Чтобы остатками этих пальцев
В урну клали мою труху.
Осенним вечером, с целью остаться
Прибуду с запахом моря к утру.
Я снова обниму пространство,
В нем горький запах табака,
Тяжелый запах от лекарства
И перьевые облака,
Влетающие прямо в окна,
В нем Бога легкие шаги
С его немыслимой походкой
Ложатся совестью в стихи,
В их музыкальную словесность,
В их расписные витражи,
И, может быть, от этих песен
Кому-то станет легче жить.
А мне, как водится, осталось
Писать слова и помнить явь:
Я снова обниму пространство.
Как мог бы обнимать тебя.
Бросила Осень наряд свой венчальный
Под ножки холодной октябрьской ночи.
В косы вплетя полумесяц хрустальный,
Та распахнула лишь звёздные очи.
Бисера горсть сыпанула над городом,
Вниз покатилась она звездопадом.
Ивы предзимним окутаны холодом,
Брызжут прощальным леса листопадом.
Скоро закружит метелями стужево,
Бросит в поля белоснежную бязь,
Из перламутра сплетённое кружево
Спрячет расшитую золотом вязь.
Ручкой изящною жесты прощальные,
Листья-мониста, серебряный звон,
С локонов рыжих корону венчальную
Осень снимает до новых времён!
Copyright: Людмила Анатольевна Сосновская, 2015
Свидетельство о публикации 115 110 502 834
Я думаю все время о тебе,
О том пространстве, где ты существуешь,
Где ты одна, наперекор судьбе,
И плачешь, и смеешься, и тоскуешь.
Я вспоминаю, мучась и любя,
Всю прелесть глаз твоих, твоей улыбки.
Я думаю, как жил я без тебя,
Я, как футляр, тоскующий о скрипке.
И я зову, и верю - слышишь ты,
Как голос мой дрожит от напряжения.
И разве есть без запаха цветы.
И зеркало зачем - без отраженья.
Я словно звук в натянутой струне
До сладкой муки, до смертельной дрожи.
Хоть изредка, но думай обо мне
Ведь та струна, она порваться может.
Дождь сорвался с шёпота на крик,
свесилась петлёй ночная мгла,
вышел на балконе покурить,
а вернулся - жизнь уже прошла…
дождь долдонит, превращаясь в лёд,
ну, а мне б забыться в тишине,
ни дубак, ни водка не берёт
тех, кто в эту ночь скулит во мне…
дай мне, Бог, не слышать свой скулёж,
приглушить себя хотя б на треть,
дай поверить в то, что этот дождь
не меня пытается отпеть…
Ты смеёшься - как будто купаешься,
можешь яркою быть и обычною,
ты умеешь сыграть как по клавишам
изумление и безразличие.
Ты бываешь усталой и праздничной,
хрупкой девочкой, стойкою крепостью,
можешь быть до утра самой сказочной,
а потом отравить меня ревностью.
Ты как в фильме «Кавказская пленница» -
«комсомолка и просто красавица»,
ты не только из тех - на ком женятся,
но и куча стихов посвящается.
Пусть пугают нас медными трубами,
пусть судьба - как негодная шкодница,
мы с тобой не боимся быть глупыми,
у таких, говорят, мысли сходятся.
Пусть дешёвки с фальшивой улыбкою
пальцы гнут и от зависти светятся,
если в рай я сумею со скидками -
мы и там обязательно встретимся…
Седые волосы и фрак, он джентльмен и не иначе,
не франт, не деспот, не маньяк.
Влюбленный в пятьдесят.
Он - мальчик.
И не надеясь ни на что,
ее он ждет у старых сосен.
Она - царица, божество,
а он печален и несносен;
Он, как юнец, нарвал цветов,
и держит их,
угрюм и вспыльчив.
Вот и нахлынула любовь,
как мир несправедлив, придирчив.
Раз! Скинуть десять лет назад,
или пятнадцать?
Знать бы, верить.
А перед ним ее глаза,
и океаном не измерить…
И пусть она пройдет сквозь тень
его желаний. Здесь! Сейчас!
Прожить в мечтах о ней весь день -
живем недолго, только раз…
Ольга Тиманова, 2014
Счастье из прошлого пробуждает в нас лирику, но не побуждает к действию.
Тяжелый вечер, тикают часы,
Пишу письмо, от слез, не видя строчек,
Из слов простых слагаются листы,
Бумагу рвет мой скверный, быстрый почерк…
О том, что не сбылось. Пускай мечта
Останется мечтою на бумаге.
Была в беспечной жизни красота,
И счастье в каждом вздохе, каждом шаге…
Надежды оправдались. Но не мной.
Я быть собой еще не разучилась.
Разлука попросилась на постой.
Печаль на проживанье попросилась…
Поют ветра сквозь щели старых стен,
Боль сердца начинает свою травлю,
Письмо почти закончено совсем,
но только никому я не отправлю…
Ольга Тиманова, Нижний Новгород, 2015
аж у самого синего неба.
где ветер кружит с облаками,
где в мечту превращается небыль,
реальность сливается с снами…
там, рождается радуга судеб,
там, все мысли бьют в глаз, а не в бровь,
правит миром свершение чуда
и живёт, процветая, любовь…
в этом мире отсутствует горе,
нет страха, разлуки и боли,
необъятное радости море,
дышит счастье добром с любовью.
Ничего не перепутала. Нисколько.
Именно тогда туда пришла.
Ты сказал: «Привет!»
«Привет. Я - Ольга!»
…и летела к солнышку душа…
Мир весенний, натюрморты, речи,
шутки невпопад, смущенья, тишь…
Нежных встреч ждала я бесконечно,
милый и единственный малыш…
Будет ночь, потом рассвет и годы
счастья и безудержной любви…
Мы нашли друг друга у природы
по теням, по смеху, про крови…
Ольга Тиманова, 2014
Аккорды ласковой гитары так печальны!
И голос твой загадочно красив!
Я слышу в нём и дерзость и отчаянье.
С тоской и страстью перемешанный мотив.
Твои глаза печальны и внимательны,
А взгляд уноситься в неведомую даль.
Движенье рук маняще-привлекательны…
И то, что мы не вместе, где-то жаль!
Ты может грезишь о полетах в вечности,
А может музой рифмы вдохновлён ?!
С серьёзным видом ты купаешься в беспечности,
И безутешной страстью окрылён!!!
Звучит гитара! Руки гриф баюкают!
Ласкают пальцы струн дрожащий звук…
И время капает янтарными минутами…
И кроме нас, нет никого вокруг!
Я молча слушаю печальную мелодию.
И сердца стук сдержать нет больше сил …
И кажется,…ты с песнею, сегодня мне,
Свою любовь и нежность подарил.
ты думаешь так громко, словно гром
гремит порой, зимой, средь ясна неба,
мы эти мысли слышим лишь вдвоём,
они, для нас с тобой, важнее хлеба…
нам часто можно и не говорить,
слова, бывает, лишние лишь звуки,
ведь, между нами пониманья нить,
хватает вздоха, мысли… сердца стука…
так часто мои мысли слышишь ты,
и не преграда, даже, расстоянья…
ведь ты - мои заветные мечты,
что полонили душу и сознанье.
В шуме ветра, в детском плаче,
В тишине, в словах прощанья:
«А могло бы быть иначе», -
Слышу я, как обещанье.
Одевает в саван нежный
Всю тщету, все неудачи -
Тень надежды безнадежной:
«А могло бы быть иначе».
Заметает сумрак снежный
Все поля, все расстоянья.
Тень надежды безнадежной
Превращается в сиянье.
Все сгоревшие поленья,
Все решённые задачи,
Все слова, все преступленья…
А могло бы быть иначе.
На руке его много блестящих колец -
Покоренных им девичьих нежных сердец.
Там ликует алмаз, и мечтает опал,
И красивый рубин так причудливо ал.
Но на бледной руке нет кольца моего,
Никому, никогда не отдам я его.
Мне сковал его месяца луч золотой
И, во сне надевая, шепнул мне с мольбой:
«Сохрани этот дар, будь мечтою горда!»
Я кольца не отдам никому, никогда.