Ночи безумные, ночи бессонные,
Речи несвязные, взоры усталые…
Ночи, последним огнём озарённые,
Осени мёртвой цветы запоздалые!
Пусть даже время рукой беспощадною
Мне указало, что было в вас ложного,
Всё же лечу я к вам памятью жадною,
В прошлом ответа ищу невозможного…
Вкрадчивым шёпотом вы заглушаете
Звуки дневные, несносные, шумные…
В тихую ночь вы мой сон отгоняете,
Ночи бессонные, ночи безумные.
Меня покинули желанья,
Я разуверился вполне,
Одна печаль, одни страданья
Теперь в сердечной глубине.
Исчезла пламенная сладость
И сны поэзии благой.
Как тень, как образ приведенья,
Как надмогильные огни,
С волшебной негой вдохновенья
В груди потухнули они.
Лишь в память их очарованья,
На дне сердечной пустоты,
Одни души воспоминанья,
Одни осталися мечты.
О ромашках.
Ромашки меня вдохновляют…
На душе от них чистота.
Нежность чувств мои открывая,
Становлюсь я сама доброта.
Грациозны, красивы розы,
Но колючи и неприступны,
Горделивы и так величественны…
Мне добрее стать с ними трудно…
Хризантемы уж очень нравятся…
Это - радость ярчайшей вспышки!
Долго нас красотой своей радуют,
Но частый праздник - это уж слишком.
Лишь ромашки меня вдохновляют,
Открывая струны души…
И глаза мои так сияют,
И все тает от доброты…
КАПЛЯ.
Мы капля в этом бренном мире…,
Что может капля? Ничего…
Всех утолить она не в силах,
Лишь вместе МЫ сильней всего!
Душа, слетая каплей с неба,
Прольётся тысячей дождинок…
Роса на утренней заре,
Как сотни маленьких слезинок…
Мы вместе - ОКЕАН могучий,
Пространство необъятных вод!!!
И сила капли там живучей,
И красивее небосвод!!!
Цикличность времени различна,
Кому-то день, кому-то час,
Кому-то, может быть, и вечность…
Всё дело непременно в нас…
Мы - капля в этом бренном мире,
А дальше - просто ТИШИНА…
И испарившись, вдруг, под СОЛНЦЕМ,
Нам капля больше не видна…
Я тебя не теряю.
Ты не был моим.
Я себя проверяю
на гибкость пружин.
Я свою проверяю
душевную стойкость.
Я тебя не теряю.
Мне даже спокойно.
Я тебя отпускаю
каждым утром все дальше.
Да живи, как живешь,
взрослеющий мальчик!
О тебе не мечтаю -
мне чужого сполна…
Я себя проверяю
на трезвость ума.
Я свою проверяю
сердечную мышцу:
на мобильном гудки
протяжные слышатся…
Прохожу аттестацию
на ура.
Вот такая
у девочек взрослых игра.
Вот такая у мальчиков
жизнь непростая.
Отпускаю,
с улыбкой тебя отпускаю.
А девочке надо запутаться в днях и ночах. Чтоб дули разлуки, то вправо, то влево кидая. Следы поцелуев, занывшие вдруг на губах, - спорхнули, забылись бы, шанса не оставляя. Спасаться - быть дальше, чем только сумели б достать, и жечься чуть ближе, чем вырвать еще моглось бы… Хозяевам жизней играть невменяемость просьбам, свободой ложиться на утреннюю кровать. По заводям снов переписывать начисто дни, из каждого «нет» выбивая сомнения крохи. Надежно скрывая, что сердце срывает на вдохе, желаньем влюбляться… и нежностью уходить… Смакуя молчание, пить апельсиновый сок, в бокал окунать незаметно улыбок ехидцы. А после, самой объявив ненадежность позиций, шагнуть наугад на распутьи семи дорог.
Замани меня -
завяжи глаза,
вот моя рука
не дрожащая.
Обними меня,
уведи меня
хоть на краешек
настоящего.
Обмани меня -
заведи роман.
Заманись и сам
этой прелестью.
Подели ты нас
знаменателем,
на который мы все же делимся.
Отними мой май.
Отмени меня.
И боли-боли,
сердце, жалостью…
Нелюбимый мой,
новым именем
замени меня,
ну, пожалуйста.
Хочешь, я стану той, что не снится спустя…
Курит «легкие» и обожает двойной эспрессо.
Завершает свой день, где придется, плюет на года…
Самой капризной из всех любимых принцессой?
Той, что без слез, вопросов и мук «что надеть»…
Рванет за тобой на любой из краев света.
Той, что умеет спокойно в глаза смотреть,
подолгу смотреть и ровно дышать при этом,
не замечать «случайных», не чувствовать боль…
Хочешь? Тату - на лодыжку. И в сердце - стерву.
Только скажи! Я смогу не уйти в запой
от «навсегда» твоего без права мне - первой…
Той, что меняет с легкостью 'да' на 'нет',
не обещает, не просит, не верит в сказки…
Самой легкой из быстрых твоих побед?
Самым недолгим счастьем твоим???
Разве?
Ночной прохладой полон вечер,
Затихла в озере вода.
Зажгите на веранде свечи,
Как покойно здесь, господа…
Мой город и небо мое заодно с тобой -
не вымолить тысячью дней обещания чуда.
Уходит земля из-под ног, с неба льет, и боль -
ни слова оттуда…
Стараньям бессонницы сбыться уже - раздеть
надежду и кинуть лунным холодным камнем…
Я жмусь ожиданием вечного к той звезде,
что падать не станет.
Дым костра создает уют,
Искры гаснут в полете сами,
Пять ребят о любви поют,
Чуть охрипшими голосами.
Пять сердец бьются как одно,
Вспоминая подруг далеких,
Тех, что ждут их уже давно,
Самых близких и яснооких.
Если б слышали те, о ком,
Эта песня сейчас звучала,
Прибежали б сюда тайком,
Чтоб послушать ее с начала.
Чтоб почувствовать до конца,
Эти губы и эти руки,
Как умеют любить сердца,
Огрубевшие от разлуки.
Дым костра создает уют
Искры гаснут в полете сами,
Пять ребят о любви поют,
Чуть охрипшими голосами.
Иногда люди ссорятся, чтобы потом мириться:
он подходит на цыпочках с чашечкой в теплых пальцах
и говорит: «У меня тут кофе с корицей," -
и улыбается…
А у нас ненасытные варвары так и разрушат Рим,
будут руины цивилизации там и сям,
потому что кофе для слабых и растворимых -
а мы с тобой не растворяемся!
Ты помнишь, читали «Кольцо вокруг солнца»?
Так вот, где-то там, в параллельной вселенной,
Мы спим безмятежно в объятьях друг друга,
А после бесцельно по улочкам Вены
Гуляем. Живем! А не ходим по кругу…
По кругу, который замкнулся однажды
Кольцом на твоем безымянном… Ты знаешь,
Там все по-другому: лужайка у дома,
Которую ты поливать забываешь,
И там каждый дышит - не давится комом
Несказанных слов. Вот бы здесь научиться…
Ты помнишь, читали «Кольцо вокруг солнца»…
И спорили - кто кого любит сильнее,
На утренний кофе хватало червонца,
Мы молоды. Мы все на свете сумеем!
Смотри в телескоп на беззвездное небо!
Смотри, где-то там, в параллельной вселенной,
Мы те же (А может быть все же другие?)
Гуляем по улочкам Праги и Вены,
Марселя и Ниццы и в кольца тугие
Сплетаются судьбы…
Окончательно просимся в прошлое. Только нет
ни финальной сцены, ни имени - кто герой.
Нам поставить крестик можно ведь и на мне.
А грядущий обморок - это вопрос второй.
Результат истерик окажется нулевым,
возведется в степень что сказано на словах…
Мне частично помогут виски и секс с другим,
но и в комплексе это, по правде сказать, не ах!
Не в гостях у сказки. Сразу не разберешь…
Долго-счастливо в нашем случае не дано.
Сколько можно уже! - в стотысячепервый… Что ж,
получается, можно, милый.
И бог со мной.
Акварельное небо зависло. В колокола
бьет и бьется сердце, уже обрываясь на дно.
Задержи дыхание. Я почти что ушла.
Так затравленно, как и не снилось большому кино.
В перспективе забвения мертвые имена,
облаков колыбели примут их, обольнут…
А потом - будь неладен свет! И ликует тьма,
черной бусиной катится - выесть меня - внутрь.
Не заметит и небо - будет дышать землей,
мне подмигивать акварелью своих глубин…
Ты еще не понял, насколько я стала другой
за мгновение боли, которую ты причинил.