Душа чиста лишь у ребёнка.
Он ангел, не запятнана она.
Не бродит где-то там в потёмках,
И не стоит днём у окна.
Не можем мы сказать кому то,
Душа чиста, как белый снег.
Бывает, чтоб спасти кого-то,
Берём на дУшу чей то грех.
Когда совсем-совсем устал и кажется, что лучше было бы закончиться, только бы не длиться в бесконечной череде бессмысленных и суетных, бестолковых, глупых дел, когда душа изнемогает от проблем и тягот, не надо корить её за сластолюбие, хоть она того и заслуживает - наверняка. Нет, укором уставшую душу не принудить к жизни. Скорее наоборот…
Но стоит подумать о любимых, о тех, кто ЕСТЬ в твоей жизни, кто наполняет её смыслом и содержанием, кто сам есть твоя жизнь, и туман рассеивается, надежда окрыляет душу хоть крохотными, почти комариными, крылышками.
А потом, как только представишь себя - такого огромного - летящим на комариных крыльях, непременно улыбнёшься. И отчаяние отпадёт прихлопнутым комаром, а крохотные крылышки души подрастут. И ты уже сможешь хотя бы упереться лбом в стену отчаяния, и будешь её держать, чтобы она не привалила тебя и не прихлопнула - как комара, пока не ощутишь, что ты - огромный, с огромными крыльями. Не своими конечно, взятыми напрокат у небесных и земных друзей, на время сражения с унынием.
Крыльями одаривает только любовь: те, кто нас любит и кого мы любим - они наши надёжные заступники перед всё охлаждающим и всё пожирающим мраком небытия. Будь, и убежит от тебя мрак! Люби, и заступится за тебя свет!
Мрак рядом, пока ты помнишь себя, пока жалеешь себя, пока хнычешь, как брошенный ребёнок, пока любишь себя больше, чем другого.
Любовь твоя родит тебя нового. Но только если ты зачат любовью, если любишь и любим. Страдания часто становятся колыбелью для такого новорожденного, и свет пеленает его своими крыльями.
Любовь ВСЕГДА спасает, если ты есть, а ты есть только, когда ты и любовь - одно.
Скажите, а ощущать тепло человеческого тела- это приятно?
- Очень. Но гораздо приятнее ощущать тепло человеческой
души.
Со временем, после множества несбывшихся надежд, разрушенных песочных замков, наше сердце покрывают шрамы. Душевные, они порой гораздо глубже физических… По ним можно прочесть наше прошлое. Но далеко не каждому мы можем вновь открыть свое сердце. Шрамы на сердце видят лишь те, с кем мы откровенны…
«День за днем, за годом год
Утекают как вода.
Все что было, то прошло
И не будет никогда.
Только память сохранит
Смех друзей, обрывки фраз.
Ничего нельзя забыть,
Это прошлое внутри нас.
И вместо тех, кто был с тобой,
Лишь пустота бездонных дыр.
Но жизнь идет, отступит боль,
Ведь так устроен этот мир.
Все заживет, оставив шрамы.
В сердце шрамы…
На память…"
А душа у меня, как побитая кем-то дворняга,
Всё скулит и всё реже летает - устала, бедняга…
Я решил предложить ей покой, равнодушье, нирвану.
А она мне в ответ - ты глупец, я другой и не стану!
Истончились, наверно, защитные все оболочки,
На дороге судьбы даже малые чувствую кочки…
И никак не дождаться мне, видно, небесную манну,
А неверный мой шаг превращается в рваную рану!
Если б мог защитить свою душу надежным доспехом,
Сразу в жизни моей стало вчетверо больше успехов!
Шёл по судьбам чужим и собой был доволен вполне!
И на тех наступал, кто недавно топтался по мне…
На «своих и «чужих «поделить всех людей так не просто.
Даже если они непохожи и разного роста…
Ведь у каждого там, в середине, есть что-то живое,
(Хоть и грязная лужа, а небо в ней все ж голубое!)
И идём мы с моею «побитой дворнягой», хромая,
Если я запою, и она иногда подвывает…
Её не нужен покой, и нирваны душа не приемлет,
И со мной то кричит, то молчит, то тоскует, то дремлет…
Поплачь сейчас, пока никто не видит. Рыдай навзрыд, пусть будет мокрым все вокруг… Так надо, что бы сильной стать когда придет пора…
Душа комком… А ты не в ласковые объятия ее взял… А ты по ней катком…
Сколько стоит одна душа, не стоит весь мир.
Мой мир, подобен искре, ярко горит, но не замечает своего огня…
Если спросят, как ты выживаешь, я не отвечу, потому что не жил…
Понять сложнее печали, чем неминуемую радость…
Возможна ли виртуальная любовь? В вирте да, так она умирает…
Мы быстрее любим образ, придуманный нами, чем человека, который любит нас…
Замужняя дама, как тот цветок, ищет клумбу, чем кактус…
Не обещайте надежды, живите мимолетом…
Обижать не сложно, сложнее не обижать…
Женщина, нашедшая парня для здоровья, мечтает о любви…
Вот и твоя дорога закончилась, скажи ей на прощание слова прошедшей любви…
Опостыло доказывать свою правоту, проще быть тем, в ком живет одиночество…
В моей жизни дамы, больше любили себя, чем того, от кого они ждали отдачи…
Резать по живому, как устать искать несправедливость к самому себе…
Обещать не буду, но буду искренен к твоему вопросу…
Сказать правду, как оттянуть расставание…
Мы так привыкли лгать, что порой готовы верит черту, что его побеждает.
Delfik 2015 г.
Открываю дверь в себя - тихо.
Только рифмы по углам пылью.
И мечты под потолком бликом,
В переливах пузырей мыльных.
Написал бы я письмо в детство,
Да вот адрес не могу вспомнить.
Но для памяти я пью средство -
Одиночества стакан полный.
Вместо радости, любви вместо,
Жру стеклянную тоску с хрустом.
Мыслям старым в голове тесно,
Вот и лезут сединой густо.
Злобно фыркает судьбы поршень,
Жмет обиду как сухой кашель.
Что ж, у поезда колес больше,
Значит может увезти дальше.
Женщина будет с тем, кто не только тело оценит, но и душу насытит.
Бывает так прекрасен человек,
В нём всё красиво лицо и тело,
А поглубже внутрь загляни,
Там душа совсем заледенела.
Другой наоборот, посмотришь хлюпик,
И лицом не сильно то красив,
А как же тянутся к нему все люди,
Душа у человека вся горит.
АДАЖИО АЛЬБИНОНИ
Бывают дни,
когда в надрыве,
Тоскует, мечется душа,
И будто на краю обрыва,
Стоишь в смятеньи,
не дыша.
Когда весь мир неузнаваем,
И серой краской осенён,
И болью,
без конца и края,
Заполнен в миксте с сединой.
Когда из рук,
добро дающих,
Отчаяньем - лишь пустота,
Из уст,
ещё вчера - поющих,
Лишь тишиною - немота…
Тогда найди среди миноров,
Средь сонма музыкальных тем,
Адажио от Альбинони,
И погрузись в волшебный плен…
Изменит этот мир бесцветный
Прекрасных звуков высота,
Раскрасит кистью многоцветной,
Исчезнет боль и пустота…
Адажио от Альбинони -
Волшебных звуков высота…
Сердце в людях бывает слепое,
Бывает глухое, бывает немое,
Бывает от страха в пятки уходит
И где-то по венам там бродит и бродит.
Бывает от счастья рвётся наружу,
То вдруг леденеет, как в жгучую стужу.
Бывает что бьётся в груди словно птица,
Что в тесной клетке никак не сидится.
И трепыхает волнительно в тон,
Когда с любовью поёт в унисон.
Да, слеповато оно, в чём здесь беда?
Главное, чувства живут в нём всегда.
За это его упрекать не спеши,
Оно лишь всего отражение души.
Уж коли душа наша тоже незряча,
Мы не услышим сердечного плача.
Не отзовётся болью в груди
Душевные раны, что ждут впереди.
Так уж ли плохо, что сердце слепое,
Важно что бьётся, важно - живое…