Опыт повис на небесных сваях ловким канатоходцем, так и бывает - жизнь истязает только первопроходцев. В чём бы ни первые - без разбора - в страсти ли, вере, каждый получит своё: позора высшую меру, или же славы - неотличимы эти понятья в мире, где правдой неизлечимы псевдообъятья.
Там, где Иуда Христа торгует ловко и пошло, шулер-Судьба колоду тасует с будущим/прошлым, выкинет карты и не предложит нам отыграться. И не сорваться уже фальстартом в сладкие… надцать.
Мир этот, полный простого горя, не/чист, не/светел.
Не упустить бы из сердца море, птиц и солёный ветер.