Возможность жить долго, дана многим. Умереть достойно, героически, одномоментно-единицам!
Достучаться до разума влюблённого человека - бесполезно - разум отдыхает…))))
Боги и герои
Одна моя знакомая задепрессовала (там было с чего, правда) и запросилась на терапию. И не посоветую ли я кого. Я дала ей телефон своего терапевта. Знакомая посетила одну сессию и звонит недовольная. Вот ты, мол, говорила, что это хороший терапевт, а у нее круги под глазами и вообще. Как-то она, не знаю, не светится счастьем. Не буду я к ней ходить.
Мой самый любимый рассказ у Т. Толстой - тот, где замордованная инженерша сидит на балете. Смотрит на сцену и вдруг понимает, что «никакие это не лебеди, а члены профсоюза».
Меня всегда завораживает эта дремучая, пещерная архаика, этот младенческий поиск потустороннего в каждом унитазном бачке.
Балерине платят не за то, что она лебедь, а за то, что плясать умеет. Еще раз, по буквам: не за то, какая она, а за то, что она умеет делать.
Про психологов я эту тему слышу не в первый раз. Типа - какой из тебя психолог, если ты свои собственные проблемы решить не можешь. Вариант: хреновый он доктор, у самого вон язва и псориаз, а туда же - людей лечить. Еще вариант: не пойду к этой парикмахерше, у нее у самой вон корни непрокрашены, что она там может настричь, спрашивается.
Слушай сюда, дикарь. Ты идешь к доктору не потому, что доктор здоровее всех. А потому, что он умеет лечить. И парикмахерше ты платишь не за ее прическу, а за свою. И преподавателю английского ты платишь не за то, что он умнее тебя. Он не умнее тебя. Он просто умеет преподавать английский.
А тот, кто не умеет преподавать, даже если он англичанин - не научит тебя английскому. Здоровый человек не сделает тебя таким же здоровым. Женщина с красивой стрижкой не сможет сделать тебе такую же.
И лебеди не танцуют.
Пересадить голову человека
В конце февраля 2015 года итальянский нейрохирург Серджо Канаверо (Sergio Canavero) заявил о плане провести первую трансплантацию головы человека уже в 2017 году. Эта новость вызвала бурную реакцию - смех, возмущение, страх, энтузиазм. Попытаемся разобраться, насколько реалистичен (с точки зрения медицины) проект Канаверо и каковы этические и психологические последствия такой операции - в случае ее успешного завершения.
В 1954 году советский врач Владимир Демихов «присадил» 20 собакам по дополнительной голове. Подопытные после операции выжили, хотя и ненадолго - всего на несколько дней. Спустя 16 лет американский медик Роберт Уайт провел пересадку головы от одного туловища обезьяны другому. Животное прожило девять дней, но это вряд ли можно было назвать жизнью: из-за перерезанного спинного мозга оно не чувствовало тела и совершенно не могло им управлять. Канаверо надеется на более благоприятный исход. Хирург считает, что он сможет помочь всем, чьи тела пришли в негодность - и раковым больным, если метастазы не достигли головы, и пациентам с мышечной атрофией, как у Стивена Хокинга. Но насколько реален план Канаверо и чем он грозит человечеству?
Проблемы
Из всех разделов медицины трансплантология - один из самых сложных и «капризных» как в теории, так и на практике. Каждый орган, предназначенный для пересадки, состоит из нескольких типов тканей, окружен нервами, посылающими ему сигналы и принимающими ответные импульсы от самого органа, и кровеносными сосудами, питающими его. Все это практически невозможно не повредить во время изъятия органа, а значит, даже если операция пройдет успешно, понадобится немало времени, чтобы иннервация (а с ней чувствительность и способность сокращаться) и кровоснабжение органа на новом месте восстановились. К тому же - и это, пожалуй, основная проблема - иммунная система организма будет отвергать любую клетку, которая изначально этому организму не принадлежала. Таким образом, донорские органы могут не прижиться из-за иммунной реакции. Обезьяна с пересаженной головой умерла именно из-за того, что иммунная система тела отвергла искусственное приобретение организма. Чтобы эту реакцию подавить, пациентам назначают курсы иммуносупрессоров. Эффект иммуносупрессоров, впрочем, имеет обратную сторону медали: когда снижен иммунитет, защита организма от инфекций ослаблена.
Мозг и позвоночник
Меж тем голова - это в строгом смысле слова не орган, а целый органокомплекс, и риск осложнений, связанных с его пересадкой, во много раз выше, чем при трансплантации одного-единственного органа. В голове находится самый важный орган - головной мозг, и пересадить ее, не повредив последний и связанные с ним нервные окончания, практически невозможно. Ведь в основании шеи в месте соединения позвоночника с черепом головной мозг переходит в спинной. Спинной мозг управляет движениями всех мышц ниже шеи, и делает он это на основе команд, приходящих от головного мозга. При пересадке головы спинной мозг неизбежно отделится от головного, и никакие сигналы к туловищу и конечностям пройти не смогут - следовательно, все движения, кроме жевания и выражения эмоций мимическими мышцами, станут невозможными. В обратном направлении импульсы тоже не будут передаваться, и даже если человек выживет после операции, он не будет чувствовать ничего, кроме лица. Нервные пути, идущие через спинной мозг и соединяющие головной мозг и сердце, головной мозг и легкие, также нарушатся. А ведь спинной мозг - это не какой-нибудь тоненький нерв, способный восстановиться после повреждения за обозримое количество времени. Случаи полного восстановления связей в спинном мозге при его перерезке неизвестны. Те парализованные, которые учатся вновь двигать конечностями после серьезных травм позвоночника, посылают сигналы рукам и ногам «в обход» спинного мозга.
Возможные решения
В 2013 году итальянский нейрохирург Серджио Канаверо заявил на заседании Группы перспективной нейромодуляции в Турине, что разрабатывает методику, которая позволит успешно пересадить голову человека (по-научному - провести цефалосоматический анастомоз) через несколько лет. В феврале нынешнего года Канаверо назвал более точный срок - 2017 год. К этому времени, считает он, его метод будет доработан и опробован, однако Канаверо не станет проводить операцию, если ему никто не поможет. А поддержка ученому, безусловно, нужна: даже если все технические препятствия процедуры удастся обойти, впереди врача ждут поиски места, где можно осуществить задуманное. И дело тут не в отсутствии нужной аппаратуры, а в законодательствах различных стран. Далеко не каждое правительство одобрит столь рискованное мероприятие - пересадку головы на своей территории.
Трудности, связанные с осуществлением цефалосоматического анастомоза, по словам Серджио Канаверо, разрешимы. В частности, спинной мозг вполне возможно отделять от головного с меньшими повреждениями, используя нанонож из нитрида кремния или микротом с алмазным лезвием. Чем больше сила, прикладываемая к спинному мозгу во время перерезки, тем меньше повреждаются нервные пути, входящие в его состав. Помимо этого, два конца спинного мозга (от донора и от реципиента) необходимо соединить друг с другом с помощью полиэтиленгликоля (ПЭГ) или хитозана. Эти вещества работают подобно припою при пайке проводов, соединяя отдельные части отростков нейронов в единое целое. За счет постоянного соприкосновения отростки регенерируют.
К тому же для ускорения восстановления Канаверо собирается вводить пациентов после операции на несколько недель в искусственную кому, чтобы исключить возможные движения. Во время этого периода имплантаты, вживленные в спинной мозг, будут стимулировать поврежденные части нейронов и помогать им расти. В то же время будут восстанавливаться и кровеносные сосуды, и мышцы. Утверждается, что после выхода из комы человек сможет практически сразу заговорить, а через год вновь будет ходить - конечно, не без помощи физиотерапевтов. В совокупности методика называется GEMINI (аббревиатура, читается как английское слово «близнецы»).
Надо понимать, что при операции будут использовать «свежий» донорский материал, подготовленный согласно GEMINI. Все остальные головы и тела, в том числе специально подвергшиеся криоконсервации, не подойдут, тем более что до сих пор неизвестны способы размораживать формально мертвые организмы, сохраняя им жизнь или даже возвращая ее (ведь клиенты компаний, предлагающих услуги крионики, попадают в крионические устройства уже после остановки сердца). Впрочем, большинство экспертов-трансплантологов считает, что методики, предложенные Канаверо, недостаточно эффективны для операции, которую задумал хирург.
Голова к телу или тело к голове?
Термин «пересадка головы» остался со времен экспериментов Уайта и Демихова. На самом деле, сложно однозначно сказать, что куда пересаживают - голову на туловище или туловище к голове. Конечно, в туловище находится основная часть органов, и оно как часть тела несомненно крупнее головы. С другой стороны, уже никто не сомневается, что личность и сознание человека запрятаны в голове, а точнее, в мозге. Если смотреть с этой точки зрения, то донорский материал - это туловище, а не голова.
Но одно дело - вопрос терминологии, и совсем другое - вопрос этики. Как отнесутся представители различных религий к пересадке головы? Если, по мнению верующих, в этом органе заключена душа, получается, отделять его от тела и уж тем более передавать кому-то другому не следует. Впрочем, для представителей тех религий, в которых вместилищем души считается некий другой орган, особенного запрета на трансплантацию головы/тела возникнуть не должно.
Интересно, что Роберт Уайт, который провел эксперимент по пересадке головы обезьяне, долгое время служил советником Папы Римского по этическим вопросам медицины. Именно под его руководством в 1981 году была создана Ватиканская комиссия по биомедицинской этике, пересмотревшая отношение католической церкви к смерти мозга и использованию стволовых клеток в медицине.
Психология
Отбросим возможные неудачи и представим, что цефалосоматический анастомоз все же удалось осуществить, пациент выжил и идет на поправку. Что дальше? Пересадка части мозга (гипофиза) преступника сделала из профессорской собаки Шарикова-человека, но человека не самых высоких моральных принципов. Это, конечно, булгаковская фантастика. Впрочем, все равно стоит задуматься: что будет чувствовать человек, получив при старой голове новое тело? Изменится ли его личность?
Прежде всего, возможно, что пациент не будет в полной мере ощущать себя самим собой. Другое туловище, другие конечности - это не только необычно видеть, но и ощущать мышцами и кожей. Информация от рецепторов напряжения в мышцах (проприорецепторов) и тактильных рецепторов (ощущающих прикосновения) в норме поступает в кору больших полушарий, где вместе с информацией от органов зрения формирует у человека образ тела. При любом изменении данных от рецепторов-«информаторов» этот образ несколько изменяется. Правда, обычно это происходит постепенно и практически незаметно - например, когда человек растет.
Радикальная же перемена в составе тела может повлечь за собой неожиданные последствия. Вполне вероятно, что пациент, перенесший пересадку головы / тела, может не опознать руку или ногу как свою. В таком случае она будет мешать человеку, так как он постоянно станет акцентировать на ней внимание (вспомните, как хотелось в детстве потрогать языком только что вылеченный зуб с новой пломбой или расчесать ссадину). Возможен и другой вариант: кора головного мозга запомнит расположение, форму и силу конечностей предыдущего тела, а раз их ощущение никуда не ушло, эти уже не существующие конечности будут восприниматься как фантомные.
Разумеется, это не все возможные проблемы. Сама личность человека, перенесшего пересадку головы, вполне может необратимо измениться - правда, никто пока не может точно сказать, как именно.
В те далекие и трудные 90-е годы наш сугубо женский коллектив был довольно разнообразен: молодые девчонки после института и опытные закаленные работницы с не очень оконченным или совсем не начатым средне-техническим и высшим образованием. И надо же было случиться, что во время очередного отпуска Ирины Леонидовны Начальник принял несколько новых инженеров.
Одну из девушек прикрепили ко мне на стажировку. Смышленая черноглазая Инночка была до неприличия красива: белокожа, черноброва, стройна, с пышной волнистой косой. Один только недостаток был у моей ученицы, в котором она мне призналась в первые дни. Чтобы сосредоточиться, ей нужна тишина! Ничего себе! Такая роскошь не предусмотрена в кабинете, где трудится 11 (только вдумайтесь в эту цифру!) женщин. Непрерывно звонит телефон, заходят нервные и бестолковые клиенты с глупыми вопросами.
- Как бы мы хорошо жили, если бы не было клиентов! - иронизирует над собой Елена Анатольевна после очередного посещения, выносящего мозг за пределы черепа. - Начальник говорит, клиентов надо любить, они нам ближе, чем родственники. Но почему не получается?!
- Да ну! Вы все так терпеливо объясняете! Даже я поняла! - искренне хвалит ее Инночка. И с тревогой спрашивает:
- А у вас всегда так шумно?
Мы переглядываемся, и я твердо отвечаю:
- Всегда. Это нормальная рабочая обстановка. Настраивайся, что лучше не будет. А когда выйдет из отпуска Ирина Леонидовна…
И вот этот день настал. Отдохнувшая и загоревшая на территории своего шестисоточного дачного участка Ирина Леонидовна, триумфально появляется, угрожающе шурша пышной юбкой в складочку. За пару часов насыщенного информацией замечательного утра первого рабочего дня она докладывает о сортовом разнообразии и потрясающем воображение количестве выращенного урожая, эксклюзивных рецептах домашнего консервирования и, как логическое следствие, о новой идее-фикс, овладевшей ее телом и душой, - надо переезжать в дом!
Подобно тетереву на току, поющему себе славу, она увлекается и не сразу узнает, что пополнение коллектива произошло без ее ведома и непосредственного участия.
- Высшее образование еще ни о чем не говорит! - бросает она первый лозунг. - Работали раньше без него - и слава Богу! Я считаю, и техникума достаточно, главное, опыт! И вообще, я давно говорила, нашей работе даже обезьяну можно научить!
Мне так и хочется съязвить: «Вам виднее», но я удерживаюсь. Замечательно, что Конституция гарантирует 24 дня отпуска, видимо, за этот период мои нервные клетки обросли некоторым слоем пофигизма.
- Начальник хочет повысить уровень предприятия, - задумчиво объясняет Елена Анатольевна, - возможно, при следующем сокращении будут отдавать предпочтение инженерам. Работай хорошо, старайся, сейчас такие времена, что на стаж не посмотрят.
И зачем только так неосторожно задевать глобальную тему, что первично - курица-опыт или яйцо-образование? С энтузиазмом вступив на стезю обсуждения, насколько наличие или отсутствие высшего образования влияет на характер и судьбу среднестатистического человека, Ирина Леонидовна с долей снобизма вещает:
- Вот мы! Институтов не кончали! По многу лет отработали!
Не получив ответа ни от тех героинь, которые институтов не кончали, ни от молодых и наглых тихонь, которые рискнули его закончить, она ворчливо жалуется равнодушному пространству:
- Понаприходят тут с высшими образованиями и сидят. А что? Я могла бы после техникума дальше учиться пойти? Нет, конечно. У меня уже был муж, двое маленьких детей и больная свекровь на руках.
- Лена, вот ты скажи, - срывается она с места. - Корову выгодно держать?
Елена Анатольевна изучающе смотрит на нее поверх очков, преодолевая искушение ответить и тем самым нечаянно нарушить естественный и логичный ход ее рассуждений.
- Лена, вот у моей матери была корова, это всегда живая копейка! И сметану можно продавать. Я квартиру обменяю на дом. Буду курочек держать. И корову.
В нашем отделе практически у каждой уважающей себя «рабыни Изауры» была различных размеров «фазенда», на которой мы тратаботы. Некоторые счастливицы, такие как я, например, переехали из квартиры в частный дом, чтобы овощным витаминным изобилием восполнить нехватку средств на покупку белков, жиров и углеводов. Этот мой поступок Ирина Леонидовна одобрила с восхищенной завистью:
- Лера, я всегда говорила - ты умная! А с моим толстолобиком разве можно вопросы решать? Как ты только додумалась в дом переехать?!
- Да у нас две дачи было, когда в квартире жили. Не наездишься.
- У нас тоже дача есть! Но я редко там бываю. Прошлый раз привез меня муж на нашем «Запорожце», я прилегла в тенечке на раскладушку и так задремала! Вот когда у меня будет дом, я обязательно гамак во дворе сделаю!
Я удивляюсь вслух:
- Э-э, а урожай, который Вы вырастили? Во время отпуска?
Ирина Леонидовна неопределенно машет рукой:
- Так это мой… «толстолобик».
Елена Анатольевна не выдерживает:
- Ира! Да ты знаешь, как это? Жить в своем доме? Я встаю в четыре утра, чтобы у коровы в сарае убрать, покормить, помыть ее, подоить. Молоко процедить. И на работу к восьми. После работы огород, полив, птицу накормить, снова корову подоить. Какой гамак?!
В благословенной тишине слышно шуршание бумаг и шорох листьев за открытым окном. После недолгого молчания спираль мыслительного процесса Ирины Леонидовны проходит новый виток и облекается в слова:
- Понапереезжали тут в дома, и сидят! Вот я найду дом, еще лучше вашего. Курочек заведу. Это очень выгодно, они одну траву едят. А вообще надо меньше тратить. Мой отец говорил, богатый тот, кто тратит меньше, чем получает. Что-то у меня денег до зарплаты не остается. Наверное, я не хозяйка.
Елена Анатольевна нервно пожимает плечами, чтобы снова не ввязаться в плодотворную дискуссию.
- Как их меньше тратить? Что-то мне есть захотелось. Сбегаю-ка я в магазин, - на ходу сообщает Ирина Леонидовна, скрываясь за дверью.
Едва дождавшись, когда она уйдет, Инночка сердито спрашивает:
- Это что, так все время будет?
Я вскакиваю из-за стола и прохожу по комнате, крутя воображаемыми внушительными телесами и ехидно декламируя:
- Наверное, я не хозяйка! Пойду, пожалуй, булочку куплю! И скажите спасибо, что не кильку!
Девчонки фыркают, а Инна простодушно возмущается:
- Кильку? На работе? Как можно?
Две румяные плюшки с сахаром, купленные Ириной Леонидовной, явственно указывают на ее испорченное настроение, ибо чем еще приличная женщина может подсластить себе жизнь?
Смачно употребив одну булочку с чаем из облепихи, выращенной на собственной фазенде, и несколько подобрев душой, Ирина Леонидовна принимается бесцеремонно изучать Инну.
- А чего это ты такая красивая? - неожиданно изрекает она. - У тебя фигура, лицо. Ты - прямо модель!
- Спасибо, - сдержанно отвечает Инна.
- И волосы роскошные. Зачем ты их в хвост завязала? Ты еще молодая, можно их распустить. Ты знаешь, чем моложе женщина, тем длиннее волосы.
- Да жарко от них, очень густые. Я короткую стрижку не могу сделать, их надо выпрямлять и укладывать утром по часу, я не успеваю.
- Вот-вот. И я говорю. Что тебе на нашей работе делать? Тебе в кино сниматься надо, а не тут сидеть!
Инна пожимает плечами, не найдя ответа.
Ирина Леонидовна обращается ко мне:
- Что ты с ней возишься, учишь ее? Вот я всегда знаю, из кого получится работник, а из кого нет!
- Обо мне Вы тоже самое говорили, - возражаю я. Но она не унимается:
- Как тебя, а… Инна. А хочешь булочку? Смотри, я ее тут немного откусила. Но это не страшно, я отрежу с этой стороны.
Она делает несколько надрезов ножичком, подготавливая булочку к торжественной передаче.
- Нет, спасибо, не хочу.
- Кушай, Инночка, кушай! Ты что, поправиться боишься? Да у тебя прекрасная фигура, - продолжает настаивать Ирина Леонидовна и подкладывает ей на стол порядком помятую и покромсанную плюшку, - тебе это не грозит! А я не хочу больше, куда же мне ее девать? Хорошая же булочка!
- Спасибо, Ирина Леонидовна, я не хочу! У меня работы много, - Инна упорно возвращает угощение и все еще пытается вникнуть в документы.
- Ну, потом съешь! Что же, только мне толстой ходить?!
И когда Инна снова твердо отказывается, она усаживается за свой рабочий стол, пару раз сердито кусает булочку, приговаривая с набитым ртом:
- Понаприходили тут худые и сидят. Булочек они не едят! Не хочешь, собаке отнесу. У меня в подъезде собака живет. Еще как обрадуется.
Спасение приходит в виде клиента, который к своему несчастью попадает на обслуживание к Ирине Леонидовне, полной бодрости после отпуска.
- Кто Вас послал? - строго спрашивает она его, грозно водружая на нос очки.
Слегка растерявшийся не старый еще мужчина, до сих пор считавший себя вполне сообразительным, блеет что-то невразумительное.
- Кто Вас послал, я спрашиваю? Ну, вот Вы утром встали, умылись, оделись, и?
- Что? - он совершенно сбит с толку.
- Почему решили к нам пойти? Подумали, а пойду-ка я схожу… Куда? К нам. Почему именно к нам? Наверное, Вас к нам кто-то послал?
Я трогаю за рукав мужчину, оцепеневшего от непосильной умственной задачи:
- У Вас должен быть запрос или направление.
- Конечно-конечно! - облегченно спохватывается он, запускает руку по локоть в клетчатую авоську и достает пухлый сверток с документами:
- Я уже столько по инстанциям хожу, тут наверняка что-то есть. Выберите, что Вам нужно.
Ирина Леонидовна роется в его папке и приговаривает:
- Ну вот! Я же говорю! Главное, чтобы был правильный посыл!
В это время я замечаю глаза Инночки, полные слез. Она спрашивает моего мнения, как наставника и старшего друга:
- Валерия Михайловна, я сильно на свинью похожа? Я толстая? И мне можно скармливать недоедки?
- Что ты, Инночка! Ты такая красивая! И умница! Считай, что ты прошла боевое крещение булочкой!
Вот живем,…живем …, учит нас жизнь, учит, а так нечему и не научила.
Это первое лето, когда хочется не моря, а мира.
Человек стоит перед жизнью, как перед безграничным
океаном, но в руках у него только чайная ложка.
&
Войны не закончатся, пока люди готовы убивать за мир.
Мечты заводят нас обычно намного дальше, чем если бы мы шли сами.
Когда нечего терять - обычно тогда и теряют всё.
Тамагавк у дяди Леши
не плохой и не хороший,
Просто тамагавк.
Дядя Леша с тетей Прошей
Ходят с ним в сбербанк.
В банке пенсия возможна
И проценты с депозита,
Если пенсию дадут -
Погашение кредита.
В общем все возможно в банке
Если в сумке тамагавки
Если я брожу в порту голодный, то сравниваю свое положение с неким воображаемым «я», который еще к тому же болен раком. Сравнение на минуту делает меня счастливым, потому что у меня нет рака и я всего лишь голоден.
Все познается в сравнении. И в моменты, когда вам плохо, когда кажется, что вы самые несчастные в этом мире - сравните. Если люди, которые и мечтать не могут о вашем «плохо», которые не смогут его почувствовать…
С годами больше чувствуешь любовь.
Всю нежность, понимание, заботу.
Становимся мы ближе вновь и вновь,
Бывает в тех глазах читаем мы тревогу.
Тревогу за любовь, за доброту и силу,
Что дала прожить нам вместе столько лет,
Остаться одному не каждому под силу,
Дай Бог прожить нам вместе еще много лет
Вероятность того что все люди смертны - достаточно велика. Но случаев отказов от рождения пока ещё не зарегистрировано.