Моя любовь - как странный сон,
Предутренний, печальный…
Молчаньем звезд заворожен
Ее призыв прощальный!
Как стая белых, смелых птиц
Летят ее желанья
К пределам пламенных зарниц
Последнего сгоранья!..
Моя любовь - немым богам
Зажженная лампада.
Моей любви, моим устам -
Твоей любви не надо!
Соловей, подари мне надежду!
Соловей, подари мне мечту!
Я к любимому, милому, нежному,
Непременно, дорожку найду!
Будут зорьки сиять самоцветами,
Будут ночки у нас горячи!
Помоги мне, соловушка милый,
Сердцу милого друга найти!
Ты же знаешь, где друг затерялся,
По какой он дорожке пройдёт…
Ты подскажешь… и он, несомненно,
Меня в мире огромном найдёт!
Сердце чувствует, знает и просит
Помоги мне судьбу отыскать!
Ты же можешь, ты знаешь, ты в силах
Мне о друге моём рассказать!
Ох, соловушка, песенка льётся
Из твоей чудотворной души!
Подари ж мне надежду на счастье,
Ну, пожалуйста, поспеши!
Copyright: Лариса Рига, 2016
Снова то же - обиды, напасти,
Гложет ветер нагие кусты,
Отлетевшей, отжившей страсти
Гонит скрюченные листы.
Ах, какая опять непогода!
В сердце вновь беспробудная тьма.
И какое в нём время года -
То ли осень, а то ли зима?
Всё пустое. Пустое всё это…
Мне бы вновь научиться прощать,
Мне б дожить до цветущего лета,
Мне б немного согреться опять!
А пока что знобит, как прежде,
Будто кончилось чьё-то тепло,
Будто снова конец надежде,
Будто снова не повезло…
Copyright: Людмила Анатольевна Сосновская, 2016
Свидетельство о публикации 116 022 006 590
Ты из другого мира… из любви…
Где чистый свет… и радостный покой.
Ты далеко… твой свет не уловим…
До звезд, увы… не достают рукой…
Я счастлив быть… тем рыцарем земли…-
Кто любит зря… что б наконец, исчезнув…
Быть пораженным… и упасть в пыли…
Кометой уходя в немую бездну…
Ты - високосница… судьба мудрей людей…
Мы для нее -…пустые визави…
Кто красотой… свергает зло страстей…
Тот из другого мира… из любви…
Я вчера пришёл домой
Весь забрызганный водой.
Перекошена рубашка,
Куртка вовсе нараспашку.
Туфли - цвета грязной лужи,
Так испачкались снаружи.
Вихры потные торчат.
Щёки красные горят.
Брюки задраны, и в пятнах -
Их, поди, потом отмой.
В общем, очень неопрятный
Я вчера пришёл домой.
Мама мне открыла дверь,
Не узнала: «Что за зверь?»
- Это я! Твой сын, Борис!
Ты, мамуля, не сердись.
Там соседские мальчишки,
Ты их знаешь - Хаим с Мишкой,
На площадке мяч гоняли,
И меня к себе позвали.
Я немного заигрался,
Знаешь, как люблю футбол,
Потому и задержался.
Кстати, я забил им гол!
Мама тихо отошла,
Тапочки мои нашла,
И сказала очень строго:
- Ничего ты здесь не трогай.
Обувь грязную сними
И домашние возми.
Быстро в ванну отправляйся!
Мойся, переодевайся.
Вот носки, рубашка, брюки.
Стынет в комнате обед.
Там тебя заждались внуки.
Как тебе не стыдно… Дед
Спички отсыревшие - не зажигаются:
Крошатся, будто печенье «Земляничное»,
Ломаются в побелевших пальцах…
Вы - о погоде? Я снова - о личном…
Знаешь чувство, когда ты на лютне порвал струну?
Это чувство, когда твое сердце стучит быстрее,
И когда, сломя голову, только чтоб ноги в стремя,
Рвешь на скорости ветер и комкаешь тишину.
А потом по короткой тропе, да к Ее окну.
Умываясь росой, чтобы легче собраться с силой.
Без треклятой струны петь баллады под окна к милой:
К той, что с вечера ждет, ненароком боясь уснуть.
И делиться предчувствием тайн на резном крыльце,
Где над августом глупое небо роняет звезды.
И не нужно совсем ничего… лишь увидеть просто…
Тень улыбки на загорелом родном лице.
Что с веками меняется в чувствах? - Да, ничего!
Гитаристы в экстазе на сцене срывают струны,
И влюбленные парни в порыве под небом лунным
На железных конях рвут на скорости тишину.
Этот маленький шарик, летящий в пустой темноте -
Кто-то выключил Свет, и сказал, что так было всегда…
Это славное Солнце, пришедшее только затем,
Чтоб карманным фонариком наше подсвечивать «ждать» …
Как он мал и забавен, как хрупок игрушечный мир!
Мы играем со спичками, Вечность сжигая по дням…
Мы растем и взрослеем, себя называя людьми…
Человечество просто любить. Полюбите меня!
Полюбите меня! Я - всего Человечества часть.
Мысли бродят во мгле, порываясь не верить, а знать…
Рассыпаясь на пряди, сбегают века по плечам…
Только время условно. Я в косы плету времена.
Я плету их наощупь. Загадочный этот узор,
Я могу повторять в темноте и зажмурив глаза…
Мне его показала Любовь. Приоткрыв горизонт,
Прошептала:"Ты жди… Я всегда возвращаюсь назад…"
Мы - беспечные дети. Сквозь пальцы струятся года,
И вчерашнее завтра берут напрокат у Судьбы…
…
Наших будущих - море. Они существуют. Всегда.
Но лишь мы выбираем, какому действительно быть.
Вы с ума сошли, полковник… «Я приеду, я приеду…»
Мы не дети, ставки сделаны в игре…
Я ведь Вас почти не помню - только вдруг поддамся бреду?..
Впрочем, ладно, приезжайте… В декабре…
Будут окна в снежных розах, будет белою пороша,
И в камине будет прошлое гореть…
И покажется - не поздно быть покорной и хорошей…
Приезжайте-ка, полковник, в октябре…
Под последним всплеском сини будет не до откровений,
Будет дождь всю ночь за окнами шуршать…
Вы уедете в Россию… А тоска забьется в венах,
И подранком вдруг расхнычется душа…
И у старого колодца зазвенит усталым эхом,
Наберёт опять кредитов у судьбы…
Что ж, полковник, Вам неймется, что ж не терпится приехать…
Приезжайте! Но в июле, стало быть…
А в июле будет море… А в июле будет проще…
А в июле лето будет, черт возьми!
Неслучившееся горе солнце в небе дополощет…
Вы в апреле приезжайте, mon ame…
Вы ворветесь - весь весенний, неуёмный и сумбурный,
И рассыплете вдруг фрезии у ног…
Как награда, как спасенье, как причал в метаньях бурных,
Ах, полковник, Вы приедете весной?..
Где потом я Вас забуду? На Майорке? На Монмартре?
Чем травить потм весенний хмель в душ…
Я давно не верю в чудо… Приезжайте лучше завтра…
Приезжайте завтра к вечеру, mon cher…
Самой ветренной из скромниц, самой легкою победой
Я проснусь, едва затеплится заря…
Вы с ума сошли, полковник! «Я приеду, я приеду…»
Приезжайте… Что уж ждать до декабря…
Зелень нивы, рощи лепет,
В небе жаворонка трепет,
Теплый дождь, сверканье вод, -
Вас назвавши, что прибавить?
Чем иным тебя прославить,
Жизнь души, весны приход?
Бескорыстен, бескорыстен
Нег сиреневых ожог!
Клейкий ключик смысла жизни
Наг
у ног…
Вешний вечер вещей сказкой
Прочит сердцу миражи,
Ополаскивает лаской
Ностальжи…
Вечер - вечности росточек,
Ветер - благодушный Ной,
Не ковчег, увейте ночь ей И сиренью и луной!
Созовите, чтоб страдали
Под бессонниц витиё
Всех апрельских страдиварий,
От заката - до неё!
Как в бреду, бреду апрелем
Всем далёк…
И окрылен
Сумеречных акварелей
Млечный сон…
У сиреневых смирений
В чарах паводка любви
Несказанные свирели
Отделяют от земли.
Погляди же, Авва Отче! -
На закатный аналой
Я вознес тепла комочек
Ставшей взрослой, вдруг,
Звездой…
он скучал. Боже! как он скучал!
весь осунулся, стал лицом бледен,
каждый день, прибегал на вокзал,
всё надеялся - скоро приедет
его ангел и ласковый бес,
дьявол, Бог и живая икона…
мир вокруг, словно пасмурный лес,
начинался с пустого перрона.
он хотел. Боже! как он хотел!
чтобы время летело, как птица
и других, больше не было дел,
повстречаться б и душами слиться.
разгоняя печаль и тоску,
раствориться б в объятьях друг друга.
постоянно готов был к броску,
сердце в шрамах, как будто в кольчуге…
он любил. Боже! как он любил!
безвозвратно и неизлечимо,
не жалел ни рассудка, ни сил,
как монах обречённого Рима…
расписание всех поездов
наизусть изучил, до минуты,
всех «вокзальных» запомнил давно,
знал ментов, продавцов, проституток…
потерял уже времени счёт
и с трудом вспоминал своё имя…
не скажу, где сейчас он живёт,
только знаю, что любит и ныне…
Не посвящение - совет всего лишь,
Скорее даже, просто - просьба:
Любая Женщина (сказать я вслух позволю)
Не огорчений - Счастья и Любви достойна!
О, Женщина! Не запрещай мужчине
Тобою восхищаться, влюблённым быть в тебя!
И слов не надо - просто улыбнись ему,
Пусть доброй нежностью в ответ наполнится душа…
моё тело охренело совсем,
отказалось оно чувствовать боль,
пересытившись обильем проблем,
изменило доступ внутрь и пароль.
моё сердце как заснуло в груди,
и почти не слышен стал его стук,
неизвестность пустоты впереди,
тишина вокруг, отсутствует звук.
но наивная, больная душа,
обнажая чувства, кинулась в пляс,
вновь рассыпалась осколки кроша,
веря, что любовь её не предаст…
Оголтело и несовременно,
Строчки пляшут по битой судьбе…
…Летом умер сосед, дядя Гена,
Что у дома держал голубей.
И в разбойничьих драках квартала,
Среди «спальника» мрачных громад,
Голубятня синела устало,
Одиночество пряча в домах.
Я, бывало, сбегала с уроков…
Спрятав сумку среди гаражей,
Все смотрела, как в небе высоком,
Белый голубь не виден уже…
Облака разрывались на части,
Солнце выпустив в мир поутру -
В небесах белокрылое счастье
Прямо к Богу стремилось на грудь.
А сосед вынимал осторожно
Из-под куртки голубку… И вот
Я смотрела, как голубь безбожно
И легко небеса предает…
…Время быстро летит. В самом деле -
Вполовину разменяна жизнь…
Вот и голуби осиротели,
Очень скоро снесут гаражи…
Только сердцу по-прежнему снится
Голубями расчерченный путь -
Прямо в небо, пронзительной птицей,
И к Тебе - словно к Богу на грудь…
Сердце бьется в тоске полуночной,
Крылья режет о клетку - к Тебе!
Если почта помочь мне не хочет,
Может быть, завести голубей?
Может, осень дождями согреет?..
Лишь на миг задержавшись в пути,
Я смотрю, как рябины стареют…
Может, мне голубятню купить?