Donec eris felix, multos numerabis tempora si fuerint nubila, solus eris.
Покуда ты будешь счастлив, тебя будут окружать многочисленные друзья, но, когда наступят смутные дни, ты будешь одинок.
Как без воды нельзя развести краски, так без любви невозможно познать ни истинного горя, ни величайшего счастья! Человек может утверждать, что никогда не будет сражен любовной страстью, но она подкрадется к нему и ужалит, как змея, или настигнет и свалит с ног подобно песчаной буре.
Страх знаком всем. Каждому живому существу. Он похож на рой мух, кружащих над навозной кучей. Животные спасаются бегством, птицы торопятся улететь, а рыбы - уплыть. Все они стремятся в безопасные места. Кто-то добирается до них. Кто-то падает замертво от переутомления. Мы, люди, ведём себя ничуть не мудрее. Умом понимаем: нет никаких уголков, где можно спрятаться от собственных кошмаров. И всё равно отчаянно бросаемся на их поиски. Стремимся к богатству и власти. Тешим себя иллюзиями, будто мы сильнее любой опасности. Пытаемся управлять другими. Детьми, жёнами, соседями, друзьями. Амбиции и страх роднит незнание личных пределов. Власть и богатство напоминают опиум… Они не способны победить страх. Есть лишь одна сила, которая его превосходит. Любовь…
Есть люди, от общения с которыми просто дух захватывает.
А есть люди - от которых просто схватывает живот…
И у души есть скелет, и этот скелет - воспоминания.
Больно, когда обижают или не понимают родные люди… Но они родные. Проходит совсем немного времени, и ты уже забываешь, что было между вами! Ты видишь родные глаза, виноватую улыбку и тебе не нужны даже извинения!
Нет большего богатства, чем родные, близкие и любимые! Прощайте их, если они бывают не правы… Благодарите Бога, что вы не одиноки…
Страх - это противоположность любви.
Запомни, противоположностью любви
является не ненависть, как думают люди;
ненависть - это любовь наоборот, это не противоположностью любви. Страх - вот
ее истинная противоположность. В любви
человек расширяется, в страхе -
сжимается. В страхе человек закрывается,
в любви - открывается. В страхе он сомневается, в любви - доверяет. В страхе человек чувствует себя одиноким,
в любви он растворяется, поэтому здесь
не может и речи быть об одиночестве.
Ошо, «Тайны жизни»
Слово серебро, молчание золото.
Если бы Господь отвечал нам сразу, мы бы хлопали его по плечу.
Иногда сложится о тебе у людей впечатление, ты уже не помнишь чем его произвёл, а они ещё под впечатлением. ;))
Сразу оговорюсь: я не юрист, не следователь, я не владею всеми материалами. Не моя задача говорить сейчас о виновности или невиновности конкретного человека. Я просто в очередной раз задумался о том, как ЛЕГКО обвинить человека в подобном… и к чему это всё может привести.
Помните, как все смеялись над фразой «в СССР секса нет»? Настают времена, когда впору поплакать над фразой «
Каленым железом в нас впечатывают «простую истину»: любые телесные контакты - суть сексуальное взаимодействие. Мы так муссировали тему секса, что видим его везде. Мужчина, выходя из автобуса, подает руку незнакомой женщине - домогается. Две девчонки забились в одно кресло, шушукаются и хихикают - лесбиянки. Парни идут по скверу - голубые. Мужчина решил перевести старушку через дорогу - …, ну, до таких ассоциаций пока не дошло, но что-то будет через пару лет.
А уж дети - тема благодатнейшая. Педофилическая истерия набирает обороты во всем мире. Не только прикосновение, но и улыбка, взгляд - всё может быть расценено как домогательство к ребенку. Недавно от одной своей знакомой слышал такую историю. Подходит к ней на улице мужчина. Подходит и говорит: «Извините, там на тротуаре стоит маленький мальчик и плачет. Не могли бы вы к нему подойти, узнать, что случилось?» - «А что же вы сами не подошли?» - «А я боюсь. Мало ли что подумают…».
История закончилась благополучно, пятилетний мальчик действительно потерялся, через полицию были быстро найдены родители, но… Но это страшно, когда взрослый мужчина просит женщину подойти к ребенку, боясь попасть под каток общественного мнения.
Ну, а уж самые «разнузданные педофилы» - люди, работающие с детьми. Причем работающие искренне, с душой. В школе-то ещё ничего, а уж в детском лагере… Я сам проходил путь от помощника вожатого до начальника лагеря. Я сам обнимал и утешал ревущих детей. Я будил их, страдающих энурезом, ночью и вел в туалет (в одних трусах! гнусный извращенец!). Я хорошо помню, как в середине смены, когда тоска по дому (ведь даже когда в лагере очень интересно, тоска по дому никуда не девается) достигла максимума, кучка девочек девяти-одиннадцати лет с визгом: «Папа! Папа!», - повисла на мне, как на дереве. Я рассказывал им сказки на ночь, сидя с ними без свидетелей в темной палате. Я подтыкал им одеяла… Что-то мне подсказывает, что меня легко бы могли обвинить в домогательствах…
Высокомудрые педагоги-психологи-теоретики объясняют, что так нельзя. Что физический контакт с детьми недопустим, что всегда надо иметь надежных свидетелей твоей благонамеренности, что… Да много чего. Только они - теоретики. Хотя, иногда они бывают практиками, но смотришь на них и думаешь, что лучше бы оставались теоретиками.
Но и это не самое страшное. Педофилические истерии - цветочки. А вот ягодки мы уже собираем, и будем их собирать всё больше и больше.
Наша цивилизация становится цивилизацией недотрог. То, о чём писал Азимов в своей антиутопии «Обнаженное солнце» (мир Солярии, где растут не с родителями, а с роботами, контакты для взрослых крайне мучительны и неприличны, и даже муж с женой видятся по расписанию) становится реальностью. Я - психотерапевт. И в своей работе я практически ежедневно вижу, как всё хуже и хуже становится у людей с тем, что называется научным термином тактильность. А, говоря простым языком, - с прикосновениями, с «дотрагиванием». Люди стесняются дружеских объятий. Родители боятся обнять собственных детей. Даже мужья и жёны стесняются обнимать друг друга, если это не связано напрямую с интимной сферой их жизни.
Но человек не может жить без физических контактов с другими людьми. В середине прошлого века психиатр Рене Шпитц описал анаклитическую депрессию - депрессию младенцев, лишенных материнского тепла. У взрослых - всё то же самое. Создавая цивилизацию недотрог, мы создаём цивилизацию невротиков. Невротиков, боящихся в итоге даже обратиться за помощью, ибо помощь - это «прикосновение» (пусть и не физическое).
Мы, боясь секса и восхваляя его, забываем о простом человеческом тепле.
Люди, пожалуйста, будьте тёплыми друг к другу! Обнимайте друг друга! И тогда, быть может, мы все вспомним, что простые человеческие контакты - это не про секс. Это про тепло. И - доброту и милосердие.
Нормальность - это не то, к чему надо стремиться. Это то, от чего надо бежать.
Важно окружать себя позитивно настроенными людьми. Слишком много негатива вокруг.