Я нахожу в России два состояния: рабы государевы и рабы помещичьи. Первые называются свободными только по отношению ко вторым; действительно же свободных людей в России нет, кроме нищих и философов.
Неудержное стремление к величию рождает ничтожеств.
Я люблю твоё молчанье
И подлунный вздох души.
Я люблю отдать печали,
В высях плавая-кружа…
Разольётся свет по сердцу,
Разобьется боль-кувшин…
И подумается - Тесно,
И захочется дышать!
Я люблю, вздымая небо,
Пить горячечный нектар.
Я люблю вплетаться негой
В глубину любимых глаз.
Если б я ослепла сердцем
И упала бы, устав,
То сказала б - как-то пресно,
Но для жизни в самый раз.
Я люблю туман игривый,
Угасающее - нет.
Я люблю закат рябинный
В нескончаемых словах.
Распадётся мир на части -
Облекусь в кручину лет,
Нашептав тебе на счастье -
Ты любил меня во снах.
Мыслитель - это тот, кто в состоянии сформировать целостное представление о сложных системах…
Построй себя! Опять же сам,
Ведь дела нет всем, никому,
Не верь каким-то чудесам,
Себе поверь ты одному!
Никто не сможет же помочь,
Так, успокоить, обмануть,
Чтобы плохие мысли прочь,
Могли на время утонуть…
И кажется - всё хорошо!
Забытый ком в груди зажался,
И на мгновение прошло,
Что так болело - ты держался!
Но память зла, чёрт побери,
И тело помнит всё, что было,
Со временем, держу пари
Нахлынет заново, уныло.
Пока себя не разберёшь,
Не перемелишь досконально,
Все мысли в кучу соберёшь,
По полкам, знаете, буквально…
Глядишь, уходят в унисон
Былые страсти и терзания,
Становится лишь крепче сон,
Не душат все воспоминания.
Построй себя! Попробуй, сам!
Под силу только одному:
Всю горечь изменить в бальзам,
Всё для души, лишь самому!
Лет семь-восемь назад я уже писала о том, что в школе вдруг появился вопрос «Зачем учить стихи?»
То, что прежде была аксиомой, стало теоремой, которую нужно доказывать. Но если раньше доказывать нужно было детям и некоторым примкнувшим к ним родителям, то теперь единства нет уже в самом учительском сообществе. Появились (или стали такими) учителя, которые не требуют от своих учеников заучивания стихов наизусть: достаточно того, чтобы ребёнок прочёл стихотворение по книге (думаю, что их чтение с мобильного телефона).
Ещё одна категория словесников считает, что учить всё-таки нужно, но не определённые стихи того или иного поэта, а понравившиеся лично ребёнку (в большинстве случаев ему «нравится» то, что покороче, и вместо «Я помню чудное мгновенье», он, скорее всего, выучит «Я влюблён, я очарован, словом, я огончарован»). Я же принадлежу к третьей группе, совков и ретроградов, считающей, что не требовать от детей заучивания стихов наизусть - преступление и что учить должно определённые стихи («Зимнее утро», «Бородино», «Я пришёл к тебе с приветом» et cetera), те, что учили не только мамы и папы, но и деды и прадеды нынешних школьников, так как это ещё одна (а их не так много!) скрепа нации.
Ещё сравнительно недавно выучить стихотворение было самым лёгким домашним заданием. Если в течение четверти ребёнку не давались сочинения, если он плохо отвечал в классе или не был готов к урокам внеклассного чтения, учитель, чтобы «вытянуть» и поставить такому ученику хотя бы «тройку», задавал выучить несколько стихотворений. И тот, несказанно обрадованный, бежал домой учить.
Теперь же учить стихи для большинства детей стало не просто проблемой, а мукой, каторгой, адом. Пользователям интернета стал широко известен ролик, где ребёнок (на вид второ- или третьеклассник) пытается (от слова «пытка») выучить четверостишие Плещеева. Мать раз за разом повторяет, казалось бы, простейшее:
Травка зеленеет, солнышко блестит
Ласточка с весною в сени к нам летит.
Если первые две строчки ребёнок с грехом пополам осиливает, то две последние становятся для него неподъёмным грузом. Кто, куда, с чем летит? В конце концов он разражается матерной бранью в адрес училки: зачем такое задала. Мнения разделились: кто-то обвинил учительницу, кто-то ребёнка, кто-то Плещеева. Почему-то никто не обвинил мать (к ней мы ещё вернёмся).
По моему глубокому убеждению, учить стихи стало проблемой, потому что они ушли из жизни и остались только в школе. Сегодня школа - для стихов - последний рубеж или, если угодно, редут. Если учителя его сдадут, дальше будет тишина.
Я сказала: стихи ушли из жизни, но, может, точнее будет сказать: жизнь ушла от стихов. Воистину: порвалась цепь времён.
Тем более нужно латать эту дыру, брешь, прореху на человечестве. Затыкать её своим телом. Своим делом.
Теперь от сетований к делу.
Вопрос номер один: кто должен учить с ребёнком стихи?
Идеально (то есть нормально), если это будет мать. Всосанные с молоком матери «баю-баюшки баю, не ложися на краю» и «ладушки, ладушки, где были, у бабушки» - это первоначальные - подсознательные - представления о ритме и рифме и благодатная почва для последующих Чуковского, того же Плещеева и далее со всеми остановками. Если же первая встреча ребёнка с поэзией (а не со специально написанными для детских садов стишками) происходит в школе, то мы видим то, что видели в ролике: стихи для него - тарабарщина и абракадабра.
Что касается учителя, то он должен учить любого Маугли, в каком бы возрасте тот к нему ни попадал: в первом, пятом или одиннадцатом классе. Нужно, во-первых, сказать ребёнку, чем вообще поэтическая речь отличается от прозаической, объяснить, если он этого не знает, что такое ритм, размер, рифма, тропы. Во-вторых, растолковать значения всех слов стихотворения: так в, казалось бы, хрестоматийном:
Бразды пушистые взрывая,
Летит кибитка удалая,
Ямщик сидит на облучке,
В тулупе, в красном кушаке, -
это и «бразды», и «кибитка», и «ямщик», и «облучок», и «тулуп», и «кушак».
(Что стоило матери из того же ролика не с садистской методичностью повторять одни и те же строки, а для начала объяснить значение слова «сени».)
В-третьих, тут же пояснить, что смысл стихотворения не складывается из смыслов всех составляющих его слов. Как писал Заболоцкий: «Слово получает свой художественный облик лишь в известном сочетании с другими словами». Разобрать стихотворение, не побоюсь этого слова, «по косточкам». Но потом непременно «собрать», полить живой водой, то есть прочитать ещё раз - красиво, правильно, вдохновенно.
Некоторые учителя предпочитают включать записи мастеров художественного слова, артистов или самих поэтов. Это, конечно, хорошо, а иногда - в случае с авторским чтением - просто необходимо. Иногда, но отнюдь не постоянно. Ибо я уверена, что хорошо читающий стихи учитель - лучший пример. Ведь он демонстрирует не только технику и артистизм, но и любовь к тому, чему учит! А любовь - сильный аргумент.
И наконец, последний, может быть, самый главный вопрос: зачем учить стихи? Мне всегда не по себе, когда я слышу (в том числе и от учителей- словесников) что-то вроде: «стихи тренируют память», «свидетельствуют об интеллектуальности», «могут помочь завоевать сердце девушки (юноши)» и чуть ли не «стихи делают успешным».
Всё это неправда (или не главная правда). Представьте себе такую ситуацию: приходит человек в храм и говорит священнику: «Я хотел бы стать христианином. Понимаю, что для этого придётся приложить много усилий: читать Священное Писание, выстаивать долгие службы, учить молитвы. А что мне это даст?» Так вот, священник, который ответил бы: «Ты будешь счастливым», - по-моему, солгал бы: может, это была бы ложь во спасение, но всё-таки ложь.
Знание стихов, как и знание Бога, автоматически не делает человека успешным в этом мире, оно даёт другой - внутренний - мир. То, о чём сказано:
«Есть целый мир в душе твоей» и «Царство Божие внутри нас».
На человека, имеющего этот «мир в себе», могут обрушиться и горе, и болезнь, и предательство: он не застрахован ни от чего, кроме одиночества. Такому человеку всегда будет «куда пойти»: внутрь себя. (Что, возвращаясь к теме церкви, не отменяет потребности в храме.)
И самое последнее. Если люди научатся чувствовать, как поэты, мир изменится к лучшему.
У Басё есть такое хокку:
Весна уходит.
Плачут птицы.
Глаза у рыб полны слезами.
Если человек научится видеть «слёзы рыб», он уж точно сумеет увидеть и «слёзы людские». Потому что «мир в себе» не отменяет потребности в другом: я имею в виду в другом человеке.
Мне нравятся люди с огоньком в глазах! От общения с которыми появляется желание жить, и не просто жить, а на полную катушку. Эти вечные идеалисты с шикарной улыбкой на лице всегда найдут такие удивительно правильные слова, чтобы зажечь в твоём остывшем сердце искорку надежды. Бывает, ты сам давно уже махнул на себя рукой, а они обязательно подойдут, деликатно достанут с дальних полок твоей души, совершенно угасшую уже, твою веру в чудо, и, стряхнув с неё пыль, вручат ее тебе. И, когда она засияет, как новенькая, когда проснутся в тебе твои желания и мечты, ты поймёшь, что жизнь удивительно прекрасная вещь! Мне очень нравятся люди, которые, даже если их собственный мир полуразрушен, всегда найдут способы навести порядок в твоём, разукрасив его яркими красками и вкрутив там тысячу маленьких разноцветных лампочек. Мне нравятся люди, способные отдавать другим своё сердце!
Бабушка говорила - ближе всех к небесам старики и дети.
Старики, потому что им скоро уходить.
А дети, потому что недавно пришли.
Первые уже догадываются.
А вторые еще не забыли.
Как они пахнут.
Небеса.
Читаю я иногда комментарии и думаю, интересно все-таки галактика устроена: одни не слышат, что ты говоришь, другие слышат то, о чем ты думаешь.
Возраст важен только для анкет.
Истинное счастье состоит в том, чтобы не реагировать на настроение извне.
Ни на вопли, ни на профессиональную истерию, ни на непонятные желания
непонятных людей…
Пришёл, увидел, побелил.
- Мама, почему у нас нет семейного альбома?
- Зачем? Моль разводить?