По поляне гуляло Солнышко
В сюртуке из оранжевых бликов,
И крутил головой подсолнушек
За его лучезарным ликом.
Розовели заплатками кашки,
За красавцем следя все разом,
Полевые влюблялись ромашки
В белых юбочках с жёлтым глазом.
На реке золотые полосы,
Жарких губ огневое касание,
Русокосой пшеницы волосы
Шевелило его дыхание.
Затвердели соски у калины,
Наливаясь рубиновым соком,
Зачарованно две осины
Изумрудным косились оком.
Только щурилось рыжее Солнышко,
Поджидая свою королевну,
Чтобы выпить любовь до донышка
С златовласой заморской царевной.
Распластала Земля ладони,
В них ковром расстелилась озимь,
И несли вороные кони
Королеву по имени Осень.
Copyright: Людмила Анатольевна Сосновская, 2015
Свидетельство о публикации 115 092 304 171
Уехать хотела подальше от всех,
Ты спрашивал:
«Думаешь лучше так будет?»
А я отвечала:
«Мне лучше в гробу!»,
А ты смотрел на меня с удивленьем.
Ты знаешь меня не хуже других,
Ты знаешь, что я тебе доверяла,
А я лишь знала об этих твоих,
Одна меня точно всегда проклинала.
Теперь, прошу, во сны не ходи,
И писем любовных больше не надо,
Ты лучше мне себя подари,
А впрочем тебя уже тоже не надо…
Я вот совсем не знала,
Что я начну писать стихи.
Возможно это от любви,
Возможно от разочарованья.
Хочу, чтобы быстрее,
Всё стало на свои места.
Хочу чуть больше воображенья,
И ночи чудные без сна.
Хочу тебя ко мне поближе,
Но чувствую сейчас холода.
Теперь я опускаю руки,
Наверно не справляюсь я.
Верните прошлую мне зиму,
Я все исправлю, я клянусь!
Как жаль, что все мои ошибки не исправить,
И ничего уже мне не вернуть.
среди тысяч миров, миллионов светил,
я ищу отражение милой…
ту которую я, как на грех, полюбил,
с непомерной, но искренней силой…
средь ударов судьбы и развалин души
есть одна панацея для счастья,
прикасаться душой, на миру и в глуши,
быть с ней рядом в жару и в ненастье…
Дороги на этом расходятся,
Погас твой возлюбленный взгляд.
Но разве ТАК все кончается?
Уйдешь от меня ты сейчас?
Я знала, мечты не сбываются,
И все как тогда повторяется.
Прощать и любить не намерена,
Хочу свободою жить,
А так, я как в цепи закована,
Я просто хотела любить…
Ждала одного лишь решения,
А ты все надежду давал,
А я, наивная, верила,
Наверное, дурой была.
Дороги на этом расходятся,
Погас мой возлюбленный взгляд.
Ты хочешь вернуться?
Не верю я! Погас наш возлюбленный взгляд…
Мне все дружно кричали:
«Он погубит тебя, беги!»
А я вольно сдавалась,
Отрицая все чувства любви.
Он ездит не ко мне,
Целует не меня,
А говорит, что я его.
Дружок, где логика твоя?
Мы любим тех,
Кто счастливы без нас,
Кому мы не нужны,
Себя мы губим попросту,
Себя не любим мы.
От тишины гудит в ушах,
Быть может я скучаю?
А ты лишь думаешь всё о своих делах,
Меня не замечая.
да! я, возможно, глупый и пропащий,
возможно, не на месте моя крыша,
зато, не выдуманный я и настоящий,
и в зов природы верю, в тот, что слышу…
я, возможно, слишком откровенен,
и чересчур уж изливаю душу,
гоняя кровь по жилам и по венам
зато, люблю, мечтаю и не трушу…
да! я так, редко попадаю в рамки,
под принятое обществом мерило,
и выворачиваюсь часто наизнанку,
напоминая психа и дебила…
бумага стерпит, … стерпит ноутбук
тишину вокруг, и одиночество
дрожь в коленках стерпит, стерпит слабость рук,
в пустоте, в которой выть так хочется…
да! я не умею долго горевать,
винить кого-то, долго не умею,
в том, что одинока, холодна моя кровать,
рождён я человеком, а не зверем.
я полюбил так сильно, вопреки,
не потому, что плод запретный сладок,
и в душе моей порхАют мотыльки
люблю и всё! она моя отрада! …
ты не думай - я не прошу, не требую.
ведь, я бы не смог никогда, на паперти,
не жалко мне и рубаху последнюю,
и сердце своё положу на скатерти…
не надо ни чьей мне, ни капли жалости,
подачек я не приемлю хронически…
я свой не открою порог усталости,
к нему я не сложен… анатомически…
могу раздобыть я звезду из космоса,
из самых далёких глубин галактики,
а оземь паду, то без крика-возгласа,
нарушив законы известной статики.
но не думай - это не показательно,
не хочешь - не надо мне благодарности
может быть, мне суждено быть мечтателем…
я просто, люблю тебя!!! … всего-навсего…
Искры пляшут, ветви стонут,
Белым лебедем луна,
В бездне неба звёзды тонут,
Ночки тёмной глубина.
Языки костра мерцают,
Лижут, ластятся к ногам,
То, как змеи, подползают
К зазевавшимся рукам.
Стан прекрасной юной девы
Мне мерещится в огне,
И восточные напевы
Зреют в вещей тишине.
Погадаю у цыганки
У разбитого шатра,
На лесной глухой полянке
Прогуляю до утра.
Будут рваться на гитаре
Струны плача и звеня,
И в ночном хмельном угаре
Душу вынут из меня.
А на зорьке, утром рано
Соловей споет в ветвях,
Как любила я цыгана,
Заплутав в его кудрях!
Copyright: Людмила Анатольевна Сосновская, 2015
Свидетельство о публикации 115 091 105 488
По ступеням, заросшими мхом,
настоящее убегает,
а любовь затянулась льдом.
Бывает…
Распущусь - не похоже как
На воспитанность и тактичность.
Все не вовремя и не так,
Взбунтовалась на воле личность…
Ты считаешь часы до сна,
А бессонница - сторож верный,
Потому что опять одна,
Влюблена, Боже милосердный,
По ступеням, идущим вверх,
Одержу над собой победу,
Но плевала я на успех,
Я вернусь, я к нему уеду!
Он не ждавши, откроет мне
Дверь и не пригласит на завтрак,
Мне достаточно в тишине
Ощущать его сладкий запах…
Ольга Тиманова, Нижний Новгород, 2015
Мальчик мой, будь спокоен:
Чувства не бьют под дых.
Сердце, как храбрый воин,
Умерло молодым.
Только, душа, как птица -
Ей бы на воле жить.
Просто она боится,
Заново полюбить.
Ей, как ребенку, страшно
Сделать свой первый шаг.
Знаешь?.. А, нет, не важно.
Я проживу и так.
Раны залечит время,
Крылья сама зашью.
Счастье придет, я верю,
В жизнь, наконец, мою.
Все, на что ты способен,
Это лишь «бла-бла-бла».
Мальчик мой, будь спокоен,
Я навсегда ушла.
Только вопрос здесь важный
Встал на повестке дня:
Сможешь ли ты, вот так же,
Счастье найти, как я?!
Бывает так, что люди «остывают».
Прими, как факт, что он к тебе «остыл».
От этого, поверь, не умирают.
И просто «есть» смени на статус «был».
Молчи о боли и сердечных ранах,
Что рвут тебя на части изнутри.
Не дай себе ни шанса, чтоб заплакать,
Найди лишь силу воли, чтоб уйти.
Не упрекай ни в чем, все бесполезно,
Его любовь растаяла, как снег.
Сейчас, как будто, ты стоишь над бездной,
Но это старт, чтоб вновь начать разбег.
Не говори, как дорог его запах,
Что ты не сможешь дальше без него,
Не охай и, пожалуйста, не ахай,
Скандалом не удержишь никого.
Не падай ниц, не спорь, не унижайся,
И никогда вернуться не проси.
Не любит? Что ж, возьми, и распрощайся,
И уходи. Навеки уходи!
___________________________________
Пройдут твои душевные терзанья,
Ты заново научишься любить.
Нам Бог дает такие испытания,
Которые мы в силах пережить!
У зари румянец алый,
На полнеба, во все щёки.
Ветерок щекочет шалый
Ноздри трепетной осоки.
В перелеске под берёзой
Осень-барыня заснула,
Из листов цветущей розы
Плед душистый натянула.
Разбросала ветви-косы,
Пряди золотом струятся.
То ли слёзы, то ли росы
На ресницах серебрятся.
Ещё дремлет лес усталый,
Нет ни шорохов, ни звонов.
Грудь дрожит рябины алой
Под тончайшим из шифонов.
Спят точёные кувшинки
На лесном глухом болоте,
Ряски жёлтые пылинки,
Берег в сочной позолоте.
Первый луч спешит, лаская,
Клён склонился в политесе,
Шляпу рыжую бросая
В ноги огненной принцессе.
Не устану удивляться
Над созданием Мессии,
И всё более влюбляться
В мою Русь, в мою Россию!
Copyright: Людмила Анатольевна Сосновская, 2015
Свидетельство о публикации 115 100 104 830
вновь, на улице распогодилось.
лёгкий снег шуршит, тишь, покой, да гладь.
здравствуй, юная! моя гордая!
я б хотел тебя по утру обнять.
я б хотел тебя целовать в уста
и держать твои руки нежные.
посмотри сюда - я звезду достал,
я за ней нырял в высь безбрежную…
подарю тебе, просто так, любя,
она свежая, полуночная…
и ещё скажу - я люблю тебя!
моя сладкая, и порочная…
во греху живу - покаянья нет.
и вина меня не преследует.
для меня лишь ты, в этом мире свет!
слева-справа и сзади-спереди…
вновь на улице распогодилось.
тишина вокруг, лишь мороз хрустит…
я люблю тебя! моя гордая…
и любовь моя - мои меч и щит…
Не завидую ей, не завидую,
Заводь моря, людские грехи…
Где-то в чаще души за обидою
Взяли курс не мои корабли;
Ты обрел долгожданное «я»,
самолюбие тешит чужая,
но все также редеет заря,
грустно птицы поют, улетая;
Но и к ней ты опять не придешь,
(ожидает, готовя овсянку,)
ты придумаешь сладкую ложь,
душу, вывернув наизнанку;
Будут плачи, и будет битье
новой люстры и новых тарелок,
Безусловно, ты любишь ее,
мальчик-паж иль уже перезрелок?
Это было в далеком году
И со мною - не надо проклятий…
Не завидую ей. Никому.
Вырвал Бог из смертельных объятий…
Ольга Тиманова, Нижний Новгород, 2015