Меня к себе не приучай -
Привычка ослабляет волю.
С каким азартом саранча
С лица земли сметает поле,
Так страсти уничтожат нас,
Оставив голую равнину.
[Когда душа поражена,
То поразительно ранима.]
Небесное живет в земном,
Душа зависима от плоти.
Поспеет сердце, как зерно,
И мельница его поглотит,
Набухнет, захрустит в печи -
Отламывай кусок и пробуй.
[Но ты ведь хочешь приучить
На пару дней, а не до гроба…]
Простая пища не вкусна,
Клыки заточены под мясо.
Когда кого-нибудь познал,
То сразу всё предельно ясно,
Влечёт другая суета,
Конец беседы, точка, смайлик…
[Любовь, конечно, не еда,
И без нее живут нормально.]
Закончен полуночный чат,
По проводам гуляет ветер.
***
Меня к себе - не приучай,
Приручишь, а потом - в ответе.
Сыплет снег на тёмные аллеи,
Охладели мраморные львы.
Любящий любимого жалеет,
Если не жалеет - нет любви.
Легкий тест, а результат отменный.
Два ответа - выбери из них.
Он тебя жалеет - нет измены.
Если не жалеет - изменил.
С каждым днём сказать всё тяжелее
Простенькое слово «Извини».
Ты его, конечно, пожалеешь,
Он тебе, конечно, изменил.
Я-то смогу прожить
В холоде января.
Вечером этажи
Странным огнем горят.
Хочется выйти в мир -
Вдруг он не так уж плох -
И побродить с людьми,
Чувствуя их тепло.
Там зазвенит трамвай,
Тут зазвонит собор…
Пусть я и не права,
Хочется быть собой.
Я-то не пропаду -
Ты обо мне не плачь.
Счастье - простой продукт
холода и тепла…
- По щекам моим жидкой солью течет июль,
Наш истерзанный город лижет огнем война.
Но пока меж ключиц я прячу твой поцелуй,
Шлю конверты из эпицентра дурного сна.
- Жидкой солью здесь лижет море мои ступни,
Спицей в горле застряла внутренняя война.
Но пока я твоим теплом, как броней, храним,
Не грусти и не вздумай верить кошмарным снам.
Время снова играет против. Смеется зло.
Нас разбрасывает по разным углам доски.
Но пока мы умеем ждать друг от друга слов -
Мы близки.
От моей любви осталась музыка,
От твоей - потерянная флейта.
Ты когда пойдешь дорожкой узенькой
В дальний путь до будущего лета,
Всё ещё не тронутый старением,
Всё ещё безумно одинокий,
Для тебя не будет тяжким бременем
Захватить с собою эти нотки.
В августе, когда на дачах весело,
И коньяк мешается с закатом,
Ты подкинь мои смешные песенки
Выпившим наемным музыкантам.
Пусть они сыграют - всем понравится.
Музыка любви - она простая.
Пусть вздохнут холодные красавицы,
Чувствуя, что начинают таять,
Пусть мужчины с правильными стрелками,
В правильных ботинках и сорочках,
Наклонятся тихо над тарелками
И поймут, что аппетит испорчен.
А хозяйка с круглыми коленями,
Поломав фальшивый ноготочек,
Скажет: «Так не любят, к сожалению…»
Так уже не любят.
Это точно.
Ты знаешь, а сердце остыло, а сердце устало.
Дотлело, погасло и стало чернее ночей…
Когда-то так ярко горело, так сильно стучало,
А ныне холодного снега едва ль горячей.
Ты знаешь, а сердце надело шершавую маску
Из прочных драконьих чешуек… Укрылось в броне.
Оно позабыло, что люди способны на ласку,
Давно утопая в предательстве и во вранье…
Ты знаешь, а сердце любило, а сердце мечтало.
Себя отдавало, доверившись тёплым рукам.
Когда-то разбилось… Из рук твоих нежных упало.
Я долго его собирал по осколкам-кускам…
Ты знаешь, а сердце в порядке, срослось понемногу.
Почти не осталось следов… Снова бьётся любя…
И только луна серебром освещает дорогу,
К той жизни, в которой совсем не осталось тебя!..
Сомкни усталые очи…
Они же «сияли» весь день.
Глубины добавили к ночи…
На веках усталости тень.
По дому хлопот не мало…
Дети, готовка, уборка…
Ой, блин… Снова малая упала,
Куда подевалась тёрка?
Заботы забудь родная…
Все в доме в порядке.
Ко мне нежно прижмись дорогая,
Буду тебе «подзарядкой».
Силы твои все вернуться,
Завтра с утра снова «бой»…
Векам тяжёлым… позволь сомкнуться…
Грей стережёт сон Ассоль…
Спи, цветочек душистый…
На ночь бутоны закрой…
Опусти венец золотистый…
Листами стебель укрой…
Солнцем тебя не затмить…
Сияешь улыбкой чудесной…
Мне этот день не забыть…
Спи, Ландыш прелестный…
Ты никогда меня не спросишь,
Любимый недруг, ни о чем,
Улыбки быстрой мне не бросишь,
Не дрогнешь бровью и плечом.
Но будет память встречи каждой
Тебя печалями томить,
И вот захочешь ты однажды
Свою судьбу переломить.
И в буйстве страстного раскола,
И в недозволенной борьбе
Поймешь, о чем забытый голос
Шептал порывисто тебе.
И вспомнишь ты мой нежный ропот
И беспощадный свой запрет,
Не зарастут к былому тропы
Травою пережитых лет.
Немилосердная кручина
Приникнет к твоему плечу,
Но из ревнующей пучины
Уж я к тебе не прилечу.
Не прилечу я, но воспряну
В ответ на поздний твой призыв
И озарю тебя багряным
Далеким пламенем грозы.
Я, сынок, для тебя наряжусь,
Так хочу я тебя удивить,
Я щекою к тебе прижмусь
И мне снова захочется жить.
Как положено, стол накрою,
Всё что любишь, сыночек родной,
Наготовлю и радость не скрою
Два часа ты будешь со мной…
Насмотрюсь, мне согреться надо,
Полетишь, мой сыночек, к ней,
Не ревную, я так за вас рада,
Ты лети к любимой своей…
Маргарита Стернина
Я заказывала небо
(белое)
Я заказывала небо -
вид Латте из голубики.
На десерт - из всех деревьев
шоколадный мусс с сиропом.
На тарелке - сливки снега,
впрочем, все они поникли.
Я ждала весну недолго -
прибежала к ней галопом.
Поезд на жд вокзале
ожидать себя заставил,
но не важно, сколько будет
продолжаться ожиданье:
за заказанное небо -
вид Латте из голубики -
постоянному клиенту
Бар-Мэн скидку предоставил.
Я расплачиваться буду
не наличными и картой -
это фирменное блюдо
рекламирую сонетом.
Даже если я уеду
в шумный город электричкой,
то вернусь туда, где небо
с голубикой - как обычно.
Copyright: Дарья Засоба, 2012
мы будем мистер «молчанье-свято» и миссис «курят, когда им гадко», будь-то балкон этаже на пятом или скамеечка за оградкой. ты будешь важным и даже нужным, ценнейшим кадром в любимой сфере, и я устроюсь совсем не хуже, и научусь проходить сквозь двери, что мне закрыты. но дым не лечит, и струны не поддаются пальцам, ах, кто-то обнял бы вдруг за плечи, да больно хочется рассмеяться. нас точно создали где-то парой, на высших уровнях этой жизни, меня снабдили тоской, гитарой, любовью к музыке гранж и джинсам, тебя - улыбкой и взглядом-кольтом, что пробирает до самой сути, еще молчаньем - его здесь столько, что не хватает часов и суток. чтоб осознать тишину, промозглость, текстуру внутреннего надрыва, чтобы когда раздавался возглас, на грани нервного, в общем, срыва, ты отпускала его. свободно. и становилась собой - уставшей, любившей музыку, что не в моде, и даже став ненамного старше.
дышать размеренно, словно паром, и перестать быть чужой и лишней. нас точно создали где-то парой, но в высших уровнях этой жизни.
В необратимости печали нет.
И вакуум похож на чёрный ветер.
Она вчера прошла здесь. Молний свет
на взгляд её стеснительно ответил.
Куда летела птица? Да за ней.
Куда вскрутился вихрь тоски высокий?
Вокруг её пути… Не страсть сильней.
Сильней - покой неведенья глубокий.
Слова пустые о словах
И наши чувства терпят крах,
Уже давно домой не мчусь
И в одиночку жить учусь.
Нам дети были не нужны,
Свобода и комфорт важны,
Мы для себя пожить хотели
И что-то в жизни проглядели.
Как всё случилось, не пойму
И вроде жили по уму,
И вроде общие друзья,
Друзья-то есть…, но где семья…
Да, так бывает, не сошлись,
Ты успокойся, не винись,
Испили чашу мы до дна,
Но ты один и я одна…
И одиночество вдвоём
Нас убивало день за днём,
Что ж, неизбежное сбылось,
Теперь живём с тобою врозь…
Маргарита Стернина
Бродила радуга по морю между волн,
не зная, что изменчиво всё в мире.
Мои глаза в слезах за ней следили,
но ждал их через пять минут судьбы поклон.
Они увидели его, мои глаза - замри весь мир.
По радужному свету брызжет время,
от туч и волн погибло радуги творенье,
но запылал для храма плачущей души живой кумир.