Нельзя раньше времени ни реветь, ни радоваться! Жизнь покажет!
Мечтать пожить, так, как другие,
нам никогда не надоест,
да только кто подставит плечи,
под крест?
Есть свобода духовная и есть материальная свобода. Одна возможна без другой, но подлинно полноценной жизнью можно назвать лишь ту, что образуется при их слиянии.
Жизнь научила меня лишь тому, что всегда нужно брать с собой зарядку от телефона.
И что за странный вздор -
Весь груз привычный свой,
Всё прошлое своё
Всегда нести с собой.
Без ноши и без слёз,
Без тягот - налегке
Сбегаю я к тебе,
Как под гору к реке.
И вот уж до тебя
Почти подать рукой…
Пусть ясность навсегда
Заменит нам покой.
А край, где так светло
И хорошо вдвоём,
Ничем не оградим,
Никак не назовём.
Жизни, я думаю, мало,
Чтобы побыть мне с тобой! -
Спрячь, полосатая, жало,
Дай насладиться судьбой!
Я упаду на колени,
Чтобы просить об одном:
Чтобы по этим ступеням
Мы поднимались вдвоём.
Вместе, смеясь и рыдая,
Вверх, до незримых высот,
Вместе, твой мёд доедая
Из запечатанных сот.
Ты же для нас плодоносишь,
Жало оставь в стороне…
Ты нас когда-нибудь спросишь:
«Жизнью довольны?». - «Вполне!»
Всегда улыбайся и говори «спасибо», когда тебе вручают корзину с дерьмом. Тогда тот, кто вручает, может и призадуматься. С чего бы ты вдруг обрадовался дерьму? Может оно не такое уж и дерьмо? Пусть он терзается в сомнениях. А поквитаться с ним можно и позже, когда он повернётся к тебе спиной.
Не гоняйтесь за тем, чего нет. Может быть, ну, а может не быть Тормозните своих мыслей бег, То, что рядом бы не упустить.
Не гадайте, что будет не будет, Вы цените, что с вами, сейчас!
Почему в сказки веруют люди… А, ведь жизнь нам дана только РАЗ.
Мы живём, точно в сне неразгаданном,
На одной из удобных планет…
Много есть, чего вовсе не надо нам,
А того, что нам хочется нет.
Родившиеся в золотой люльке, бывают несчастны отсутствием стимула к жизни.
Людям свойственно стареть с годами,
глупые ошибки совершать.
Жизнь летит слепыми мотыльками.
Постарайтесь их не распугать…
А у меня в венах красные мочат белых,
рвут друг друга на клетки, на куски ДНК.
Эта война впиталась в каждую мышцу тела.
Не высыхают веки, стала слюна горька.
Сколько бы ты не бегал, тень догоняет в полдень,
бьёт в сплетение пальцем, чёрным от немоты.
Только сдавивший мину от суеты свободен.
Редкий, поймавший пулю, не заступил черты.
Память корёжит мысли, спать не дают рефлексы:
всё норовишь, как в землю, вжаться лицом в кровать.
Одним поцелуем в шею войну изгони, как беса, -
на жертву, но станет меньше. И наконец-то - спать.
я хочу быть ребенком: наивным и смелым,
ничего не бояться и верить в добро.
я бы снова писала по черному белым:
«два плюс два - ну, четыре, конечно, равно!»
ну, конечно, боялась бы в школу без сменки,
и, конечно, бежала бы первой с звонка,
с каждых чашек молочных спивала бы пенки,
и не знала бы вовсе, что значит тоска.
я боялась бы папу (и маму, наверно),
я боялась бы поздно вернуться домой;
мне казалось бы все в этой жизни бессмертным,
и ничто не тревожило б детский покой.
я хотела бы плакать от ссадин и шишек,
и не плакать от горя ушедших людей.
я б без всякой любви целовала мальчишек!
я б ребенком была среди этих детей!
я любила бы все, не боясь ошибиться,
я бы каждое утро спешила гулять.
вот бы в мире детей мне опять очутиться!
на неделю,
на день,
на минуточек пять!
но, похоже, я выросла - стала огромной
беззащитной, но смелой.
и доброй
и злой.
и домашней я стала,
и стала бездомной.
и тяжелой я стала,
и стала
простой.
Вера - лучше всего в Себя! Истинный Бог - Природа!
Смотришь на всю эту шикарную жизнь подруг на фотках в «Одноклассниках», а потом приходишь к ним домой, а там нищета, бардак, кошки, советский ещё ковёр на стене, муж сидит на замызганной кухне, жрёт ливерную колбасу, макая её в банку с томатным соусом «Краснодарский», вытирает руки об засаленные вьетнамские треники «Адидас»… и сразу на душе такооооеее умиротворение…