Он в автобусе ехал, возвращаясь из плена
Был российский солдатик больше года в плену.
После вуза призвали, как женился на Лене
Но не знал, что случайно попадет на войну.
И теперь возвращаясь без ноги с костылями
Он смотрел, как резвилась рядом с ним молодежь.
Молодые ребята видно свадьбу гуляли
Были их поцелуи, словно по сердцу нож.
Вспоминал он про Лену, как друг друга любили
Как она обещала, что всегда будет ждать.
Может лучше его бы там, в плену и убили
Чем обузой такою для жены его стать.
Тут сержанта невеста поманила шампанским
И жених добродушно с ним завел разговор.
И стаканчиков легких они пили по братски
И сержант им поведал как он жил до сих пор.
И доверившись сразу незнакомым ребятам
Хоть три года не мог он доверять никому.
Про письмо свое к Лене рассказал им солдатик
Мол, зачем ей безногий и контуженый муж.
Он писал ей о дубе, что на их остановке
Где он с нею встречался раз, наверное, сто.
Если все - таки нужен ей такой он безногий
Пусть повесит на ветку бирюзовый платок.
Ну, а коли на дубе, он платка не увидит
Просто мимо проедет и свободна она.
Он понять её сможет и не будет в обиде
Ведь три года о муже не могла она знать.
Ждали все с нетерпеньем остановки у дуба
Скоро за поворотом им откроется он.
А сержант в напряженье всё кусал свои губы
И боялся, что сердце скоро выскочит вон.
И когда он увидел дуб своими глазами
Он смотрел чуть не плача, лбом прижавшись к стеклу.
Был тот дуб одинокий весь увешен платками
И сиял бирюзою сквозь осеннюю мглу.
Я многим девушкам смотрел в глаза
И восхищаясь, говорил им комплименты…
Но той одной всё так и не сказал
Нежных слов в такие вот моменты.
Признаюсь, Я внимание любил.
Любил шутить глядя на девичьи улыбки.
Ответных чувств порою не ценил
И потому, бывало, совершал ошибки.
Мне на гитаре нравилось играть,
А для кого - значенья не имело.
Я просто так, любил очаровать,
А почему б и нет, ведь сердце пело!
Звучали струны, лился голос мой,
Пел про любовь и сам о ней мечтал.
Судьба-судьба, ну надо ж, той одной
Я о любви всё так и не сыграл.
Пишу стихи. Читаю их друзьям,
Читаю девушкам и просто так бывает.
Я посвящаю их прожитым дням,
Что в памяти мне что-то оставляют.
Зову любовь, и пыл мой не утих,
Ищу её. Уж много где искал.
Досадно, что свой самый нежный стих
Я той одной, ещё не рассказал!
(22.01.16)
Буду с тобой всегда. Загадаешь кем? Буду мембраной, вздрогни - увидишь -больно,
Буду учить тебя не смотреть назад.
Буду лизать себя- сыто, почти довольно.
Буду с тобой синоптиком и водой, буду предсказывать и утекать сквозь пальцы, буду паяцем, паинькой, деловой,
Сволочью, солнцем, лидером тунеядцев,
Принцем и Лисом, холодом по спине, порохом, пеплом, праздником, панихидой, верностью, лаской, ревностью, наравне - адом, брошюрой с бредом, теплом на выдох.
Буду хотеть тебя - как изгой народ, буду желать- как будто ты новогодний,
Буду пить счастье и пошлость, но чтоб рот в рот,
Ну или ниже. Главное, чтоб сегодня.
Буду с тобой по пятницам- Мегафон,
Буду по понедельникам- смс-ки,
Буду последний в обойме шальной патрон, буду как патока вязкой, как ветер резкой…
Буду с тобой - Америка и Надым, буду и лезвия, и… если хочешь- кольца,
Буду смешной малолеткой, вором седым…
Я молюсь за тебя своим сердцем, почти пустым:
Буду. Пока я дым- выдыхай, не бойся
Любовь - это небоскреб чувств.
И этот день, заплаканный дождем,
Уходит прочь и улетает птицей.
Мы будем долго вспоминать о нем,
Но… никогда ему не повториться…
И как бы мы не верили в судьбу,
И как бы не искали встречи -
С тобой быть рядом просто не могу…
Закончен бал, погасли свечи…
Печаль пройдет и первый дождик мая
Напомнит мне о том, что не сбылось.
Я буду жить, о прошлом вспоминая,
Я буду жить, храня к тебе любовь…
Анна Мамаева
Я поделюсь с тобой
Сиянием луны,
Прохладой дня
Или журчаньем рек.
Быть может мы…
Друг другу суждены?
Мой незнакомый,
Милый человек.
Я подарю тебе
Игривость ветерка,
И красный луч зари,
И звезды ночью.
Я научу тебя
Ступать по облакам
И будет только так,
Как ты захочешь.
Я покажу тебе
Мерцание свечи,
Что плавит даже
Самый стойкий лед.
Я подарю тебе
Весенние лучи,
Свою любовь
И бабочек полет!
Анна Мамаева
Поступью кошки крадется рассвет,
Вот-вот норовит заскочить в окно…
На мягких подушках в лазейках своих
Сверчки спят давным-давно.
Еще полумрак. Гаснут блеклые звезды.
Художник готовит свои акварели…
До старта восхода остались минуты -
И мир заиграет, подобно свирели.
Тяжелый туман в миг становится легче,
Пряные травы тянутся к свету.
Шальная пичуга, внезапно проснувшись,
Уже затянула мелодию лета.
Заря забирает у ночи ключи,
В журчании рек растворяются тени.
Немного волнения - секунды близки
И утро запрыгнет ко мне на колени…
Вот первый луч показался несмело -
Природа рисует красиво, прилежно…
И в розовой мгле утонули макушки
Горных вершин - далеких и снежных.
Поистине чудо - картина в движении!
И тусклая жизнь наполняется цветом.
Пчелы-трудяги спешат за нектаром,
Раскинулось поле шикарным букетом.
Аврора роняет прохладные росы…
Ты спишь, моя нежность, в объятиях Морфея…
Светило шагает по кронам деревьев.
Запели стрекозы - прекрасные феи.
Волшебным и чистым покажется воздух,
Он будто со вкусом брусничного чая.
Бабочек сотни парят над цветами
И липу медовую ветер качает.
Солнечный зайчик прижмется к тебе,
С собою играть позовет.
И ты улыбнешься и скажешь: «Привет!»,
А я прошепчу: «Здравствуй, счастье моё!»
Анна Мамаева
Так любить, чтоб замирало сердце,
Чтобы каждый вздох - как в первый раз,
Чтоб Душою только отогреться
У огня любимых, милых глаз.
Так любить, чтоб за минуту счастья
Можно было жизнь свою отдать,
Чтобы, несмотря на все ненастья,
Всё равно надеяться и ждать.
Чтобы каждый взгляд - как откровение,
Каждый поцелуй - как Божий дар.
Чтобы и волос прикосновение
В сердце разжигало бы пожар.
Так любить, чтоб каждое желание
Воплощалось в жизнь. И их - не счесть…
Чтобы каждый день как заклинание
Повторять: «Спасибо, что ты есть…»
Ты чувствуешь (?)
февраль трещит по швам
разорванной холщёвой парусиной,
сквозя в прорехах неба свежей синью.
Не дёргайся! - не штопай зимних ран.
Пускай кровят
и манят шакальё.
Я тьму не подпущу к себе на выстрел,
срезая точной пулей серебристой
всё то, что изначально не моё.
Держать удар?
держу… из года в год…
Обыденная блажь боксёрской стойки.
И морок многомесячной попойки
внезапно обращаю в ледоход.
Спешу с балов под мачты кораблей…
Чего уж?
пьяным море по колено…
От счастья, что ещё не околела,
ору в седую бездну: «Э-ге-ге-ееей!!!»
А вольные норвежские ветра
мне тут же отвечают дружным хором.
Синхронно с передёрнутым затвором
несётся весть:
Весна идёт… ура!
Сквозь гул и рокот взорванных плотин
искать себя…
рождаться новой эрой.
Валькирией, в боях не знавшей меры,
вскрывать нутро ломающихся льдин.
Валить стволы,
суда пускать ко дну,
и мордой в снег вжимая алеутов,
идти по головам или по трупам.
Ты упадёшь, а я перешагну…
не сдуру… не в отместку… не в упрёк…
Хотел играть на равных со Стихией?
Слагать в избушке оды и стихи ей,
не смея встать и выйти за порог?
Не выйдет…
Эй, смотритель маяка!
Я вырву ненароком из бетона
твой домик - оплеухой многотонной,
волной размыв чужие берега.
Размалывая в щепки корабли,
ломая мореходов об колено,
осяду ну губах кровавой пеной,
не внемля благочестию молитв.
Весна идёт! -
раскована, вольна,
бесстыдна… бесшабашна… феерична…
не чуждо ей ни Богово, ни птичье.
Натянута до дрожи, как струна.
Коснись лишь невзначай -
и лопнет трос.
Взорвётся тишина в полярной глотке,
и небо, антрацитом вспыхнув в топке,
осядет мягко искорками звёзд.
Прислушайся:
в словах её металл,
в глазах сверкает гнев дамасской сталью
/ отнюдь не пошлым золотом сусальным /
Пусть льды терзает мечущийся шквал,
в нутро небесных кузнечных мехов
закачивая смесь грозы и хмеля.
Идёт Весна последним днём Помпеи -
мистерией блистательных грехов.
Любить тебя, не перестану
уж так, начертано судьбой
«не потревожу»…"тенью" стану
пусть буду, «мысленно»…с тобой…
Любить тебя, не перестану
и пусть, «не балует» судьба
у жизни, «правила» коварны
С НЕЙ,"не поспоришь" никогда…
Любить тебя, не перестану
а «по другому»…смысла нет
да нет,"мешать"тебе, не стану
здоровья, счастья, долгих лет…
Пусть будет мир, над головою
тебя «не старят», пусть года
и внуков смех, наградой будет
ты «повторись"в них,…"нужно» так…
Любить тебя, не перестану
ты уж прости… уж вышло так
ты только знай… я где-то «рядом»
и помни… что «забыть"нельзя…
…Любить тебя, не перестану…
Расcтоянье тебя от рассвета до позднего ланча,
между чашкой с мечтой и бокалом с забытым вином,
между «да» и «прости», между сумкой и платьем Versace
пригубила вчера, отложив все слова на потом.
Вышивая запрет на душе вновь акриловой ниткой,
я забыла, что ты - лишь осколок забытой мечты.
Колдовать разучилась манящей и хитрой улыбкой,
заметая к себе наугад не_стихами следы.
Я узнала ответ, что упрятан под чайною гущей
(желтый чайник уснул, перед этим издав нервный визг)…
Расстоянье тебя между «завтра» и «так будет лучше»
измеряю опять в перекрестках внезапной любви.
А может, ничего и не было?
Ни встреч, ни ожиданий у метро,
И наш сюжет, затёртый временем,
Я видела в каком-нибудь кино?
А может, ничего и не было?
И мне приснилась нежность губ и рук,
И взгляд твой чуть самоуверенный,
И боль в душе от длительных разлук?
А может, ничего и не было?
И я напрасно жду твоих звонков.
Я всё придумала, наверное…
- Алло?
- Привет.
И больше нет гудков.
Почему мне больно от чужого счастья?
От чужих улыбок сердце пополам.
Мир - песочный замок - рушится на части.
Я мечту сжимаю с криком «Не отдам!»
Почему мне страшно от своей надежды?
Тишина по нервам - приторно саднит.
Ветер разметает чувства все небрежно,
а душа несносно от любви болит.
Нежность разлетелась от обид на части,
в этой жизни глупой я опять одна.
До чего же больно от чужого счастья,
ведь свое, родное не уберегла.
Ты меня придумал, я - призрак снов.
Я не существую, у меня нет тела.
Я всего лишь дух без земных оков,
Но на мне уже миллион грехов.
Только потому, что быть с тобой хотела.
На фазенду едет Ваня
С молодой женой.
На фазенду мыться в бане
Едет Ваня мой.
Сотни две везет пельменей
И бутыль вина -
Вся дрожит от нетерпенья
Ванина жена.
Он к фазенде подгоняет
Лихо «Жигули»
И на ключик закрывает,
Чтоб не увели.
Сладким запахом сирени
Радует весна.
Вся дрожит от нетерпенья
Ванина жена.
Ваня жарко топит баню,
О любви поет.
И, под белы руки, Ваня
Женушку ведет.
А в печи трещат поленья -
Печь раскалена.
Вся дрожит от нетерпенья
Ванина жена.
А пельмени закипают
Пеной на плите.
Веник весело летает
В банной темноте.
Золотится над сиренью
Полная луна.
Вся дрожит от нетерпенья
Ванина жена.
Мой Иван за стол садится -
Женушка при нем.
Вся играет, суетится
И горит огнем!
Подает ему пельмени
И стакан вина.
Вся дрожит от нетерпенья
Ванина жена.
Тут крепленого винища
Хватанул Иван,
Вновь бутыль глазами ищет,
Подает стакан.
Не нужны ему пельмени,
Наливай вина!
Извелась от нетерпенья
Ванина жена.
Обнимает ночь поляну
И глядит в окно.
Мой Иван, в дужину пьяный,
Под столом давно.
На фазенде у соседа -
Чья же в том вина!
Отдыхала до рассвета
Ванина жена.