Минутное молчанье сердца. Выдох.
А в лужах отраженья ног. Вдох.
Спешат двое скорей раздеться. Выдох.
Ломается дверной замок. Вдох.
И бесконечный поцелуй в прихожей. Выдох.
И звук её упавшего кольца. Вдох.
И запах электричества на коже. Выдох.
И выражение его лица. Вдох.
И торопливые движенья молний. Выдох.
И шёпот непонятный влажных губ. Вдох.
И снятие, и вскрытие паролей. Выдох.
Но кто-то нежен, кто-то слишком груб. Вдох.
И наполнение экстазом двух бокалов. Выдох.
И на часах покачиванье стрел. Вдох.
Борьба двух разных тел под одеялом. Выдох.
Но кто-то смог, а кто-то не успел… Вдох.
Двенадцать месяцев пролетело; она сказала, что будет жить, в Господне лето вернула тело (одни картонные муляжи).
Ей сон не в руку, и час не ровен (как штрих на подписи - кошкин хвост). Она хотела болеть любовью, носить туникой во весь свой рост её, улыбкой сияя - солнцем, на крышах мелом писать «люблю!».
Сухой асфальт прозвенел червонцем в ушах и вырезал на корню (как ту деревню холера) счастье.
Мольба сирены, бесплатный цирк:
Пьеро с носилками из медчасти и карты ей неизвестной масти, и (ржавый) Стинг.
Двенадцать месяцев пролетело; дедлайном выделив ровно год, она взрослела или старела… и выла выпью в тени вольера, драла живот, одной затяжкой курила Марли, читала Мартина вслух сестре.
И из-под (с кожей сращённой) марли её тепло отдалось весне.
Недавно, в парке кормя собаку, я взглядом в небе поймал (на треть) упрямый профиль дракона Хаку и рядом ту, что смогла взлететь.
Давай устроим мы обмен
Дыханий наших осторожных.
Давай возьмём друг друга в плен.
Мы - взрослые. И нам всё можно.
Давай на вахте стащим ключ.
Давай на крышу заберёмся.
Давай по гланды захлебнёмся
Всей грязью из навозных куч.
Давай, ну что ты медлишь, друг?
(Нет, нас нельзя назвать друзьями).
Ты помнишь, как мы вырезали
Мне шорты из твоих же брюк?!
Ты мне не муж, ты мне не брат,
А что-то трепетное «между».
Так почему, поймав твой взгляд,
Я не стремлюсь сорвать одежду?
Безумно я люблю. Как мать
Тебя лелею, своё чадо…
И даже странно, что не надо
Для этого нам вместе спать…
Но, тем не менее, опять
Щекочет ухо нежный шёпот,
Ты игнорируешь мой ропот
И силой тащишь на кровать…
Не спит Чудовище. Всё прядёт.
Витки соломы сплетает в нить.
Потёртый обод скрипит, и свод
Чертогов мрачных готов пленить
Волшбою сон твой, дитя, и смех,
Набрать мозаикой витражи:
Ты сердце робко вручаешь тьме.
Ты здесь сама согласилась жить,
Шепча тихонько стальное «да»,
Судьбу вверяя чужой руке.
И то, что ты ему можешь дать,
Вминая тень в дорогой паркет,
Вдыхая розы певучий звук,
Шурша подолом вдоль галерей,
Поверь, ценнее любых наук,
Страшней подаренных им смертей.
Колдун, со взглядом хромого пса,
Плавник фаянса хранит в ларце -
Ты видишь, кем он с тобою стал,
Теряя вечность в твоём лице,
Не знавший ласки столетний зверь?
И в поцелуе, как во хмелю,
Забыться дай человеку, Белль,
Разрушив чары простым «люблю»…
Докажи, что правила все просты:
у любой планеты есть север; дом -
там, где мама или, возможно, ты
(если хочешь). Дышится здесь с трудом,
на орбите чёрной дыры. Отсек
с кораблём в трофей превратился дна.
Я брожу по снам, я кружу во сне,
я схожу с ума.
Я схожу с ума от боязни жить
в камуфляже сером из волчьих шкур.
Ты проверил стропы и крепежи,
ты надел скафандр. И по щелчку
карабинов сумрак меняет лик
(что дурак, что гений - родство дорог).
Докажи. И внутренний твой двойник
не взведёт курок.
Обещай вернуться, пусть на словах.
«Даже в бездне скрыт отголосок звёзд.
Я тебя… ты знаешь…» - и астронавт
перерезал трос.
Плывет в туман последняя строка,
Расширена структура ДНК,
Чуть выстужен порог седого дома,
Колодец полон, там скопленье дум,
(Ко дну идёт пришедшее на ум,
Плюс мнение по поводу бинома)…
Ах, к чёрту всех, сушёных ягод горсть
Завариваю, ночь - последний гость,
Является негаданно, но жданно,
Как зябко кутать плечи в чёрствый плед,
И пить за тех, кого в помине нет,
И снег у неба клянчить, словно манну,
Чтоб заметал скамейки и дворы,
Написанные правила игры,
Кривые тропы и твои усмешки,
Чтоб не было ни слякоти следов,
Ни чувств, ни оправданий, ни долгов,
Календарей, круговорота, спешки…
Всё спешилось… Столпилось… Кутерьма…
И чай готов, а в нём такая тьма…
Хруст неба в хрустале,
Блестит холодный кубик,
В черничное желе
Макну засохший бублик,
И осень зазвенит
В свой медный колокольчик,
И что-то отболит,
И где-то станет тоньше.
Я волю дам словам,
Плывите, аргонавты,
К священным островам,
Не думая про завтра,
Лишь то, что есть сейчас,
Томит плодами смысла…
Кленовая печать,
Рассыпанные числа,
Всё стынет на столе,
Всё тешится игрою.
Хруст неба в хрустале
Склоняет мир к покою.
А свет, как свет, внутри, -
Терпения начало,
Ведь теплится, бери, пока не отзвучало…
Господи!!! Здравствуй!! Я рад тебя видеть!!!
Как ты!? Какая дорога тебя привела?
Надеюсь. забыла плохое и стёрла обиды?!
Ты хоть расскажи …, как ты жила?!
Ты счастлива?! - Очень !! Прости - я спешу!
А я вот один, другую не встретил…
И чтоб не закиснуть ., спешу в суету.
Хоть было немало в объятиях женщин
Я помнил тебя., быть может .в кафе ???
Мне многое нужно тебе рассказать.
Я вижу тебя на яву и во сне.
Дурак я - прости, устал себе лгать.
- Уже пообедала с сыном и мужем.
Я счастлива - слышишь и тобой не болею.
Тогда ты был нужен, очень мне нужен…,
Сейчас всё прошло и я не жалею…
В любви, мой друг, не будешь дальновиден,
В ней всё туманно, всё бросает в дрожь.
От клятв пустых финал её не виден,
И кто как может в ней скрывает ложь.
Она лобзает девушкой прекрасной,
Она как юноша стремится в небеса…
Но слишком часто выглядит несчастной,
Сама себя ругая за глаза.
От шага к пропасти и с краюшка сознанья
Любовь идёт неведомой стезёй,
И отражает вечность мирозданья,
И невозможность в нём найти покой.
Как странно,
Но мне нравится опять любить…
И нравится тебя встречать с работы…
Мне нравится утром кофе, заваренный тобою пить.
И нравится, когда целуешь уходя из дома.
Мне нравится твоей любимой быть,
И нравится, когда рукою обнимаешь плечи.
Мне нравится, когда меня смешишь,
И нравится, что терпишь, когда я устаю от жизни.
Мне очень нравится твоей любимой быть,
Смотреть в глаза и видеть в них себя,
И быть от этого счастливою…
Мне нравится тобою жить…
Здесь, у меня в ладошках-
РАДУГА для тебя.
В солнечный мир окошко
Я открываю любя:
Р адость дарю,
А значит, тебе будет радостно жить,
Д обрых друзей, удачу, чтоб тебе с нею дружить.
У лыбки, в семье уюта,
Г де будешь ты счастлив вновь,
А вообщем, большого чуда, с названьем простым - ЛЮБОВЬ!
Я верю в любовь в 99%, а под один процент, обычно, попадаю я. Прям повезло.
- Ну-ну, не плачь, успокойся… Как это никто тебя не любит?
А комары кого кусают в первую очередь?
Любили Ежик с Мишкой послушать тишину
Сидели в кресле тихо, смотрели на луну.
Нет ничего на свете приятней для друзей
Сидеть им вместе тихо, что может быть важней.
Приятно вот так молча друг друга понимать
И обо всем на свете без слов все рассказать.
Любили Ежик с Мишкой послушать тишину
Сидели в кресле тихо, смотрели на луну.
Когда уходит любовь, то сердцу становится холодно.