Поступки человека раскрывают человеческую личность. Вы можете сколько угодно улыбаться людям, молиться Богу, рассуждать о добре но, в конце концов, важно не это, а то, как вы поступаете с ближними своими.
Лучше жить со строптивой женщиной, чем со скучной. Таких, правда, иногда душат, зато никогда не бросают.
Если в жизни и есть счастье, то надо, начиная с молодости, каждый день откусывать по малюсенькому кусочку, чтобы хватило на всю жизнь. Но многие отрывают от него огромные куски, буквально не жуя, поспешно глотая, не успевая наслаждаться процессом, веря, что этот рацион гарантирован им на всю жизнь или хотя бы надолго.
И через пару лет остаётся от счастья то, что называют огрызком. Некоторые, особо голодные, и огрызок проглатывать умудряются, чтобы никаких шансов.
Правда, доходит до нас это в старости, когда кусать уже нечего, а часто и нечем. И если кусочек счастья перепадает нам на второй половине пути в вечность, то уж тут мы его не слопаем сразу, а будем рассматривать, обнюхивать, облизывать и даже пользоваться не станем, а повесим в рамочку, стеклом защитим, демонстрируя всем входящим. Типа, вот оно, счастье, имеется. Практически не пользованное. А мы уж как-нибудь, всю жизнь обходились и сейчас нечего баловаться. Главное, что все видят — есть в доме счастье!
Важно ведь, что люди скажут, а не собственное ощущение. Обидно чувствовать себя счастливым без всякой доказательной для постороннего глаза и слуха базы.
И чего они вечно улыбаются, скажут со стороны. Ну, никаких же поводов.
На Канарах их не видели.
В санкционный список их не вносили.
В выпусках новостей о них не говорили.
Даже в криминальной хронике, что подтверждает отсутствие накоплений.
Едят что-то такое, что даже аппетита не пробуждает.
Пьют горькую, что подчёркивает сложность микроклимата внутри них.
Носят такое, что лучше бы вообще без ничего.
Хотя без ничего они особенно неприятны.
Короче говоря, на поминках и сказать-то нечего будет.
А считают себя счастливыми.
Вот и пойми их.
Моим недругам!
Я видел честных смельчаков,
Но так же истинных ушлепков,
Готовых рвать гнилые глотки
О важном статусе ослов!
Они, как пакостная рать,
Лизнув паек из чьих то мисок,
Врага засунув в «черный список»
Затем решались нападать.
Таким, всегда один ответ: —
Не лезьте в грязную бутылку!
С корнями выдерну подкрылки
И поломаю в букву «Z»
- Мне надо с вами поговорить, — с таинственным видом сообщает соседка, встретив меня во дворе.
Я спешу к машине — меня ждёт знакомая, с которой мы идём в театр, и разговор явно не вписывается в график.
- Хорошо, но я сейчас спешу, вы уж извините, а вернусь поздно. Давайте завтра?
Возможно, дело у соседки не столь срочное или она поговорила с кем-то ещё, но назавтра она не появилась. Прошла неделя, пока мы увиделись снова.
Она говорит громко, так, что слышно всем прохожим:
- Я скоро поеду в санаторий на две недели, а здесь приходит такая чёрненькая кошечка, я её кормлю. Не знаю, кого попросить, пока меня не будет. Дочь уходит на работу рано, её весь день нет дома. Вы не могли бы эту кошечку кормить, когда она будет приходить? А то она боится других кошек, а та чёрная, у которой котята, вообще гоняет её, не подпускает к еде.
- Тише, тише, зачем же рассказывать всем, что вы уезжаете? (Тем более, что её квартира — на первом этаже.) А я-то думала, что это та же самая, с котятами. Хорошо, я посмотрю, когда буду выходить, — соглашаюсь я.
Я кормлю наших подвальных кошек вечером, когда улягутся спать прожорливые вороны и разойдутся обсуждающие местные новости мужики. Они просты как валенки, их речь ровно наполовину состоит из однообразного мата, они не любят котов, но терпят собак (у кого есть). Они уже наверняка обсудили мои расходы на кошек и успокоились, зачем давать им повод для новых сплетен?
Ну и как же мне быть? Попробуй заметь вечером пугливую чёрную кошку под машиной или в кустах! Вот и сегодня соседка уже полчаса ходит с пакетом по двору в надежде, что появится её подопечная. Мне что, предстоит так же разыскивать кошечку, дефилируя перед сидящими на скамейках жителями нашего дома? И при этом звать невидимку: «Кис-кис!» Заманчивая переспектива…
А если на всякий случай ставить корм и воду возле подъезда, где живёт эта женщина? Но днём всё мгновенно съедят голуби, а вечером кошку может найти и покормить дочь, обещала же. Или она не захочет заниматься ерундой?
Но ведь мы в ответе за всех, кого приручили. Дочь — за маму и её причуды, я — за соседку с её странностями, люди — за бездомных, но домашних по природе кошек, кошки — за своих голодных котят, которые не умеют добывать пищу…
От судьбы не уйти, но её и не догнать.
Бесполезно оправдываться, если вы стрелочник.
Гордыню можно купить деньгами
Гордость — никогда!
Что бы не случилось,
не лиха беда,
если есть горшочек,
ну, а в нём еда!
Когда захочет дама соблазняться,
ей всё равно, как будешь изъясняться,
и будет это хлеб души иль на уши лапша,
раз дама хочет, значит — ША!
Из воспоминаний Зиновия Высоковского про Аркадия Исааковича Райкина
* * *
После окончания Щукинского училища я пошел работать в Театр миниатюр к Владимиру Соломоновичу Полякову, который до 1959-го года писал все тексты для Райкина. Потом они поссорились, и Поляков создал свой Театр миниатюр. Конечно, я думаю, Райкину было не все равно, что ставит Поляков. Это была уже настоящая конкуренция. Ведь к нам в театр приходили такие люди, как Утесов, Смирнов-Сокольский, Галич, Богословский, Миронова и Менакер, Светлов писал для нас. А я с ним пил водку ночью. И он говорил: «Запомните, Зямочка. В Москве в три часа ночи плохой водки, как и плохой женщины, быть не может».
* * *
В 1985 году я сделал моноспектакль в государственном Театре эстрады, который назывался «Пятая сторона света». 28 ноября в день моего рождения на премьеру я пригласил Аркадия Исааковича. Когда все закончилось и мне стали дарить цветы, я сказал: «Сегодня у меня день рождения, и сегодня самый счастливый день в моей жизни, потому что в зале присутствует Аркадий Исаакович Райкин». Все встали. На Райкина был направлен луч света, и зрители устроили ему овацию. А я собрал все цветы со сцены и отнес их Великому Артисту, сумевшему доказать, что малые формы могут быть неизмеримо выше больших!
— Так он сегодня к другой подкатывал. Ну такая лахудра! А он вокруг нее и так рассекает, и так, и сяк, и под руку норовит взять. По ушам ездит, что аж противно. Экскурсию ей проводил — посмотрите направо, тут у нас дуб вековой, посмотрите налево, тут береза, а эта дура уши то развесила, закокетничала, гимназистка сраная, сумочку прижимает, пальчиками наманикюренными волосы поправляет. Я за тем дубом стояла и все слышала. Ну, думаю, не подвело меня чутье — козел и есть. Ему ж все равно, к кому подкатывать! И к молодым, главное, не лезет, престарелых выискивает. Которые уже и ждать отчаялись, а тут он — в ботиночках своих начищенных. Жених! Ну прогулял он ту мадаму по дорожке и назад вернулся. Я на лавочке сидела — ноги вытянула, сижу, балдею. И вот ведь глаза наглые, он ко мне присоседился на лавочке как ни в чем не бывало. Я ему прямо в рожу сказала, что он старый для меня, что ищу любовника помоложе. Показала ему на наш дом, мол, деревня деревней, а тоже не из мусорки вылезла, тот аж залоснился весь, засалился, ножульками своими начал сучить, вскочил, что-то про судьбу пошел заливать. Я ему говорю: уйди уже, ловелас ты плешивый, у тебя небось и не стоит давно, если языком много мелешь, то другим местом давно не работаешь, а с него как с гуся вода. Заявляет мне: «Старый конь борозды не испортит» — и смотрит так маслеными глазенками.
— И что вы ему ответили?
— Сказала, что не испортит, конечно, но и глубоко не вспашет! Знаешь, он прямо побледнел. Тут же как ветром сдуло. Обидчивый…
…Однажды Валентина Даниловна вернулась с прогулки, полыхая, как роза. Раскраснелась, задыхалась, роняла перчатки.
— Что-то случилось? — спросила Лиза.
— Да пристал один, — отмахнулась свекровь, но было видно, что ее распирает. — И парк у вас ненормальный. Маньяки ходят. У нас такого себе не позволяют.
За Валентиной Даниловной уже неделю ходил один тип. Просто преследовал. Куда она свернет, туда и он. В кепочке, в шарфике, ничего особенного, но бодренький мужичонка, франт этакий. Лет шестидесяти с гаком, а все туда же.
— И как только наглости хватило? Я ж с дитем хожу! — оправдывалась свекровь. — Вот, телефон сегодня оставил, — она достала из кармана смятую бумажку, — в церковь предложил вместе сходить или в кафе.
— А вы?
— Конечно, отказалась! Плешивого мужика мне еще не хватало. Такой чистенький, ботиночки сверкают, надушенный, аж на весь парк воняет. Подсел и шур шур, мур мур. Интеллигентный такой, начитанный. Про парк этот ваш начал рассказывать: какие тут деревья, какая усадьба раньше была. И все ближе присаживается, все теснее жмется. Ну я его сразу по всем пунктам опросила. Где живет, женат — не женат, дети. Соседом оказался — тут наискосок у него квартирка. Вроде бы разведен, но я ж в его паспорт лезть не буду. Дети, мол, взрослые. И вот ведь бесстыжий, спросил, дочка у меня или внучка? Я ему говорю: «Ты это своим городским заливай про дочек внучек, а со мной такой номер не пройдет». И что ты думаешь? Нет, ну наглый! Объявил, что он всегда мечтал о такой, как я, простой, доброй, настоящей, из глубинки.
Ну я ему по нашему, по глубински, все и высказала. Это ж надо! Деревней меня обозвал! А сам то хорош! Хамло, тоже мне жених — небось квартирка то его давно на детей записана. А ищет он себе не жену, а прислугу — приди, подай, полы помой, еду сготовь, в постель с ним ляг приляг, а как он скопытится, так его детишки быстро за дверь жену сожительницу выставят.
— Зря вы так. Почему вы сразу о людях плохо думаете? Может, вы ему понравились. Почему обязательно прислуга? Надо было согласиться на свидание. Это же вас ни к чему не обязывает, — сказала Лиза.
— Это тебя муж и ребенок ни к чему не обязывают! А я не такая! Да и он козлом оказался, как все мужики! — вспыхнула Валентина Даниловна.
— Почему?
Неприличный эпизод все равно что анекдот.
Если долго вспоминать можно много накопать.
«Он смотрел мне прямо в душу!» — говорила мать, внося в дом искалеченного щенка… Но дочка только посмеялась!
«Я поняла, что чувствовала моя мама!» — вспоминает Юлия Клюшникова…
Когда началась эта история, девушке было 15 лет. Как-то раз ее мама вернулась домой с дачи и рассказала о сбитом машиной щенке-подростке. Женщине было невероятно жаль кроху, поэтому она дала ему воды и аккуратно перенесла его в тень…
Мама Юли призналась, что хочет забрать малыша домой! Она рассказала, что малыш заглянул ей в душу. Когда женщина уходила, тот лежал и долго смотрел ей вслед, вероятно надеясь, что спасительница вернется за ним.
Но Юля не поняла маму и даже не стала ей помогать. Девушка только посмеялась…
Мама сама принесла искалеченное животное домой. Щенок лежал в коридоре — травмированный, блохастый, грязный, но… абсолютно счастливый и благодарный за подаренный ему Дом.
Спустя месяц питомец начал вставать и даже бегать, но травмированная лапка не позволяла нормально передвигаться. Чуть позже пес полностью поправился. Мама Юлии дала ему кличку Дик.
Животное оказалось невероятно добрым и преданным. Дик прожил в семье 14 лет и каждый день с благодарностью заглядывал в глаза приютившей его женщине…
«Я поняла свою маму!»
Прошло два года с тех пор, как Дик покинул семью навсегда…
Юля была уже совсем взрослой, когда однажды увидела у дороги щенка. Малыш бегал за людьми, заглядывая им в глаза и то и дело выскакивал на дорогу. Почему-то Юлии сразу вспомнился Дик, и она решила унести малыша подальше от дороги, чтобы тот не попал под машину
Девушка предположила, что питомец родился за гаражами. Она отнесла его туда в надежде, что возвращает его маме-собаке. Юля оставила щенка там и ушла, но через секунду услышала громкий лай.
Девушка поторопилась вернуться! Она увидела, как черный щенок, которого только что унесла подальше от дороги, растерянно пятится назад от лающих на него щенков и их матери. Потом малышня вместе с собакой стали кидаться на кроху
Юля поспешила забрать оттуда щенка. Держа в руках животное, она заглянула ему в глаза… и поняла свою маму! Она поняла, каково это, когда собака заглядывает тебе в душу. Поняла, что не оставит это животное
Вот так у Юлии появилась ее любимая собака по кличке Чара…