Я Погибаю Без Тебя
Как блестит на солнце битое стекло
Было незаметным целое оно
Понял я насколько ты была родной
Лишь когда расстались мы с тобой.
Мысли растревожит дней прошедших тень
Мы с тобой совсем чужие уж не первый день
Как туманным утром гаснут фонари
Растворится крик моей души.
Припев:
Я погибаю без тебя
Я погибаю без тебя
Не могу поверить и боюсь открыть глаза
Я погибаю без тебя.
Как под ярким солнцем тает первый снег
Проливает дико слёзы мой недолгий век
В тёмном море жизни гаснет хрупкий свет
Но тебя я не забуду, нет!
Как блестит на солнце битое стекло
Было незаметным целое оно
Пусть горят осколки россыпью огней
В паутине бесконечных дней.
Жизнь - это сделка. Сделка с Богом. Он дает тебе жизнь, а ты должен что-то отдать взамен. Это не подарок, нет. Это - кредит. Ты не можешь только брать,
ты должен и отдавать.
Мы любим говорить о пустяках, скрывая что на сердце наболело… И может кто то, глядя на меня, шепнет кому то,-«» Крашенная стерва" … Ты глянь, как будто нет других проблем, - живет, жует не парится «о главном», поймала мужика, чтоб «пить кровей» и ездить на Ямайку и Багамы"…А шуба… А ножищи… до ушей… Ее работать, фиг теперь заставишь … Мужик, наивный, - «нежный добрый зверь»…А из детей, - сибирский кот, да мама… Пахает «папой карло"день за днем, чтоб угодить жене, коту и теще… А самому, сбежать, куда то в лом… Да и найдут, поймают » не возропщешь «Ты, погляди, губишши- шоколад!- Как у Джоли? -Да нет, у той поменьше… А кофе пьет, как курит «самосад»…Ой!Я бы ей вкатил, чего похлеще… Глазюки, как у ведьмы, посмотри! На нас как зыркнет, прямо мне неймется… Когда она отсюда улетит?-.А может ждет кого.- Весну и солнце!.. Куда, же наши куры понеслись? Ну где ж их носит?.. Битый час… заждамши …А эта… Тоже… в зеркало глядит! Сложила руки, как мадам-с на «глянце» «…Сижу… внимаю этой лабуде… Жду мужа… Год в кино не собирались… И вот опять, застрял «на тупике»… Пью кофе! И зачем то… улыбаюсь!
Жизнь, как написанная картина художником, где краски и сюжет
зависят не только от окружающего мира, но и от его таланта, воли и желания.
Вы можете делать эскизы татуировок,
Хранить чьи-то фотографии с тренировок,
Среди миллионов селфи в сети кружиться,
Искать в них загадки, мобильный достав из джинсов.
Любите рок-логотипы и боди-арты,
Чертите свои детали, слова и карты,
Клянитесь в их совершенстве мышам и лисам,
А Мона Лиза останется Моной Лизой.
Жизнь разбросала бонусов немало,
увы, во многих не попало,
иных побило, даже очень,
тоже проблема, между прочим.
Надо жить…
Нет, пожалуй, важнее,
горячее насущных всех тем,
надо жить,
и нести, не робея,
сквозь туманы,
котомку,
проблем.
Закопанный талант может прорасти самыми неожиданными ростками.
Каждому овощу - своё время, а каждому времени - своя старуха у разбитого корыта…
Человек, бросивший тебе «спасательный круг», потом сам же тебя и утопит…
- Добро от зла как отличить?
- За зло приходится платить.
Как скучно стало жить:
платить, платить, платить…
Так модно, удобно, привычно,
но как-то не симпатично,
по сути своей неприродно,
и даже антинародно,
придумал какой-то же псих,
проплату за каждый чих,
за каждое «да», и бумажку,
чтоб нас не считали букашкой,
а гордо рекли - человек,
безумный, безумный наш век!
Ноябрь приходит снова, чтоб мне заменить весну. Мы, кажется, с ним знакомы, да только не в этом суть. Ноябрь кидает листья, как россыпь златых монет. Я вижу размытость истин, ведущих меня к весне, и блеклая рябь на лужах скрывается в корке льда. Слова мои - горсть жемчужин, да некому их отдать: стучат где-то в горле гулко и светятся в темноте. Ноябрь по переулкам проносит штандарт смертей.
Весну не допустят в город, ведь в городе правлю я. По нашим простым законам положено расстрелять любую частичку солнца, блестевшую на снегу. Ноябрь рычит и рвётся, почуяв весенний гул. Держу его на предплечьях с заката и до зари. Когда наступает вечер, устало иду курить. Ноябрь лежит на троне и мантией ждет меня. Никто не посмеет тронуть присутствие Ноября. Мой замок давно закован и в дерево, и в бетон. Блуждаю по коридорам, пытаясь найти балкон. Здесь где-то он точно будет, мы все-таки не в тюрьме. На следующей секунде я вдруг замечаю дверь. Толкнуть, отворить и выйти. И накрепко сжать кулак. Все дело в моем инстинкте: тут что-то идёт не так. Но, видимо, слишком поздно: я в клетке горячих рук. Март бледен и несерьезен. «Привет, - говорит, - Мой друг. Ты, видно, меня заждался, ну вот он, ну вот он я. Все держится на балансе: кому распивать коньяк, кому-то курить сигары, кому умирать весной. Я слабость, и я же ярость, а ты - меркантильный сноб.»
Я вздрагиваю всем телом: Март резко вонзает нож. Из ран моих бьёт сиеной кровавый горячий дождь; весна проникает внутрь и жжёт золотым лучом. Я, кажется, все напутал, мне б сплюнуть через плечо. Неужто в моих законах всевластие Ноября? Отныне таких знакомых попробую избегать.
Вот взгляд опускаю ниже и вижу в груди дыру. С такой же герои книжек обычно идут ко дну. Но здесь не обычный случай, а значит, пора рискнуть. Мне отдана эта участь - в себе возродить весну.
Я знаю, что я способен. Я Цезарь, и я же Брут.
Подснежники между рёбер, хоть медленно, но растут.
Только выйдешь из запоя,
Нет спокойствия в душе:
Как-то странно мир устроен -
Слишком много алкашей.
- Как ты думаешь, что портит людей? Власть? Деньги? Слава?
- Люди.