на красной шапочке передник
рюкзак и белые банты
и мужикам теперь наверно
кранты
Бумаги чистый лист — Малевич в негативе.
Я увлекаюсь брендингом. И иногда водкингом с мартинингом.
Случилось так во что бы то ни стало.
Наркотики — это не моё! Товарищ милиционер, ну правда не моё это!
Я вместе с вами превращалась в неизвестно што.
— Извините, назову себя талантливым. Талантливый человек сам не может объяснить, почему он так написал. Зачитываешь какую-то фразу, которая вдруг вскрывается — и все аплодируют. Один знакомый из посольства в Румынии, ещё в советское время, спросил у меня: «Михал Михалыч, если отбросить успех, талант, то, что цитируют тебя — ну, конкретно, вот что конкретно? Чем тебе гордиться?» Через 20 лет я придумал ответ: «Да, если отбросить талант, юмор, то, конечно, я дерьмо. Но не будем отбрасывать!»
Смотрю на вас и думаю: какое это счастье быть с тобой!
Подругу с шестью детьми бросил муж. Сказал, что это не его.
Частица смерти — ночь. Частица жизни — день.
Порой бессонницы пылающее бремя
В сон не дает переступить ступень.
Ревнует смерть за отнятое время.
Жизнь простодушнее — не смотрит на весы.
Мы просыпаемся, а солнце уж в зените.
Вот плата за бессонные часы.
Спокойна смерть и шепчет: спите, спите.
Чтобы мужчина лучше клеился, женщины обезжириваются.
Речка тихо журчала в лесу,
Спотыкаясь о камни, пороги.
Старый мост, кое-как навесу,
Проложился на заросшей дороге.
Ивы медленно наклонялись
Тихим осенним ветром.
И сухой камыш, колыхаясь,
Стойко стоял желтым метром.
Листья желтые облетали,
И текли по теченью реки,
Словно кораблики проплывали…
Под мостом застревали суки.
Было тихо, но тишину нарушало
Редкое карканье серой вороны.
Отраженье в воде трепетало
Золотой деревьев короны.
Как не странно, осеннее время
Не таким уж кажется грустным.
Ведь слетает то летнее бремя
На деревьях, что выросло густо.
К зимней спячке готова природа.
Дождь слегка прольется грибным.
Меня радует эта погода,
Когда золотом пахнет лесным.
1 сентября 2015 года.
— Знаете как выяснить, что у человека айфон? Никак. Он сам вам расскажет об этом в первые пять минут знакомства.
— Зря вы так о владельцах айфонов… У меня вот десятый и я не хвастаюсь особо
Зайкина норка и норка для зайки — это одна и та же норка.
Корица, нервно крадущаяся по краю кофейной чашки.
Тростниковый сахар, никогда не идущий в дело.
Начинать наше утро с кофе — что день вчерашний
в любовь превращать, как в хлеб превращают Христово тело.
Поглощать ароматы, температуру керамики, хруст печенья —
осознаннее слепых к нему прикасаясь.
Начинать наше утро с кофе — сорта влечения
перебирая, останавливаясь на самых
изощренных, изысканных, обласканных безусловно —
тактильно, органолептически,
/как сказал бы
знакомый врач/.
Выпивать тебя, как основу
всего —
обжигаясь,
но непременно
залпом.