Я не жду …
Корабли в этот порт не заходят.
Над «проливом мечты» вечно сизый туман.
Ветер песни поет прославляя свободу
И ведет свой отсчет мировой океан
У меня под окном протекают столетья,
Тает время,
Года улетают в закат.
На столе та же чашка, твои сигареты.
А еще наш портрет и тихонечко джаз.
Поднимаясь стеной недоступного мира
Златокудрый восход
пишет новую роль.
Серой тенью плывут облака-пилигримы
У ночного крыльца спорят звезды с луной.
Я не жду кораблей, все моря обмелели.
Мне уже не найти, наш весенний причал
Только сердце по прежнему помнит и верит
Что за темной стеной, ты меня вспоминал…
Нам жизнь дана, чтоб научились быть людьми.
Никто из нас не рождается сильнее или слабее… Силы к нам приходят с каждым разочарованием, новой болью, испытанием. Чем больше терзаний в наших жизнях, тем лучше мы умеем улыбаться, когда хочется плакать, отталкивать, когда хочется быть ближе, быть одинокими, когда хочется быть с кем-то. Силы заставляют нас язвить, а не шутить, пошлить, а не любить, сжигать, а не греть. Каждый из нас когда-то был другим…
мы живем в страшное время… где обман как заповедь…
поэтому всех людей под одну гребенку судить нельзя…
И некоторые из тех, кто повёрнут к нам лицом, при удобном случае тыкают в спину что придётся.
Никто не свят… во всех всего намешано,
У всех своё: и дно, и высота,
И лезет то духовное, то грешное,
То красота в душе, то пустота.
И каждый где-то в жизни ошибается,
У каждого бывают времена,
Когда не так, как хочешь, получается,
И невпопад судьбы звучит струна.
Даются нам презрение и почести,
Победы и препятствия свои,
И слабость — поступать лишь так, как хочется,
И сила — жить и в чести, и в любви.
Никто не свят… Не ангелы… И надо ли
Нам бередить всё то, что заросло —
Бывало, что и птицы камнем падали,
Но снова становились на крыло.
И наши дни то маками украшены,
То в них метели белые метут…
Прогнать бы нам обиды все вчерашние,
Глядишь, другие тропку не найдут.
Сегодня все будет по-другому:
босые ноги, танцующие на деревянных досках,
новые занозы, новые движения, новые формы,
ласковая девочка, встающая с улыбкой мостиком.
Стеклянные стаканы на столе с крошечными ромашками,
стеклянные и такие звонкие — вплоть до музыки.
Ласковая девочка на траве в моей белой рубашке,
пятна света на простынях и наше супружество.
Сегодня все будет по-другому, я обещаю.
Знаешь, такая свобода — описываешь словом,
но этого мало, продолжаешь жестами и молчанием,
а ноги на досках танцуют — красиво и ловко.
Мы забываем вчерашнее. Мы учимся новому.
Сегодня мы встанем рано и посадим дерево,
чтобы становиться птицами и сидеть в его кроне,
видя небо над нами большим и сиреневым.
Я буду ловить песочного цвета ящериц,
показывать их ласковой девочке в разноцветной комнате.
Мы с тобой меняемся. Мы забываем вчерашнее.
И я не отчаиваюсь, я знаю — сегодня все будет по-новому.
Боже мой!
Боже мой
Боже мой!
Что же я как, деревенщина?
Жизнью рукоположена, только твоею быть женщиной.
Ниточкой к ниточке выткана,
цветом к цветочку подобрана,
каждой кровинкой пропитана,
каждою клеточкой собрана.
Листиком, облачком, яблочком.
Все во мне нрава добротного…
Чистой росою нерЯдовой вышила сны благородному…
Гладила кудри рассветами.
Губы июньскою мятою.
Ласку дарила запретную.
Всю… Пока солнце не спряталось…
Что же ты, смотришь на стОрону,
Даже признать не стараешься?
Сердце мое отдал ворогу…
И над душой потешаешься…
Определенно, есть люди, которые более талантливые, чем ты, но тебе никто не запрещает работать усерднее, чем работают другие люди.
он приехал с войны
куртка броник и хаки в облипку
он сегодня вискарь будет пить
и совсем не хмелея
говорить
говорить
под гитару вино и улыбки
вспоминая бои
забывая
что мирное время
а в глазах пустота
бесконечная льдистая пустынь
нет ни гор ни стихов
ни тумана в 4−12
поднимается дым по ущелью
ложился на бруствер
по «зеленке» напротив
стреляют цепочкой и залпом.
он смотрел в объектив
на него же в прицел М16
доставая людей из зинданов голодных и грязных
обнимал их и плакал как будто они были братья
и делился последним патроном когда было надо…
он вернулся с войны
ей оставил в залог свою душу
но она не отпустит
ревнуя к мирскому покою…
забытье по ночам
в щепки кровную связь не разрушат
в объектив
вновь и вновь
смотрят горы и горе людское…
Историю делают далеко не те, кто боится обидеть муху.
Если ближний приуныл, не нужно правильных слов. Накорми, обними, насмеши и отведи погулять.
Желаний нет …
И зримы только точки…
Колечки дыма-
пепел на ковер
Бессилье мыслей превращая в прочерк,
без шанса выжить гасит монитор!
В глухую полночь попрощавшись с прошлым,
гуманный мОрок преподаст урок!
Соединяя нити многоточий,
слепая жалость заскулит у ног…
Сопротивляйся!
Жизнь идет по кругу.
Ломая копья,
предрассудки,
дни,
Мы познаем нелегкую науку
не уповая на свои стихи…
Они приходят в гости на рассвете,
не так как раньше, «шумною семьей»…
Но осторожно, будто теплый ветер,
или далекий ласковый прибой…
Качаясь пьяно, шепчут свои песни
и пропадают…
обрывая сон…
Но, ты для них, как бог
готов воскреснуть…
И продолжать с собою вечный спор!
Чтобы чувствовать себя относительно комфортно в нашем обществе и чего-то добиваться в рамках предоставляемых им возможностей, человек принимает писанные и неписанные нормы, не тратя особо много времени на измышления о том, откуда они взялись, правильные они или нет, надо ли их менять, и вообще, редко размышляет, взойдет ли завтра солнышко.
Но бывает и по-другому. Бывает, что некоторые люди в силу различных обстоятельств не принимают мир таким, каков он есть. Это может быть целый комплекс «отрицаний» или же вполне конкретные акцентуации на тех или иных несовершенствах мира.
Постараюсь рассмотреть один относительно распространенный случай такого неприятия — когда категорически не принимается нечестность, ложь, широко используемые в любом современном обществе. То есть человек не просто резко отрицательно относится к проявлениям этого «несовершенства» общества, а обман и вранье приносят ему значительные страдания, зачастую вплоть до появления суицидальных мыслей.
С одной стороны, можно вроде бы гордиться тем, что есть такие люди, с другой — совершенно понятно, что очень часто никакой радости они ни себе, ни окружающим не доставляют. Не оправдывая ложь как таковую, обязательно надо вспомнить, что в понятие обмана можно включить, например, комплименты, приветствия, ложь «во спасение», недоговаривание и многие другие варианты. Вот если даже в таких ситуациях человек видит именно ложь, обман, то совершенно точно это тот случай, когда такая позиция является проблемой если не для самого человека, то, как минимум, для окружающих. Правда и ложь относительны. Но не для такого человека.
О потере реальности
Фактически, мы можем вести речь об искаженном представлении реальности.
Потеря чувства реальности сама по себе серьезная проблема. И если это действительно происходит, то может оказаться не психологическим, а психиатрическим случаем с фармакологическим лечением и последующей психотерапией. То есть все зависит от того, насколько эта самая реальность теряется или искажается.
Детские тайны как необходимая часть взросления
Некоторый обман, недоговоренность — неотъемлемая составляющая нашего взросления и становления как здорового человека. Психологи, особенно детские, прекрасно знают, что в определенном возрасте, где-то в районе трех лет, у ребенка начинают появляться некие тайны, нечто такое, о чем знает только он и, самое главное — не знают его родители.
В принципе, притянув за уши, можно считать это ложью, но это еще и важнейшая веха на пути становления нашей автономии от родителей. Это этап, когда люди начинают фактически отделение от них. Персональная тайна — это уже зачатки независимости. А без соответствующего уровня автономии мы вообще не можем говорить о формировании человека взрослого. Поэтому родители, которые в категорической форме, угрозами, слезами и прочими манипуляциями требуют от детей безоговорочного правдивого ответа на все свои вопросы, в общем-то, закладывают довольно нездоровый механизм в развитие психики.
И это одна из возможных причин, по которым вранье, как собственное, так и в его адрес, вызывают у человека целую гамму противоречивых ощущений. У многих произносимая ими ложь вызывает неловкость и стыд, хотя, к счастью, редко кто страдает достаточно сильно, чтобы начать говорить голую правду к месту и не к месту.
Отрицание последствий
Среди других гипотез о том, почему для некоторых людей столь болезненным вопросом являются правда и ложь, может быть и та, при которой отрицается часть реальности в виде последствий. То есть говоря все время правду, а также желая выслушивать ее, человек фактически отрицает возможность обратной реакции на свои слова. И в данном случае — по большей части негативные, вплоть до физической угрозы.
Например, сообщить, что муж подруги ей изменяет с каждой юбкой — очень плохая идея, особенно если тебя об этом никто не просит. Что это за поведение, которое иначе можно еще называть провоцирующим? Как вариант, таким образом себя ведут жертвы. В этом ключе же объясняется, что такое поведение можно отчасти назвать еще и суицидальным. Как в силу возможных прямых последствий, так и моральных терзаний.
Отказ от борьбы
Можно также выдвинуть гипотезу о том, что человек, настаивающий на справедливости в мире, в частности — на мечте, чтобы все говорили правду, в силу определенных обстоятельств не получил опыта действия в обстановке давления, он не привык и не умеет бороться. Например, вырос в чересчур тепличных условиях. То есть взывание к честности — это по сути дела отказ от борьбы или некоторых направлений, в которых ведется борьба, ведь если всё в мире справедливо, то все действуют по правилам, не причиняя друг другу проблем, и можно спокойно существовать в существующих рамках, соблюдая которые, можно достигать определенных успехов в жизни. К сожалению или к счастью, это полная утопия.
Отдаление от людей
А может быть, в своем стремлении говорить правду и только правду человек старается отдалить от себя людей. Например, он может в силу некоторых обстоятельств их бояться и правда — это прекрасная возможность остаться одному в современном обществе.
Миссия
Может быть еще один довольно распространенный вариант с идентификацией себя с неким высшим существом, которое ну просто обязано внести толику честности в нашем «насквозь прогнившем» мире. Что-то вроде «я не могу иначе — ведь кто-то должен». То есть налицо нарциссическая составляющая. Кто это — герой, пророк, Бог, ангел, глас вселенной — не так важно, суть одна.
В общем, можно придумать еще изрядное количество гипотез. И в каждом конкретном случае надо разбираться персонально. Самостоятельно такие вещи, как известно, не проходят, а со временем имеют свойство еще и усугубляться. Важно, что если это беспокоит самого человека и окружающих, то не стоит пускать дело на самотек.
эти мрачные сумерки лижут твои ключицы и касаются хрупкого девичьего плеча.
ты глядишь на меня, как подстреленная волчица на охотника, что расчленяет её волчат.
боль плетистыми розами вьётся в зрачках глубоких, небо цвета индиго — как сжиженный газ озон.
пролетают эпохи, суда покидают доки, но я помню поныне твой полубезумный взор.
да, я помню поныне идущую до порога, у которой сижу, мол, и в печени, и в кишках;
ведь раз мы спали вместе, порой согреваясь грогом — это вовсе не повод творить из неё божка.
с недопитым вином в пеньюаре да в чёрных «Вансах», что стояла едва на ногах и орала «вон»,
говорила мне сваливать к чёрту, накинув рясу (дабы было попроще сойти там за своего).
затхлый воздух, заполнивший рытвины, дыры, ямы жёг похлеще огня, разъедая собой гортань.
я кричал о любви, был измученным и упрямым, — я кричал о любви ни на миг не раскрывши рта;
эти сумерки ночи лизали твои ключицы, мгла касалась изящного девичьего плеча.
ты глядела мне вслед, как подстреленная волчица, а я шёл в пустоту и, косясь на тебя,
молчал.