Кто знает - как объединить стремления разума, души и тела?!!
Как сладок дух свободы… но вкус ее горчит…
И теперь у нас игра… ты делаешь вид, что не узнал, а я, что не знакомы…
Устала…
Полночи задавала себе вопросы и полночи сама на них отвечала…
А ответы?
Ответы не радуют…
«Зачем мы все не так, как бы братья с братьями? Зачем самый лучший человек всегда будто что-то таит от другого и молчит от него? Зачем прямо, сейчас не сказать, что есть на сердце, коли знаешь, что не на ветер своё слово скажешь? А то всякий так смотрит, как будто он суровее, чем он есть на самом деле, как будто все боятся оскорбить свои чувства, коли очень скоро выкажут их…»
Фёдор Михайлович Достоевский «Белые ночи»
Вот дружишь дружишь с парнем и свято веришь в дружбу между мужчиной и женщиной, а потом в один момент понимаешь, что ревнуешь его к девушкам и постоянно хочешь обнять…
Любимый, знаешь, я себя жалею.
Я очень часто мучаюсь от боли.
Хотя я знаю, что судьбе виднее,
И что ты счастлив, ты теперь на воле.
Ты знаешь, я стараюсь не сдаваться.
Ты видишь? Я на фото улыбаюсь…
Да, это точно, сложно улыбаться,
Когда глаза пусты, но я стараюсь!
Мне хочется, чтоб мог ты мной гордиться,
И не расстраивать тебя слезами.
Жаль, что не довелось родиться
Дочурке с твоими глазами.
Любимый, я скучаю, ты же знаешь!
Тебе полегче, думаю, в разлуке.
Ведь ты меня всё время обнимаешь,
А я не вижу даже твои руки…
Прошу, ты подожди меня немного,
Когда я буду старой и счастливой,
Проводишь, и как отдохну с дороги,
Покажешь мне свой мир красивый!
Привал
Ну вот мы и дошли до точки невозврата,
оставив и любовь, и ссоры за спиной.
Ни ты не виноват, ни я не виновата,
что вместе побрели дорогою не той.
Совсем не в небесах, а в тесной коммуналке
был, видимо, скреплен некрепкий наш союз.
С начала обречён. А мне чего-то жалко,
хоть плечи и натер ответственности груз.
Ты не держал меня, когда я спотыкалась.
Я не ждала тебя, когда ты отставал.
Последняя черта. И жуткая усталость.
Давай замедлим шаг и сделаем привал.
Какая там семья… встречались лишь в постели.
Мы радовались врозь. Грустили не вдвоем.
А как давно в глаза друг другу не глядели…
Но за руки держась черту перешагнем.
Там за дверью
Там за дверью не ты. Там за дверью чужой.
Свет остылой луны как холодный ожог.
Обращается боль в нестерпимый вопрос.
Этот долбаный мир - мастер метаморфоз.
Солнце вкрадчиво встанет за дальним ручьём,
этот хищный рассвет - обглодает живьём,
обратит в жалкий мусор живые листы.
Там за дверью - чужой или, всё-таки, ты?
Путь до двери длиною в две тысячи лет,
там за дверью неслышно вздыхает ответ.
Угасает луна - твой ночной катафот.
Этот долбаный мир без тебя не живёт.
Долгий скрежет замков, открывается дверь,
спотыкается мир, размягчается твердь.
Самый близкий чужой выдыхает: прости…
Ты пришёл - умирающий мир воскресить.
На личных Голгофах горят костры мести…
Сжигают, сжигают, что нАжили вместе.
Друзья и работа - все в пламя кидают,
Совсем не вникая, что сами сгорают…
Вчера в аптеке покупаю лекарства: «Конкор, валосердин, пустырник- экстракт и счастье 100 грамм, можно в порошках»
Девушка-фармацевт, без удивления, но с грустью: «Извините, счастье на склад не поступало…»
Спасибо ей… Второй день улыбаюсь… С грустью, но -улыбаюсь!
Жизнь - это не диктант, и писать под диктовку вовсе не обязательно.
В полный сосуд настоящей любви НЕ поместится другое сердце и другая любовь…
Речь не о суррогате-разбавленной подделке, а о Настоящих Чувствах.
Заполнить можно лишь ПУСТОТУ…
будь со мной, пожалуйста, нежнее
за руку хоть иногда держи
я тебе не вешаюсь на шею
просто ненавижу миражи
если у тебя всегда причины
чтобы засыпать в другой стране
где-то ходят разные мужчины
и, возможно, что идут ко мне
будь со мной, пожалуйста, добрее
и хоть иногда меня целуй
даже если не ревнуешь, то скорее
к офисной работе приревнуй
если у тебя всегда причины
чтобы даже не смотреть в глаза
я найду еще себе мужчину
чтобы ему нежное сказать
будь со мной пожалуйста… а знаешь,
просто иногда со мною будь
ты ведь ничего не потеряешь,
выбрав этот ненадежный путь
если же есть все-таки причины
чтобы быть совсем в другой стране
не сердись, когда придут мужчины
и окажется, что, черт возьми, ко мне.