Ты соблазняешь мне душу, улыбкой,
меня завлекает твой образ, таинственный.
Ты так играешь со мной, мысленно,
я весь теряюсь в догадках, не мыслимых.
Ты покоришь меня, искренним смехом,
словно по детски, наивным немножко.
Я прильну к тебе нежно, укутаю телом,
и прижму к себе, твои ладошки.
Ты очаруешь, своей прелестью,
чуть прикоснешься, ласковым взглядом.
Кажется, будто со взглядом твоим, я летал где-то,
хотя нахожусь с тобой, милая, рядом.
Душе так мало места, в нашем теле,
она стремится вырваться наружу,
ведь тяжело внутри, да и на деле,
все возвращается к началу жизни, как по кругу.
Мы про ошибки жизни, говорим и думаем,
советы нам дают хорошие.
Воображая мысленно, мы четко все планируем,
но часто видим в жизни, все травой поросшее.
Мы говорим судьба наверно, выпала такая,
злодейка, изменила жизни путь, но привыкаем жить.
Ведь жизнь по сути разная, не знаешь, у кого какая,
в ней счастья ждешь, и хочется любить.
Только ветер, ласкает душу,
когда волны, о берег бьются,
мокрым следом, скользя обратно,
отступают, чтоб вновь вернутся.
Вихрем с пеной, волна поднимается.
Ты стоишь, на бетонном пирсе,
силу ветра, лицом ощущая,
в голове пролетают мысли.
От потока брызг, забываясь,
ощущаешь себя одиноким,
и наверно тогда понимаешь,
без любви все бывает жестоким.
.
И смахнув, ладонью капли,
ты как будто, от сна пробуждаясь,
часто видишь себя, представляя,
чайкой белой, над морем, парящей.
Не могу, когда нет тебя рядом
Не могу без твоей я любви
И с тобой повстречается лишь взглядом
Прилечу, только ты позови
Позови, когда радость и горе
Тебе остаюсь я верна
Переплыть я сумею и море
Лишь узнав, что тебе я нужна
Бесприютно и одиноко
По квартире гуляет ветер…
Одиночество не жестоко,
Не карает оно, а лечит,
Обесценивает проклятья,
И легко в тишине звенящей
Примиряет упрямых братьев, -
Мое прошлое с настоящим.
начинаешь ссориться с пустяков,
нарываешься, тупо в ответ хамишь,
говоришь: не я таков, это мир таков,
но, услышав нежное: обними -
обнимаешь, чувствуешь, как тепло
между пальцев плавится и дрожит,
как, меняя смыслы и падежи,
вдруг из глаз солёное потекло…
Не переставал мне папа говорить,
Что надо, доченька, сильной быть.
Смело стоять под ударами судьбы,
Не опуская руки, не проронив слезы.
Правду говори, доченька, всегда,
Ложью прокладешь дорогу в никуда.
Нет слова «не могу», есть слово «надо»
И в жизни тогда не будет спада.
Друзей по жизни лучше береги,
Пообещав - слово ты обязательно сдержи.
Старших, доченька, уважай всегда,
Они советом помогут тебе, наверняка.
Упавших духом нужно поддержать,
Людей за слабость не презирать
Будь гордой, так легче боль терпеть,
Когда ты попадешь в любовную сеть.
А любовь свою в сердце сохрани,
За предательство его ты, доченька, прости.
Спасибо тебе, папочка родной,
Что научил меня быть всегда собой.
Честно жить, не лгать, не воровать,
Друзей ценить, любовь не предавать.
Лишь просто счастливой в жизни быть
Меня не смог ты научить…
Неподвластна мне моя душа,
Который год гоню, гоню тебя,
А ты все живешь в памяти моей
И с каждым годом все больней.
Мне боль мою не с кем разделить.
Устала я укратко слезы лить.
Муж, конечно, не поймет меня,
Безжалостно осудят лучшие друзья.
И кану я на дно, на дно своей тоски,
Забыты все надежды, забыты все мечты.
И сил уж больше нет вернуться вновь
В тот мир, где живет любовь
Это Евклид безнадежно нас узаконил
Тысячи лет доказательств, как укоризна,
Тонкой чертою будь у меня на ладони,
И пролегай параллельно линии жизни,
Пересекайся с другими, будь стороною,
Режь ли углы на две части - я повторяю,
Только будь рядом, и непременно со мною,
Только будь мне параллельна, моя прямая.
Нам никогда не сойтись, не составить угол,
Эти законы… Может, Евклиду напишешь?
Пусть начертает нас он навстречу друг другу…
А до ответа… просто будь рядом, слышишь?
Опыт повис на небесных сваях ловким канатоходцем, так и бывает - жизнь истязает только первопроходцев. В чём бы ни первые - без разбора - в страсти ли, вере, каждый получит своё: позора высшую меру, или же славы - неотличимы эти понятья в мире, где правдой неизлечимы псевдообъятья.
Там, где Иуда Христа торгует ловко и пошло, шулер-Судьба колоду тасует с будущим/прошлым, выкинет карты и не предложит нам отыграться. И не сорваться уже фальстартом в сладкие… надцать.
Мир этот, полный простого горя, не/чист, не/светел.
Не упустить бы из сердца море, птиц и солёный ветер.
Я тебя теряю -
Как лес теряет музыку,
Когда в него приходят холода.
Моей душе -
Пожизненному узнику -
Из памяти не выйти никуда.
Я тебя теряю -
Как дом теряет небо,
Когда окно зашторивает дождь.
И будущее наше, словно ребус:
Я не прочту.
И вряд ли ты прочтешь.
и когда войду под полог Его палат,
под высокий свод, - сияют во тьме лучи, -
станет белым день, и даже густой закат
перестанет над облаками кровоточить,
здесь тепло и тишь, - ни шороха, ни молвы,
и по куполам струится, сияя, пыль,
и коснется что-то ласково головы,
и свечой оплавленной стает земная быль,
и ни птицы в небе, и ни тебя во мне,
и ночное ночи вернется, и праху - прах,
и струится дымка в храмовой тишине,
и светло трепещут голуби в куполах,
и на сердце нет ни пятнышка, ни рубца,
отболело болью, зажило, отлегло,
и легко уносит ветер на небеса
все что было, было, только уже прошло…
а потом опять - на холод, на белый свет,
унося внутри молитвою - «уцелей»…
и не стало меньше черного в мире, нет, -
только белое на черном еще белей.
Ты меня совсем не держишь, но и не отпускаешь…
То месяцами молчишь, словно отвергаешь,
То взглядом грустным душу разрываешь
И мысленно обняв, любви безумство обещаешь
Пусть я лишь стих в твоём альбоме,
Едва поющий, как родник.
Ты стал мне лучшею из книг,
А их немало в старом доме.
Пусть я лишь стебель, в светлый миг
Тобой, жалеющим, не смятый.
Ты для меня - цветник богатый,
Благоухающий цветник.
Пусть так. Но вот в полуистоме
Ты над страничкою поник…
Ты вспомнишь всё… Ты сдержишь крик…
Пусть я лишь стих в твоём альбоме!
своды у входа в пещеру сыры и замшелы,
скалы устало сочатся - слезами? cмолою?
бабушка, бабушка, я наконец-то сумела, -
или посмела, - чащобой пройти вековою…
ты ведь звала - по ночам, воем темной волчицы,
я не могла, ты прости, просто вырваться раньше,
вот, я пришла, и уже ничему не случиться,
это ведь смерть, во спасение мне, умиравшей…
я умерла для того, что болело и выло,
жгло за грудиной, душе не давало покоя,
ты погоди мне загадки загадывать злые,
лучше сперва напои меня мертвой водою,
ты утоли эту боль, усыпи, убаюкай,
спать уложи, а наутро проснусь и увижу
глаз испытующих взгляд… за твоею наукой
вот, я пришла… заплачу за нее, не обижу,
я ведь к тебе навсегда, мне отсюда не деться
ни в никуда, ни на землю, ни в небо, ни в омут,
дай мне принять - предназначенность, кару, наследство,
я ведь уже не могу, не хочу по - другому…
бабушкой ли, госпожой ли своею послушно
буду тебя называть, и не буду - Ягою,
сколько угодно угольями глаз мою душу
можешь сверлить, - я уже не боюсь
стать тобою.