У города запах моря и вкус порока.
Я смята внезапным чувством:
… «Меня здесь нет…»
Иллюзия:
ветер… рынок… циклон с востока.
Мифическим призраком тонет в ночи Пхукет.
…
Но чем он абсурдней… мистичней и беспризорней -
тем голод реальней… и тягостней смрад трущоб.
С трудом игнорируя влажность… и дым жаровни,
съедаю свой ужин,
…а после чеканю: «Счёт!»
…
И снова плыву в толпе - высоко, надмирно -
незримым скитальцем
… в каких-то иных мирах,
бесстрастно следя за нелепою пантомимой
кочующих призраков в шортах, с огнём в глазах.
…
Но всё суета… и тщета…
…от всего воротит…
Мне бум сувениров издёвкой вошёл под дых.
А воздух отчаянно, бешено плавит похоть,
горячим дыханьем преследуя каждый стих.
…
И лёд, истончаясь,
…дрожит хрусталём в бокалах.
Лотки осыпает искрящийся иней в ряд.
Огромные клешни могучих, живых омаров
вам медленно машут…
…и что-то сказать хотят…
…
А что (?) - безразлично.
Всё сказано в этом мире.
И ты понимаешь, что больше не нужно слов.
Безмолвно скользишь в толпе молчаливым мимом,
сойдя незамеченным с чьих-то чужих холстов.
…
Один на один с тишиной городского рынка,
где крики торговцев не в силах прорвать эфир.
Под сердцем становится вдруг нереально тихо -
как будто бы кто-то выключил этот мир…
…
И нет ни малейших шансов включить обратно.
Но городу важен лишь культ загорелых ног.
Седой европеец суёт мне зачем-то баты.
В момент вспоминаю,
…чем пахнет земной порок.
…
Я в бешенстве! Я…
За кого он меня принимает?
Как только посмел помыслить такое, гад?!
Но всё суета…
Беззастенчиво улыбаюсь.
Прости, кабальеро, но это не мой формат…
…
По жестам понятно:
он щедр и готов накинуть…
Да, нет же приятель, пойми - не вопрос цены!
А просто мне Вечность навязчиво дышит в спину,
и я не хочу больше видеть земные сны…
…
Босыми ступнями бегу по ночному пляжу.
Короткое платье,
…ласкающий ветерок…
А город укрыт туманом… так тих и влажен.
Я вдруг ощущаю:
…ко мне вожделеет Бог…
…
Так остро, до боли желанье ему отдаться -
внезапную радость осмыслить… объять…впустить…
Я - капля / как все /
стремлюсь к Океану властно,
отверженность Рая не в силах в себе носить.
Счастья не может не быть.
Счастье - оно всегда рядом.
Это улыбки родных,
Нежность объятий и взглядов.
Счастье - смех наших детей,
Их достижения в жизни,
Здоровье отцов, матерей,
Помощь в делах нашим близким.
Счастье - проснуться с утра,
Вдохнув глоток воздуха грудью!..
Счастье - оно среди нас.
Будьте же счастливы, люди!
Люди думают, что будут счастливы, если переедут в Париж, а потом оказывается: куда бы ты ни поехал, ты берёшь с собой себя.
От твоей веры в людей цена их предательства только станет больнее.
Иногда правда бывает не достаточно хороша… Иногда люди заслуживают большего, они заслуживают того, чтобы их вера была оправдана.
На Западе россиян по-прежнему многие считают дикарями, спрашивают постоянно: да как ты там ездишь вообще?! С русскими лучше не связываться! Я говорю: «Почему? У меня гораздо больше проблем с американцами». Они жутко лицемерны, всегда улыбаются, притворяются, что рады тебя видеть. А ведь им плевать на тебя. Европейские люди ведут себя гораздо честнее - и в той же России я чувствую себя намного уютней, чем в Штатах. Как-то открыто все, честно, без камня за пазухой. И это не может не нравиться!
И пустота иногда кажется сияющей.
Один наш руководитель заменяет десять ихних террористов.
«Разделяй и властвуй!» - формула проста.
Нам затмила разум жизни суета…
Только кто сегодня правит этот бал,
Сатана лукавый иль другой нахал?
Разве может бедам быть виной союз?
Может зря ослабла прочность братских уз?
Русский? Украинец? Белорус? Еврей?..
В каждом бренном теле - множество кровей.
И у каждой крови есть один лишь цвет,
А другого просто и в природе нет.
Можно ли границы в сердце провести?
Как бы до последней точки не дойти.
Слишком безучастно мы привыкли жить.
Если надоело - начинаем бить…
Бьём друг друга злобно: слепо и всерьёз,
После не жалеем вновь обильных слёз.
Замаячил призрак роковой черты,
И об этом нынче знаем я и ты.
Так неужто глупость разума сильней?
Для того ль рожаем в муках сыновей,
Чтоб до срока гибнуть им во цвете лет?..
Хуже человека, вправду, зверя нет.
И чтоб дикость нашу как-то поунять,
«Все одной мы крови!», - хочется кричать.
Мы до того дошли в своей недоверчивости, что даже в самом искреннем поступке усматриваем искусную актерскую игру…
Некоторым людям и птицам, для свободного полета, нужен волшебный пендаль
Как порой навязчиво, бесстыдно
Лезут в семьи те, кто не удел
Видно одиноко им живется
Видно их никто не захотел!
Жалость вызывают, отвращенье
Это ж надо так не уважать.
Гордость женскую, свои амбиции
Что б себя, мужчине предлагать…
Хочешь узнать о человеке всё - просто сделай ему добро.
Никто не знает дня, когда уйдет… Никто его не знает и не ждёт… Быть может, в этом мудрость бытия… ЖИВИ, пока не рвётся нить твоя! Но если б знать… О, если б знать, когда покинет небосвод твоя звезда… как мы спешили бы объять всё то… Чего нам не вернёт… уже никто! …
Половину мира составляют люди, которым есть, что сказать, но они не могут, другую половину - люди, которым нечего сказать, но они все говорят.