В куче мыслей нет и мысли о новой мысли.
Какой сентябрь! Блаженство и теплынь —
…лучей не остывающее чудо.
Как будто август с брички уронил на память пару-тройку изумрудов —
погожих дней зелёное стекло — последнюю негаданную роскошь.
И хочется вобрать в себя тепло, и пруд, и лес, и луг — пока не скошен —
запомнить навсегда, запечатлеть…
…врастать душой доверчиво и босо
в речной песок, в живой пахучий свет янтарных тяжелеющих колосьев.
Невольно замедляю каждый шаг и лето собираю по крупицам,
а где-то разгалделись в камышах внезапно растревоженные птицы.
Там мать готовит выросших утят к суровым, очень дальним перелётам…
Но птенчики учиться не хотят —
…им тоже загрустилось отчего-то…
Зачем бросать родной, любимый пруд, где солнце на волнах качает мячик,
лягушек, что заливисто поют?
Увы-увы…сентябрь так обманчив…
И всё ж не стоит думать о зиме — о северных циклонах неизбежных…
Я с радостью позволила себе
…в лучах последних нежиться… и нежить…
Расслабленно лежать в густой траве, сквозь дрёму наблюдать за паутинкой
и чувствовать, как ветер чертит след, скользя вдоль позвоночника былинкой…
Целует каждый дюйм нагой спины и капельки воды с плеча сдувает,
чтоб после в феврале мне снились сны —
…о том, что хоть и редко, так бывает.
Внезапно в безупречной синеве дрожащей приближающейся точкой
кругами устремившейся к земле возник один берёзовый листочек…
Как вестник,
предсказавший листопад рубиновым горящим самоцветом…
Пусть август был так сказочно богат, но Осень не замедлила с ответом.
Напомнив, что пройдёт ещё дня два и в золото укутаются скверы —
какого ни один Али-Баба не встретит в гротах сказочной пещеры…
Но в миг, когда лесов багряный дар упал к моим ногам осколком лета,
заспорили вдруг Август и Сентябрь за сердце вдохновлённого поэта…
И каждый целовал мне пальцы рук, дурманил и пьянил пахучим хмелем,
и каждый, учащая сердца стук, построчно раздевал в своей постели…
Один богач сулил мне бирюзу трепещущих соцветий васильковых,
другой неумолимо нёс грозу, взрывая тишь осеннего алькова.
И я не в силах выбрать из двоих — верна лишь Вдохновению и Слову,
смутила зарождающийся стих
…признанием: «Вы нравитесь мне оба!»
Как будто дав отмашку и отсчёт жестокой намечающейся схватке…
Сильнейший из двоих меня возьмёт,
другого опрокинув на лопатки…
И я беспрекословно подчинюсь законам, установленным природой,
и с тем лишь до глубин соединюсь, кто сам в меня прольётся небосводом.
Женщины сдаются в плен сильным, а слабых суют под каблучки …
Неладящий с людьми ищет любви у собак и кошек.
Жизнь — короткий промежуток времени между рождением и смертью, когда мы пытаемся познать мир, обрести себя и чего-то достичь …
Оказывается, у слов «путана» и «депутат» один и тот же корень — «пут».
Остановись судьбы мгновенье,
Не перелистывай страниц.
Хочу чтобы застыло время
На кончиках моих ресниц.
Хочу чтобы слеза дрожала
Незримо в уголках у глаз
И в этот миг вновь прозвучали
Все звуки дорогих мне фраз.
Тех фраз что душу согревали,
Даря мне радость и покой.
Тех фраз что в крылья облачали,
Даря паренье над землёй.
Хочу чтобы в слезе забвенья
Увидеть милые мгновенья,
Из книги бытия моей
И милых сердцу мне людей.
И их успехи, и смех, и радость,
И дни тоски, утрат всех тягость.
Хочу запомнить все минуты,
Что связывали нас тогда…
Запечатлеть их навсегда.
Но вот уже слеза скатилась,
Ресницы в свой полёт пустились
И время снова ожило,
Разбив мгновенье, как стекло.
Перелистнув судьбы страницу,
Мысль, улетела словно птица,
Воспоминанья унесла…
Катилась по щеке слеза…
Я готов ставить памятники при жизни женщине, которая пройдя семь кругов ада, остаётся ЖЕНЩИНОЙ. Встаёт с колен после предательства, ножа в спину, когда, казалось, весь мир против, выживает, улыбается и такая шикарная, от бедра, — вперёд. Женщина подобна кошке, с присущей грацией и великолепием, умеет выживать. Сколько Судьба не подбросит к верху, — плавно и мягко опуститься на четыре лапы, приведёт шёрстку в порядок, оближет свои раны, обнимет своих котят-деток и хвост трубой, встречать новый рассвет… Женщина способна выживать в таких условиях, при соприкосновении с которыми многие мужские умы содрагиваются от ужаса.
Я готов называть именами женщин улицы и города. Будущим и нынешним матерям, которые для потомства отдают жизни, не жалея себя. Воспитывают, поднимают на ноги в одиночку. Не падают духом, хотя, и вроде бы, падать дальше некуда… Следуя материнскому инстинкту осознают, что надо жить ради детей, хватая их под мышку, двигаются к цели, ставя всё на кон.
Я готов отдать всю Вселенную той, чьё имя ЖЕНЩИНА. Умеющая прощать/лечить/ласкать… Даже когда очень больно самой, не дрогнув, протягивает руку… Женщину жизнь бьёт сильнее и чаще это происходит от родного человека, которому доверяла больше всего. Но даже после чудовищной лжи, внутри неё живёт та самая маленькая девочка, которая продолжает верить в сказку. Она верит в новые, надёжные руки, побеждая свой страх предыдущего жесткого предательства. И из бойца, которым была поневоле, она вновь превращается в слабую/хрупкую/нежную девочку, устало падающую в обьятия будущей надежды.
Больше ума — меньше влюблённости.
Как бы добрые дела делают как бы добрые люди.
Жизнь не исчезает. Она меняет оболочку.
Любовь может сдаться без боя, если она подвергается насилию…
Затеряться можно где угодно, но не в своей памяти…
Светка плохо спала, и поэтому спала с лица.
Взятая ответственность на себя самого за себя самого, даёт возможность двигаться вперед.