Борис Гребенщиков - цитаты и высказывания

Собачий вальс
Сказали добрые люди,
Что нам грех жить на воле;
Наш путь — терпеть и страдать,
И лечь костьми в чистом поле.
Собачий Вальс
Звучит по всем направлениям,
дыши не дыши;
Собачий Вальс —
Болезнь души.

Их мир катится в пропасть
На фоне нашего роста;
Ещё бы сжечь эти книги —
Как все было бы просто.
Собачий Вальс,
Зашторить окна и дверь и
не впускать сюда свет;
Собачий Вальс;
Необходимости в других уже нет.

Но только Бог шельму метит
И в алтаре горит свечка.
Можно врать людям долго,
Но невозможно врать вечно.
Собачий Вальс
У всех в ушах, хотя на деле
вокруг тишина.
Из темноты
Загадочно восходит Луна.

Песни нелюбимых.
Песни выброшенных прочь.
Похороненных без имени.
Замурованных в ночь.
Песни перечеркнутых.
Песни сброшенных на лёд.
Песня больше не нужных
Звучит, не перестаёт.

У нас хорошая школа —
Прикуривать от горящих змей;
Вырвать самому себе сердце,
Стать ещё злей.
Держать голову под водой,
Не давать делать вдох;
И обламывать лезвие после удара
Потому что с нами Бог.

Наступи на стакан,
Если он выпит;
Голову в петлю
И с вещами на выход.
Господи, открой мне
Тайну Бытия;
Посмотри мне в глаза
И скажи, что это воля Твоя.

Можно долго ждать солнца,
Глядя слепыми глазами в зенит;
У нас внутри был хрустальный
колокольчик.
На него наступили, он больше
не звенит.
Эта музыка старее, чем мир;
Она нелепа и смешна;
Но я буду танцевать под неё,
Даже если она не слышна.

Ласковой душе —
Железное платье.
Кровью на песке —
Все люди братья.
Мне больше не нужны Твои
Тайны бытия.
Просто посмотри мне в глаза
И скажи, что это воля Твоя.

Мне не нужно касанья твоей руки
И свободы твоей реки
Мне не нужно, чтоб ты была рядом со мной,
Мы и так не так далеки.
И я знаю, что это чужая игра,
И не я расставляю сеть
Но если бы ты могла меня слышать,
Мне было бы легче петь.

Это новые листья меняют свой цвет,
Это в новых стаканах вино.
Только время уже не властно над нами,
Мы движемся, словно в кино.
И когда бы я мог изменить расклад,
Я оставил бы все как есть,
Но если бы ты могла меня слышать,
Мне было бы легче петь.

По дощатым полам твоего эдема
Мне не бродить наяву.
Но когда твои руки в крови от роз,
Я режу свои о траву.
И ни там, ни здесь не осталось скрипок,
Не переплавленных в медь
Но если бы ты могла меня слышать,
Мне было бы легче петь.

Так прости за то, что любя тебя
Я остался таким же, как был.
Но я до сих пор не умею прощаться
С теми, кого я любил
И хотя я благословляю того,
Кто позволил тебе взлететь
Если бы ты могла меня слышать,
Мне было бы легче петь…

Если бы ты могла меня слышать,
Мне было бы незачем петь.

Ушла «Аббатская дорога»,
Ушли «Орбита» и «Сайгон»,
Нам остается так немного
От наших сказочных времен;

Остались цифры телефонов,
В которых нас не узнают;
Осталось в улицах знакомых
Опять искать себе приют.

Но все ж ночами вижу лица,
И здесь не властен циферблат;
Боюсь проснуться, если снится
Тот, кто мне раньше был как брат.

В озере слов я нашел свою душу,
Читая следы свои на зеркалах.
Ты думаешь, я буду вечно послушен?
Думай, пока это так;

Когда-нибудь в час неясный и сонный
Снова проснутся в глазах облака;
Придет этот час, и я уйду вместе с солнцем
Дорогой, ведущей в закат.

Позвольте мне прервать ваши вечные споры,
Позвольте расшатать скрепы и оковы.
Время беспощадно, оно как волчица,
Вот мы сидим здесь, а оно мчится…

Ох бы жить моей душе на горе с Богами,
А ею играют в футбол сапогами,
Лезут как хотят, куда ж она денется,
А душа как шахид - возьмет и наебенится.

Как мы здесь живем - великая тайна.
Все кричат: «вира», а выходит «майна».
Бился лбом в бетон, думал, все изменится,
Бог с ним… время наебениться.

Время умирать и время рождаться,
Время обнимать и время уклоняться,
Время бить челом и время ерепениться,
И вот оно - время наебениться.

Я просил у ангела за меня вступиться,
Я смотрел в небо и видел в нем лица,
Я вышел к реке высохший от жажды,
И вот я стою, но не могу войти дважды.

Лучше будет жить с бородой по пояс,
Не лезть в огонь и жить не беспокоясь.
Тело мое - клеть, душа - пленница.
Хватит, поджигай, - время наебениться.

Не успели все разлить, а полжизни за кормою,
И ни с лупой, ни с ружьем не найти ее следы;
Самый быстрый самолет не успеет за тобою,
А куда деваться мне - я люблю быть там, где ты.

Вроде глупо так стоять, да не к месту целоваться;
Белым голубем взлететь - только на небе темно;
Остается лишь одно - пить вино да любоваться;
Если б не было тебя, я б ушел давным-давно.

Все, что можно пожелать - все давным-давно сбылося,
Я ушел бы в темный лес, да нельзя свернуть с тропы;
Ох, я знаю, отчего мне сегодня не спалося -
Видно где-то рядом ты, да глаза мои слепы.

Так что хватит запрягать, хватит гнаться за судьбою,
Хватит попусту гонять в чистом море корабли:
Самый быстрый самолет не поспеет за тобою -
Но, когда ты прилетишь, я махну тебе с земли.

Я вижу женщину, я слышу стук часов
Все замерло, все так кристально ясно
Вот полночь бьет и женщина прекрасна
Скажи ей сам - мне не хватает слов
Случится день, когда средь суеты
Где кажется чудесного так мало
Я вдруг увидел очертанья бала
Ты должен знать - там был и я и ты

Ты должен знать. И если жить любя
Здесь волшебство завязано судьбою
Принцесса, Золушка, вот женщина с тобою
А кто она - зависит от тебя…

Как на черном - так чистый, как на белом - рябой.

Ты можешь купить себе новый Hi-Fi,
Или просто идти в гастроном;
И медитировать на потолке,
Облитым дешевым вином.
Сложить свою голову в телеэкран,
И думать, что будешь умней.
Но, чтобы стоять, я должен держаться корней.

Жизнь разнашивается, как ботинок: чем дальше, тем удобнее. Может быть, выглядит со стороны хуже, а внутри все здорово.

Я не изменился. Я лучше понимаю, чего я хочу, и лучше знаю, как этого добиться. Но то, чего я хочу, так же недостижимо. Это - совершенство.
Есть старинный принцип: «Жить быстро, умереть молодым». Рок-н-ролльный такой. Умереть молодым не значит - умереть в раннем возрасте. Можно умереть молодым и в девяносто восемь лет. Старость - это когда человек теряет интерес к жизни, это замыливание восприятия… Человек должен быть мудрым - но не старым!

Черный ворон кружит над мостами
Черной гарью покрыта земля
Незнакомые смотрят волкАми
И один из них, может быть я.
Моя жизнь дребезжит, как дрезина
А могла бы лететь-мотыльком.
Моя смерть ездит в черной машине
С голубым
Огоньком.
Не корите меня за лукавство
не стыдите разбитым лицом
Я хотел бы венчаться на царство
Или просто ходить под венцом.
Но не купишь судьбы в магазине
Не прижжешь ей хвоста угольком
Моя смерть ездит в черной машине
С голубым
Огоньком.
Мне не жаль, что я здесь не прижился.
Мне не жаль, что родился и жил.
Попадись мне кто все так придумал
Я бы сам его здесь придушил.
Только поздно-мы все на вершине
И теперь только вниз- босиком.
Моя смерть ездит в черной машине
С голубым
Огоньком.

Время от времени ко мне в руки попадает новый набор слов, который еще точнее объясняет мне меня
самого.

- Вы испытываете боль когда Вас предают?
- А как меня могут предать?
- Нельзя?
- А как? У меня нет ожиданий. Если вы, например, захотите меня предать, то я буду не против, потому что я и не ожидаю, что вы будете мне верны.

- Неужели вы ни от кого в жизни не ждете верности?
- А зачем? Кому нужны эти дешёвые костыли? Какую верность? В чём? Вы ждете верности от куста ежевики?
- Хотелось бы, чтобы она соответствовала, не плодила малину вместо ежевики…
- Так чья эта вина? Куста ежевики или нас? От этого все и беды. Оттого что мы хотим, чтобы в жизни все было так, как мы хотим. Причём как нас научили хотеть.