Плачет окошко
Накурено, што ли,
Клавдия плачет навзрыд.
Разные слезы,
Разные роли,
Но где мне найти бы карбид?
Карбида давно не найти в магазине -
Пойти ль из-за этого свататься к Зине?
Но с улицы громко скребется в окошко
Какая-то глупая кошка.
Это только кажется, что за всё платят деньгами. За всё действительно важное платят кусочками души.
в детстве все проще, честней и понятнее:
нет перехода от черного к белому -
не дай мне взрослеть, мне намного приятнее,
верить в тебя как в единое целое.
я не хочу быть готовой к предательству,
я не хочу быть серьезной и опытной.
мне чтобы знать не нужны доказательства:
я верю тебе, без сомненья, без ропота.
я верю в тебя - что еще замечательней!
верю, что сбудется все, что захочется!
верю осознанно и бессознательно,
и вера моя никогда не закончится.
все от того, что в сомненьи и взрослости
падают люди и меньшатся истины:
-
не дай мне взрослеть:
я боюсь одиночества.
взрослость души, как и гибель -
бессмысленны.
#ахастахова
Если задав вопрос, ты не услышал ответа - не унижайся, не повторяй дважды. Скорее всего тебя не хотели слышать.
- посмотри, как теперь расцвела наша улица,
словно не было зим и осевших снегов!
ты мне шепчешь: «и ты расцветешь, моя умница,
стоит только по новой поверить в любовь».
- посмотри, за окном светит солнце до вечера,
и тепло по ночам возвращаться домой.
только жаль, ничего в этой жизни нет вечного,
ну, а значит все снова погибнет с зимой.
посмотри, как поют соловьи у околицы,
словно не было этой тугой тишины.
если б знал ты, как думать о грустном не хочется,
но в мороз эти птицы - обречены.
и опять пред тобой я пустая, раздетая,
но, укрыв одеялом, ты шепчешь мне вновь: «в этой жизни все зимы покажутся летами,
нужно только по новой поверить в любовь».
Невозможно прожить без любви,
Без свиданий и радостных встреч!
Очень хочется чувства свои,
Нам на долгие годы сберечь!
Когда в мой дом любимая вошла,
В нем книги лишь в углу лежали валом.
Любимая сказала: «Это мало.
Нам нужен дом». Любовь у нас была.
И мы пошли со старым рюкзаком,
Чтоб совершить покупки коренные.
И мы купили ходики стенные,
И чайник мы купили со свистком.
Потом пришли иные рубежи,
Мы обрастали разными вещами,
Которые украсить обещали
И без того украшенную жизнь.
Снега летели, письмами шурша,
Ложились письма на мои палатки,
Что дома, слава Богу, все в порядке,
Лишь ходики немножечко спешат.
С любимой мы прожили сотню лет,
Да что я говорю - прожили двести,
И показалось мне, что в новом месте
Горит поярче предвечерний свет
И говорятся тихие слова,
Которые не сказывались, право,
Поэтому, не мудрствуя лукаво,
Пора спешить туда, где синева.
С тех пор я много берегов сменил.
В своей стране и в отдаленных странах
Я вспоминал с навязчивостью странной,
Как часто эти ходики чинил.
Под ними чай другой мужчина пьет,
И те часы ни в чем не виноваты,
Они всего единожды женаты,
Но, как хозяин их, спешат вперед.
Ах, лучше нет огня, который не потухнет,
И лучше дома нет, чем собственный твой дом,
Где ходики стучат старательно на кухне,
Где милая моя и чайник со свистком.
Что за вопрос: «Сколько я ВЕШУ???»… вопрос в ТОМ, сколько ТЫ можешь… УНЕСТИ…)))
Поверь ты просто ошибаешься,
Нет я совсем другой … не он.
О нём страдаешь, сердцем маешься,
Что до меня, то твой я сон.
Мой путь земной от ожидания,
Не угасающих костров.
За пеленою все желания,
Там где была моя любовь.
От притяжений звёзд мерцания,
Останусь путником в ночи.
Вкус нежных губ не знать касания,
Душа от этого молчит.
Проходит время мир меняется,
Найду ли свой, когда покой!
Мечты, как птицы разлетаются,
Опять блуждаю под луной.
Частицей стану мироздания,
Со мною снова небосклон.
До твоего дойдёт сознания,
Что я совсем другой … не он.
Друзья! Не присылайте мне на страницу фото заряженных денег… Присылайте почтовым переводом обычные. Заряжу я их сама!
Расслабьтесь, лицемеры и лжецы.
Не скальтесь, вы - бездушные шакалы.
Как человеки все вы мертвецы.
Я выживу, во что бы то ни стало.
Я выживу неправде вопреки.
Порву бетон застывших безразличий.
Без совести, увы, вы слабаки,
Хоть и живёте под обличьем бычьим.
Я выживу в засушливом песке,
Я выживу на волнах океана…
Не изменю ни правде, ни себе,
Среди заплесневелого обмана.
Я выживу, назло оскалу лжи.
Голодным волкам пищей я не стану.
Я выживу. Обязан просто жить,
Разжав удушье цепкого капкана.
Не путайте бабочек в животе с молью в шкафу.
Как много тех, с кем можно лечь в постель,
Как мало тех, с кем хочется проснуться,
И утром расставаясь улыбнуться,
И помахать рукой и улыбнуться,
И целый день волнуясь ждать вестей.
Как много тех, с кем можно просто жить,
Пить кофе утром, говорить и спорить,
С кем можно ездить отдыхать на море,
И как положено, и в радости и в горе,
Быть рядом, но при этом не любить.
Как мало тех, с кем хочется мечтать,
Смотреть, как облака роятся в небе,
Писать слова любви на первом снеге,
И думать лишь об этом человеке,
И счастья большего не знать и не желать.
Как мало тех, с кем можно помолчать,
Кто понимает с полуслова, с полувзгляда,
Кому не жалко год за годом отдавать,
И за кого ты, сможешь, как награду,
Любую боль, любую казнь принять.
Вот так и вьется эта канитель,
Легко встречаются, без боли расстаются,
Все почему? Все потому, что много тех,
С кем можно лечь в постель,
И мало тех, с кем хочется проснуться.
Мы мечемся, работа, быт, дела,
Кто хочет слышать, все же должен слушать,
А на бегу увидишь лишь тела,
Остановитесь, что бы видеть душу.
Мы выбираем сердцем, по уму,
Боимся на улыбку улыбнуться,
Но душу открываем лишь тому,
С которым и захочется проснуться.
Как много тех, с кем можно говорить,
Как мало тех, с кем трепетно молчанье,
Когда надежды тоненькая нить,
Меж нами, как простое пониманье.
Как много тех, с кем можно горевать,
Вопросами подогревать сомненья,
Как мало тех, с кем можно узнавать,
Себя, как своей жизни отраженье.
Как много тех, с кем лучше бы молчать,
Кому не проболтаться бы в печали,
Как мало тех, кому мы доверять
Могли бы то, что от себя скрывали.
С кем силы мы душевные найдем,
Кому душой и сердцем слепо верим,
Кого мы непременно позовем,
Когда беда откроет наши двери.
Как много их, с кем можно не мудря,
С кем мы печаль и радость пригубили,
Наверно только им благодаря,
Мы этот мир изменчивый любили.
Люди привыкают ко всему
Может быть не сразу, постепенно.
Только непонятно почему
Привыкают к боли и изменам.
И к тому, что предают друзья,
И к тому, что близкие уходят…
Говорите, привыкать нельзя?
Мы и сами понимаем, вроде.
Но устроен странно этот мир -
То, что раньше было невозможно,
Незаметно принимаем мы,
Так логично, мудро, осторожно.
Ничего не поменялось тут.
Просто всем нам далеко не двадцать.
Люди привыкают и живут.
А куда прикажете деваться?
Петр Давыдов
Не молчите - жизнь коротка.
Но и много тоже не пи@дите - она станет еще короче…)