моя любовь сильней, чем расстоянье,
хоть и грешна, ей нет конца и края,
лишь иногда, встречались с ней мы в тайне,
чтоб воплотить заветные желанья.
нет ничего прекрасней тех свиданий,
когда даём свободу своей страсти,
жаль поздно мы друг друга повстречали,
рвёт сердце безысходностью на части…
не изменить прошедшие нам годы,
к сожаленью, время вспять не повернуть…
есть сто дорог, под чистым небосводом,
только, выбрал я под тучами свой путь.
мы далеки, как горный пик с низиной,
есть у каждого, из нас, своя семья,
но я готов идти дорогой длинной,
хоть, куда б не позвала любовь моя…
как мотылёк на лампочку летящий,
порхаю в вышине, чувства через край,
я верю -тот кто верит, тот обрящет,
и построит себе собственный свой рай.
Девица подошла ко мне,
Заговорила о мечте,
Потом немного о погоде,
Разговорились на природе.
Вопрос повис - что делать дальше?
Слова не мысли, много фальши,
Ответ не труден, но не скромен,
Соблазн все рос и стал огромен.
Я долго мучился с ответом,
В лицо глядел искал совета.
Ответ был ниже, взгляд упав,
Зачем в лицо глядел? Не прав!
Сильная женщина курит с балкона,
И на щеке заблестела слеза,
Вспомнила сразу слова Соломона:
«Это пройдет. Убежит, как вода.»
Сильная женщина. В чем ее сила?
В прошлом предательстве? В счастье былом?
Сильная женшина сердце закрыла.
Счастье свое отложив на потом.
Думают все, что легко ей и просто,
Что очень много ей в жизни дано,
И раздражают пустые вопросы:
«Где ты была? С кем ходила в кино?»
Всем интересно. С кем спит по субботам.
Кто же тот рыцарь, что в сердце запал.
Только скрывает она в жизни что-то,
Просто измучилась. Нужен привал.
Вечер на плечи. Звонки в телефоне.
Восемь пропущенных. Две смс.
Сильная женщина курит с балкона.
Слишком навязчивый к ней интерес.
Глупых вопросов опять вереница,
И отвечать ей на них не впервой.
Только кому-то она много снится,
Кто-то по жизни ей очень больной.
Сильная женщина. Умная, впрочем.
Может о многом всем Вам рассказать.
Только по жизни ее многоточья…
Что-то ее заставляет молчать.
Сильная женщина курит с балкона.
И вспоминает слова Соломона.
Ксения Газиева
Ты заснул… я скучаю, считая минуты
По горячим и нежным ладоням твоим
И, проснувшись с улыбкой на плече твоем утром
Расскажу, как же сильно ты мною любим…
По колючей щеке проведу я ладошкой
Улыбнусь, прошепчу нежно: «Милый, проснись…»
Замурлычу, ласкаясь, как нежная кошка
И в объятьях твоих растворюсь… на всю жизнь…
Прошу тебя, на чувства не скупись
Не сдерживай Любви своей порывы,
Живи всегда так мило и красиво,
Как будто лебедь снов взмывая ввысь.
В том состоит, порою, наша жизнь,
В ней будут только счастья переливы,
Но только, я прошу, от слов фальшивых
Прошу я, навсегда ты отрекись.
Живи, Люби, все чувства отдавая,
Дари другим Любовь свою без края,
Как будто свет небесный и земной.
Не говори, что счастья нет в помине,
И не меняй огонь Любви на иней,
Судьба твоя не может быть иной.
Не так уж и много нужно в этом мире, что бы встретились две половинки. Лишь вытащить трусы застрявшие между ними.
Нас не надолго разлучили,
Но расстояния не затмили,
Сияние любимых глаз
И нежность губ, и нежных фраз.
Истосковался я по ласке,
И душу мне не греют сказки,
Моих сегодняшних подруг.
Чужих любовь не терпит рук!
Ладошки мягкие любимой
Прижать к щекам необходимо.
Теплом согреть ее уста,
Пусть растворится в ней душа!
Любимая спросила как-то:
Сильна ли к ней любовь во мне?
Я ей хотел ответить кратко,
И даже рот открыл уже.
Но скулу вдруг свело и спазм,
Не дал сказать банально,-«да»
Любовь и слабая… Маразм
Любовь сильней всего всегда!
Любовь не может быть сильнее,
Она иль есть - иль нет ее.
Могу сказать еще смелее -
Любовь измерить не дано!
Над нами лето расстилает небо шелком,
Струится бахромою золотистой солнца свет.
И если ты захочешь, даже мир умолкнет,
Укутав нас с тобою в этот тёплый плед…
сегодня я написала любовь на песке.
вам покажется, будто бы море её убило?
это вовсе не так, а просто в солёной тоске
море приняло в душу слова, а потом растворило…
мой поступок, движение пальцев и мой призыв
остаются навеки незыблемы в общей памяти
море приняло сердце, и дует ответный бриз. Вы не сможете, не ощутив, себе даже представить…
Да, пусть порой бывает очень сложно,
И на колени боль толкает меня вновь.
Вот злой кинжал хватаю я из ножен,
Но руку остановит лишь Любовь.
Любовь, которая дана мне от крещенья,
И сердце греет от беды.
Она поможет попросить прощенья,
Заново поможет воздвигать мосты.
Любовь мне не дает обжечься,
От пропасти уводит вновь мои следы.
А без нее, остынет просто сердце,
И превратится в камушек слюды.
И каждый раз смотрю я с замираньем,
На этот крест где мучилась Любовь.
Ведь этот Крест - ошибок НАШИХ искупленье,
Но отвергаем эту правду вновь.
Да и зачем нам ворошить былое?
И сердце пеплом посыпать.
Ведь с нами не случится злое,
Лишь надо все вперед нам курс держать…
И пусть порой бывает слишком больно.
А зло пытается все по сильней толкнуть,
Кинжал я положу вновь в ножны
И крестик лишь к груди прижму.
Я и ты -
Две летящих звезды…
Между нами слова - цветы…
Ты и я -
Два горящих угля…
Между нами - тепло огня…
В полумраке седом,
Только виски со льдом…
Эрик Клэптон и Кэйл -
«Cocaine»…
Дорогая пойми…
Я и в трудные дни…
Верил в то, что вернусь…
В этот блюз…
Я и ты -
Прилетим с высоты…
И погаснем в реке воды…
Ты и я -
Два потухших огня…
Бесконечно чиста - заря…
Только это потом…
После виски со льдом…
После Клэптон и Кэйл -
«Cocaine»…
Скоро мой самолет…
Но струна запоет…
И я снова вернусь…
В этот блюз…
О душе заботься… о душе…
Для неё одной живи… и только…
Не суди… о тех, кто в кураже…
В адском дне… себе готовит койку…
Пожалей их… тихо и не зло…
Их дела грубы и скоротечны…
Пусть душа прозрачна, как стекло…
Но она - добро и бесконечность…
Волосы мокрые - травы послушные
ветер расчешет шутя …
Слушает вдумчиво сплетни кукушечьи,
лес, сразу после дождя.
Полем ромашковым май спотыкается,
лету навстречу спешит …
Ждет кто её, - к тем любовь возвращается,
спутница Божьих орбит.
Вот лучше бы связала пол носка,
Нажарила котлет и люстру вымыла.
А тут сидишь и бредишь этим именем.
Мне говорят, мол, хочешь себя выменять.
Я говорю: Вселенская Тоска!
/держу лицо. а может быть, оскал./
И кто там до меня тебя ласкал?
Убила бы.
Моими пальцами - ни паса, ни броска.
/И я уже не знаю, как их выломать/
Я вспоминаю только очень милое -
Когда не доставала до глазка.