, то надо довершить работу природы в интересах совершенствования расы… Немножко ей пособим, подбросим дровишек - и эти бездарные хоббиты и дальше снизят свою способность к воспроизводству… Даёшь декультуризацию - ничего страшного, потеряем одного Менделеева или Чайковского, зато утопим в собственных нечистотах тысячи дегенератов…
Авторитетные в кавычках мальчики и девочки в интернетных соц. сетях и форумах засоряют мозги оркеструемой ими же массы неприкрытой похабщиной и пошлятиной. Иногда это делается, когда есть задача отвлечь несмышлёные массы от процессов, которые свидетельствуют о просчётах властных элит. Иногда - простого рейтинга ради. Но об одном можно говорить однозначно - случайностей не бывает.
В лифте
Кто-то в лифте написал «Лена - проститутка». И всё: ни фото, ни расценок. Творческое амплуа не указано. Не ясно также, хорошо или плохо, что Лена такая. И если захочется пойти её пристыдить, то куда обращаться? Вот о чём думали мужчины в лифте.
Женщин больше волновал нравственный облик подъезда. Они понимали, маркетинговое несовершенство объявления не долго будет препятствием. Оглянуться не успеешь, мужья станут возвращаться после рыбалки с чеками на рыбу и запахом Lanvin Eclat dArpege Arty. Женщины не выносят рыбу с таким приятным запахом.
Больше всех надпись расстроила жильца этого подъезда скрипача Мариса. Его жену как раз звали Леной. В футляре скрипки хранились фото её ног. Там были видны и другие части Лены, но друзья-музыканты ни разу не вскрикнули «ого, какое лицо». Они поздравляли Мариса именно с ногами. Из любви к жене Марис переехал в русский район. Его трижды грабили в троллейбусе 15, но он всё равно интересовался и православием, и русскими поговорками.
Латышский муж у нас считается хорошим приобретением. Он часто вырастает до приятных 190 см, работящ, не орёт и подолгу выдерживает тёщу. Готовит скучно, но в мытье посуды бесподобен. Главный его минус - удивительная мимическая неразвитость. Не разберёшь порой, обижен он, радуется, или сознание потерял.
Одна знакомая рассказала, её латышский муж двадцать минут смотрел куда-то под стол, не шевелясь. Женщина его звала - он головы не повернул. Некоторое время она задавала вопросы - Ты обиделся? Живот болит? Мама звонила? У тебя эпилепсия? Творог скис? Вспомнил Витьку? Так ничего же не было, просто поцеловались!.. Жена сочинила сто видов катастроф, заново пережила свадьбу и развод. Он всё глядел под стол. Потом спросил очень спокойно, не кажется ли ей, что левый край скатерти немного ниже правого?
Будь Марис южанином, взял бы нож, построил бы соседей перед крыльцом. У кого на пальцах пятна от маркера - того зарезал бы. Но он прибалтийский музыкант. О насилии читал лишь в английских детективах. Единственный известный ему способ мести - оттопыривание губы - в русских кварталах бесполезен.
Марис решил составить психотип преступника. Было ясно, негодяй изувечил лифт от восхищения и досады - ведь Лена выпита другим. Это значило, разыскиваемый обладает вкусом к прекрасному, склонен завидовать и умеет писать. Все жители дома старше шести лет соответствовали этому преступному профилю.
Когда психология не сработала, Марис решил вычислить гада по почерку. Он придумал обойти жильцов, собирая подписи за строительство детского городка. Подпись должна была содержать слова «Лена» и «Проститутка». Детский городок идеально подходил для этих целей.
С точки зрения новостей, русские районы населены кошками, хулиганами и старушками татаро-монгольского генезиса. По вечерам все они бьют морды не важно кому. На всякий случай, Марис взял газовый баллон, бинты и поставил на быстрый набор службу спасения. Из 36-ти квартир его подъезда в 33-х жили русские.
Марис пошёл по подъезду сверху вниз. На девятом этаже нашлись бабушки с разной философией. Одна назвала музыканта бандитом, велела зайти, проверить - у неё брать нечего. Вторая дверь не открыла, пригрозила позвать Петю, который всем покажет.
На восьмом этаже Мариса накормили супом.
На седьмом лысый бугай пригрозил надавать в бубен, потом угостил печеньем. Опасно, нелогично, весело.
На шестом подарили ведро грибов, обещали взять с собой за боровиками. Грибник смотрел в календарь, велел приходить в сентябре, в шесть утра. И всё, вытолкал за дверь.
На пятом этаже женщина в пеньюаре сказала - да вы зайдите - и так потянула за рукав, что у Мариса ноги оторвались от пола. Выкатила торт, коньяк, полезла на шкаф за альбомом, показать фото себя в молодости. Заодно показала всю себя в настоящем. Марис пообещал вернуться и сбежал.
На четвёртом снова был суп - отказаться не вышло.
Бабушка с третьего этажа оказалась глухой, пришлось орать. На шум выбежала внучка по имени Лена. Приятно и удивительно. Хорошо что русские не сочиняют каждой новой девочке отдельных имён. Мадемуазель оказалась точно, как написано в лифте. Летящая юбка, смелый и одновременно приветливый взгляд, шаг уверенный. Расписалась в тетради - Митрофановы.
Марис пошёл, купил маркер. Вернулся в лифт и под словом «Лена» приписал аккуратно «Митрофанова».
Он вышел из дома. Тут Чехов указал бы, что на улице цвела весна и пели птицы. На самом деле - ни хрена. 18-е апреля было и холодно как в тундре.
«Чтобы озарять светом других - надо носить солнце в себе…»
Я не помню, кто именно это сказал, но эти слова заставили меня задуматься… на самом деле, задуматься о многом…
Моя Жизнь идет… или лучше сказать, что идет Время … и вместе с собой оно забирает у меня самое ценное - Жизнь. Как бы там не было, - Я живу - я познаю этот удивительный мир…
Знаешь, на своем пути, как и все, я встречаю множество разных людей… - они приходят и уходят… Лишь немногие остаются рядом …
Детей часто называют ангелами… наверно, так говорят потому, что их души наивны и чисты…
С рождения, помимо души, в нас вкладывают, что-то необъяснимое, непонятное многим… - я называю это нашим огоньком… огнем жизни…
Однако время неумолимо бежит вперед …
В ком-то этот огонек угасает так и не успев набрать силы… не успев разгореться…
Другие же превращают этот огонь в пламя…
Кого-то этот огонек сжигает изнутри… сжигает болью…, дотла…, оставив вместо души лишь осадок сажи…
Других, наоборот, он двигает вперед, помогая добиваться поставленной цели…
А кто-то теплом своего огня согревает души близких и родных… заставляя их как можно чаще улыбаться и верить в то, что это тепло может изменить мир, чей-то мир…
Люди у которых, по каким либо причинам нет, или не хватает сил зажечь в себе этот огонек, этот свет Вновь - чувствуют, и словно мотыльки слетаются на огонь… На огонь, который горит в сердце, внутри другого человека…
Порой ты не замечаешь очевидного и лишь со временем понимаешь, что человек который стал для тебя близким, на самом деле, давно был рядом…
А бывает и так что, он как гром средь ясного неба просто врывается в твою жизнь и ты уже не можешь с этим ничего поделать…
Через некоторое время, «согревшись», урвав, забрав себе частичку чужого огня, часть этого тепла, кто-то понимает, что пришло время уходить…
Одни уходят незаметно, как бы невзначай…
Другие оставляют память о себе навсегда … Это могут быть лучшие мгновенья в твоей жизни, за которые ты будешь безмерно благодарен судьбе до конца дней…
Или напротив - порезы, глубокие раны… Конечно, со временем они затянутся, но шрамы в любом случае останутся, останутся с тобой навсегда, как память о каждом…
Лучше же когда все происходит иначе, и люди сознают то, что не смогут продолжить жизнь без этого света и тепла, без этих двух искорок счастья, что горят во взгляде напротив…
Как бы трудно и больно порой не бывало, одно я знаю точно…
«Чтобы озарять светом других - нужно носить солнце в себе…»
Очень странная дружба образовалась однажды. Посреди шума городской бегущей жизни, ничего толком друг о друге не зная, на холодном ноябрьском асфальте городского грязного тротуара, столкнулись и подружились однажды Тяпкин и Тряпкин. И никто бы раньше никогда бы не подумал, что Тяпкин и Тряпкин станут неразлейвода друзьми. Ну просто интересов общих нет. Тяпкин то любит тяпки. А Тряпкин то, конечно же, тряпки. И что у них общего никто понять не может. Да и дружба то такая что… Да что уж там, понятно же - ну как любитель тяпки может понять того, кто любит тряпки. Бывало Тяпкин просто невозможен от нежелания понять пристрастий друга. А Тряпкин тоже гусь, хорош, бывало так Тяпкину весь день испортит своим занудством - «Ну что за тяпки? Ну зачем? К чему они?», что Тяпкин вынужден весь день поносить тряпки, в отместку как бы.
И нет, чтоб успокоиться, весь день одно и то же. Один бубнит про тяпки, другой бубнит на тряпки…
Бывает друзья среди спора каак глянут друг на друга, да как застынут на полслове, да как обнимутся - аж слезы с глаз. Стоят, рыдают, обнимаются:
- Ну вот за что я люблю тебя, Тряпкин?
- А я, а я за что? Ну, Тяпкин? А?
Рыдают снова…
- Нет нет, ну правда, ну ей богу. Ну что тебе стоит, дружище, скажи, не томи.
- Это ты не томи, дорогой мой, скажи - почему ты мне дорог так, а?
- Лучше ты.
- Да нет, ты !!!
…Так до драки доходит. Дерутся. Аж космы летят. Просто страх как дерутся. Потом:
- Ты прости меня Тяпкин, что в морду ботинком заехал.
- Милый Тряпкин, ты тож не серчай, что жевать тебе более нечем.
И снова - обнимутся, плачут.
Соседи кричат им:
- Да брось его, Тяпкин. Твой Тряпкин придурок! Он тряпки, дурак, собирает.
Тот злобно рычит на соседей:
- Не смееть!!! … друга трогать… Он вам не чета!
Иль:
- Тряпкин! А, Тряпкин? Твой Тяпкин при-ду-рок… причем ненормальный, ты понял ?! Он тяпку, он тяяпку… в кровать с собой ложит))) !
- Пусть только кто тронет! Тому будет худо! И несдобровать! - так Тряпкин ответит.
…Вот так и дружили. Совсем не понятно. Но дружбу свою ни на что не могли променять. И тщетно пытались понять…
• Дочь Сталина - десятилетия жила и умерла в США.
• Сын Хрущёва - гражданин США.
• Где дочери Путина? - в Голландии и Южной Корее.
• Депутат Пехтин - сын в США.
• Министр транспорта Московской области - Кацыва. С сыном в США.
• Дети депутата Железняка - живут в Швейцарии.
• Дети Астахова. Один - во Франции, другой - в Англии.
• Дети и внуки «главного патриота России» главы РЖД Владимира Якунина живут за пределами страны - в Англии и Швейцарии.
• Дочка министра иностранных дел Сергея Лаврова, Екатерина, живёт и учится в США.
• Сын вице-спикера Госдумы А. Жукова - долго жил и учился в Лондоне.
• Дочь вице-спикера Госдумы Сергея Анденко - учится и живёт в Германии.
• Старший сын вице-премьера Дмитрия Козака, Алексей - живёт за границей и занимается строительным бизнесом.
• Младший брат Алексея Козака, Александр - работает в Credit Suisse.
• Старший сын депутата Ремезкова, Степан - недавно закончил милитер-колледж Вэлли Фордж в Пенсильвании (год обучения стоит 1 млн 295 761 руб.).
Его младшая дочь живёт в Вене, где занимается гимнастикой. Маша Ремезкова представляла сборную Австрии (!!!) на детских соревнованиях в Любляне.
• Дочь депутата В. Фетисова, Анастасия - выросла и выучилась в США. Писать и читать по-русски Настя так и не научилась.
• Дочь Светланы Нестеровой, депутата Госдумы от фракции «Единая Россия» - живёт в Англии.
• У главного борца за «традиционные православные ценности» Е. Мизулиной - сын Николай учился в Оксфорде, получил диплом и переехал жить на постоянной основе в толерантную Бельгию, где разрешены однополые браки.
• Дочь депутата Воронцова - Анна, проживает в Италии. Туда она переехала из Германии.
• У единоросса Елены Раховой, прославившейся тем, что она ленинградцев, проживших менее 120 дней в блокаде, назвала «недоблокадниками» - дочь живёт в США.
• Дочь экс-спикера ГД, одного из основателей партии «Единая Россия», а ныне члена Совбеза, Бориса Грызлова - Евгения, живёт в Таллине. И даже недавно получила эстонское гражданство.
• Сын бывшего министра образования - Андрей Фурсенко, живёт на постоянной основе в США.
• Сын В. Никонова (внука Молотова), президента фонда «Политика» - гражданин США.
Люся попыталась включить дедукцию, но ошиблась тумблером…
В 1725 году, после приезда Эйлера в Петербург, ему впервые открылась возможность предаться безраздельно одной его любимой математике. Не теряя ни минуты, молодой Эйлер принялся за работу, помещая одну за другой свои научные работы в издания академии. Однажды от академиков потребовали каких-то спешных работ по вычислению. Математики говорили, что для этого необходимо несколько месяцев, но к великому удивлению академии, Эйлер выполнил работу в три дня.
За 13 лет Эйлер написал около восьмидесяти математических трудов.
К несчастью, даже его мощный организм не выдержал такого непосильного труда. Эйлер перенес воспаление мозга и, хотя избежал смерти, навсегда ослеп на правый глаз. Несмотря на советы врачей поберечь последний глаз, великий ученый, тихий, благочестивый и умеренный во всех остальных жизненных проявлениях, не мог победить своей неудержимой страсти к математике. Ему легче было отказаться от пищи, чем умерить свое рвение к работе.
В 1733 году Эйлер женился на Катерине Гзель, дочери живописца, вывезенного из Голландии Петром Великим. От этого брака родилось тринадцать детей, из которых восемь умерли в раннем детстве. Эйлер был хорошим, добрым семьянином, но в патриархальном смысле этого слова. В семейной жизни он держался тех же правил, обычаев и обрядов, какие вынес из дома отца, благочестивого пастора. Утром и вечером все его домашние собирались к общей молитве. Он был кроток, но требователен к жене, ласков, но строг с детьми - по привычке. Не посвящая много времени ни жене, ни детям, Эйлер отдавал его исключительно науке.
Глубокая религиозность Эйлера позволяла ему спокойно переносить жизненные невзгоды. Когда у него умирали дети, он говорил так же, как и его отец, возводя глаза к небу: «Бог дал, Бог и взял». Потеряв жену, с которой мирно прожил 42 года, он тотчас женился на другой. Эта удивительная покорность судьбе доставляла Эйлеру глубокий душевный покой, необходимый для его научных
трудов.
В последние годы жизни, прожитые им в Петербурге, ученого постигла болезнь, после которой он лишился последнего глаза. Но и это испытание Эйлер принял со своей обычной кротостью. Он как ни в чем не бывало продолжал свои математические труды, диктуя свои сочинения молодому портному, привезенному им с собой из Берлина и не имевшему ни малейшего понятия о математике.
В доме Эйлера все было пропитано научными интересами. Эйлер или работал, или говорил о математике, отвлекаясь от нее только для молитвы.
Тем не менее, Эйлер никогда не забывал об общем образовании. Он был хорошо знаком с античными классиками и без запинки произносил наизусть всю «Энеиду». Всемирная история была ему известна во всех подробностях: великий математик без малейшей ошибки мог рассказать про каждое выдающееся событие. Само собой, что он прекрасно знал также историю математики. Его познания в медицине, ботанике и химии были таковы, что приводили в удивление специалистов.
В обществе Эйлер не любил выставлять напоказ свою ученость. Его знали как отзывчивого и добродушного человека. «Всегда ровное настроение, мягкая и естественная бодрость, какая-то добродушная насмешливость, умение наивно и забавно рассказывать делали разговор с ним столь же приятным, сколь и желанным», - писал его современник, ученый Николай Фусс.
Эйлер не разделял общего увлечения театром. Его занимали только представления марионеток, на самые нелепые из них он ходил с большим удовольствием и мог смотреть их целые часы, покатываясь от смеха.
За время своего пребывания в России, в годы царствования Анны Иоанновны, Эйлер приобрел привычку держать язык за зубами. Позднее, когда он переехал в Берлин, то чрезвычайно удивил королеву-мать тем, что на все вопросы отвечал односложно. «Однако, - заметила ему королева, - отчего это вы совсем не желаете со мной говорить?» - «Государыня, - ответствовал Эйлер, - простите, я отвык; я приехал из страны, в которой за слово вешают людей».
Писать ни о чем - очень, товарищи, сложно. Очень. Но пробовать можно. Но сложно. Можно нагородить в одну кучу - кучу предметов, один другого разнообразней и вот… Вот лежат они в куче, все безобразно бессмысленно… вон топор пролетел… Вон из класса!.. и вот, смотришь - что-то шевелится, что-то ползет. Глядишь - дядя Вася опять не сдержал обещание. Или смотришь - да нет, это просто свирель, простая сквозная свирель. Боже ж мой, как отчетливо видно в ней сквозь… Сквозь свирель можно видеть ту сторону, что с той стороны… Чудеса.
И тоже… вот куда-то приходишь - и ясно ж, как день - ты куда-то пришел. Разве это бессмысленно? Нет). Иль, напротив - к тебе пришли люди - ты рраз, они тебе два, ты им три. Красотаа - все довольны, все очень прекрасно выходит.
Во всем виден смысл. Вот во всем абсолютно. Невозможно его не увидеть, даже если на первый взгляд его вовсе нет. Нет желания обычно искать то, что не лежит на видном месте. Но если его там действительно нет - то где-то же он ведь все-таки есть. Если даже и там его нет, значит он за пределами помещения, где лежит куча бессмысленно собранных в кучу предметов. Значит тут наблюдается разобщение содержания и смысла. То есть смысл, как бы пошел погулять. Но он все же есть. Возможно можно встретить его в магазине обуви, куда вы придете за чем-то. Или в трамвае, расталкивающего вечно всем довольных бабушек. Или на футбольном матче… в виде мяча…
Но то проблема тех, кто ищет. Проблема наша в «ни о чем». Чтоб написать его, что невозможно, нужно отключить сознание. Оно всегда что-то рождает. И как бы ни старался - оно по капле льется. Потом глядишь - ручей! … - Ты чей, ручей? - Ничей… Угу, глядишь… А если даже как-то там его и отключить - то как тогда писать? Забудешь как писать - и что напишешь? А? … И вот, такой вот анекдот - что, что б ты ни писал, а что-то да напишешь
Был на судне чрезвычайно активный замполит, решивший как-о раз устроить
лекцию по ГО всему плавсоставу. После инструкций о том, как
уворачиваться сухогрузу от ракет «воздух-земля», выпущенных
истребителем, он задал вопрос то ли радисту, то ли механику: - Сто
метров по носу вспышка ядерного взрыва. Ваши действия? - Подам сигнал
тревоги. - А дальше? - Стою, обугливаюсь. На этом лекция завершилась, а замполит ушел на вечер в запой.
Аргументы и факты" впервые за 70 лет выпустили книгу, в которой собраны дневники детей, написанные в 1941 - 1945 гг. (читайте «АиФ» 15−16 за 2015 г.).
35 дневников написаны в блокадном Ленинграде, в гетто и концлагерях, в оккупации, на линии фронта, угнанными на работы в Германию, в тылу. Пронзительные, откровенные записи в них - самые страшные и честные документы той войны.
Предисловие к книге написал Илья Глазунов, народный художник СССР, который встретил войну маленьким мальчиком вместе с семьёй в Ленинграде и оказался в блокадном кольце.
Илья Глазунов, народный художник СССР, действительный член Российской академии художеств:
- …Голод. Вначале, несмотря на огромную слабость, голова была очень ясной… Потом временами начинаешь терять сознание, восприятие реальности нарушается…
«Ей теперь лучше»
Нестерпимый холод. Свыше 40 градусов мороза. Мы даже спали в пальто, шапках, закутанные сверху шарфами. Но это не спасало. В квартире было так же холодно, как на улице. Снег всю зиму не убирали. Трупы упавших от дистрофии людей заносила снежная вьюга…
Я навсегда запомню Новый год 1942 года… Моя бедная мама решила устроить мне ёлку, как всегда до войны. Она воткнула ветку в пустую бутылку из-под молока, завёрнутую в белую ткань… Повесила несколько ёлочных игрушек… Нашла свечку. Разрезала её на несколько частей, прикрепила к ветви… Из соседних комнат медленно шли родственники, опираясь на палки, закутанные, с неузнаваемыми от истощения лицами. Глядя на пламя угасающих свечей, все вдруг заплакали.
Первым в январе 1942 г. не стало дяди, брата моей матери. Константин Константинович Флуг - знаменитый китаист, работал в Академии наук, специалист по древним рукописям Китая XV века, в прошлом офицер Добровольческой белой армии.
Потом умер мой отец. Он страшно, протяжно кричал: «А-а-а-а!» - в комнате, освещённой тусклым пламенем коптилки. Как сказал врач, вследствие «психоза от голода». Отцовский крик долго потом стоял у меня в ушах и вызывал ужас…
В начале февраля 1942 г. умерла моя бабушка. Елизавета Дмитриевна Флуг - внучка знаменитого русского историка и статистика Константина Ивановича Арсеньева, воспитателя государя-освободителя Александра II. Я зашёл к ней в комнату. «Бабушка! Бабушка! Ты спишь?» В темноте подошёл ближе. Глаза её были словно полуоткрыты… Я положил бабушке руку на лоб. Он был холоден, как гранит на морозе… Не помня себя от ужаса, вернулся к маме и сказал: «Она умерла!» В ответ - едва слышный шёпот: «Ей теперь лучше. Не бойся, мой маленький, мы все умрём».
Как-то мама пришла из магазина напротив дома, где нам выдавали по 125 граммов хлеба на человека. С трудом дыша, легла на кровать и тихо сказала: «У меня больше нет сил, кажется, что это так далеко». С тех пор она не вставала.
Однажды я добрался до крохотной каморки, там жила наша родственница - тётя Вера Григорьева. Она переехала к нам два месяца назад, когда её дом разбомбили. Приоткрыв дверь, я увидел: она лежит в постели в зимнем пальто, закутанная в платок, под старыми одеялами. С её объеденного лица прыгнули в мою сторону три огромные крысы. Я успел закрыть дверь…
В доме 4 трупа… Запаха нет, потому что вся квартира была огромным холодильником… Первой решили хоронить бабушку. За деньги не хоронили, только за хлеб. Но мама и тётя Ася с трудом уговорили дворничиху тётю Шуру взять два дневных пайка хлеба - 250 граммов и 100 рублей. Тело замотали простынёй и зашили. На углу были вышиты инициалы бабушки «Е. Ф.». Дворничиха обвила бабушку верёвкой и привязала к моим детским санкам. Она обещала отвезти и похоронить на Серафимовском кладбище.
Спустя несколько дней после организации бабушкиных похорон я снова вышел на улицу. Во дворе стоял грузовик: по городу время от времени ездила спецбригада, собирала мёртвые тела. Из-под лестницы нашего дома выносили трупы. Это были скелеты - некоторые в грязном белье, некоторые в пальто, некоторые запорошенные снегом, с сумкой, - они умерли прямо на улице… Гора одеревенелых от мороза мертвецов в машине всё росла - их кидали, как дрова. И вдруг я увидел, как выносят труп, привязанный к моим детским санкам… Я подбежал к грузовику и прочитал: «Е. Ф.»…
«У всех одно горе»
Мой дядя (родной брат отца) Михаил Фёдорович Глазунов был главным патологоанатомом Северо-Западного фронта, академиком военной медицины. Он не раз просил шофёров, везущих по льду Ладоги медикаменты в осаждённый город, найти его семью, брата, мать, сестру, племянника и привезти их на Валдай, где находился центральный госпиталь Ленинградского фронта. Одна из грузовых машин смогла доехать до города. Это был конец марта 1942-го. Так я был спасён, выбравшись из осаждённого Ленинграда по Дороге жизни.
После месяца в военном госпитале, куда меня положил дядя, меня отправили в глушь Новгородской губернии - деревню Гребло у озера Великое. Я каждый день писал маме. Письма, помеченные штампом «Просмотрено военной цензурой», шли очень долго. Я успел получить два письма от неё.
25 марта 1942 года.
«Дорогой мой, единственный мальчик! Всё время думаю о тебе. Никогда не думала, что буду так скучать. Как-то ты? Радуйся. Что уехал. Сегодня бы и есть тебе было нечего…
Не забывай… Всем поцелуй…"
26 марта 1942 года.
«…Писать довольно трудно, но хочу написать пару слов. Вчера Инна принесла твоё письмо, которое прочла с захватывающим интересом. Спасибо. Рады, что ты сыт. А здесь бы мучился.
…Единственно, что хочу - к тебе. Не бойся за меня… Пиши мне, сколько можешь - одно счастье. Целую моего родного. Всем привет…"
Больше писем от матери не было. Мама умерла, когда мне было 11 лет. Тогда и поселилось в моей душе чувство одиночества… И воля к жизни. После блокады я так заикался, что даже поначалу в сельской школе отвечал письменно… Но никто не смеялся надо мной, все относились с любовью и дружеским пониманием.
Когда я вернулся в Петроград, город был очень пустынным… Я шёл по безлюдной набережной у Летнего сада, и иногда мне казалось, словно мама окликает меня. Я оглядывался, но видел могучие воды Невы и кружащиеся над ней стаи чаек. В 1944 г. (почти сразу после приезда) мне посчастливилось поступить в среднюю художественную школу при Институте им. Репина Академии художеств СССР. Искусство и упорный труд художника спасали меня от одиночества…
В 1945 г. Иосиф Джугашвили поднял бокал за великий русский народ. Я видел, как по Садовому кольцу в Москве вели пленных немцев. Стоя в толпе, я со жгучим интересом рассматривал тех, кто недавно бомбил мой великий город Петроград, презирая «низшую славянскую расу». Я смотрел на них с брезгливостью победителей… и ненавистью. Мне было уже 14 лет.
Никто не предполагал тогда, что побеждённые будут жить лучше, чем победители… И миллионы умерших на полях сражений русских солдат ужаснулись бы и не поверили бы, что настанут страшные времена распада нашей великой державы, за которую они отдавали свои жизни… Сегодня мы должны в новом поколении вырастить элиту нашего государства - мужественную, энергичную, преданную своему великому Отечеству, которая будет достойна памяти победителей в Великой Отечественной войне.
СКАЗКИ 11 И 12
сказка 11
В этот день всем двором обсуждали проблемы и перспективы дальнейшего увековечения славы царя-батюшки как одной из самых ярких личностей тысячелетия.
- Хороший памятник поставить - это тебе не хрен там чего как!
Глубокомысленно заметил царь.
Вот уже два часа, как не было предела его мудрости. Он говорил, и все слушали.
Идея обсуждалась грандиозная - в ознаменование предстоящих юбилеев построить государю конный памятник возле архимандритовой пасеки.
- Хороший памятник - это допрежь всего одного железа на коня пудов семьсот.
Да меч в десницу - пятьдесят, да борода, да сам пудов двести потяну. Улыбка на лице червонного золота - с полпуда. И у коня улыбка - пудик.
- А то, может, пока деревянный поставим?
Сладким голосом предложил казначей. Он был скупердяй и любил строить дороги.
- Пока два малых деревянных поставим, а как дорогу за околицу выведем, так рядом конный с копьем и драконом закажем.
- Дороги…
Насупился царь.
- Этих дорог сколько не строй - один убыток. Иностранцы смеются, а свои тропами привыкли. Опять же разбойники заведутся.
А памятник - он мильен лет простоит безо всякого вреда! А также личный мотив учти. Плохо, вижу, учитываешь.
- Дак я разве чего…
Покорно пробормотал казначей.
- Да осенью-то все одно юбилей. Тогда бы и присовокупили.
- Грозовые явления в заднице!
Громко сказал шут. Он спал под троном, и ему снилось что-то непонятное.
- Как?
Приставил ладонь к уху не расслышавший царь.
- Воробья за бороду не схватишь!
Поворочавшись, изрек шут. Царь посмотрел в потолок и задумался.
- А ведь дело говорит.
Сказал он, погодя.
- Так ведь оно и есть. Ну, ежли бы и объявился воробей-то бородатый, так как его хватать?
С бородой - старый, значит, совестно будет хватать-то.
Вот ежли, к примеру, бегемот с рогами - этого и пнуть не грех. Али бревном каким прищемить. От его, монстра, не убудет.
Придворные и челядь с удивлением вылупились на государя. Абстрактные, ни к чему не обязывающие суждения были для них новинкой.
- Восьми лицедеям полведра не доза!
Предложил другую тему шут. Он лежал щекой на оброненной царевой булавке и поэтому был разговорчив.
- Это верно.
Улыбнулся царь.
- Это он правильно толкует. Полведра под капусту я и один осилю, было бы о чем пить.
- С миру по нитке - царя долой!
Вдруг выкрикнул шут и в холодном поту проснулся.
Царь крякнул и вцепился руками в подлокотники.
- Это вот как же?
Напряженно спросил он.
- Это пока еще намек, али уже лозунг?
Шут под троном молчал. В душе он был законченный монархист, в ней же считал царя своим личным другом, а теперь его длинный сонный язык одним взмахом перечеркнул то и другое.
- Дожили, твое величество! Гороховый взбунтовался!
С прискорбием заметил не родовитый, но с большими планами боярин.
Он учуял политический момент и норовил подставить царю-батюшке свое округлое плечо.
- Это теперь и грамотею нашему работа: проверить, в нужнике-то не прокламации ли стопкой уложены.
Вылазь с-под трона, нетопырь! Его величество гневаться желают!
Сабельку принесть кликнуть, твое величество?
- Мятные конфетки легко снимают напряжение!
Добрым голосом сказала царица. Все обернулись и уставились на нее.
Царица спала в кресле, инстинктивно подергивая зажатыми в руках спицами. Ее милое в целом лицо улыбалось во сне, большой голубой пряжкой на туфельке играл кот, о преданности ее режиму и общем благонравии ходили легенды. Царица почмокала губами и дополнила:
- Луковый настой с капустой называется в народе супом.
- Спит. Одеялом накройте.
Пробурчал царь, вновь оборачиваясь к возникшей проблеме.
- Много денег лучше, чем воровать нельзя!
Интригующе произнесла царица и всхрапнула.
Царь застыл вполоборота. Бояре разинули рты. Шут, не открывая глаз, внимательно 3слушал.
- Долой, долой ледащий!
Сказанула спящая царица и махнула ручкой.
- Сам не можешь - другим дай повозиться!
Именно в этом месте впервые за династию и слетел с трона законный по всем летописям государь.
Потирая ушибленные чресла, он поднялся с пола и молча взглянул на бояр. Не родовитый, но с большими планами острым глазом окинул государев лик и воздел руки.
- Измена!
Завопил он…
* * * * *
…Когда в камере стало совсем темно, шут с царицей отложили карты и задумались каждый о своем.
- Переусердствовал надежа.
Сказал шут и щелкнул пальцем по королю пик.
- Кашу ему вчерашнюю подала.
Вздохнула царица.
- Пучит его, наверно. А вот тебя за что - непо-нятно.
- Дисфункция настроения мыслей.
Туманно изъяснился шут.
Он в тоске почесал щетину, улегся и надвинул колпак на уши. В коридоре послышались шаги, окошко в двери приоткрылось, царь сунул в камеру разрезанный надвое кусок пирога и молча ушел. Губы его были обиженно поджаты.
- Серчает…
Посетовала царица, уткнув подбородок в заскучавшие по вязанью руки. Шута рыбный пирог не обрадовал.
- Надо же, удружил!
Сварливо сказал он.
- В тюрьму посадил и пирогами потчует! А завтра повесит и прощения попросит. Справедливый!
- А потому что думать надо!
Не выдержав, заорал подслушивавший под дверью царь. Гневно, но бесшумно топая припасенными меховыми стельками, он изволил сердиться так, как ему раньше не приходилось.
- Дундук гороховый! Убивец мамкин! С-под самого государя пропаганду пущать!
И бояре кругом! И прислуга!
А он расхрюкался, вехотка сонная! Дошутился, рыло! На три веревки себе накукарекал!
Схватившаяся за сердце царица стала икать так громко, что царь в удивлении замолчал. Шут подал ей воды, усадил и подошел к двери.
- Слышь, величество…
Тихо позвал он.
- Не об чем нам с тобой беседовать.
Откликнулся царь.
- Слушаю тебя.
- Записью, к сожалению, не располагаю…
Таинственно и певуче молвил шут.
- Потому как о твоем, государя, честном имени попечением 5зело и вельми радею. Но свидетели есть. Поелику же паки…
- Короче!
Оборвал царь.
- Можно и короче. Цитирую:
- «Страна дураков», речено было,
- «у всех бояре, а у меня лохмотья с ушами»,
- «кукиш я бородатый, а не царь», а также
- «без Бога шире дорога» - два раза за опочивание сказано было.
Тобой, надежа, сказано. Не веришь - крест дай, до дыр зацелую.
Шут умолк. Царь за дверью засунул в рот чуть ли не две дюжины пальцев и натужно мыслил.
- Господь свидетель.
Добавил шут.
- Но не только. Кузьма-конюх тоже слыхал. А я ему сказал, что его величество подметных писем начитались и теперь во сне за весь народ страдают.
Царь за дверью бормотнул что-то, сгребся и неслышно побежал на улицу. В углу, наикавшись, шмыгнула носом царица.
- Ну-ну, матушка!
Подсел к ней шут.
- Вот увидишь - сейчас воля нам будет. Государь наш - большой логики человек. А сегодня немного повредился.
Погода, видимо. Каша, там… А теперь во здравие входит.
Скоро прибежит, тебя, матушку, пуховой шалью накроет и в покой отведет. Крепись, царица, не боле часу нам тут осталось.
Шут ошибся. Уже через пару минут царь громыхал ключами в замке, сопя и беззвучно подпрыгивая от нетерпения.
- Твоя правда!
Радостно закричал он шуту, отворив дверь.
- Говорил! И еще:
- «видит Бог, да зуб неймет» говорил! И:
- «при короне царь, а без короны псарь» тоже говорил! А еще:
- «с милым на дойку, а с богатым - в койку»!
- Тише, твое величество!
Остановил его шут.
- Батюшек разбудишь. Они в пост чутко спят, того гляди примчатся.
- Прости, государыня…
Неловко обратился царь к обомлевшей супруге.
- Это я так… По делу. На-ка вот шаль, пойдем. Натерпелась, чай…
Для успокоения супруги его величество применил капли, музыкальную шкатулку и несколько невразумительных фраз.
Затем, передав царицу под присмотр и усыпление старухе-приживалке, он понесся в камеру, где ждал его дисциплинированный по такому случаю шут.
Захлопнув за собой дверь, царь поставил на пол бутыль, достал из карманов ковшики и, все еще пряча глаза, налил по первой…
* * * * *
сказка 12
Этим тяжелым в астрологическом смысле утром его царское величество проснулось от страшного звона в голове и ее окрестностях.
В соседних горницах стонали и ворочались царица, царевна и дежурные бабки. В конюшне беспокоились жеребцы и кобылы.
В подполе пучили глаза одуревшие мыши. К будильнику привыкали с трудом.
Духовенство даже не решилось его освятить, а архимандрит, пару часов понаблюдав за стрелками и послушав тиканье, уехал к себе на пасеку в полном расстройстве.
Будильник был подарен голландским послом с нижайшей просьбой заводить его раз в день и теперь господствовал во дворце.
- Сеня!
Позвал царь.
- Уйми паразита! Креста на ем нет, а звону, как от обедни.
Сонный шут выбрался из чулана и заткнул механизму пасть.
- Охохонюшки-и-и!..
Сразу же разинул свою государь.
Вчера легли поздно. Уже неделю шла посевная, и царь дотемна шлялся по огородам, проверяя работу чучел и давая наказы.
К тому же перед сном на картах выпало землетрясение, и пришлось созывать экстренную думу, которая заседала до тех пор, пока не ус-нула.
- О шести руках архимандрит приснился с точкой во лбу.
Поделился новостью шут.
- Пляшет и голый по пояс. К чему бы?
- Пустое!
Отмахнулся царь. Чужой сон был для него неинтересен. Свои же сны он любил диктовать писцам, и лучшие из них зачитывались с колокольни по большим праздникам, а два вещих вошли в учебники.
Царь потянулся и ухнул. Пора было вставать и идти пробовать бесплатную кашу из пенсионных фондов.
Затем предстояли военный парад и, если позволит погода, дерзкое нападение на одно из сопредельных государств.
Мысль о нападении только что пришла царю в голову, но явилась уже в виде принятого решения, и вместо мягких тапочек царь затолкал ноги в боевые, со шпорами и подковкой, валенки.
- Ба-ба-ба!
Подивился не в меру догадливый шут.
- У нас же договора с ими со всеми на веки вечные!
Царь не ответил. Сопя, он навешал на себя половину коллекции мечей, насадил на голову бывший некогда чугунком шлем и опустил забрало.
- Так ить посевная! Перетопчем же все!
Возмутился шут.
- Не верещи. Не свое топтать будем.
Глухо ответили из чугунка. Его величество взял копье, сунул на всякий случай в карман белый флаг и, открыв забралом дверь, вышел.
…Парад, боевые пляски, отдание чести в движении и бравые крики отняли много сил.
Сосредоточенное у границы войско, проведя маскировку, перекличку и отобедав, уткнулось в доспехи и захрапело так, что бледные соседи, крестясь и ахая, объявили мобилизацию.
Их пограничники с ужасом разглядывали в трубы походную цареву кровать с железным балдахином, свесившуюся из-под боевого знамени руку царя-агрессора, нацеленные и заряженные всякой дрянью пушки, стоявшие позади обозы с кучами пустых мешков для дани и печального шута на пригорке. Печаль на лице шута не предвещала ничего хорошего.
- …Слева обходи, слева!
Вскричал под балдахином царь и проснулся. Через минуту все пришло в движение. Забегали сотники, поднялись штандарты, засверкали еще утром бывшие серпами сабли и алебарды…
Царь приподнял передничек и первым ступил в воду. Следом за ним, морщась, пошло вброд войско. Достигнув середины ручья, царь обернулся и вздел вверх правую руку с мечом.
У мольберта тут же засуетился придворный художник. Государь обещал стоять не более двух минут.
Пачкаясь красками, художник быстро писал мужественного раненного воина по пояс во вражеской крови и улыбающуюся ему богиню победы с характерным для царствующей семьи крупным носом.
- Ганнибал!
Оглядев царя, мрачно сказал шут. Война его не касалась. Он присел на пенек и вытащил папироску.
И тут ударили пушки! Без приказа, но с большим желанием попасть куда-нибудь и разнести там все к чертовой матери.
И в сгущенных донельзя облаках замкнулась цепочка и сверкнула молния.
И шарахнул гром.
И посыпался град.
И в ручье поскользнулся царь.
И войска потеряли из виду лидера.
А пушкари были бравые робяты. И пушки ударили вновь.
Но пушкари были не очень меткие робяты. И, получив в спины репу, горох и тряпки, все войско свалилось в ручей.
А государь, шатаясь, поднялся и не увидел полков своих.
А у художника смыло гуашь.
А полки, вынырнув с мокрыми усами, потеряли ориентиры и повернули назад.
А думали, что идут вперед.
А пушкари были все-таки ушлые робяты.
Горох, тряпки и, конечно же, репа опять не пропали даром. И государь, всплеснув руками, поплыл вниз по течению с огромной пробоиной в бороде.
А войско, по уши в волнах и накрывшись щитами, ждало когда кончатся дождь, град и репа в зарядных ящиках.
А на той стороне ручья стояли утыканные зонтиками вражеские ряды и смеялись. Это была их безусловная победа…
* * * * *
…Государя выловили в низовьях ручья и долго не могли убедить покинуть бревно, на котором он дрейфовал.
Войско в полном составе легло в госпиталь и лечилось приложением пятачков.
Пушкарей государь повелел напоить дегтем, выдрать им ноги и оборвать руки. В перспективе.
А пока их собрали в артиллерийской избе и заставили чертить траектории и окружности с тем, чтобы впредь столь досадных промахов отнюдь не делать.
Выдав для приличия пару орденов (в основном себе), обсохший и переодетый царь подозвал шута.
Глядя в стол, долго собирался с мыслями. Шут пододвинул бочонок и достал ковшики. Государь поднял голову.
- Ибо…
Он грозно повел бровями, но закончить не смог. Шут быстро налил, и они оба тяпнули.
- Дабы…
Его величество сузил глаза, но фразы не продолжил. Шут плеснул, и они хлопнули, не дав испариться ни единой молекуле.
- На веки вечныя!
Мучаясь стыдом, выдавил царь и всхлипнул.
- Нет - войне!
Быстро сказал шут, и государь кивнул.
Они клюкнули по третьей и захрустели репой, которая была кругла и свежа, а равно крупна и вкусна. Как и все продукты мирного, невоенного времени.
Самый опасный подвид графомани - это Графомань Причёсанная. О, да, это не подключившаяся к ноосфере Светычка Полыгалова и не заикающийся пошляк Сенько. Представители вида ГП уже научились держать ритм, пересчитывая в уме слоги, я даже вижу, как напряженно шевелятся их губы в процессе творческого сосредоточения. Они уже освоили азы правописания, литературного стиля и не пишут «что ли» через дефис, однако рука периодически сокращается знакомой конвульсией и, по старой памяти, выводит слова «вера» и «любовь» с большой буквы. Они уже научились прореживать восклицательные знаки и не отрывать запятую от слов, однако многоточия то и дело предательски, словно сыпь генитального герпеса, вылазят на концах строк, добавляя им (на взгляд автора) лютую глубокомысленность. Даже глагольные рифмы они исключили из своего творчИства полностью, от греха подальше, дабы никто не дай бох не принял их за тех, кем они являются на самом деле. Особенно забавно наблюдать за тем, как кто-нибудь из этой братии заползает на страницу к талантливому поэту и начинает выражать своё громкое «ФУ!» увиденным глагольным рифмам и свободному ритму, которого они тоже боятся, как огня, поскольку только-только сами начали считать слоги и не выбиваться из размера. Разницы между разноразмерными корягами, возникающими из-за отсутствия поэтического слуха и полной свободой автора слышащего, они не видят. Выход за твердокаменный забор равенства чётного/нечётного, только что собственноручно построенный, для них невозможен.
Почему я считаю их опасными? Потому, что графомана обычного, непричёсанного, ссаными тряпками гонят с приличных конкурсов и каких-либо громких номинаций. При всей фарсовости данных номинаций, организаторы всё же отсеивают явный трэш, дабы он не дискредитировал их детище. А вот ГП проходят туда со свистом. Как намыленные. Им рукоплещут стипломщики. За них агитируют голосовать друзья. Даже если эти друзья обладают слухом на хорошую поэзию. Они слегка морщатся в ответ на возникающее недоумение остальных и начинают пространный разговор, дескать автор хороший человек, лечит котят, спасает сурикатов, растит семерых детей, а чо бы не сделать хорошему человеку приятное (в конце концов, ему это так важно, его это порадует). Я нисколько не сомневаюсь, что данные персонажи являются хорошими людьми, лечат котят и усыновляют сурикатов. Но «хороший человек» - это не профессия и тем более это не имеет ни малейшего отношения к поэзии, как бы пафосно это не звучало. ГП поднимаются на пьедестал и их глаза застилает дымка уверенности в собственной гениальности (даже если они не говорят об этом вслух). Они начинают организовывать собственные ЛИТО и Союзы писателей, где взращивают и пестуют новую поросль подобных себе ГП, неотличимых друг от друга ничем, кроме ФИО. Серость плодит серость. Серость устанавливает норму. Серость диктует правила и с высоты собственных рЫгалий начинает поучать действительно неординарных и талантливых авторов, намекая, что место их у параши и вообще, сначала добейся.
Так вот, дорогие мои сердобольные друзья ГП, если вы хотите «сделать приятное» этим «хорошим людям», дайте им денег, сходите с ними на прогулку, переспите с ними, в конце концов! Только пожалуйста, не тащите их в поэзию, чтобы наши дети, уже читая в учебниках литературы их причёсанный галантерейный бред, не несущий ничего кроме пустоты, не сказали: «Что за гавно эта ваша поэзия!» - и не отвернулись от нее навсегда.
Моя статья «Я русская! Я устала извиняться!» привлекла такое количество троллей разного вида и происхождения, что сумела набрать 2400 комментариев.
Самый лучший комментарий, про «маленький Сталинград» оставили двое из моих читателей:
sova_dm: Вы сегодня - маленький Сталинград;-)
nachbula738: Жжёте, по-взрослому! Взрыхлили ТОП на УРА! А в купе с роликом на ютубе, красивые «клещи» получаются.
Да, и Сталинград Ваш, дорогого стоит! Так держать. И не маленький «:)»
Кем меня только не называли: и Кремлёвским ботом на зарплате, и «группой авторов, трудящихся в поте лица», и, даже Путинской подстилкой.
И вот что самое смешное, тролли, - если я, маленькая саратовская девчонка, весом в 50 кг, сумела вызвать в вас такую бурю эмоций, что же будет с вами, когда мы ВСЕ, русские, начнём говорить про вас ПРАВДУ?
Правда жаль, что в комментариях у нас с вами не вышло, как в старинной русской забаве, сойтись «стенка на стенку».
Потому, что моя стена была, как Кремлёвская, а ваша - хлипкая, как десятиметровый забор господина Яценюка.
Мне и моим единомышленникам «чувство локтя» знакомо с детства.
Вы же такими эмоциями обделены.
Вы мне задали столько вопросов, тролли!
Вы потребовали от меня объяснений, почему я считаю себя русской, и как я посмела гордиться этим.
Знаете, тролли, я решила написать вам всем сразу.
В первую очередь, хочу обратиться к свидомым, бандеровцам и хохлам.
Да, я знаю, что я - потомок Орды, финно-угров и басурман.
И я знаю, что великие протоукры вырыли Чёрное море и построили египетские пирамиды.
И, конечно, Вы правы, что ваша великая нация - протоукры - прямые потомки римлян, Наполеона и самого Иисуса Христа.
И естественно, Илья Муромец был великим протоукром, и вы даже похоронили его в вышиванке, спев свою унылую «Щеневмерлу».
Вы главное не переживайте, свидомые, - скоро санитары поставят вам новую клизму с галоперидолом.
А потом к вам на «скорой» приедут сразу два доктора: Голод и Холод. И они вас всех обязательно вылечат.
А теперь обращусь к тем троллям, у которых с головой пока все не так плохо, по сравнению с жителями страны 404.
Для разминки отвечу «идейным».
Для начала давайте познакомимся, тролли.
Мои прадеды жили в царской России, а сама я родилась в СССР.
Так уж вышло, что в моих жилах течёт исключительно славянская кровь.
Но вот в чем фокус, тролли.
В моей крови заключён генетический код, впитанный с молоком моей матери.
И поэтому, для меня понятие «русский» гораздо шире, чем вы себе представляете.
Для меня, в отличие от вас, тролли, нет различия между русскими и национальными меньшинствами России.
Я росла в татарском районе, дружила с девочкой-казашкой, моя сестра была замужем за марийцем.
И ещё я уверена, что в ВОВ победили все народы СССР, большие и малые.
Это вы 25 лет назад придумали называть их чурками, узкоглазыми и нерусью.
Это вам, троллям, принадлежит унизительное понятие «гастробайтеры».
А в России так быть не должно, я так считаю.
Вот поэтому я - русская.
А вы, тролли, - не русские.
Мой дед был профессиональным военным, он прошёл финскую, ВОВ и Японскую войны.
А второй дед воевал в Белоруссии, был разведчиком, за что получил орден Красной звезды.
Во мне течёт кровь моих дедов.
А в вас, тролли, течёт кровь тех, кто обманом выбивал себе бронь, чтобы не пойти воевать на фронт.
А ещё в вас течёт кровь тех, кто в блокадном Ленинграде, находясь в должности заведующих продовольственными складами, уплетал икру ложками, пока мои соотечественники гибли от голода.
И, когда, вы, тролли, говорите мне, что я не имею права гордиться заслугами героев ВОВ, мне вас хочется только пожалеть.
За вашу ущербность.
Вот поэтому я - русская.
А вы - не русские.
Вы назвали меня «колхозницей с маникюром», тролли.
Я и на это вам отвечу.
Мой прапрадед был саратовским купцом. У него было своё пароходство.
А купцы в моей России всегда знали, что такое труд, поэтому купеческое слово было ценнее договора на бумаге.
Мой дед, по маме, был простым мужиком и колхозником.
Я с детства видела, как комбайнёры убирают хлеб, как работают люди на току, и как доится корова.
Вы же, тролли, до сих пор искренно верите, что хлеб растёт на дереве и молоко приносит «Весёлый молочник». Так рассказали вам по телевизору.
Я зарабатываю деньги умственным трудом и хожу с хорошим маникюром. В этом вы правы.
Но во мне течёт кровь моих предков.
И поэтому я не стесняюсь никакой физической работы.
Потому что я русская, тролли.
А вы - не русские.
Вы обвинили меня в недостатке образования и незнании истории.
Обе мои бабушки были интеллигентками, настоящими, а не фальшивыми, как вы.
Это выражалось во всем: в манерах, речи и поступках. В их неумении повышать голос. В осанке.
Вы же, тролли, частенько объявляете себя представителями дворян, называете себя князьями и графами, размахивая перед нашим носом купленными документами.
И поэтому вы - не русские.
А я - русская.
Так вот эти самые бабушки меня воспитали.
Я в четыре года наизусть читала стихи Есенина.
И историю своей России, представьте себе, я знаю.
Только у нас вами, тролли, разные Истории.
Вы пытаетесь навязать мне факты, которых в истории моей страны не было.
Это было в ВАШЕЙ России, вами же и придуманной.
И поэтому вы - не русские.
А я - русская.
Вам не нравится наш Президент.
А какой вообще бы вам понравился?
Тот, который отсидев 10 лет в тюрьме, метнулся в Швейцарию и там строит планы по свержению Путина?
Вам ведь, тролли, совершенно не важно, что у него руки по локоть в крови.
Или, может быть, ваш Навальный - достойный кандидат в президенты?
Этот ваш эталон смелости, который при первой же опасности, одевает браслет себе на ногу.
Вот поэтому Путин - не ваш, а мой президент.
Потому что я - русская.
А вы - не русские.
Вы не слышали, тролли, про русские поговорки и фразеологизмы?
Ах, да! Я забыла, - вы же такими знаниями брезгуете.
Зря. Любой русский человек знает, что что в них заключена народная мудрость.
И у нас, русских, есть поговорка: «Сор из избы не выносят».
Мы то знаем, что это значит. А вот вы, тролли, понятия не имеете.
Это вы снимаете «Левиафана», а потом носитесь с этим шедевром по всему земному шару, как с писаной торбой.
И надеетесь, что буржуины вас похвалят и дадут премиальные за это в виде «Оскара».
«Посмотрите, какая жалкая наша Россия! Давайте всем миром плюнем в её сторону и скажем презрительное „ФИ“!»
Разве не так вы завывали?
Да, вы правы, тролли, ваша выдуманная Роисся именно такая.
А моя - Россия - другая.
Она строится и преображается.
Можете убедиться в этом.
Только вы, тролли, все равно этого не увидите.
Потому что в глазах у вас кусочек кривого зеркала.
Вы к хорошему слепы от рождения.
И поэтому вы - не русские.
А я - русская.
И ещё: раскрою вам страшную тайну, тролли.
В моей России пенсионеры и ветераны получают достойную пенсию.
И они, как бы вам этого не хотелось, давно не собирают пустые бутылки, для того, чтобы сдать их в приёмный пункт.
А в ВАШЕЙ России пенсионеры брошены и несчастны.
Так вот, тролли: если Вы лично бросили и забыли про своего родственника, - это обстоятельство вашей жизни характеризует лично Вас, а не моего Президента.
Странные вы, тролли.
И ваша выдуманная Россия тоже странная.
Не Россия, а Левиафан какой-то.
И ещё поэтому вы - не русские.
А я - русская.
Вы, тролли, умеете в жизни только одно - вечно быть недовольными.
Ваш талант критиковать и видеть вокруг себя одних левиафанов проявляется во всей красе.
Вы же все, как правило, - неудачники, тролли.
Только с какой стати, если в вашей личной жизни что-то не сложилось, во всем должны быть виноваты люди, которые живут с вами в одной стране?
И по какой причине виноват во всех ваших бедах наш Президент?
Или ваш личный геморрой какой-то особенный?
Вы не переживайте, тролли.
Мы наведём порядок в своей стране.
Вы только не мешайте нам в этом.
Вы кричите о том, что в лифтах грязно?
Да не волнуйтесь вы так, уберём мы в этих лифтах, тролли.
Вы же сами все равно на такое не способны, верно?
Вот поэтому я и говорю: что вы - не русские.
А я - русская.
А теперь обращусь к тем, кому платят за предательство моей России.
Стесняюсь спросить, тролли: «Сколько стоит сегодня Родину продать?»
Это ведь вы бегали, как на работу, в американское посольство и клянчили у американцев деньги.
А потом вы просили наказать побольнее Россию санкциями и придумывали разные изощрённые способы.
Разве не вы, тролли, радовались падению рубля и цены на нефть?
Вы с таким нетерпением ждали, что вот-вот ненавистной «Рашке» придёт конец, Путин умрёт от поставленного вами диагноза - рака, и вы наконец-то передадите ключи от России таким вожделенным вами американцам!
Это вполне объяснимо, тролли.
В вас течёт кровь ваших предков.
Тех, кто ещё в древней Руси, открывал по ночам ворота осаждённого города и впускал врага.
Тех, кто встречал фашистов с цветами и с огромным удовольствием становился полицаем.
Тех, которые в 37-ом году строчили кляузы и доносы на своих соседей.
Тех, кто во время ВОВ, показывал, в каком доме скрывают от фашистов раненого бойца и подсказывал, где находятся партизаны.
Вы такие жалкие, тролли.
Но вам не понять вашей ничтожности.
А для меня легче умереть, чем преклонить колено перед иноземным генералом.
Потому что вы не русские.
А я - русская.
Вы так отчаянно вопите о том, что скоро наступит новый 37-й год и начнутся репрессии!
Это в вас, тролли, говорит ваше подсознательное.
В моем народе есть пословица: «На воре шапка горит».
Зря надеетесь, тролли.
Вы должны быть очень благодарны столь ненавистному вами Президенту России.
Потому что он - миротворец, а не тиран.
От себя же скажу: ещё не хватало на вас патроны тратить!
Или содержать вас в тюрьмах за счёт казны России.
Так что не надейтесь: нового Гулага не будет.
Кланяйтесь в ноги за это ВВП! Бейте земные поклоны.
Но у меня есть для вас и плохие новости, тролли.
Нам становится душно рядом с вами в России.
Нам, тролли, от вас нечем дышать.
Уезжайте по-хорошему.
Поезд уже на платформе.
А дальше, тролли, будет только хуже.
Вы не заметили, сколько многодетных семей в России? Их все больше и больше.
У моей сестры, например, трое. И таких русских мамочек, как она, - много.
Мы собираемся рожать детей, плодиться и размножаться.
Вот и подумайте, тролли: если от нас родятся такие же ватники, как и мы, найдётся ли для вас в такой России место.
Да, и мой совет вам, тролли: торопитесь, у вас очень мало времени.
Ваш хозяин, сидящий в американском посольстве, не простит вам взятые у него 30 серебренников.
Он потребует от вас что-нибудь взамен.
Вы уверены, тролли, что ему будет достаточно, чтобы вы предали Родину?
А, если ему понадобятся новые бараны на заклание?
Мне совсем вас не жаль, тролли.
Раз, два, три, четыре, пять…
Теффт идёт тебя искать…
П.С. В одном из комментариев представителя вашего племени дословно прозвучало следующее:
«Что здесь творится, на этой странице?
Интересно, много таких, кто думает, как она?
Что же нас всех тогда ждёт?
Это же ад…»
Этот комментарий достоин награды.
Я поздравляю тебя, тролль.
Лично от меня ты получаешь приз за вселенскую трусость и скудоумие.
И хочу тебя огорчить: это тебе, тролль, стало не по себе от статьи одной маленькой русской девчонки.
Так ты ещё всю Россию не видел.
Она, тролль, очень большая - от Калининграда до Владивостока.
За твоим МКАДом она только начинается, - настоящая моя Россия.
П.П.С. И хочу напомнить ещё раз особо одарённым.
Моя страна, которой я горжусь, называется Россия, Русь, Рассеюшка.
Не поднимайте мой болевой порог, тролли.
Послесловие.
Благодарю всех единомышленников, кто в течение трёх суток достойно отражал все атаки троллей в моем маленьком виртуальном Сталинграде!
Я бы с вами пошла в разведку!
Так говорил мой дед.
Мы долго и беспробудно спали. С далёких 90-х, когда чудо-политики приклеили нам всем на лоб наклейки «дарагие рассеяне».
А потом случился Крым. Свежий крымский ветер защекотал нам лицо и сорвал ту самую наклейку со лба.
Мы проснулись и огляделись по сторонам. И сразу же пришли в ужас.
На каждом канале в телевизоре какие-то люди, одной с нами наружности, рассказывали нам нелепые вещи. И звали этих людей либералы.
Сон, как рукой сняло. Мы впервые стали их слышать. И от услышанного проснулись окончательно.
Столько лет с экранов они каждый день рассказывали нам, как нужно правильно любить Родину! Не уставая разъясняли, как стыдно и невыносимо жить в «этой стране». От кого бы еще, как ни от них, мы узнали, что ходим вечно пьяные, сопливые и необразованные!
Но, как известно аппетит приходит во время еды.
Сначала либералов жутко раздражал наш государственный гимн. Вот незадача - в нем они слышали не потрясающие звуки, от которых у многих россиян мурашки по коже, а музыку СССР, на руинах которого совсем недавно эти же либералы устраивали пляски святого Витта!
Затем, превратившись в архивариусов и историков, на совершенно голубом глазу, эти поборники правды и справедливости внушали нам, что подвиги наших дедов и отцов в ВОВ нельзя назвать нашей личной гордостью, потому что совершены они не нами. Но и этого им показалось мало.
Кем, если не ими столько лет раскручивался механизм подмены понятий! Все отчаянней наши псевдопатриоты раскапывали жареные факты, доказывали русскому народу, что подвига 28 панфиловцев не было, а эсессовцы были обычными людьми.
Опьянённые вседозволенностью и вожделенной ими свободой слова, эти весёлые сектанты разошлись не на шутку.
У каждого человека существует свой болевой порог.
Одному становится больно, когда его Родину называют рашкой.
Другому не по себе, когда задевают нашего президента.
Третьему становится плохо от нападок на русский народ.
Четвёртому - обидно до слез, когда подвергают сомнению подвиги и достижения наших предков.
У меня болевой порог тоже есть. Я могу не обратить внимание на рашку, мордор, ватников и рашкован. Я почти не реагирую, когда задевают нашего Гаранта, так как считаю, что обсуждать умственные способности ВВП, как минимум, глупо.
Но когда тролли задевают мой народ и задевают все, что связано с ветеранами и их подвигами в ВОВ, у меня, честно говоря, падает планка.
Те чистоплюи, которые считают большинство россиян необразованным быдлом, очень уж хочется обратиться к вам!
Я люблю свою страну. Я горжусь, когда слышу наш государственный гимн, и вдвойне горжусь, когда он звучит под наши спортивные Победы.
И Россию я люблю не только с её берёзками и душевными песнями, а со ВСЕМ её содержимым.
Я люблю русский народ, за широту и щедрость русской души. За то, что они - эти люди - и есть наша Россия.
А когда я еду в маршрутке, я горжусь тем, что за поручни держатся не только ладошки офисных хомячков, а встречаются и сильные мозолистые руки. Руки тех, кто строит наши дома, дороги, прокладывает рельсы, спасает людей.
Потому что люди с такими мозолистыми руками спасли мою Родину от фашистов.
И случись завтра беда, эти руки в очередной раз спасут Россию, а значит и меня. А боевые офисные хомячки будут сидеть, спрятавшись в подвале.
И ещё я благодарна своей Родине за то, что у меня есть большой выбор в подаче своей речи. За то, что в России есть не только красивый литературный язык, на котором написаны великие произведения, но и разухабистый русский фольклор, знакомый нам по сказкам и частушкам, а также и русский мат.
Стало быть, ещё раз повторюсь, обращаясь к свидомым и троллям.
Если у вас возникает потребность научить меня любви к своей Родине, поверьте, - для вас это пустая трата времени. Это все равно, что кто-то мне будет объяснять, как мне любить свою мать.
И напоследок, нашла ролик в сети.
(1)
Чтобы победить в себе и в других левиафана, необходимо снимать такие ролики и показывать их, как можно чаще. В виде социальной рекламы..
Нам всем нужно срочно вспоминать, кто мы, и то, что нам с вами есть, чем гордиться.
А всем свидомым и либеральным троллям рекомендую смотреть этот ролик три раза в день, вместо еды, в качестве лечебного голодания.
Тогда вполне понятна ваша социальная активность и недоумение. Илья Муромец символизирует русский народ, который много лет находился в состоянии летаргии. Вы, будучи его нерадивыми родственниками, пришли к Илье Муромцу в дом, развели в нем бардак, устраивали оргии и вечеринки.
Потому что считали, что Илья Муромец умер. А он, как оказалось, - всего лишь спал.
И вот теперь он пошевелил рукой и начал открывать свои глаза.
Как? Вы все ещё здесь? Кто не спрятался, - я не виновата!
Что, такие вещи на вас действуют, как святая вода?
Здорово! Значит, будем продолжать.
У природы нет плохой погоды,
Всякая погода - благодать!
Правда, иногда, она такой бывает,
Что невольно вспоминаешь чью-то «мать»!