бывает идешь летом по улице
и думаешь: какой замечательный день
ветер сталкивает людей, и они целуются
поцелуй - чуть ли не самая прекрасная из идей.
язык как цербер рвется с цепИ
скулы свело, и десны уже саднит
слово - тот же поцелуй в принципе
ему нужны губы, а не алфавит.
разве вся любовь не вмещается в поцелуй,
когда зубы крошатся в звездную пыль,
и губы полыхают, но не превращаются в золу,
а отогревают подкожный лед на тысячи миль?
жизнь - ангела утренний поцелуй,
благословение на удивительный день.
наших губ нити необходимы узлу,
чтобы закончить окончательное соединение.
ты думаешь это - чаек над морем полет?
нет это губы небесного чьего-то лица,
и они впиваются в соленый от слез рот,
и тогда солнце из глубин поднимается.
целоваться из всех своих скул и жил,
на полном серьёзе, а не просто так!
может отменить лучшее, что я получил,
отвергнутого тобой поцелуя, кулак.
я губами в губы кричу-кричу,
что, мол, лето вокруг и никакой зимы.
и совместное в поцелуе рождаем чудо,
прошептав одновременно: мы
Крылья души распрямляются вширь
Больше и больше от нежности ангела.
Чувство влюблённости ярче в тиши,
Тают с волненья закрытые правила.
То ли сижу, то ль хожу - а парю
То ль от безумства, а может моленьями.
Не понимаю как, только люблю
Нервами, венами, разными звеньями.
Грежу и думаю лишь об одном…
Клеточки счастьем по телу взрываются.
Полон восходом весь мой горизонт.
Всюду мираж, перед взором, красавицы.
Ночи бессонные, дни напролёт
Глаз несмыкание, сердца биение.
Сладко-мучителен этот полёт, -
Кнопок вонзание при наслаждении.
Всё потому, что нет встречи у нас.
Я полюбил в мимоходной случайности.
Не упустить бы мне выданный шанс,
С трусости чтоб не прийти к одичалости.
Все что нужно человеку, это то, что бы его любили.
Ценности у каждого свои. Для кого-то важно твоё материальное благосостояние, для кого-то важна должность, которую ты занимаешь. Для кого-то важно твоё красивое и ухоженное тело. Для кого-то важно насколько ты развит духовно или физически. И только у человека, любящего тебя, главная ценность это - ТЫ. Только любящему тебя, важно, чтобы ты просто был на этом свете. Живой-здоровый и любимый.
Слушай мальчик: поднять воротник - и в путь.
Ты - наследник изящных грехов Уайльда,
Нет, не кровь в твоих венах - Эльзаса туман и ртуть,
На бумаге не буквы - а голос немого скальда.
Да, слова всё на свете! Но что, кроме них, взойдёт
Тонким вереском острым и звонким началом Бога?
Тот, кто ранен поэмой, как водится здесь - в живот,
Разве спросит с тебя за такое наследство строго?
Пусть ты предан и продан сто тысяч библейских раз -
Вереск должен расти сквозь тела - это будет больно.
Но затем тебя бог, тихо плача, опять не спас -
Чтобы кельтская арфа звучала как надо - сольно.
Подними воротник, улыбайся, иди один -
Нет, не кровь в твоих венах - а зелье из слов и мёда.
Слушай мальчик: не верь в темноту, в арьергард равнин -
Только в то, что тела - это души иного рода.
Очень жаль того, что не случилось.
Прошлое нельзя переиначить.
Хочется понять, что может значить
То, что, все же, с нами приключилось.
Ну, а может дул попутный ветер,
И пока он дул, в любовь игралось.
Южный улетел на юг, второй на север,
Каждому в душе своё осталось.
Ну, а может, не смогли согреться.
Не поняв друг друга, мы расстались.
Два случайных, одиноких сердца
Разошлись и больше не встречались.
Очень жаль того, что не случилось
И что не сбылось, о чем мечталось.
Пусть произойдет то, что мне снилось,
Чтоб любовь, придя ко мне - осталась.
Когда Очередной мне говорит,
о том что я божественно красива,
и ангелы свои склоняют гривы,
и небо мне во всём благоволит.
Когда Очередной, пытаясь стать
Единственным, вдруг терпит пораженье,
я для него теряю свою стать
и становлюсь земным обыкновеньем.
А то и хуже - ведьмой воплоти,
достойной лишь огня костров до неба,
и чёртом, обрывающим пути,
и не подавшей в час воды и хлеба…
Горгульей, проклинающей мольбу,
их светлых лиц испортив отраженье.
И только для тебя я не могу
другое повторить предназначенье.
И только для тебя я - вечный Свет,
ютящийся в твоих воспоминаньях,
поскольку он почти неосязаем,
другим ты говоришь, что его нет.
Но он с тобой, рассеивая мрак,
он греет сердце, твёрдое, как камень.
Ты для других безумец и чужак.
А я люблю тебя. И так боюсь поранить…
Усталое сердце напрасно спешит на рожон…
Ты ранен. Не мной… Иначе ты был бы убитым.
Так лучше, поверь мне… Напрасно твой лоб напряжен…
Другая, быть может, тебе будет лучшей из «жён»…
И будут дожди на шрамах болезненно квиты.
Так лучше, поверь мне… У Времени есть свой секрет,
И ловкие руки готовят не первый свой фокус:
Как я заряжаю словами «прощай» пистолет…
И слово летит сквозь симфонии реплик и лет,
Но эхо от выстрела стер заигравшийся Хронос.
Ты ранен… Но я потеряла свой мизерикорд…
И ждет впереди тебя долгая мирная старость…
Ты будешь потом, как и многие, шрамами горд…
Как будто душа неразгаданный сердца кроссворд…
И эта мишень необстрелянной в тире осталась.
Я научу тебя писать,
читать и говорить,
Чтобы однажды ты смогла
понять, кого любить.
«На стихи он поймал тебя, милая, на стихи…»,
говорила подруга, солидно кивая в такт.
«Да, читала и слышала, кажется, неплохи,
но не Бродский. Хотя, безусловно, не дилетант.
Но не Бродский". Кофейню покачивал запах сдоб,
колумбийского кофе, магнолий, альбомных гор.
Жгла подруга, почти медитируя: «Это - Сдом?
Это - соль? Перебор с чудесами-то, перебор…»
Жали шлёпанцы. Солнце горячечно шло в зенит.
В морозилке томился заказанный нами штоф.
И крамольно звенело во мне (и сейчас звенит):
на любовь он поймал меня, господи, на любовь!
Дружба и вражда для представителей нетрадиционной ориентации. И лишь истинная любовь для представителей традиционной ориентации.
Ни веры, ни любви, ни оправданья …
Температуры душный алгоритм
За окнами печатает признанье,
Унылого дождя речитатив…
Проходит сквозь меня течет по венам …
То холодом сжигая, то огнем…
Так в первый раз, а может и в последний…-
«Не думать, не гадать», о нем… о нем…
Но мысли наползают во все щели
И кружат свой безумный хоровод…
Прошло уже пол жизни за неделю…
Как время вдруг остановило ход…
Растаяли слова и обещанья,
Проклятием нависли смс…
Я понимаю… и не понимаю…
Зачем мне «это» нужно «позарез»?..
Зачем смотреть в окно дождливым утром?..
И кофе пить холодный и пустой?..
И с горечью, мечты о недоступном…
Тянутся к небу тоненькой струной…
Почувствовать как ветра дуновенье
Касается горячего виска…
Ты где то там остановил мгновенье,
Но позабыл… в него, позвать меня?
Есть такие люди которых ты любишь за улыбку, тембр голоса или за глаза… И не важно в каких отношениях вы находитесь, просто ты его любишь за то что он существует… и всё…
Обниму тебя через метры, километры, расстояния.
Ты почувствуй тепло и любовь - я твое сознание.
Обниму дам силу и веру в жизнь
Ты прими, не бойся и держись.
Обниму… Поцелую. Ты почувствуешь это.
Буду рядом всегда если даже не лето.
Я согрею тебя студеною зимой
Знай я люблю тебя - ты ангел мой.
Успокою душу измученную в ночи.
Хочешь, ты крик из груди отпусти.
Не гони меня прочь я часть внутри
И некуда мне больше уйти.
Я люблю тебя - ты мой мир, ангел мой.
Я дышу, я живу одним лишь тобой…
Свидетельство о публикации 115 062 109 411
2015
Не слушай никого, меня здесь нет и быть не может,
Не опускай глаза в истоптанную взглядами дорогу,
Не верь, что он вот просто так ещё один прохожий,
Заранее раскрывший зонт над этим тёмным небом четверговым.
Не доверяй ни слову, ни дождю,
И не греми, прошу тебя, замками молний,
Когда в душе твоей порядок и уют,
Его присутствие как будто бы наводит.
Не обещайся, слышишь, никому совсем,
И не зови к мостам на помощь, и не пойся в песнях,
Ты посмотри, у нас с тобою столько общих лет,
В которых мы теперь уже наверняка не будем вместе.
У нас с тобою общего - сродни,
Мы одиноки тыщи километров комнат,
И даже если засыпаем не одни,
Давай сейчас не мы об этом будем помнить.
Давай вдвоём, давай ещё чуть-чуть,
Ну, зиму… ну, весну… ну, может осень…
Да жуть всё это, понимаю - жуть,
Не слушай никого, меня здесь нет и быть не может…