Как это много - просто быть вдвоём
Дарить любовь без лишних убеждений
И становясь роднее с каждым днём
Быть рядом и во взлётах и в паденьях
«Любые слова … даже сказанные шёпотом … бывают лишними … когда разговаривают сердца…»
«Не дай, чтоб было много. Дай, чтобы хватало,
чтобы под слоем жира не утратить острый ум…» /Синий Мотограф/
___________
Влажно…
Пахнет дымом и дождём
грусть моя не летнего формата.
С мая я болею сентябрём -
лучшей декорацией к утратам.
Он придёт,
по-барски бросит медь
нищенке с озябшею душою -
чёрною… сгоревшею на треть…
выжатой… распятой…чуть живою…
Три листочка скромные в ладонь,
три червонца -
милостью осины -
только, чтоб глазам вернуть огонь,
только, чтоб о большем не просила.
Бо’льшее раздавит всё равно.
Мне претит июля злая роскошь:
колос, набухающий зерном,
гнущийся к земле под тяжкой ношей.
Я легка отныне
и пуста…
Славлю отрезвляющую скудость.
Нет на мне ни ноши, ни креста -
знать, упал с души, когда споткнулась.
Только дунь -
сорвусь, как жёлтый лист -
призрачный… свободный…одинокий…
Лету не понятен мой каприз,
чёрная тоска осенней ноты.
Разум слеп к лиловой красоте,
к розовым пожарам Иван-чая,
к солнечным кувшинкам на воде…
Все они во мне изобличают
душу,
истончённую до дыр:
что ни дай, то выпадет в прореху…
Чем бы Бог меня ни одарил -
всё не впрок
отныне и вовеки…
Знай,
что эту злую пустоту
истиной наполнит только Ветер,
взяв меня, как хрупкую дуду,
выдохнет признанье в сердце флейты.
Всё, о чём попросит нынче:
- Пой!
вторя в унисон сладкоголосо.
Даст мне шанс подняться над собой -
птицей, искушающею осень.
___________________________________________
_________Станет ветер тёплым и золотым,
мотыльковой нежностью тронет Слово.
Одеваюсь в запахи -
в лёгкий дым
луговых цветов и пыльцы медовой.
Тихо…
Мир мой сузился до ракит
у реки с пологими берегами.
Здесь никто отныне не наследит,
не пройдётся грязными сапогами.
Этот слишком хрупкий,
земной покой
доставался мне с неизбывной болью.
Синий омут глаз так штормил порой,
что под стать морям закипал волною.
Но прошла гроза,
и осела муть…
Там, где столько лет бесновались черти,
нынче стайки рыб в хрустале снуют
и скользят беспечные водомерки.
Я сижу задумчиво у воды,
как адепт сознательных одиночеств.
Изгоняя всех, кто входил под дых,
и сама теперь -
лишь изгой меж прочих.
Ни одна душа не прорвётся в явь
и во мрак озёрного отраженья,
где больших кругов серебрится рябь,
словно дрожь тотального отторженья.
Тяжело вздохну, поведу плечом.
Я - как та вода:
лишь коснись - поёжусь.
Подпускать к себе не могу ещё:
ранят все и всё этот стих без кожи…
Мне по силам лишь поцелуй дождя
или солнца блик,
словно взгляд поэта.
В невесомость строк одевай меня,
просто кутай в дым золотого лета…
У любви столько силы, у любви столько власти,
Столько песен красивых, столько света и счастья.
У любви есть улыбки, у неё взгляд манящий,
У любви есть ошибки, много слёз настоящих.
У любви есть прощенье, вера есть и терпенье,
Есть, одно на двоих, основное творенье!
И считается это самым главным на свете,
Мы его называем словом ласковым - дети!
В голове легко и в душе порядок,
Но в глазах, как хлопья,
Проступает резь.
Если ты проснешься со мною рядом,
Расскажи мне, кто я,
И зачем я здесь.
Расскажи мне время
По верхушкам зданий,
Расскажи мне осень по цвету глаз.
Я шагаю в темень,
Вечно чем-то занят,
Пока мост до солнца вырастает в нас.
Расскажи мне, кто я!
Ведь не брат, не гость здесь.
Засиделся в детстве,
Да попал впросак.
Мне мое же сердце
Встало в горле костью,
Я сажал цветы - говорят, сорняк.
Все смотрел в окно, за окном лизали
Голубые тучи переулки лиц.
И тогда я клал на поэмы палец,
Нажимал курок черновых страниц.
Если город спит - вид из окон краше,
Потому так часто возле них курил.
Я ведь был?
Я был!
И потом, однажды…
Я потом узнаю, зачем я был.
Аль Квотион
Любить жизнь в себе или себя в ней. Вот в чём вопрос.
Любите любимых и близких всегда сильнее, чем они любят вас. Влюбляйтесь и восхищайтесь ими каждый раз, когда видите, вспоминаете или слышите о них. Пусть эта любовь будет самой сильной, неиссякаемой и бесконечной. Любите не гордо, не указывайте на свою любовь. Любите молча, из самого сердца, и эта любовь сделает их более счастливыми, улыбчивыми и живыми.
Внутри меня кипит, бушует гнев,
Я ненавижу и люблю - всё сразу.
Обидой мелкой рассечен мой нерв,
А ненависть вмиг поглощает разум.
Сверкают искры мести предо мной
И чувства в сердце, душит тихо гордость;
Внутри себя скрываю я любовь,
Но все равно дрожит от страсти голос.
В который раз прощаю… Ведь люблю
И точно знаю, что тобой любима.
Я поцелуем ссору излечу
И прошепчу: «Я всё давно простила».
А была ли любовь, а объятья…
Сколько времени мы не вместе.
Из снежинок сплетенное платье,
Превратилось в печаль невесты.
Слезы падают жемчугом белым,
Бесконечность блуждает снами;
Были молоды мы, в чем-то смелы,
Рисовали клятву устами,
Обещали не думать о прошлом,
Забывались в безумной страсти
И вели себя, словно подростки,
Наслаждаясь желанным счастьем…
Только ревность ворвалась внезапно
И разрушила чувства наши.
Все запутано и непонятно,…
Перепутались правда с фальшью.
Убивают поступки и фразы,
Кровоточат разлукой долгой,
От сомнений внутри метастазы
Ранят душу ржавой иголкой.
А была ли любовь, а объятья?
Отчего так на сердце пусто?
Я целую в ладонях распятье,
Вспоминая о наших чувствах…
А в его глазах черти крестятся,
Богу молятся, в углах прячутся.
Только шепчет он: «Не отвертишься,
Тебе некуда теперь пятиться».
А в глазах его - целый мир земной:
В них и радость есть, есть и горести.
Я пошла за ним, позабыв покой,
Не послушала голос совести.
И брожу с тех пор в лабиринтах тьмы
По сухой земле, обожжённая.
Мне его глаза стали так нужны…
Словно в дьявола я влюблённая.
Я не в силах заставить тебя полюбить
Глаза, что так часто молчат о печали,
И сердце, которое трудно открыть,
И струны души, что давно замолчали.
И вроде у нас всё с тобой хорошо:
Но каждый уходит своею дорогой.
Хотелось сказать бы: «ты знаешь, прошло,
А то, что осталось - совсем не надолго».
Но как же искренне ты любишь,
Мой друг.
Не тех.
Совсем не тех.
И лишь меня словами губишь.
Любовь.
Восьмой смертельный грех.
Две души, два сердца в унисон,
Две судьбы сплелись в один бутон,
В унисон две жизни, две улыбки,
Не могу поверить, что не сон.
Они твердят: «Забудь его, уйди!
Ведь сердце разобьется как стекло. "
Но чувствую я: с ним мне по пути,
И с ним мне отчего-то повезло.
Луна горька отраженным светом,
Холодным ветром душа согрета,
И тихо падают капли слов
Наверное, это и есть любовь?
В немом отчаянии силуэты
А песни наши еще не спеты
Вдали твои шаги повторяют:
Наверное, это любовь умирает