Я думаю об этом и молчу…
Не ждите лицемерных оправданий…
Я повиниться вовсе не хочу-
Хоть жизнь моя ущерб и наказанье…
Без времени, без срока, без надежд
Бродить по свету пьяным менестрелем…
Не принимая истины без жертв
И жертвуя во истину без меры…
Пустой карман и рваные штаны…
-На площади сойдешь за идиота
Твои куплеты людям не нужны!-
…так гонят в шею злые доброхоты.
Но если есть в руке тугая плеть,
Наверняка в кармане сладкий пряник.
-Давай ханжа, споем смешной дуэт-
Жестокий мир насквозь вдвоем прославим!
-Смотри холоп
хозяин твой хорош
предательство оплачивает щедро
-А ты-поэт, задиристый, — не гож
Останешься навек худой и бедный.
Торгаш жиреет, а портной не спит
ему заказ не выполнить до срока
семейству не достанется монет
жена пойдет внаем за чашку кофе…
На площади орут на весь район —
-Украли! Вор! -
бегут кого то ловят
а самый главный вор,
взошел на трон
народ его уже
не беспокоит…
Так и живу
Уже который век
В кармане -пусто
И штаны в заплатах…
Но не меняет сути человек…-
На каждого мессию-свой предатель
.
Я думаю об этом и молчу
А может говорить еще не время
Сегодня пряник с медом получу
А завтра, кровью плеть украсит шею…
испорчу кашу маслом
груздем назовусь
и не полезу в кузов
зимою сани приготовлю
а телегу летом
без видимых усилий
достану рыбку из пруда
за зайцами двумя погнавшись
догоню обоих
вообще не отмеряя
семь раз отрежу
в одну и ту же реку
войду неоднократно
так волка накормлю
что он про лес забудет
цыплят в апреле посчитаю
у стоматолога обследую
дарёного коня
а впрочем
всё это не имеет смысла
как оказалось
любовь
и в самом деле
не картошка…
Соль поцелуя на губах
Пьет горечь нежных откровений…
Ты приходи, мой гордый враг,
Когда во мне уснет смиренье…
Под дымом лунных фонарей
У свода вычурной колонны
Я буду ждать твоих речей
И рук горячие знамена…
Не торопись…
Дай пригубить
Хмельной душе глоток отравы
Настоя утреннего сна
На крови раскаленной лавы…
Как снег падет последний стон
И я растаю в пенной неге
Нарушив и презрев закон
Отдам без боя обереги…
Служили честно много лет, спасая от любых напастей…
Но от любви спасенья нет…
Ты, приходи…
Да будет счастье!..
Мой бог,
Так много хочется сказать,
Но вряд ли слов окажется в достатке,
А все, что подытожено в остатке,
Лишь синие шаманские глаза…
Пьянящие…
Под стать вину небес
В апрелями размаявшихся красках,
Что хочется неистово украсть их,
Признав главнейшим чудом из чудес
И раствориться…
Кануть…
Утонуть,
Как в омуте той августовской ночи
Слиянием уставших одиночеств
Прощенных грешных, присягнувших дну…
Единожды
И до скончанья лет
За истину приняв любую бездну…
Глубины, выси,
Кромкой острых лезвий
На грани обрывающие след…
Пусть так,
Но стоит верить, что не зря
Любовь, как крест им вручена навеки,
Чумных голгоф определяя вехи
Зачатые в продрогших ноябрях
Катарсисом израненной души
И поиском затерянных пристанищ…
Я б все отдал
За то, что наверстаешь
Свой шанс не прозябать,
А снова жить,
Болеть и бредить,
Буйствовать,
Дичать
Под вихри страсти расправляя крылья,
Сходить с ума
И сказку делать былью,
Переизбрав незыблемость начал,
Дурманить ночь упавшею звездой,
Загаданной во имя полнолуний,
Чтоб волчьи танцы
Вновь
Напропалую
В полетах над кукушкиным гнездом,
Где первые экстазы декабря
Снимали кожу болью откровений
И ток пускали похотью по венам,
От спазмов разрывая звукоряд,
Где терции так трепетно нежны
И так неизлечимо богохульны
В порывах, что все чаще атакуют
Причастиями тайн от сатаны…
Но я за все тебя благодарю,
За девочку, случившуюся чудом,
Нежданно, наугад, из ниоткуда,
Вернувшую на зло календарю
Мне юность
Со вселенской тягой быть,
Дышать и верить, воскрешая душу
Надеждой, что опять кому то нужен…
Такая вот ирония судьбы.
Не волнуйся напрасно. Я, как ни странно, жив. У меня есть веранда, книги и чай с душицей. Остывающий берег, полночь, маяк, прилив. Я курю очень редко. Со мной ничего не случится.
Я читаю Тургенева, Цвейга, рассказы По, ем пирожные с самым воздушным кремом. Затеваю от скуки какой-нибудь глупый спор. Сам с собою, конечно. Но это же не проблема?
Я гуляю с собакой, смотрю на барашки волн. Здесь рыбацкие сети пахнут песком и тиной. Есть бутылка креплёного. К чёрту сегодня сон. Я напьюсь и отмечу печальную годовщину.
Ничего не случится. Просто вернусь назад. В сумасшедшее время кафешек и поцелуев, аритмии, концертов, прогулок и автострад… Ты же помнишь меня тем сказочным обалдуем?
Я влюбился до жути, как будто попал в кино. Тарантино и Финчер дымили тогда в сторонке. Я забыл все названия, я повторял одно — ядовитое слово, звучащее слишком громко.
Задыхался у двери, бросался к твоим губам. Карамельное солнце лилось на паркет и кожу. Ты пьянила, как вермут, и я напивался в хлам. Мы смотрели на люстру и хохотали, лёжа.
Ничего не случилось. Или случилось всё. Я увидел Венецию, Сидней, Стамбул и Рио. Я узнал про Гогена, Хендрикса и Басё… Это было цунами. Бедствие. Шок. Эйфория.
Всюду был этот запах — мята, миндаль, ваниль. По черничному небу рассыпались манкой звёзды. Мы сбежали из дома. Нас прятал автомобиль. Ты почти заменила мне воду, еду и воздух.
Не волнуйся напрасно. Я не сижу в сети. Не смотрю твои фото и не пишу знакомым. У меня есть бутылка, фрукты и «Ассорти». Только старое чувство в горле застыло комом.
Я гуляю по пляжу, ракушки кладу в карман, наблюдаю, как море взрывается с новой силой. Ничего не случится. Подумаешь — буду пьян.
Ничего не случилось.
Подумаешь — разлюбила…
долгие годы
моя работа заключалась
в ожидании тебя
не могу сказать
чтобы она мне очень нравилась
но каждый вечер
я брал её на дом
тем более что
платили щедро
бессонными ночами
переполненными вонючими пепельницами
батареями пустых бутылок
незнакомыми мордами в утренних зеркалах
с сегодняшнего дня
я безработный
здравствуй
Обычно мы хорошо или плохо думаем о людях, просто потому, что знаем их мало.
Есть люди, которые создают проблемы, есть люди, которые решают проблемы, но нам нужны люди, которые делают так, чтобы проблем не было.
Я напрасно обижалась на людей,
Я ждала от них, чуть больше, чем должна,
Я давала им чуть меньше, чем могла.
Я напрасно обижалась на людей.
Откровенность нужна только в общении с Богом.
Откровенность с людьми нам часто выходит боком.
Есть тайная игра…
Есть тайная игра такая:
С тревожной мыслью ни о ком —
Смотреть, как время утекает
Сквозь пальцы медленным песком,
И словно в зеркале холодном —
В себе, как будто взаперти —
Всю ночь рассматривать полотна
Несуществующих картин,
Где ветер превратил в свирели
Во тьме светящийся тростник
На неизвестной параллели,
Где обитает мой двойник.
Там звонкий страх ночей бессонных,
Мы друг от друга далеки,
Воспоминанья невесомы,
И мысли о тебе легки.
спадающий на плечи
водопад волос
глаза
в которых отражаясь
без спасательного круга
можно утонуть
губ
дикий мёд
космическая нежность
пальцев
хранящие секрет
пещеры сказок
ноги
и
вероятность
в любой момент
всё это потерять
скажи мне
Господи
я награждён
или наказан
В беде, в одиночестве, люди все одинаковы.
я так подумал, много подумал, и решил, что человеческая жизнь (и не только) обязана своей жизнью, нет не Богу, как бы его не называли, всё живое обязано сексу. сексу ради удовольствия, ради мести, ради рекламы… но вся эта жизнь обязана сексу. и бог был мудр, когда единолично, избавив себя от секса, подарил нам эту «радость» жизни.
… мы с тобою своё отрыдали,
загибаясь в объятьях тоски…
сигаретой бессонной морали
разбавляя вину и стихи …
без вопросов приходят ответы,
только радости в том никакой…
кофе утром горчит сигаретой,
многоточье пытая строкой…
прячет ночь свою тень у забора,
фонарём в предрассветном окне
и молитвой луны беспризорной,
мониторит посланья к тебе…
я пишу забывая о главном,
повторяя слова наизнос —
бредит рифма сбиваясь к банально —
«приезжай, я устала от слёз!»…